AU по AU

Никогда Дик не испытывал такой гордости, как стоя на развалинах «Кадмуса». Даже тогда, когда Джейсон перестал желать смерти Тиму. И даже когда Дэмиан перестал желать смерти Тиму (а он долго ждал этого момента). Они были его семьей, его любимыми братьями, и все равно те моменты затмил этот. Они стояли на свежеснесенных руинах «Кадмуса», среди медленно оседающей пыли, помятые, потрепанные и слегка побитые, но довольные. Дик видел это в том, как расслабленно опустились их плечи. Эти дети, такие молодые и неопытные, столкнулись с чем-то большим, чем они могли справится, и справились. Осознали сами для себя, что способны на большее. На спасение жизней. Супербой, несмотря на стоическое выражение лица, выглядел растерянно. Он смотрел на небо, жадно вглядывался в него, видя куда больше, чем они. Калдур что-то говорил ему с легкой улыбкой. Дик с нетерпением ждал момента, когда сможет называть его Коннером. Когда в небе один за другим стали появляться члены Лиги, Дик приготовился ко второму раунду. В этот раз он обещал стать интереснее. Вся Лига собралась здесь. Окружила их кольцом, молча наблюдая. В прошлый раз Дик не обратил на этого должного внимания, а позже и вовсе забыл. Сейчас же он понял, насколько это унизительно. Когда Бэтмен, Флэш и Аквамен вышли вперед, началась публичная порка. — Рассказывай, — приказал Бэтмен. Дик оторвал тяжелый взгляд от Супермена. Ему и в первый раз не понравилась его реакция на Супербоя. Сейчас хотелось кинуть в него криптонитом. — Мы самовольно решили взять на себя устранение пожара в «Кадмусе», — доложил Дик. — В процессе мы выяснили, что здание — прикрытие для проведения незаконных экспериментов по созданию живого оружия. Я собрал максимально возможное количество данных и уже переслал их тебе. Также мы обнаружили и спасли несколько человек. Брюс поджал губы. — Вы ослушались прямого приказа, взломали систему безопасности Лиги и рисковали жизнями. — Да, на последнее мы подписались добровольно в тот момент, когда решили бороться с преступностью, — кивнул Дик. За его спиной послышалось несколько смешков. — А взламыванию систем меня научил ты. Флэш странно дернулся. Дик готов был поклясться, что он скрывал смех. — Вы нарушили приказ, — повторил Аквамен, смотря только на Калдура. Калдур невозмутимо кивнул: — А вы нарушили обещание и обманули нас, предав наше доверие. Дик говорил, что гордится происходящим? Потому что он гордится. — Как вы не понимаете! — воскликнул Флэш. — Мы несем за вас ответственность! Мы сказали вам оставаться на месте, потому что вы еще не готовы… — Это ты так говоришь, — перебил его Уолли. Артемида, помогавшая ему стоять прямо, выглядела напряженно, и не смотрела никому в глаза. — Ситуация говорит об обратном. — Простите, но… какое сегодня число? Или год? От тихого голоса у Дика сжалось сердце. — Сегодня 4 июля 2011 года, — немного помедлив, ответил Брюс. На лице Петры отразилась боль. — Три месяца… Я пробыла там три месяца, даже больше… — Это сильно шокирует, — мягко сказала Дина, подойдя к ним. — Но мы поможем. Петра подняла на нее загнанный взгляд. — … С чего я должна вам верить? Дружелюбная улыбка застыла на лице Дины. Несколько членов Лиги напряглись, готовые к нападению — Три месяца! — закричала Петра. — Меня держали здесь три месяца и продолжили бы держать! Вы хотели попасть сюда, но не отправили ни одного члена Лиги для проверки! Вы пришли сюда полным составом, когда вся работа уже была выполнена! И вы смеете говорить что-то тем, кто выполнил за вас вашу чертову работу?! Она хрипло дышала, а по лицу градом текли слезы. Одной рукой она пыталась вытереть их, размазывая грязь по лицу. Второй крепко сжимала руку девочки, похожей на нее как отражение в зеркале. — Они создали моего двойника, — продолжила Петра. Еще не получившая своего имени, Бэкап, хмуро смотрела на нее. Не глядя, Петра махнула в сторону Зеленой Стрелы, что держал на руках потерявшего сознание Роя Харпера. Мганн неловко топталась рядом с Марсианским Охотником. — Они отрезали тому парню руку! Что еще они сделали бы, не приди сюда эти герои?! Вы… это… я не могу… они… — Дыши вместе со мной. Петра перевела на него безумный взгляд, и Дик