Во власти амплуа

      От волнения у Роуз тряслись руки настолько, что мечи едва ли не выпадали из ледяных ладоней. Мало того, что сейчас она, по сути, обрекает себя на верную смерть, так ещё и ослушалась прямого распоряжения капитана и тащит Эрена прямиком к титанше, а не наоборот. Что, если из-за её глупой выходки погибнет не только она сама, но и Йегер, которого теперь, вероятно, помимо неё защищать некому? — Побудь здесь, — твёрдо сказала Аллен, кивнув в сторону широкой ветки справа от них. Да, оставлять его одного в такой ситуации было по меньшей мере неразумно, но это немногим лучше того, чтобы тащить его в логово предателя, что скрывался среди них всё это время. Даже думать об этом было как-то особенно противно. — Шутишь? — недовольно отозвался Эрен. — Стоять и смотреть, как мои товарищи погибают один за другим? Я иду с тобой. — Ну уж нет! — Роуз резко ушла в пике и опустилась на твёрдую поверхность, приложив немало усилий и заставив парня сделать то же самое — оба едва не потеряли равновесие и не упали, но девушке было плевать. Внутри неё скопилось столько адреналина, что сейчас, кажется, она способна на всё. — У тебя два варианта, и оба так себе. Либо ты остаёшься здесь и зачитываешь молитвы, чтобы Леви поскорее нашёл нас, либо двигаешь вперёд и ищешь отряд Ханджи. В любом случае ситуация херовая. Интересно только, как они умудрились её упустить… — Или что? — с вызовом ответил Эрен. — У тебя есть идеи получше? — Разумеется, есть, — Йегер демонстративно вернул мечи в ножны и, выждав пару секунд — словно решался на что-то, — приставил левую руку к губам. — Даже не думай, — Роуз уже пробивала дрожь. Она хотела аккуратно взять его ладонь и опустить обратно, но из-за нервов и чрезмерного прилива энергии получилось так, что Аллен с силой ударила его по руке, чем ещё больше выводила Эрена из себя. — Перестань вести себя, как Микаса, — раздражённо бросил он. — Серьёзно, Эби, ты единственный человек, которому я могу… нет, мог довериться всё это время. Раз уж мы сейчас сами по себе, то доверься и ты.       Розмари подняла на парня непонимающий взгляд, граничащий со злостью. Ну почему? Почему он никогда не слушает то, что говорят другие? — Эбигейл, — Эрен сделал шаг навстречу Роуз, оказываясь настолько близко, что, казалось, придвинься он ещё на пару сантиметров — услышал бы бешеный стук её сердца, который выдавал её со всеми потрохами, — я тебя прошу, не мешай мне. Если всё станет совсем плохо, я честно признаюсь капитану, что не послушал тебя, — юноша положил обе ладони на внезапно раскрасневшиеся щёки Розмари, окончательно выбив её из колеи. Только что она была готова вырубить его прямо здесь и оставить дожидаться Леви, а теперь позволяет делать всё, что он хочет…       Прошло уже по меньшей мере семь минут с того момента, как они оставили Элитный отряд на растерзание Женщины-титана. Обстановка хуже некуда: капитана нет и скорее всего не будет, по крайней мере, в ближайшее время; ещё чуть-чуть и, вероятно, они оба умрут, — и вот именно сейчас этот идиот хочет её соблазнить?       Тепло от его кистей приятно разливалось по щекам, плавно переползая на шею и ключицы, заставляя кожу покрыться мурашками. Нет-нет-нет, сейчас совсем не время для этого. Да и не хочется как-то. — Пусти, — недовольно буркнула Роуз, сделав пару шагов назад. — Если я увижу тебя около титанши, мне придётся лишить тебя рук и ног. А что? Всё равно ведь отрастут, — пожала плечами она, с неким интересом наблюдая за тем, как меняется выражение лица Йегера. Не подействовали, видите ли, его уговоры. Придурок. — Два варианта, Эрен. Выбор за тобой.       С этими словами Розмари резко развернулась и, даже не удосужившись услышать какой-никакой ответ, пусть даже не самый удовлетворённый, перешла на устройство пространственного маневрирования, направляясь в самую гущу событий, развернувшихся на этой чёртовой вылазке.

