Понедельник
20 августа 2020 г., 12:49
Завтрак, как обычно, принес домашний эльф и, к радости Юаня, забрал грязные вещи из комнаты, кланяясь волшебнику и обещая все постирать.
Утром был лишь один урок у шестого курса. Учеников на дополнительное обучение Цзю набрал мало, и они, как и семикурсники, были весьма способными. Занятие прошло спокойно. До обеда оставалось много времени, и Ло Бинхэ наверняка занят учебой, потому мужчина рискнул немного прогуляться.
Через час «профессор» понял, что заплутал. Спросить дорогу он не мог, и продолжил свой путь, стараясь не обращать внимания на гудящие ноги.
Пришла перемена: он успел спрятаться в кабинке туалета, чтобы не вызывать подозрений из-за нахождения декана Слизерина не в подземельях и не в Большом зале. Оказалось, что местные ученики те еще сплетники. Причем парни. Голоса не были знакомы, и Юань даже не знал, хорошо это или нет.
Торча в туалете, ученики обсудили любовь профессора Шана и Мобэя, которую те якобы скрывали уже не первый год. Мужчине захотелось выйти, чтобы подростки замолчали от внезапного явления «жуткого профессора», но он сдержался. Слушать о «тайных отношениях» смущало. Юань, в принципе, не видел ничего плохого в однополой любви, но не между учеником и учителем же! Тем более, Цинхуа то и дело говорил о Мобэе, как о ребенке.
С другой стороны, друг говорил о парне слишком часто.
Затем сплетники перешли на более важную тему, неизвестно насколько приукрашенную. Профессор Лю, по их словам, на прошедшем уроке был ужасно рассеян и лишь на чистых рефлексах отбивал атаки подростков во время учебных дуэлей.
Юань нахмурился. Он подозревал, что в невнимательности профессора ЗОТИ виноват ночной разговор, детали которого мужчина совершенно не помнил. Вроде бы они обсуждали омелу на потолке, а Лю Цингэ ее уничтожил и ушел.
Наконец ученики направились на следующий урок, а Шэнь Юань смог выйти из туалета. Мужчина сам не знал, куда шел, и настороженно глядел по сторонам, пытаясь понять, был ли он ранее в этой части замка.
И он совсем не ожидал, что дверь сбоку внезапно раскроется, нарушая тишину коридора знакомыми обеспокоенными голосами. Гунъи Сяо вышел первым и тут же бросился к нему, взволнованно сообщая:
— Профессор Шэнь! Сэр! Профессор Лю без сознания! Ло Бинхэ попал в него заклятием во время дуэли!
Шэнь Юань вряд ли мог как-нибудь помочь, но отчего-то бесстрашно зашел в кабинет, где на полу лежала безжизненная знакомая фигура. Лю Минъянь практически плакала, поддерживая голову брата.
— Сэр! — непонятно к чему воскликнула девушка с Гриффиндора, которую раньше мужчина видел в объятиях нелюбимого ученика его близнеца.
Побледневший виновник, Ло Бинхэ, настороженно замер. Впрочем, все ученики застыли, то ли от появления другого преподавателя, то ли не понимая, что делать с Лю Цингэ. Юань и сам не знал, как нужно действовать, но неожиданно для себя быстро это понял.
— Мобиликорпус, — «профессор» взмахнул волшебной палочкой, и Лю Цингэ воспарил.
К нему часто применяли это заклинание во время болезни, поскольку Шэнь Юань первое время был слишком слаб, чтобы передвигаться самостоятельно.
— Ло Бинхэ, — позвал мужчина, и парень отчетливо вздрогнул. — Ты пойдешь со мной, чтобы рассказать Му Цинфану, какое заклятие применил.
В конце концов, Юань не знал, в какой части замка находится и куда идти, чтобы попасть в Больничное крыло. Слизеринец быстро сориентировался и пошел вперед, показывая дорогу. Следом направились и остальные ученики, и «профессор» не знал, стоит ли их отгонять.