показательно громко вздохнул. Она машинально повторила. Улыбнувшись, Дик взял ее за руку и осторожно положил ладонь себе на грудь, незаметно прощупав чужой пульс, и начал делать медленные, глубокие вдохи. Дрожь прошла почти сразу, ее сердцебиение и дыхание подстроились под его. Этому трюку он научился у нее после появления Майлза. Он был рисковым, в какой-то степени, но Дик знал, что Петра ему ничего не сделает. И он так же знал, что к этому может привести. В этот раз он намеренно позволил случится слишком многому. Ее собственный двойник и Рой, уже лишившийся руки, сильно шокировали ее. Но лучше сейчас, чем потом. Дик не мог еще раз смотреть на то, как ее разрывает от страха после появления двойника. Этот пластырь было лучше сорвать как можно раньше и быстрее. — Ты говорила про мистера Старка, — спокойно сказал Дик. От его слов девочка сжалась, но даже не дернулась в сторону. — Я отправил сообщение ему. Он уже вот-вот заберет тебя и вернет к семье. Я обещаю, все будет хорошо. Темные, почти черные в ночи глаза удивленно расширились. Они все еще влажно блестели, но слез уже не было. — Спасибо, — шепнула девочка. Улыбнувшись напоследок, Дик отпустил ее руку и развернулся к остальным. — Я и правда нарушил приказ, и готов понести за это наказание, — сказал он, глядя прямо в глаза Брюсу. — Но я продолжу нарушать их, так что лучше придумай, что с этим делать. — Да, — поддержал его Уолли. — Мы не будем вас слушать, если вы не начнете слушать нас. Мы партнеры! Они не приказывают друг другу! — Мы делали то, чему вы нас учили, — заметил Калдур. — Вместе мы смогли сделать нечто важное. — Вы трое… — Нас было пятеро, — уточнила МГанн, перебив Флэша. — А сейчас нас здесь восемь. — Зачем вы учили их? — спросила Петра, встав рядом с Диком. Она успокоилась, но все еще выглядела недовольно. Бэкап стояла с другой стороны от нее. Они продолжали держаться за руки. — Чтобы потом запретить пользоваться этими знаниями? — Либо признайте нас, либо не мешайте, — Супербой выглядел мрачно, но звучал уязвлено. Его слова поставили ощутимую точку в разговоре. Даже Артемида, глубоко вздохнув, подняла голову и встретилась взглядом с членами Лиги. Дик улыбался. Если в тот раз у Лиги были сомнения, то сейчас у них нет ни единой возможности отказать им.

***

Пещера была великолепна. Нотации от Барри, которые пришлось выслушать перед ее получением — нет. Они были тайной командой Бэтмена. У них был свой штаб. Их будут учить члены Лиги Справедливости. О, и их команда. Они и сами были как Юная Лига Справедливости. Правда, он пока их плохо знал, но с этим он справится довольно быстро. А пока он просто хотел всласть поболтать со своим лучшим другом. Но: — Где Петра? — Железный Человек сообщил, что она не готова присоединится к команде. — Она имеет право тренироваться с нами! Ей это необходимо, Би, ты не видел ее в «Кадмусе». И она пригодилась бы команде, мы с ней могли бы работать в паре. — Не нам это решать, Робин. И Дик просто ушел. Незаметно, но, услышав этот разговор, Уолли знал, куда. С его другом что-то происходило, и он абсолютно не понимал, что. — Что-то случилось, Кид-Флэш? А еще была она. Артемида присела на край дивана, словно была готова уйти в любой момент. Она явно не чувствовала себя здесь спокойно. Сам Уолли растекся в кресле, занимая возможный максимум пространства. — Ничего, — вздохнул он. — Просто мой лучший друг сбежал к девчонке, которую видел один раз. — Значит, не такой уж и хороший, раз даже ничего не сказал. Уолли бросил на нее раздраженный взгляд: — Почему ты не на экскурсии? — Потому что ты не на ней, — огрызнулась Артемида. — Калдур попросил меня найти тебя. — А Робин? Девушка пожала плечами: — Видимо, Калдура он предупредил. Замечательно. Не его, а Калдура. Почему его? Он что, стал их лидером? Почему Уолли не участвовал при выборах? Или Дик и об этом забыл ему рассказать? — … Я не хотела грубить. Поток мрачных мыслей остановился также резко, как он перед внезапно закрывающимися дверьми. Медленно подняв голову, он недоверчиво посмотрел на Артемиду. Ее спина была почти болезненно напряжена, а руки сжаты в кулаки. Но она не выглядела так, словно собиралась драться (Уолли