Мой геройский Апокалипсис

По бесчисленным улицам Бостона то тут, то там слонялись зомби. В воздухе кружились грязные, измазанные обрывки газет с заголовками о пандемии. На дорогах были брошены автомобили. Редко где сидели мертвые, которым так и не довелось восстать. Уже ставший привычным — на удивление, так скоро! — трупный запах словно пропитал всё: от неба до земли, въелся в воздух и почву, наполняя собой все вокруг. Вокруг Хантингтон-Авеню было чисто. Зомби не было нигде. Только лишь пустота. Заброшенные магазины с выбитыми стёклами мрачно стояли в ожидании. Жутко поскрипывали шатающиеся от ветра вывески. Но это редко где. За всей этой картиной наблюдал человек, сидящий на тридцать шестом этаже. Ветер на такой огромной высоте стоял довольно сильный, поэтому ему приходилось придерживать рукой лезущие в лицо двухцветные волосы. Здесь он был в безопасности. Небольшой район вокруг небоскреба был зачищен, насколько это представилось возможным. Огромное стадо пришлось переманить в другую часть города, а затем, вернувшись сюда, загородить огромными айсбергами проходы между жилыми домами, объединив их в нечто вроде полуледяной крепости. Тодороки восстанавливался после этого около двух дней. До сих пор из головы не уходило воспоминание о том, как отнимается от холода его правая сторона тела, покрытая сначала легким инеем, а затем едва ли не ледяной корой. Выдохнув облачко пара, герой спустился с огромного каменного выступа и уселся на пол, скрываясь от надоевшего ветра. «Прочёл ли Мидория мое сообщение? Идёт ли он сюда? — размышлял японец. — И если да, то почему я не получил ответа?.. Либо он не успел, либо мертвецы добрались до вышки сотовой связи» — это ни капли не радовало. Шото умел сохранять хладнокровие в любой ситуации. Здравый смысл всегда преобладал в нем. Но слишком спокойная реакция на происходящее вокруг немного пугала его самого. Порой он задумывался, а не слишком ли он очерствел?.. Или это защитная реакция его сознания, чтобы не сойти с ума и не потеряться в панике? Герой льда и пламени вспоминал, как все началось. Всего-то официальный визит в качестве представителя его отца, но чем в итоге все обернулось?.. Он застрял в чужой стране на два месяца, потому что сначала обьявили карантин, а потом запретили полеты. Тодороки Энджи злился и негодовал — как посмели его сыну запретить возвращаться домой? Но потом его гнев немного поутих, когда Шото спокойно заявил, что останется в Бостоне столько, сколько надо. Разумеется, Старатель был далеко не последним героем на мировой арене. И сына героя номер один разместили в огромном роскошном пентхаусе на тридцать шестом этаже Хантингтон-Авеню, предоставив ему в услужение дворецкого и охрану. Но двуликому не было дела до этого всего. Он просто хотел побыть в одиночестве и подумать о своём. Через пару дней Шото почувствовал легкое недомогание. И вдруг вспомнил, как девушка-горничная днём ранее вышла на работу с легким кашлем. Тодороки списал все на простуду. Прошёл ещё один день — и герой проклял эту поездку. В бреду, с температурой и в отвратительном состоянии он был доставлен в больницу, где его обследовали и выявили новый вирус. Стиснув зубы, японец терпел всевозможные капельницы и препараты. Ему устраняли симптомы, боролись как с обычным вирусным заболеванием вроде гриппа. Температура представляла собой какие-то американские горки. В его палате был то северный полюс, то словно жерло вулкана. Его разрывало пополам собственной причудой, которая вышла из-под контроля. Но врачи стойко перенесли все огненно-ледяные взбрыки тела героя. Через неделю Шото почувствовал себя лучше, но покидать больницу ему строго-настрого запретили. И когда в палату влетел врач, сообщив, что была создана вакцина и его могут привить хоть сейчас, двуликий