В пути он старался не потерять концентрацию и не уронить мужчину. Юань не был хорош в магии и волновался. Вдруг Лю Цингэ еще сильнее пострадает по его вине?
В Больничном крыле было тихо, так же как и во время его обучения на первом курсе. Он осторожно опустил бессознательное тело на одну из белоснежно застеленных кроватей и поправил подушку. Судя по реакции семикурсников, это было лишним. Он прочистил горло, чтобы скрыть смущение и хотел попросить кого-нибудь привести целителя, как Му Цинфан появился сам.
— О Мерлин, — испугался тот и посмотрел на Шэнь Юаня, — что вы сделали?
— Это не я, — буркнул мужчина и поджал губы, поскольку интонация вышла какой-то обиженной. Он достал свой веер и указал на Ло Бинхэ. — Профессор Лю проводил урок и пострадал на дуэли с учеником.
— Вот как, — нахмурился Му Цинфан, проводя магическую диагностику, — и что же за заклятие вы в него запустили?
Слизеринец, кажется, действительно переживал. Он неуверенно признался:
— Невербальное оглушающее…
Юань испытал непреодолимое желание хлопнуть себя по лбу. Они развели такую драму из-за какого-то Оглушающего заклятия! Да Лю Цингэ придет в себя, стоит лишь сказать: «Ренервейт»!
Увы, сейчас мужчина мог лишь закатить глаза и бросить в сторону Ло Бинхэ недовольный взгляд. Юань начинал понимать, почему брат так не любит этого ученика.
Семикурсник вроде бы тоже осознал всю глупость своего положения и неловко улыбнулся. Лю Минъянь выдохнула от облегчения и присела на край кровати рядом с братом.
— Понятно, — утвердил целитель. — Тогда пусть профессор Лю пока отдохнет, ему полезно. А вы уходите.
Ученики неохотно поплелись на выход, только девушка осталась сидеть. Шэнь Юань задумался, сможет ли избежать разговора с Бинхэ и при этом не заплутать снова. Но Му Цинфан его окликнул:
— Профессор Шэнь, можно вас на пару слов?
Мужчина раскрыл веер и кивнул, обмахиваясь. От тревоги за Лю Цингэ он понервничал и немного вспотел. Вдвоем они прошли в глубину Больничного крыла, где обнаружился кабинет целителя. Му Цинфан прикрыл дверь и сел.
— Профессор Лю утверждает, что вы… — он растерянно прикусил губу, подбирая слова, — странно себя ведете. Я бы хотел рассеять его тревогу и провести обследование, если вы не против.
Обследование могло показать, что в теле Шэнь Юаня еще сохранились остатки магии от проклятия со второго курса. И навести подозрения на «Шэнь Цзю».
Веер в его руках неопределенно замер.
— Я думаю, это лишнее, — осторожно произнес «профессор», внутренне воя от волнения. — Кроме Лю Цингэ ведь никто не сомневается в моем здоровье.
Му Цинфан коротко кивнул. Было ясно видно, что целитель не в восторге от этого разговора.
— Я бы не стал вас просить об этом, но профессор Лю был очень убедителен. И в ясном уме, я это проверил, — пояснил он.
Юань озадаченно нахмурился, продумывая пути выхода из этой скользкой ситуации. Попросить перенести обследование на среду, когда вернется Цзю? Но это будет звучать подозрительно.
К счастью, Му Цинфан иначе понял его эмоции и примирительно поднял руки:
— Я не собираюсь настаивать, если вы не хотите.
Притворщик незаметно выдохнул с облегчением и даже пообещал:
— Думаю, мне стоит лично обсудить это с профессором Лю.
Ему даже стало интересно, что такого было в том разговоре в ночь с субботы на воскресенье.
Целитель просиял.