***

      Когда она прибыла туда, где пока ещё находился весь Элитный отряд — за исключением бедного Гюнтера, — обстановка была весьма многообещающей. Если Роуз поняла все правильно, то ребята каким-то образом смогли ослепить титаншу и в буквальном смысле прижать к стене, дабы не светить загривком; оставалось только отрезать руки, и дело за малым. — Какого хрена ты здесь делаешь? — вскинулся Оруо, когда Аллен заняла позицию рядом с ним. — Сказали же уводить Эрена, мы сами разберемся! — Если все умрут, не хочу потом с этим жить, — спокойно ответила Розмари, но тем не менее в её голосе прозвучала сталь. Видимо, это было заметно настолько, что Бозард не стал никак комментировать её слова, а лишь нетерпеливо цокнул языком.       Петра и Эрд были далеко и вряд ли вообще заметили появление Аллен на арене. Для обезвреживания титанши требовалось только двое, остальные — на подстраховке.       Сколько секунд прошло перед тем, как Роуз заметила неестественно быстрые и короткие движения объекта? Как долго она рвалась вперёд, отчаянно надеясь, что Петра услышит её предупреждающие возгласы? Успела ли Рал обернуться и взглянуть на неё перед тем, как Женщина-титан неожиданно вскинула голову и, крепко впившись зубами в мягкую плоть девушки, беспощадно растерзала её маленькое, но взрослое тельце пополам?.. — Петра, нет! — в агонии вскрикнула Розмари, с горечью наблюдая за тем, как изо рта титанши выпадает и стремительно летит вниз верхняя часть туловища её некогда подруги, неподвижно замирая на холодной земле, сплошь пропитанной кровью… — Эбигейл, подключаемся! — громко сказал Оруо, который старался по минимуму поддаваться панике, что у него получалось на редкость хорошо. Роуз переполняла зависть: как он вообще умудряется сохранять прежний рассудок и не поддаваться эмоциям, когда она едва ли не бьётся в истерике?       Но, даже несмотря на это, повторять дважды ей не требовалось. И хотя за те секунды, что ребята колебались, титанша уже успела полностью восстановиться и рвануть вперёд, Розмари всё еще тешила надежда, что они каким-либо образом выкрутятся. Потому что не бывает всё так просто: либо всё, либо ничего.       Ничего. Ничего…       Роуз чувствовала себя мёртвой на все сто — внутри так уж точно. Каждую минуту от неё словно отрывали какой-нибудь жизненно важный кусочек и выбрасывали далеко-далеко — так, чтобы не получилось его подобрать. Первый оторвали тогда, когда Аллен приняла решение отказать Эрену; второй — когда погиб Гюнтер. Не то, чтобы они были близкими друзьями, но само понятие смерти только в тот момент начало что-то значить для неё, и появились опасения, что Шульцем дело не кончится. Третий — когда прямо на её глазах погибла Петра, на лице которой, казалось, даже после гибели застыл призрак последней жизнерадостной улыбки; а четвёртый — когда на почву опустилось безжизненное тело Эрда, а буквально через секунду — Оруо. Интересно, осталось ли в ней хоть что-нибудь живое?       И как только Розмари прозевала этот момент? Когда титанша почувствовала себя сильной настолько, что смогла одновременно прихлопнуть двух самых способных бойцов Разведкорпуса, определённых в Элитный отряд для защиты мальчугана, обладающего какими-то невероятными способностями? Когда всё это случилось? Кто и за что их так наказывает?..       Казалось, в эту секунду через Роуз на полной скорости пронёсся весь спектр эмоций, которыми только мог обладать человек: начиная от горечи и невыносимой печали, заканчивая праведным гневом, движимая которым, Аллен стремительно обогнула несколько толстенных деревьев и оказалась в пяти метрах от самой слабой точки всех гигантов — задней части шеи. Полтора метра в длину, десять сантиметров в ширину. Главное — попасть с первого раза.       Стало очевидно, что Женщина-титан не успела лицезреть новоприбывшего солдата, потому как после уничтожения самого задиристого парня Разведкорпуса она преспокойно опустила обе руки, боязливо оглядываясь по сторонам — но вокруг никого не было. Роуз оставалось только гадать, куда подевался отряд наблюдения и исследований, ведь поблизости не виднелось ни души.       Однако, несмотря на то, что Розмари продумала всё до мельчайших деталей, необходимость в драке с гигантом отпала, как только титанша поняла, что бояться ей теперь некого, а подолгу находиться в теле огромного монстра не стоит — так гораздо легче попасться разведчикам в руки. Поляну вмиг заполонил непроглядный белый пар, от которого пришлось закрываться рукавом, правда, ненадолго.       Даже в этом тумане Аллен смогла различить до боли знакомый ей силуэт.       «Не могу поверить, — невольно пронеслось в голове Роуз, задыхающейся от клубов раскалённого пара. — Мы столько времени тренировались вместе, пережили Трост, а она…»       Розмари бесшумно опустилась на землю прямо позади предательницы и, воспользовавшись тем, что та поправляла ремни и манёвры, резко вынырнула из-за очередного стола и с разбега повалила на пол совершенно обескураженную Энни Леонхарт, приставив к её горлу остро-заточенный клинок, на котором сверкало несколько капель свежей крови — не титаньей, человеческой. — Эбигейл?.. — глухо выдавила та, пытаясь каким-либо образом высвободиться из крепкой хватки Аллен, свободной рукой снимающей с неё кольцо с подвохом. Эрен превращался простым способом: кусал ладонь до того, пока не проступит кровь; Энни же действовала умнее, используя маленькое колечко, снаряжённое лезвием изнутри. Умно, ничего не скажешь. — Заткнись! — гневно выпалила Роуз, ещё сильнее вдавливая меч в её шею, нисколько не жалея Леонхарт. Она более, чем заслужила долгую и самую что ни на есть мучительную смерть.       Аллен потянулась за вторым мечом. Она хотела отрезать недо-титанше руки и ноги, оставив лишь туловище с головой, — а потом, быть может, избавила бы её от боли и порешила окончательно, сделав глубокий надрез между спинным и головным мозгом. Если верить теориям Ханджи, только там человекоподобного гиганта можно лишить жизни без возможности восстановления.       Вот только реализовать свой совершенно необдуманный план ей не удалось. Необдуманный, потому что в любой момент Энни могла воспользоваться ситуацией и вновь обратиться в титана, и тогда Роуз точно погибла бы. Не удалось, потому что сверху раздались возгласы прибывших разведчиков, громкое позвякивание мечей и, что самое важное — голос Эрена.       Кто-то приземлился прямо около них и, с силой дёрнув Розмари на себя, оттащил её от мечущейся Леонхарт, с которой теперь разбирался капитан Леви. И снова Аллен оказалась в этом круговороте мыслей и эмоций: с одной стороны чувствовалось облегчение оттого, что появился Ривай. Он здесь, а значит, всё непременно будет хорошо. С другой стороны — повсюду были разбросаны куски её бывших товарищей и друзей, и Роуз отдала бы всё, что у неё есть и ещё будет, лишь бы заставить Энни почувствовать то же, что чувствовала она; перекромсать её на мелкие кусочки, снова и снова отрезать ей конечности, пока ещё работает функция регенерации, а затем долго и тщательно проводить незримую черту на затылке — так, чтобы она билась в агонии и в полной мере осознала то, что натворила. — Эбигейл, ты молодец, — тихо и несколько сдавленно произнёс родной голос над ухом у девушки. Микаса была как никогда собрана и внимательно слушала всё, о чём говорили командор Эрвин и Ривай, но вот Розмари было не до чинов и звания: она хотела было вскочить на ноги и вернуться назад, но твёрдая рука Аккерман удержала её: — Позволь им самим всё решить, ты и так сделала больше, чем должна была. — Что… здесь произошло? — растерянно вымолвила Нифа — одна из подчинённых Ханджи, которая очень нравилась Роуз своим спокойным нравом и манерой поведения. Прямо как Петра, только живее, что ли. Взбалмошная — такая же, как она сама; а, как известно, люди с похожими на свои собственные чертами характера невольно вызывают у нас симпатию, хотим мы того или нет. Однако сейчас Розмари не хотела видеть никого: ни её, ни Эрена, ни Микасу, ни даже Леви. Хотя нет, с Леви она, быть может, очень хотела бы поговорить. — Сволочь… — слабо ответила Роуз, вздрогнув от своего же прикосновения оледенелых ладоней к белым, словно полотно, щекам. — Я её убью… — Давай, поднимайся потихоньку, — проигнорировав её слова, сказала Микаса. — Вылазка ещё не окончена, нельзя расслабляться. — Смотрите! — взвизгнула Нифа, указывая за спины девушек. Розмари по-прежнему сидела, свернувшись клубочком, и поначалу даже не думала поворачивать голову, однако спустя пару секунд позади неё раздался громкий треск, как от костра или же ломки сухих веток, каких в лесу целая куча. Творилось что-то совершенно непонятное — что-то, что пугало не только Аллен, но и всех остальных.       Девушка боязливо обернулась, по нелепой случайности встретившись взглядом с Риваем, который, как и все, не мог в полной мере осознать всё то, что происходило вокруг. Однако едва он заметил растерянность на лице Роуз, как тут же вернул себе привычную безэмоциональность, мол, это его совершенно никак не касается и вообще всё в норме. Это бесило.       