видел ее, когда она была готова, и это было совсем другим зрелищем). Артемида смотрела ему в глаза, и от горевшей в ее взгляде решимости у него перехватило дыхание. — Я не хотела тебе грубить, — повторила она более уверенно. — Но мне тяжело адаптироваться. То, что мы сделали… Это было слишком неожиданно для меня. Но… я… я хочу стать частью этого. Под конец ее плечи опустились, а голос скатился к шепоту. Охватившая ее решимость иссякла, уступив место… смущению? — Я правда хочу этого, — тихо сказала Артемида. Она больше не смотрела ему в глаза. — И я хочу, чтобы вы… Она не договорила, но Уолли понял. — Тебе не нужно меняться, чтобы быть с нами, — сказал он, сцепив руки в замок. — Если ты это сделаешь, то это будешь уже не ты. А нам ведь с тобой, а не с кем-то другим работать. Так что. Не надо. Ладно? Удивленно посмотрев на него, Артемида медленно кивнула. Уолли прокашлялся: — Думаю, мне тоже стоит извинится перед тобой. Извини. За то, что наговорил тогда, в Зале. Я был на взводе, и ничего не знал о тебе. Меня учили, что нельзя подвергать опасности посторонних, даже если они обучены. Но теперь я знаю, и больше не буду говорить такого, вот. Прости. Он не особо умел красиво говорить или толкать речи, как Дик, но Артемида улыбнулась — если приподнявшиеся уголки губ можно считать улыбкой), а значит, у него получилось. — Все в порядке. Несмотря на усилия этого мелкого засранца, я пришла в себя. Кстати о птичках. — Как вы с ним познакомились? — спросил Уолли. Артемида пожала плечами: — За неделю до «Кадмуса» он пришел ко мне. Сказал, что… Она осеклась, бросив на него пронзительный взгляд. Уолли раскрыл ладони перед собой. — Можешь не говорить всего, если не хочешь. За пытки и допросы отвечает Робин. — Да, я заметила, — пробормотала Артемида. — В общем, он сам нашел меня, и предложил представить меня Зеленой Стреле, потому что видит во мне потенциал. Он приходил еще пару раз, но больше не поднимал эту тему. Мы просто перекидывались парой слов и немного болтали. И, в итоге, я решила рискнуть. — Понятно. — Что-то не так? — Нет-нет, просто… — Уолли вздохнул, взъерошив волосы. — В тот день все выглядело так, словно он пригласил тебя специально, чтобы взять в «Кадмус», а не представить Стреле. Это звучало странно даже для него. Но… — Я знаю, — неожиданно согласилась Артемида. — Мне тоже показалось это странным. И в самом «Кадмусе»… — … он будто бы знал, что там происходит. Дик сказал, что выяснил местонахождение Роя — это был самый жуткий и травмирующий момент в жизни Уолли — Петры и ее клона. Но было что-то неправильное во всем этом. — Давай присоединимся к экскурсии, — предложил Уолли, вскочив на ноги. Протянув руку Артемиде, он помог ей встать. Уолли не понимает, что происходит с его лучшим другом. Но он не одинок в этом, и это уже хорошо. С остальным он разберется, когда придет время.

***

Дорога к дому Паркеров была для него чем-то, что за годы впиталось в саму его суть. Он мог добраться до него пешком, по крышам и на любом возможном транспорте. Позвонив в звонок, он был полон волнительного предвкушения. Если Петры нет, он мог бы сделать ей сюрприз, а до этого пообщаться с Мэй… Дверь открылась, и все надежды Дика были разрушены. — Эйприл, детка, кто там? — громко спросила Мэй. — Никто, — также громко ответила не Петра. — Домом ошиблись! Выйдя на крыльцо, она осторожно закрыла за собой дверь. После этого Эйприл впилась в него пристальным взглядом. В мягких шортах и старой футболке она выглядела почти безобидно. И очень похоже на Петру. Дик скривился. Да, он спас ее, но только ради спокойствия Петры. Сам он так и не смог поладить с ней. Каждая встреча с ней напоминала ему о том, как она терзала душу Петры при каждом столкновении, умело задевая чувствительные места. — Если ты еще не понял, то тебе здесь не рады, — прошипела она. — Если ты еще не поняла, я пришел не к тебе, — парировал Дик. — О, я прекрасно это поняла, — Эйприл сделала шаг вперед. — А теперь уходи. Ты не получишь ее, не после того, как я получила дом и семью! Она толкнула его так сильно, что могла бы сломать плечо. Дик был готов к этому, поэтому смог избежать большего урона и, в свою очередь, скинул