***
На обеде Лю Цингэ не появился, зато Шан Цинхуа со здоровым румянцем на щеках отчаянно поглощал еду, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды учеников. Ци Цинци весело болтала вместе с другой преподавательницей, используя подозрительно много слов, начинающихся на «Мо-», отчего профессор Чар каждый раз вздрагивал. Когда появилась компания семикурсников Гриффиндора вместе с Мобэем, он и вовсе поспешил схватить кусок пирога и торопливо удалился, невнятно бурча про занятость. Юань мог бы пожалеть друга, но использовал всю свою выдержку, чтобы игнорировать Ло Бинхэ. Ученик сидел в окружении прекрасных девушек с разных факультетов и изредка кидал на него непонятные взгляды. А еще должен состояться разговор с Лю Цингэ… — Мистер Му, — спросил директор, — с профессором Лю все нормально? Целитель уверенно кивнул и посмотрел на Юаня, приковывая к нему чужое внимание. — Профессор Шэнь, хоть и немного растерялся, действовал верно. Благодаря его вмешательству, с профессором Лю все хорошо, — добил Му Цинфан. «Брат меня убьет», — подумал мужчина, отчетливо чувствуя, как к щекам приливает жар. Он поспешно выдал отмазку, над которой корпел все оставшееся до обеда время: — Мисс Лю и остальные ученики слишком перепугались, чтобы я позволил себе действовать самостоятельно. Гриффиндорка в данный момент звонко смеялась над шуткой Ло Бинхэ. Ци Цинци тихо фыркнула с насмешкой. — Вы, как всегда, показали прекрасный пример взаимовыручки другим преподавателям, — похвалил Юэ Цинъюань. Теперь горели и уши. Профессор Астрономии фыркнула громче и закашлялась, скрывая смех. Все посмотрели на нее, и, пока объект всеобщего внимания сменился, Шэнь Юань поспешил ускользнуть в комнату брата, чтобы спрятаться там. Обед был в самом разгаре, коридоры хранили тишину, и никто не видел, как Ло Бинхэ схватил «своего декана» и затащил в пустой кабинет Зельеварения. Юноша припечатал дверь заклинанием и самодовольно на него посмотрел, крутя в руках свою палочку. — Мне казалось, что нам нужно кое-что обсудить, сэр, — насмешливо произнес он, разглядывая переполох эмоций на чужом лице. Шэнь Юань до смерти перепуганный, попытался найти свою волшебную палочку, но потерпел неудачу. — Вот она, — показал Бинхэ, вытаскивая искомое из своего рукава. — Так забавно. У Шэнь Цзю палочка другой формы и длиннее, хоть и из того же дерева, но никто ничего не заметил. Мужчина обдумывал, насколько вероятно, что брат неожиданно вернется на день раньше и спасет его от этого слизеринца. Ученик сделал пару пасов рукой и наколдовал слабый огонек. — Кажется, волос единорога, — осмотрел он чужую палочку и засунул обратно в рукав. — Так плохо слушается. Впрочем, неважно. Как давно вы пили оборотное зелье? Юань недоуменно моргнул. Затем понял: подросток решил, что он именно таким образом получил внешность Цзю. — Разве вы не сбежали из Большого зала, чтобы обновить чары? — терпеливо продолжал Ло Бинхэ. Казалось, он был готов разговорить даже стену. Притворщик мотнул головой и принял более спокойный вид, хотя уже не старался походить на брата. Он решил подыграть ученику, а затем уже разбираться. — В ближайшее время мне это не потребуется. — Вот как, — усмехнулся парень, опасно сверкнув глазами. — А где же вы спрятали моего любимого профессора? Шэнь Юань не уловил в словах сарказма и поспешил успокоить подростка: — Профессор Шэнь вернется уже завтра. Я заменяю его по его же просьбе. — То есть как вернется завтра? — буркнул Бинхэ с долей обиды в голосе. Он так походил на ребенка, хотя был выше. — Вы не останетесь? — Нет. И я хотел бы, чтобы ты сохранил в секрете от других… учеников, — добавил мужчина, чтобы тот не заподозрил, что об авантюре неизвестно директору, — что профессора