Пару недель назад Ханджи рассуждала на тему того, почему Эрен не может образовывать твёрдую оболочку на своей коже, как Бронированный титан, ведь это могло бы здорово помочь им всем в возвращении стены Мария. Достаточно было бы добраться до главных ворот, а затем просто-напросто создать огромный камень, который закрыл бы пробоину и позволил людям вновь обжить те земли. Однако Йегер на такие фокусы был ещё неспособен, а может, его гигант и вовсе не может такое проделывать. Но сейчас, прямо перед её глазами разворачивалась весьма интересная сцена: Леонхарт почти мгновенно окутала себя в полупрозрачную кристальную сферу, материал которой по виду очень напоминал то, о чём говорила Ханджи. Неужто она может воссоздавать броню, находясь в человеческом обличие?.. — Не пробьёшь, — устало констатировал капитан, попытавшись воспользоваться мечами, однако те тут же сломались, едва коснулись поверхности кристалла. — Придётся забирать с собой. — А если она превратится по пути? — насторожено поинтересовался Эрен. — Леви будет неотрывно наблюдать за ней, — вставил своё слово командор, который выглядел по меньшей мере… счастливым? И это несмотря на то, что только что произошло? — Всё так, — подтвердил Ривай, равнодушно оглядывая свой бывший отряд, а точнее то, что от него осталось. Его взгляд тяжело было отследить, однако Роуз была на все сто уверена, что мужчина старается не смотреть туда, где лежали ещё неостывшие трупы Петры, Эрда и Оруо. Где сейчас Гюнтер, Розмари понятия не имела, как и то, в какой части леса они находятся.       Пока разведчики разбирались с тем, чтобы водрузить Леонхарт в телегу, Аллен старалась избегать встреч с Микасой и Эреном. Они ворковали где-то в сторонке, считая, что вылазке подошёл конец, и Роуз молилась, чтобы они ещё какое-то время не вспоминали о ней. Так всем будет спокойнее.       Внезапно на плечо легла чья-то тяжёлая, холодная рука, хозяина которой Розмари тут же узнала по характерному запаху приятного парфюма, который сейчас почему-то ощущался острее, чем раньше. Смешно, однако, что даже на поле боя Леви не забывает о таких мелочах. — Ты нормально себя чувствуешь? — Нет, — честно призналась Роуз, не решаясь двинуться с места. — Поедешь со мной, — спокойным, почти ласковым тоном произнёс Ривай, потянув её за плечо — наверное, понял, что сама она не в состоянии сделать и шагу.       И Розмари послушалась. То ли оттого, что в компании Леви чувствовала себя по меньшей мере защищённой, то ли оттого, что буквально только что перед ней упаковывали трупы, и теперь, после всего этого кошмара, она оцепенела настолько, что была готова беспрекословно повиноваться всем и каждому, лишь бы не оставаться наедине с собой. Но в то же время девушка была настолько ошеломлена, что невольно выскользнула из-под его руки, иначе, ещё миг, и обмякла бы под ней, как дикий котёнок, которого стоит лишь раз погладить, и потом уже не отделаешься.       И всё-таки было бы неплохо, если бы рядом была Петра, которую можно беспричинно обнять ни с того ни с сего — и она не отстранится, не будет приставать с вопросами или что-то в таком духе; сейчас Розмари отчаянно хотелось простого человеческого тепла, которое совершенно неожиданно оказалось для неё в дефиците. Последнее, чего она желала, это оттолкнуть мужчину, поэтому Роуз попыталась каким-то странным образом загладить свою вину: состроив максимально жалостливое выражение лица, она потерла плечо другой рукой, — пускай лучше думает, что она где-то ударилась и ей просто-напросто больно.       Леви выглядел удивлённым — настолько, насколько мог себе это позволить, — но так же, как она усиленно имитировала боль, он старательно демонстрировал, что в эту боль поверил. Таким образом он позволял Роуз сорваться с крючка — притворяясь, что не имеет ни малейшего понятия об иных причинах её поведения.       Позже девушка узнала, что он невероятно проницателен и умеет трактовать противоречивые сигналы, поэтому не сомневалась: он что-то заподозрил уже тогда.       Ривай усадил её в повозку рядом с собой и Эреном с Микасой, сидящими напротив. И только когда они тронулись, Розмари окончательно осознала, насколько сильно она устала и хочет спать, да так, что готова вырубиться прямо здесь и сейчас. Правда, теперь её ещё месяц будут мучить кошмары и бессонница, но это можно пережить.       Стараясь ни о чём не думать, дабы не расплакаться на глазах у всех, Роуз, абстрагируясь от нарастающего напряжения, тихонько прильнула к плечу капитана внезапно потеплевшей щекой. Стало гораздо комфортнее.       Сам он никак это не прокомментировал, лишь усмехнулся и едва-едва пробежался кончиками пальцев по её спине, тем самым вызывая приятные мурашки по коже. Это расслабляло, и Розмари сама не заметила, как её затянуло в дивный тягостный сон.       Пока они ехали, повозка подпрыгивала на каждой кочке и тряслась так, что Риваю хочешь-не хочешь пришлось приобнять Аллен за плечи, не давая упасть; а уже через несколько часов беспрерывного пути разведчики вместе с заключённой Леонхарт оказались в Стохесе. Пожалуй, с этого и начались все беды в жизни Роуз.