ее с крыльца. — Говоришь так, будто можешь решать за нее, — холодно сказал Дик. Эйприл злобно смотрела на него, молча и почему-то не спеша вставать. — Напомнить, благодаря кому ты получила дом и семью? Да, она еще ничего не сделала. Да, она не желает смерти Петре, не работает на Лигу Теней, не убивает людей по приказу Раса. Но ее создали жестокой. Это факт. Дик не станет закрывать на это глаза и ждать, пока она оступится. Это было бы возможно, будь ему и правда тринадцать. Эйприл не повезло. — Что здесь происходит? О. Это объясняло бездействие Эйприл и ее крайне злорадный вид. Петра подбежала к Эйприл и помогла ей подняться. Она не сводила настороженного взгляда с Дика. А Дик не сводил глаз с нее. Эйприл могла быть похожа на нее, могла подражать ей, но Дик никогда бы их не спутал. С того момента, как он понял свои чувства и до этого момента — Дик никогда не переставал любить ее. Он любил ее как дерзкую девушку. Он любил ее как умудренную годами молодую женщину. Сейчас он мог захлебнуться от нежности к этой маленькой, робкой, но храброй девочке. — Она первая толкнула меня, — сказал Дик, оттянув ворот футболки. Под ней, на плече, начинал наливаться синяк. Петра ахнула: — Эйприл! Зачем ты это сделала? Робин спас нас, он нам не враг! — Дура! — рявкнула Эйприл. — Он хочет, чтобы ты вступила в их маленькую команду! Чтобы ты рисковала жизнью! И ведь ты согласишься, потому что мозгов совсем нет! Лицо Петры смягчилось. Она нежно притянула девочку к себе и обняла, начав шептать что-то. В доме послышался топот. Дверь с грохотом распахнулась. — Девочки! — воскликнула Мэй, держа в руках бейсбольную биту (Дик так сильно восхищался ей). — Вы в порядке? Девочки кивнули — Петра с улыбкой, а Эйприл хмуро. Мэй выдохнула, опустив биту. — Слава Богу. О, привет? — Здравствуйте, миссис Паркер, — лучезарно улыбнулся Дик. — Я Робин. Сегодня у нас было первое собрание команды, но Петра не пришла, и я решил узнать, почему. Мы очень ждали ее. Мэй улыбнулась. Он всегда нравился ей, и Дик не собирался отказываться от такого сильного союзника. Он не Брюс, чтобы работать один. (и он хотя бы честен с собой, в отличии от некоторых, подбирающих всех попадающихся у него на пути детей) — О, да, я слышала об этом. Но, понимаешь, она только вернулась, и мы решили повременить с геройствами. Дик кивнул. Это было разумно. — Я понимаю, правда. Просто я подумал, что Петре не помешают тренировки, — он посмотрел на Петру и улыбнулся. — Ты была очень смелой там, но тебе явно нужно поработать над своими способностями. С нами ты могла бы не переживать, что кто-то посторонний узнает о них или что ты причинишь вред. И это должно быть приятно — общаться с ровесниками, не скрывая. Петра очаровательно смутилась. Эйприл очень демонстративно фыркнула. Дик снова повернулся к Мэй. — Я могу пообещать вам, что Петра не будет втянута во что-то опасное. Только тренировки, ничего большего. Она больше никуда не пропадет. Что-то дрогнуло в лице Мэй. — Спасибо, — негромко сказала она. — Не хочешь зайти? Мы можем обсудить все за чаем. — С удовольствием, миссис Паркер. — О, зови меня просто Мэй. — Как скажете, Мэй. Диван в гостиной был таким же потертым, как он помнил, чай — фруктовым, а пирог — подгоревшим. Разговор, как это бывает с Мэй и Петрой, был хаотичным. Это было идеально. — Ты была у мистера Старка? — спросил он. Петра с энтузиазмом кивнула. — Да, но нет. Сначала я и правда пришла к нему, но потом мы пошли в здание Бакстера, к доктору Ричардсу! Мистер Старк хотел еще раз убедится, что со мной ничего не сделали. Он и Эйприл хотел привести к нему, но она пока не хочет. Доктор Ричардс такой крутой! Я познакомилась и с остальными членами Фантастической Четверки, представляешь?! А Джонни обещал в следующий раз провести для меня экскурсию!.. Дик скривился. Вот только Джонни Шторма ему не хватало. Будем надеется, что у него хватит благоразумия не приставать к тринадцатилетней девочке. Если нет - что ж, совесть Дика будет чиста. Эйприл, сидевшая рядом с ним — она настаивала на этом — усмехнулась. Потянувшись за куском пирога, она перегнулась через Дика, и беззвучно, одними губами произнесла: — На тебе лица нет, Найтвинг.