Грезившие

      На следующую ночь она вернулась в квартал Учиха. Мадара сидел на своем обычном месте у пруда с кои. Она бросила на него взгляд, который заставил бы Наруто спасаться бегством. Мадару же он лишь насмешил.       — В чем дело? Даже «Здравствуй» не скажешь?       Сакура сверкнула глазами.       — Куда делись твои манеры? У тебя такой вид, будто ты хочешь напасть на меня. — Он находил ее очень забавной. — Итак, еще один шанс — как насчет спарринга?       На этот раз Сакура действительно дралась во всю силу, вкладывала тонны чакры в свои удары, но, разумеется, он был слишком быстр. Тем не менее, у нее сложилось впечатление, что на мгновение она заставила его защищаться. Или, может быть, сегодня он не собирался атаковать? Просто позволил ей выплеснуть свой гнев? Сакура уже начала уставать, когда он неожиданно подключился к бою. С помощью пары пинков и ударов, от которых ей все же удалось увернуться, он перехитрил ее. И вот он стоит у нее за спиной, прижимая к ее горлу кунай.       — Я победил.       — Ты всегда побеждаешь. Какой смысл этим хвастаться?!       — О, хорошо, наконец-то ты заговорила. — В его голосе так и слышалась злая насмешка, Сакуре даже не надо было смотреть на него. Она уже очень хорошо его знала.       Он все еще стоял позади нее, теперь чуть ближе, их тела соприкасались. Он крепче обнял ее, прижимаясь губами к изгибу ее шеи. По спине Сакуры пробежала дрожь. Мадара лизнул кожу у нее за ухом, но больше нигде к ней не прикасался. Просто ближе привлек к себе. Почему-то это ее не удивляло. И не могло быть нежеланным то удовольствие, которое он доставлял ей. Весь день она снова и снова обдумывала предыдущую встречу. И как бы она ни была смущена, ей хотелось насладиться этим еще раз. Она по-настоящему сердилась из-за того, что он взял ее так, словно она ему принадлежала.       Мадара впился в ее шею, и ей пришлось слегка выгнуться в его сторону.       — Ну что, появилось настроение? Тогда снимай шорты.       — Ублюдок, как ты смеешь? — Прошипела Сакура. Да. Именно прошипела.       Лезвие снова ее коснулось.       — Как я смею? Я держу кунай у твоего горла.       — И ты собираешься принудить меня?       — Какая разница? Не имеет значения, принуждаю ли я тебя, манипулирую ли тобой, соблазняю или уговариваю. Это всегда будет просто моя воля против твоей. Я против тебя.       — Почему против? Ты говоришь так, будто каждое взаимодействие должно быть конфликтом!       — Потому что так и есть. А сейчас я предлагаю продолжить эту философскую дискуссию после того, как мы закончим трахаться. Снимай свои шорты, если не хочешь испортить еще одни и бегать полуголой до конца дня.       — Хорошо, тогда… — Сакура шевельнулась, чтобы отстраниться. Если ей удастся вырваться из его хватки, она сможет сбежать. Или нет… Ей не удалось бы сбежать от Учихи Мадары.       — О нет, я так не думаю. — Он сжал ее сильнее.       — Ну, а как я должна…?       — Стоя.       Сакуре так хотелось ударить его, например, локтем в живот. Вместо этого она потянулась к своим шортам. Было трудно снять их, когда она не могла даже пошевелить шеей. Ей пришлось изрядно повозиться, и она поняла, что за этим кроется. С каждым движением ей приходилось тереться задницей о его пах. И это его возбуждало. И не только его — шорты, сползающие с ее ног, были влажными. Она переступила через них. Мадара больно укусил ее в шею. И легонько ударил по ногам.       Сакура даже не заметила, как оказалась на четвереньках на песке. Его хватка на бедрах не позволяла ей пошевелиться. Оглянувшись, она увидела, что Мадара ухмыляется.       — Начнем, да?       Это было похоже на ураган, который грозил сбить ее с ног, потрясти весь ее мир. Уже на середине она совершенно обессилела, чтобы двигаться навстречу его толчкам. Хорошо, что он держал ее за бедра и продолжал притягивать к себе, потому что к тому времени она уже просто не могла. Когда все закончилось, Сакура буквально рухнула на песок. Она была полностью измотана, а из-за испытанного оргазма ее ноги стали ватными. Мадара посмотрел на нее сверху вниз со смесью презрения и веселья.       — Судя по твоему виду, тебе нужен онсен. — Он схватил ее за руку и поднял на ноги. Онсен? Где-то в квартале был онсен? Оказалось, что да и очень красивый, только находился он под землей. Наверное, поэтому она его и не видела раньше.       