нахмурился и наотрез отказался. Его попытались переубедить, но все эти попытки были встречены либо стеной всепожирающего огня, либо острыми ледяными иглами, стеной защищающими своего хозяина. Японец вернулся домой через пару дней после выздоровления. «Словно гриппом переболел…» — подумал парень и стал коротать дни в ожидании возвращения домой. За эти дни выявились полочные эффекты вакцины, и Шото с сочувствием смотрел на всех привитых людей на экране, которые увядали все больше и больше. Мир, пытаясь застрелить новую заразу, совершил контрольный выстрел себе в голову. А затем… Мертвецы встали. Из воспоминаний героя льда и пламени вывел голос его телохранителя за спиной. — Тодороки-сан, вам лучше вернуться внутрь. И не сидеть вот так на холодной земле. — Бесцветный голос парня нагнал на Шото ещё больше грусти. — Таскаетесь со мной, как наседки. — Без злости, но явный упрёк слышался. И японец сам себе удивился. У него и в мыслях не было грубить. Сдают нервы?.. Возможно. — Всего лишь выполняю распоряжение вашего отца. — О, это не стоило говорить. Шото рывком поднялся на ноги и покинул крышу. За ним бесшумно последовала голубоволосая тень. — Извини, — не оборачиваясь, тихо выдавил двуликий. — Все в порядке, — последовал незамедлительный ответ. Тодороки сжал кулаки. Он был зол на самого себя, потому что позволил своим эмоциям вылиться во внезапную грубость. Действительно, парнишка позади не сделал ничего плохого. Всего лишь выполняет свою работу. Даже сейчас. Двери пентхауса распахнулись, и показалась огромная кухня, совмещённая с не менее гигантской гостиной. На кухне был занят готовкой второй телохранитель. — Йо! — бодро поприветствовал красноволосый, отсалютовав одной рукой, и снова вернулся к нарезке овощей. Надо сказать, что орудовал ножом он с мастерством профессионала. В ответ получил два молчаливых кивка. — Тебе нужна помощь, Кагами-кун? — склонив голову набок, поинтересовался Куроко. Тайга пробормотал что-то вроде «обойдусь». Предусмотрительно вымыв руки, Тецуя все же принялся за работу. — Да с нарезкой я бы и так справился. Нужно лишь разморозить мясо и зажечь огонь. — Нож оборотня шустро постукивал по доске. — Могу это устроить. — Шото впервые наконец-то смог слабо улыбнуться, зажигая на своей левой ладони огонь. Все же неловко ему было не помочь своим телохранителям. Они должны только его охранять, но развернули бурную кампанию по заботе о сыне заказчика. Вот уж действительно преданные своему делу люди. Просьба была встречена немедленным протестом, что юный господин не должен тратить на это силы. Двуликий просто отмахнулся. — Просто Тодороки. — Юноша незаметно скривился в ответ на «юный господин». Какой господин? Все статусы давным-давно были стёрты с лица земли мертвенной рукой апокалипсиса. Да и не хрустальный он, не рассыпется. Кагами с Куроко переглянулись, кивнули друг другу. — Будем рады твоей помощи, Тодороки-кун. — Фантом благодарно склонил голову. Ох уж это японское воспитание. Все же Тецуя всегда был невероятно вежливым. В отличие от немного грубоватого Кагами, которого он нередко осаживал, заставляя добавлять в неформальную речь хотя бы принятое «desu». Шото с удовольствием присоединился к единственным людям, что остались с ним. Наконец-то появился повод использовать свою причуду и помочь тем самым другим. Даже так незначительно. «Спасибо, что остаётесь на моей стороне, Куроко Тецуя, Кагами Тайга» *** *** Чем ближе мы были к Бостону, тем больше было мертвецов. На многочисленных дорожных щитах, что встречались по пути, встречались надписи по типу «GO AWAY THE CITY FULL OF ZOMBIES» или «RUN!», жутко становилось от этой картины. Некоторые надписи были написаны не краской или маркерами, не баллончиками, а бардовой жидкостью. Словно это… «Кровь?..» Нередко на глаза