временно заменяли. Взамен я обещаю поговорить с Цз… профессором Шэнем насчет того, чтобы он не отнимал твой пропуск в Запретную секцию и относился более… лояльно. С трудом подобрав слова, Юань облегченно выдохнул, когда заметил задумчивость на лице парня. Он не знал, насколько этому ученику важно признание профессора Шэня, и важно ли вообще, но ничего другого предложить не мог. Ло Бинхэ кинул ему волшебную палочку, и, к своему стыду, мужчина ее не поймал. Подросток насмешливо улыбался, но теперь не выглядел опасно. — По рукам. Но если поведение настоящего профессора Шэня мне не понравится, то я всем разболтаю о его замене. И, поверьте, сэр, я найду достаточные доказательства своим словам. Еще раз окинув любопытным взглядом притворщика, юноша ухмыльнулся и вышел. Юань скрыл лицо за ладонями. Ему предстояло невозможное: убедить брата смягчить свое отношение к Ло Бинхэ.***
На ужин «профессор» шел словно на казнь, и даже в его походке угадывалось нежелание идти в Большой зал. Слизеринец своим условием испортил его настроение, и мужчина не сумел придумать, как начать разговор с Лю Цингэ. Профессор ЗОТИ был сам на себя не похож. Он лениво ковырял почти нетронутый ростбиф на тарелке, хотя раньше едва ли отвлекался от еды даже во время своих злобных взглядов. Хуже него выглядел только Шан Цинхуа с темными кругами под глазами и зверским аппетитом, который внезапно бросил вилку одновременно с появлением в Большом зале гриффиндорца Мобэя. Сразу после резкой потери аппетита испарился и сам мужчина. Потому атмосфера за преподавательским столом слева от директора была унылой. Справа же, где развлекалась Ци Цинци, даже недовольный лик «профессора Шэня» не мог сдержать всеобщей взбудораженности. Юань все еще ловил на себе взгляды Цингэ, но робкие и еле заметные. Притворщик уже почти доел и лишь ждал, когда тот встанет из-за стола, чтобы последовать за ним. Юэ Цинъюань волновался, но никому до него не было дела. После третьего стакана тыквенного сока Шэнь Юань решил сменить тактику и подождать профессора ЗОТИ снаружи в темном углу. К его удивлению, Лю Цингэ последовал за ним. Они, два идиота, ждали друг друга и не решались уйти первыми. Молча два профессора последовали в какой-то тупиковый коридор, и Юань втайне радовался, что место выглядело знакомым. Цингэ, напротив, все больше хмурился, понимая, куда ведет его «Цзю». К его облегчению, они прошли дальше туалета, возле которого на потолке еще виднелся след от подорванной омелы. В полумраке, поскольку окна здесь выходили на восток, а солнце уже садилось, мужчина наконец остановился и повернулся ко второму. Профессор Лю едва в него не врезался и торопливо шагнул назад, краснея. Неясные тени делали его лицо еще прекраснее, отчетливо выделяя длинные ресницы и острую линию подбородка. «Какой же он красивый», — подумал Юань и громко вздохнул. — Что? — спросил Лю Цингэ, и притворщик понял, что сказал это вслух. Его лицо словно вспыхнуло, и мужчина не слишком изящно раскрыл веер, чтобы заслониться. — Вы считаете, что я сошел с ума, — быстро сменил он тему. Стоящий напротив комкал рукава темно-красной мантии. Юань улыбнулся, ловя его волнение на схожести с Лю Минъянь. Цингэ заметил его смешливый взгляд и сжал кулаки. — Именно так, — бесстрашно согласился мужчина. — Ты очень странно себя ведешь, профессор Шэнь. Юань немного находил забавным, что ученик, Ло Бинхэ, понял подмену, а преподаватели нет. Он все еще размышлял, стоит ли подставлять брата и раскрыть обман, чтобы не травмировать чужую психику, или же продолжать играть на его безумии. Притворщик решил потянуть время и унять заодно свое любопытство: — Что вы помните из нашего разговора ночью с субботы на воскресенье? Лю Цингэ вспыхнул