Не обращая внимания на ее присутствие, Мадара разделся и вошел в воду. Сакура не могла отвести от него глаз. До этого он никогда не обнажался перед ней, и хотя она видела тренировки своих одноклассников и лечила многих раненых мужчин, ни один из них не мог с ним сравниться. «На нем можно изучать анатомию мышц…» Сакура еле сдержала хихиканье.       — Ты собираешься стоять там вечно?       Сакура очнулась. Она была не уверена. Теперь ее ни к чему не принуждали. Он не держал у ее горла кунай, не прижимал к земле. Она не обязана была идти к нему. Кроме того, ей было очень стыдно раздеваться перед незнакомцем — ладно, он был не совсем незнакомцем — перед мужчиной, с которым она уже поделилась всей историей своей жизни. И который дважды ее трахнул. Не такой уж и незнакомец. И что он может сделать такого, чего не делал раньше. А вода так и манила…       Стараясь сохранять спокойствие и безразличие, Сакура разделась. Мадара даже не взглянул на нее. Ублюдок… Но вода была такой же прекрасной, какой и выглядела.       Сакура оттолкнулась от края водоема, удерживаясь на поверхности. Ей было так хорошо. Она лежала и почти ни о чем не думала. Она знала, что если начнет, то придет к выводу, что все то, что происходит, ужасно неправильно. Через несколько долгих минут Мадара нарушил молчание.       — Куда подевалась твоя болтовня?       Она бросила на него взгляд.       — Знаешь, я все еще на тебя злюсь.       — Из-за чего конкретно?       — Из-за того, что ты меня изнасиловал.       — Я тебя не изнасиловал. — Голос Мадары звучал очень спокойно. — Тебе напомнить в подробностях? Как широко ты раздвигала свои ноги, например?       — Но я этого не хотела, я этого не планировала!       — Не то чтобы я сидел и планировал это часами…       «Серьезно? А я-то считала, что наконец поняла, что ты делаешь, наблюдая за своим дурацким кои», подумала Сакура, но промолчала.       — Мне понравилось и тебе понравилось. В чем проблема?       — Но я не так себе это представляла! — Она прервала свою речь. Она не хотела, чтобы ее голос звучал как у тринадцатилетки. — Я не хотела, чтобы все произошло именно так. И это при условии, что в принципе я хотела, чтобы это произошло, что является довольно смелым допущением. А теперь все уже случилось, а у меня даже не было шанса… — Что она пыталась сказать? Не было шанса принять решение? Претензия, которую он вообще не понимает. По его мнению, выбор был роскошью, ненужной даже тем, кто обладал достаточной властью, чтобы иметь эту привилегию. Она печально вздохнула. — Просто… Первый раз бывает лишь однажды…       — Это был твой первый раз? Я не заметил.       Сакура почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.       — Ты вонючий ублюдок, Учиха! — Прошипела она, пытаясь сморгнуть слезы.       — Это был комплимент.       — О. — Значит, она была хороша? Это он имел в виду?       — Ты должен был спросить. Спросить, а не взять как должное, так, как хотелось тебе. Я бы сказала «да», понимаешь… — Закончила она очень тихо.       Мадара уставился в потолок.       — Хорошо. Прости, что то, что я сделал, расстроило тебя. Мне следовало бы проявить больше уважения.       — Извинения? От великого Учихи Мадары?       Должно быть, на этом потолке было что-то действительно интересное, поскольку он продолжал его изучать…       — Ты слышишь их в первый и в последний раз.       Он снова посмотрел на нее.       — Значит, если проблема была только в этом, и ущерб, так сказать, нанесен, думаю, ничто не мешает нам продолжить? — Он послал ей очень дерзкую улыбку.       — Ты заносчивый, самоуверенный придурок!       Мадара рассмеялся.       — Знаешь, наверное, поэтому ты никому не нравишься!       Он снова рассмеялся и посмотрел ей прямо в глаза.       — Я нравлюсь тебе.       Сакура послала в его сторону самую большую волну, какую только смогла создать, но удивить его не смогла. Через долю секунды она почувствовала, как он схватил ее за лодыжку и потянул вниз. Она вынырнула на поверхность чуть раньше Мадары и опустила его голову под воду, когда он переводил дыхание. Она даже заставила его немного поперхнуться. Когда он наконец выбрался наверх, ее руки все еще были у него на шее. Такой придурок, но трудно не…       — Я прав. И ты мне нравишься. Очень сильно.