попадалось зрелище, где зомби жрали чьи-то тела, склонившись над уже мертвой добычей. Спокойно трапезничая, они даже не обращали внимания на автомобили, проезжавшие мимо. Мидория после того смс словно ожил. У него наконец-то появилась настоящая надежда. Неужели наш Деку так давно потерял веру в то, что мы спасёмся?.. Вот только старательно это не показывал. Было немного обидно, но потом в голове что-то щёлкнуло — он не хотел пугать нас тем, что шансов нет. Особенно это касалось меня, самой трусливой и слабой из нашей троицы. Я не замечала, какими взглядами обмениваются порой мои друзья. Они тоже боялись, не знали, что делать, но у них хотя бы была возможность защитить себя. И снова начала грызть мысль, что они подвергают опасности себя, защищая меня. Черт побери! Я когда-нибудь избавлюсь от привычки во всем себя винить?! Это был их выбор! Они сами решили так поступить! Но потом я сдувалась, загоняя себя в тупик ещё большими сомнениями. А вдруг они сделали это из жалости? Или потому что неудобно было оставлять мне на растерзание мертвецам? Я надула щеки и шумно выдохнула воздух. — Выдуваешь из головы всякие плохие мысли? — рассмеялся Деку, тряхнув зелёными кудряшками. — Что-то типа того. — Не думай ни о чем плохом. С тобой два про-героя, — Изуку улыбался, крутя руль и объезжая валяющиеся трупы. Я невольно залюбовалась им. Он выглядел очень мужественно за рулем. В серой бесформенной футболке, свисающей с его плеч, в брюках карго камуфляжной расцветки, в чёрных кроссовках. Похоже, успел переодеться, пока я дрыхла без задних ног. В таком образе он выглядел настолько повседневно, беззаботно и в то же время до ужаса брутально, что я поймала себя на мысли, что мой друг чертовски привлекательный. И почему он до сих пор без девушки?.. — Наан-чан… — неловко одернул меня японец, и я непонимающе заморгала. — Мне жутковато, как ты на меня смотришь. Осторожно, а то привыкну. Я хотела было смутиться, румянец расползся по щекам, но удалось быстро взять себя в руки. — Ты вчера меня за рулем тоже разглядывал! Один-один! — Мой указательный палец ткнулся в мускулистое плечо друга. — И вообще, не отвлекайся и крути баранку! И как это милое личико могло сочетаться с телом гребаного Терминатора? Дабы скрыть смущение, я отвернулась к окну, наблюдая за проплывающими мимо нас деревьями, домами и трупами. Но взгляд упорно возвращался к отражению моего покрасневшего друга. И я мысленно стукнула себя по голове. «Не, ну, а что? Могу себе позволить!» — тем временем зеленоволосый прошёл стадию смущения и сейчас левый уголок его губ так и норовил сложиться в ухмылку. Деку себя осадил, решил не забивать себе мысли тем, что приятно, когда тебя рассматривает девушка. «Все в порядке. Это же Наан-чан. Моя подруга. — Вот только все равно он был подозрительно доволен. — Успокойся и не отвлекайся» До Бостона мы добрались за час. Петляли по дорогам, избегая скопищ мертвецов, тем самым сделав немало петель. Наконец заветные небоскребы замаячили вдали, и я радостно захлопала в ладоши, радуясь, что мы почти достигли своей цели. Мидория лишь усмехнулся на такую реакцию. Мост Бункер-Хилл был местной достопримечательностью, однако сейчас он напоминал врата в царство мертвых. Именно по нему сейчас мчали Тойота и Киа, пристроившаяся рядом с минивэном. Я была счастлива, что наконец-то мы будем в безопасности. Хотя с другой стороны было сомнение насчёт этого — в городе с населением в восемьсот тысяч человек трудно найти укромное место. Но раз нас позвали, то наверняка позаботились об убежище. Ведь так?.. — Как доберёмся до Даунтауна*, все будет в порядке, — произнёс Изуку и взял рацию. — Раф, я не особо ориентируюсь в этом городе. Так что прокладывай дорогу. Тот ответил сразу же. — Как будто у меня есть выбор, — устало произнёс