Быть одинокими, не будучи одни

Тина проснулась в не позволительные для неё 11 утра, и была в хорошем расположении духа. К 18 девушка ждала гостью, хотя гостей принимала крайне редко. Дом – это островок безопасности, где она не хотела никого видеть. Порой её напрягали люди, которые работают в доме. Домработница – милая женщина лет 50. Садовник – суровый, но спокойный дядя, того же возраста. Главные обитатели её особняка, в котором она так любила находиться одна. Когда лица людей уже настолько осточертели, что хочется закрыть глаза и убежать. Поэтому сегодняшний день проходил приятно и расслабленно, что даже волнение перед грядущим вечером её несильно беспокоило. Это интригует и будоражит, но не напрягает. Что является хорошим знаком. В это время Юля переживала не такие хорошие и созидающие эмоции. Слишком много произошло, что она не понимала, как идти дальше. Возможно, глупо ехать на другой конец города в таком состоянии, тем более за рулем, ещё и непонятно зачем. Тина не бросила слов на ветер и, действительно, ждала Юлю у себя. По крайней мере, так гласило сообщение, которое вывело Юлю из транса. Сегодняшний день был на автопилоте. Позавтракать– отвезти сына в сад – заехать домой за вещами – поехать в центр города на очередную встречу. Девушка чувствовала себя не в своей тарелке, хотя была воодушевлена, когда договаривалась о встрече. После, решив, что до дома ехать долго – забежала в кафе.Сделала заказ и просто смотрела куда-то и никуда одновременно. Было странно ощущать себя свободной. Не получать от него смс, или ехать куда-то одной. Ведь вчерашний день закончился паузой со стороны Юли. Она больше не позволила ему так к себе относится и считать её своей собственностью. Она говорила спокойно, и Вал, на удивление, её не перебивал. Кажется, не все её слова были поняты, но к чему это было, он уловил. Вал встал, подошёл к кувшину с водой, налил немного в стакан и сделал глоток. Несколько секунд помолчав, сказал: "Хорошо." – развернулся и вышел из кухни. У Юли от облегчения опустились плечи, которые уже второй месяц были в напряжении. Ей стало легче намного, и это было видно. Расставаться она даже не думала. Юля дала ему время на осмысление новой реальности, где она будет постоянно окружена вниманием, и не будет с ним рядом. Но, в первую очередь, она дала время себе. Они продолжают жить вместе, проводить время, как родители Дани. Но спать будут отдельно, вместе куда-то ездить тоже перестанут. Вот с группой всё намного сложнее. Рассказывать или продолжать вести себя, как будто все хорошо? О том, что группы это не должно коснуться, они знали оба. Что никто не будет бросать дело их жизни, и сыпать оскорблениями друг друга. Пока им только предстоит учиться жить в новой реальности. А пока она едет к Тине. Первым на маршруте был магазин, в который она не могла не заехать перед походом в гости. Юля знала только то, что Тина не особо ест сладкое, либо не ест вовсе. Поэтому взяла орешков, и какие-то сладости без сахара. Взяла ещё что-то из сладкого себе, и две бутылки вина: белое полусухое и красное полусухое. Ведь сама любила полусухое, но не знала, какое будет Тина, поэтому взяла два. Фрукты разных видов и сыр "Brie" тоже оказались в корзине. Удовлетворённая своими покупками, она вышла из магазина. Закинула на соседнее переднее кресло пакет, и завела машину. Подъезжая к дому, сердце болезненно сжималось у неё в груди. Волнение витало в воздухе. Как только она подъехала к воротам – они открылись. Аккуратно заезжая, припарковалась по ближе к дому. С минуту она не могла выйти из машины, не понимая, как себя вести или что говорить ей. Просто не могла оторвать глаз с руля, как вдруг в окно постучали. Она в испуге повернулась в сторону, откуда исходил звук и удивилась, увидев хозяйку дома. Тина с теплой улыбкой смотрела на лицо, которое сменило пару-тройку эмоций за несколько секунд: от испуга до улыбки. Тина отошла от машины, предлагая девушке выйти. Юля не заставила себя ждать, сразу поняв, что от нее хотят. Как-то непонятно и рвано обняла Тину. И убежала к двери с другой стороны машины, дабы забрать пакет с продуктами. – Это еще что? – с улыбкой возмущения сказала Тина. – Я не могла приехать с пустыми руками, – рассеяно сказала девушка, – не знала, что ты любишь, и взяла разного. Тина рассмеялась, – Ладно, так и быть, придется съесть что-то сладкое, –растянуто с сарказмом заключила она. – Там есть орешки, фрукты и что-то интересное без сахара, надеюсь вкусное, – уже более расслабленно сказала гостья. Они уже подошли к входу в дом, и Тина шла немного впереди, чтобы открыть дверь этой девушке с огромным пакетом. Она заметила с каким трудом Юля вытащила пакет из машины, и понимала, что его нужно скорее поставить куда-то. Распахнув дверь, пустила её в дом, – Поставь на стул. Юля последовала указанию, и стала разуваться. Когда она снимала куртку, Тина подхватила её и повесила на крючок. Куртку, разумеется. И после, забрала пакет на кухню вместе с Юлей, которую она уверенно взяла за руку. Когда она зашла на кухню, выпустила руку девушки из своей, и стала разбирать принесенные гостьей продукты. – Зачем ты купила так много всего? Думаешь, что у меня дома ничего нет? – Тина вопросительно смотрела на клубочек на диване в который свернулась Юля, обнимая руками ноги. Она не заметила, когда она успела сесть, поэтому удивилась. – Юль, ты чего? – в ответ она получила только тихий всхлип, и ручейки слёз, которые неизбежно бежали по щекам Юли. Тина положила на стол сыр, который достала из пакета, и подошла к ней. Она села лицом к Юле, которая уже спряталась за руками, которые упирались в колени. Ей не хватало воздуха, и она часто-часто и рвано дышала.