и отвернулся к окну, и его румянец стал отчетливо различаться в полумраке. — Ты! — опять воскликнул он неконкретно, будто потеряв способность говорить нормально. — Я сделал что-то не то? — с некоторой невинностью уточнил Юань. Хоть он ничего толком не помнил, но дразнить профессора ЗОТИ оказалось интересно. Тот издал неясный звук, но, посмотрев на блеск в глазах «Цзю», недовольно нахмурился и угрожающе достал палочку. — Ты заходишь слишком далеко в попытках меня выбесить! Юань стремительно побледнел и попытался отдалиться, но уперся в стену. Двумя дрожащими руками он держал веер, который трепыхался, словно крылья бабочки, случайно обдувая слабым ветром его волосы. — Я ничего такого не хотел, — еле слышно попытался он оправдаться. — Давай устроим дуэль! В голове скопом проносились события, случившиеся после случая на втором курсе, когда на него направили палочку, хоть и случайно. Шэнь Юань совершенно не хотел попасть обратно в больницу. В его теле сохранялась остаточная магия, и неизвестно, как она среагирует на любое новое проклятие. Лю Цингэ ошарашенно наблюдал, как в глазах напротив копится влага. Он уже опустил палочку и даже спрятал ее, но Юань позорно всхлипнул, а затем и вовсе разрыдался, роняя свой веер и рукавами изящной зеленой мантии вытирая безудержные слезы. Ткань медленно темнела от влаги, но мужчина не мог остановить свою истерику. Страх наполнил его разум. Страх вновь попасть в больницу на много лет, сейчас, когда жизнь едва стала нормальной, на горизонте появился старый друг со своими дурными идеями, а старший брат доверил такое важное дело, хотя всегда слишком его опекал. Он даже не заметил, как Цингэ неловко пытался его успокоить, легко хлопая по плечу. Юань мотал головой, не находя в себе силы попросить оставить его в покое: всегда легче успокоиться, если тебя не пытаются подбодрить. Неожиданно Лю Цингэ обнял его и аккуратно уткнул в свое плечо. Он молча гладил Юаня по голове, хотя тот тут же прекратил лить слезы и лишь шмыгал носом. Его лицо горело, особенно глаза и щеки. Мужчина до ужаса смутился: раньше его обнимали только родители в далеком детстве да брат. Но он не хотел отодвигаться, поскольку это означало посмотреть Цингэ в глаза и показать себя в столь неприглядном виде. Именно поэтому, да. — Успокоился? — спросил он, и голос его звучал так мягко, что у Юаня забарабанило сердце. Он неловко отстранился, кивая, и отвернулся к стене. Лю Цингэ осторожно взял его за предплечье и повел из тупика коридора, поясняя: — Пойдем к Му Цинфану, он даст тебе выпить успокоительное зелье. Притворщик, напрочь забыв о своей роли, согласно угукнул и смущенно прикрыл лицо мокрым рукавом. Он даже не подумал, что Цингэ окончательно убедился в его сумасшествии. В пути им встретились ученики, но отчего-то дети и подростки не смотрели в их сторону. Юань скосил глаза и обнаружил, что профессор ЗОТИ держит палочку и бормочет отвлекающие заклинания. «Я бы не догадался», — восхитился про себя мужчина. В груди согласно раздался громкий стук сердца. Больничное крыло освещали несколько свечей, а за окнами приглушенно шумел ветер. Юаню было все еще стыдно от своей истерики, и он попытался спрятаться за чужим плечом от ошарашенного взгляда Му Цинфана. Целитель, не церемонясь, направил в него луч усыпляющего заклятия, и мужчина почувствовал, как обмякает в сильных руках Цингэ. Борясь со сном, он расслышал команду Му Цинфана: — Положите его на кушетку, да, так. Он удачно попытался разлепить глаза и увидел искреннее взволнованное лицо профессора Лю вблизи своего. Юань слабо улыбнулся ему, чувствуя охватывающую волну магии от целителя. С его стороны послышался вопрос: — Мерлин, чем его прокляли?.. Но притворщик лишь уснул.