канадец, рация обреченно вздохнула. — Я жуть какой голодный. Готов целиком человека сожрать. Мы с Деку сглотнули, понимая, что надо бы поскорее накормить мясом нашего зубастого героя. И не Рафаэля. А то, что внутри него обитало. Я поежилась, обхватив себя руками, и сползла по сидению вниз. Пятая точка уже словно приросла к нему. Но вдруг машина плавно остановилась. Я с вымученным «ну сейчас-то что?» подтянулась и мигом захлопнула рот. Перед автомобилями с автоматами стояло пятеро человек. И все держали в руках автоматы, нацеленные на нас. Я испуганно икнула. А Изуку сжал кулаки, готовый в любой момент выскочить из машины и броситься в бой. Я не на шутку заволновалась. Проверять, кто быстрее — пуля или мои друзья — не хотелось вот совсем. — Медленно с поднятыми руками выходите из машины, — крикнул, видимо, главный. — Делайте, что сказали, — раздалось из рации, и мы услышали, как открылась дверь Тойоты. Мы последовали совету Уайта и покинули автомобиль. Я изо всех сил старалась стоять на затёкших ногах. Постаралась держаться поближе к Деку, на что тот одними губами проговорил «молодец». Мои друзья выглядели абсолютно спокойными, когда к ним подошли эти «солдафоны». Но я успела рассмотреть их главаря. Он выделялся лихо повязанной на лоб красной банданой. Они не были одеты по-военному. Напоминали типичную уличную банду из американских фильмов. Оружие взяли в одном из магазинов либо ограбили военный автомобиль. — Какими судьбами на нашу территорию пожаловали, детки? — мерзко заулыбался «бандана», приблизившись к нам. Он пристально посмотрел в лицо каждому парню, а потом дошёл до меня. Все это время нас держали на мушке, в горле образовался комок, который я сглотнула. — Может, ты мне скажешь, девка? — он чуть присел, дабы быть со мной одного роста. Я упорно смотрела перед собой и молчала. Руки, поднятые вверх, начали подрагивать. — Мы держим путь в безопасное место, — подал голос Рафаэль. И столько холода было в нем, что я содрогнулась внутри. — Нас сюда позвали. Главарь дал какой-то незаметный знак своим людям, и те медленно нас окружили. Ощущать, что за спиной стоит человек с автоматом, готовый изрешетить тебя в любой момент, такое себе, знаете ли. — Кто вас мог сюда позвать? — мужик выпрямился и угрожающе двинулся к канадцу. Изуку дернулся было, но «бандана» вскинул указательный палец. — А! Лучше не дёргайся, малец. — И издевательски погрозил ему будто малому ребёнку. Японец стиснул зубы, эта ситуация начинала бесить не только меня. — На мою территорию вход платный. Тебе есть, чем заплатить мне, парень? — Похоже, этот отброс общества был уверен в собственном превосходстве. Сердце билось где-то в висках, а дыхание дрожало. Как же я боялась за них. В последнее время я привыкла бояться именно за них! Черт бы побрал этих двоих! Я шмыгнула носом и медленно проморгалась, чтобы избавиться от жжения в глазах. — Вот ей, — в руке этого самопровозглашенного босса блеснул нож, которым он ткнул в моем направлении, — есть, чем заплатить. — Его люди пошло заулюлюкали, а я зажмурилась и опустила голову, понимая, что этим ублюдкам на все плевать, и на мне отыграются по полной. — Видишь ли, парень, в нынешней ситуации ценятся три вещи: еда, оружие и бабы, — на последнем слове тот оскалился и приставил нож к горлу беловолосого. Тот даже не шелохнулся. Мне бы его хладнокровие! Мидория почувствовал, как внутри костром загорелся гнев. И гнев этот грозил перейти в неудержимый пожар. Уайт перехватил лезвие ножа под удивлённый взгляд бандита. Белки темно-серых глаз угрожающе почернели, скрыв радужку и зрачок. — Что за… — а затем растянувшаяся зубастая пасть была последним, что он увидел. Звук сломавшейся шеи и пары позвонков четко отпечатался в ушах, Рафаэль-Веном откусил ему голову. Вооруженные вскинулись было, но не успели. Так и застыли навечно в огромном айсберге, что вырос словно из-под земли. Мидория упорно не хотел смотреть на безголовое тело. Его взгляд был устремлён на обладателя этого самого льда, за спиной которого полыхало пламя. — Вот и поел, блин, — угрюмо проворчал канадец, пнув ногой труп. А я не могла оторваться от Тодороки Шото. Он словно из фильма вышел. Один из тех крутых парней, у которых за спиной полыхает огонь или раздаётся взрыв. О, это было эффектно. И вдруг стало так спокойно на душе. Словно это не нас сейчас держали на мушке, словно это не мой друг сейчас откусил голову человеку. Хотя «это» даже человеком недостойно называться. — Тодороки-кун! — радостно воскликнул Мидория и помахал ему. Шото улыбнулся уголками губ и двинулся к нам. — Вижу, ты получил мое сообщение, — парни пожали руки. — Спасибо, что не забыл обо мне, то есть о нас! — спешно поправился зеленоволосый. Герой льда и пламени кивнул. — Рафаэль Уайт. Рад знакомству, Тодороки-кун, — его фирменная улыбка во все тридцать два никак не вязалась с его недавним образом. — Взаимно, — японец ответил на рукопожатие. Блин, а ведь в Японии принято же кланяться! Где-то я вычитала, что японцы не очень любят эту западную традицию жать руки. — Это было… неожиданно. — Он имел ввиду внезапную трансформацию лица беловолосого в пасть. Канадец мигом гордо вскинул голову. — Знаю, я такой внезапный, — и рассмеялся, искрясь своей супергеройской аурой. Ну просто позитив во плоти, ага. — А ты, видимо, Наан? — Двуликий наконец обратил на меня внимание. Я лишь кивнула. Черт, только бы не счёл, что я пялюсь слишком сильно! — Мидория много о тебе рассказывал. Рад познакомиться. Я пожала протянутую руку. — Я тоже. — Его рука была ледяной. По коже пробежались мурашки. Все ведь в порядке? Это его нормальная температура тела? А ничего, что я пожала руку? Но это ведь он сам ее протянул. Твою мать! О чем я думаю?! О разных менталитетах, когда нас могли пристрелить? Но о моих внутренних метаниях никто и не подозревал. Парни тем временем обсуждали произошедшее. — Я предупреждал, в городе не только мертвецы бродят. — Тодороки оценивающе оглядел айсберг, в котором застряли недо-вояки. — Они доставили знатно проблем. Хоть и были беспричудными. Никак не удавалось подобраться к ним. Но сейчас благодаря тому, что они отвлеклись на вас, наконец-то получилось. — Всегда рады помочь, — заверил Уайт. — Тодороки-кун, ты все это время был один? — Мидория всерьёз был этим обеспокоен. — Нет, нас трое. — А было? Двуликий опустил глаза, губы его сжались в тонкую полоску. Похоже, их было больше. Повисшая тишина прервалась карканьем стаи ворон, пролетевшей над нами. Я поморщилась от слишком громкого и неприятного звука. Уайт отбивался от внезапно накинувшихся на него птиц. — Да черт бы вас побрал! Отвалите! — но надоедливые птицы и не думали отставать. Шото отогнал орущую стаю пламенем. — Спасибо, — облегченно выдохнул Рафаэль. — Ну что, двигаем в безопасное место? Мою машину было решено оставить на мосту. Я кинулась за своим рюкзаком со всем необходимым. Изуку вызвался мне помочь, ибо мои дохлые руки тащили бы его вечность. Я с грустью впечаталась в окно минивэна лицом. Все не могла налюбоваться на свою малышку. Мидория успокаивающе погладил меня по спине. Почему меня всегда успокаивает именно он? — Не волнуйся, Наан-чан, это всего лишь машина. — Эти слова заставили меня внутренне завопить. Нижняя губа задрожала, а Деку в панике замахал руками. — Спокойно! Хорошо, это не всего лишь машина! — Я боднула его лбом в плечо и так и осталась сидеть. Тот затих, позволяя мне спрятать своё лицо. — Показывай дорогу, Тодороки-кун. — Канадец размял пальцы. Минивэн тронулся. Пунктом назначения был Хантингтон-авеню в Даунтауне. Успею ещё по своей машине пострадать.