Контроль

Истинная любовь не может говорить, потому что истинное чувство выражается, скорее, делом, чем словами.

***

Я пытался выследить Уолта вот уже третью неделю. В принципе это было нетрудно — прибыл к месту очередного убийства, о которых мне сообщал Доррен, изучил, уловил след, обратился в туман и погнался следом. Но всякий раз Потрошителю удавалось уйти от меня. Порой мне казалось, что маньяк специально издевается надо мной, водя по кругу и позволяя приблизиться, чтобы затем играючи убежать. Однажды я уже почти настиг его, увидел туманный силуэт под мостом… Но когда я спрыгнул туда с обнажёнными когтями, рядом никого не оказалось. После каждой неудачной охоты я возвращался в госпиталь, который стал чем-то вроде моего штаба, восстанавливал силы и пытался понять, были ли у меня хоть какие-то зацепки. Могу ли я найти Томаса иначе чем просто гоняясь следом? Вряд ли. Да и так, в принципе, не могу. Затем, насытившись, я вновь покидал больницу, не желая сталкиваться с Лили. Доррен сказал, что она выжила, сумела регенерировать… И всё, больше никакой информации. Я не знал, как она отнеслась к моему поступку, не стал ли он причиной её ненависти — вообще ничего не знал. И не хотел проверять до того момента, как Уолт будет пойман. Но пока что к этому не было ни единой предпосылки. Насколько я знал, параллельно со мной работало аж две группы: полицейские Жана и какой-то следователь из Норвегии. Я не встречался ни с кем из них, предпочитая действовать в одиночку. И, как оказалось, не зря…

***

Ночь, в которую я столкнулся с Потрошителем тет-а-тет, начиналась отнюдь не примечательно. Я выпил пол-литра холодной донорской крови и покинул госпиталь Святой Марии, чтобы привычно пошататься по улицам. Тёрнер считал, что это нечто вроде патрулирования, но он был чересчур высокого мнения о моих способностях. Я же прекрасно понимал, что Томас никогда не ударит, если поблизости будет кто-то из синдиката. Несмотря на всю свою силу, он не выдержал бы группового нападения. Я шёл по улице, дыша прохладным воздухом и внимательно изучая окрестности. Госпиталь находился вдали от крупных бизнес-магистралей, и с наступлением ночи жизнь вокруг него замирала. Лишь бегали бродячие кошки, светились вывески круглосуточных магазинчиков, и грелись у бочек с горящим мусором бездомные. Ну просто идиллия ночного города… И нарушал эту идиллию лишь высокий крепкий человек в чёрном кожаном плаще, идущий мне навстречу. При виде его я почувствовал волнение. Не знаю почему, мне казалось, что я ягнёнок перед лицом волка. Слегка прикрыв глаза, я вслушался в его шаги… И не услышал их. Вампирская эхолокация не могла подвести, а значит, незнакомец просто шагал бесшумно. «Вот чёрт», — подумал я, аккуратно выдвигая когти на правой руке. Мы сравнялись. Не глядя друг на друга разошлись. Вдох, биение сердца. Краем глаза я заметил движение. Тело среагировало даже быстрее, чем я осмыслил ситуацию, секунда — и я уже прижимаю когти к шее незнакомца. А он делает то же самое с моим животом. — Наконец-то я встретил тебя, — на лице вампира расплылась искренняя улыбка. — Ну здравствуй, отпрыск Спящего. Спрятав когти, Томас Уолт отошёл на шаг от меня. Я спрятал свои. — Потрошитель? — Ох, не люблю это прозвище. Оно не передаёт даже десятой части моей смертоносности… Да ещё и Джек. Вот кто сказал им, что маньяка зовут Джек? Честно говоря, не таким разговорчивым я его представлял. — Думаю, дело в том, что это распространённое у нас имя. — Да, наверняка. А ты… «Не говори ему!» — Майкл. — Майкл… — повторил вампир эхом. — Приятно познакомиться. — Не могу сказать, что это взаимно. — Да ладно, ты же тоже искал меня! — Чтобы уничтожить. Уолт изогнул бровь. — Да ладно? Я даже не понял, как он оказался вплотную ко мне. — Но зачем? Скажи, зачем тебе меня убивать? — Серьёзно? Может, потому что ты — чёртов маньяк? — У всех есть свои недостатки. Кстати, пятнадцать минут назад я убил ещё одного человека. Охранник музея, труп найдут через полчаса, когда начнётся пересменка. Как думаешь, может, мне стоит наведаться туда во второй раз через пару дней? Уолт расхотался. — Только представь, а… Его напарник небось подумает, мол, слава Богу, что не я. А на следующий день я приду за ним. Ну смешно же! — Невероятно, Томас. Ты король юмора. — Нет, просто ты зануда. Я передёрнулся. Лишь Лили могла так меня называть! — А теперь серьёзно, — я понял, что всё, что было до этого, являлось лишь маской Уолта. Только сейчас передо мной появилось его истинное лицо, лицо хищника. — Мы с тобой — сильнейшие вампиры Лондона. Этот город наш по праву. Наши охотничьи угодья. Люди… Подумай сам, кто они? Несчастные создания, обречённые на жалкие семьдесят лет жизни. Вынужденные бояться всего: автомобилей, падающих кирпичей, инфаркта. Бояться нас. Остальные вампиры… Ничтожества. После смерти Спящего нет никого, кто был бы нам равен. Мы будем рвать и пожирать, пить горячую кровь, а не ту жижу, которой питается синдикат. В конце концов… Мы сможем спасать от смерти тех, кто нам особенно дорог. — Я не хочу этого. Хочу быть человеком. — Человеком?! Майкл, ты, должно быть, шутишь. Ты уже не человек, признай это. Ты высшая форма жизни, хищник. Разве мы виним льва за то, что он рвёт на части антилопу и убивает шакалов, что зарятся на его добычу? Нет, ибо лев — король саванны. А мы с тобой… Станем королями Лондона! В глазах Томаса светилась адская смесь: гордость, высокомерие и безумие. Но, может, он прав? Кто мешает мне обратить своей кровью ещё пару дорогих мне людей, и властвовать над городом вместе с ними? Разумеется, Томаса придётся убить… Два льва на такой крохотной площади не уживутся. — Тебя пугает то, сколько людей погибнет? — Уолт будто не замечал моих колебаний, продолжая высказывать свои планы. — Но ведь ты уже убивал. Убивал. Это слово вернуло меня в реальность. О да, я убивал. Разорвал своего лучшего друга. В приступе ревности. За то, чего он не совершал. Да, я убивал. И больше не буду. Ну разве что один раз. — Скажи, Томас… — Да? — Когда-нибудь этот город станет мал для нас обоих. Куда следует обратить свой взор во вторую очередь? — Хах! Я знал, что ты примешь верное решение. Я бы посоветовал Па… «Если тебя прижали на улице», — вспомнил я слова Джека несколькими секундами ранее. — «Причём так конкретно, что вариантов кроме драки нет, задай вопрос. Вообще любой. Главное, чтобы противник начал на него отвечать. И тогда бей». Так я и поступил. Томас ещё договаривал «…риж», как мои когти вонзились ему в живот и бедро. Вампир попытался защититься, но я впился клыками в его горло… …о Боже, какая у него вкусная кровь!.. и резко дёрнул вправо, разрывая яремную вену. Кое-как оторвавшись от моей хватки, Томас посмотрел на меня глазами полными ужаса и… Обратился в туман, надеясь сбежать. «Ну нет», — подумал я, устремляясь за ним. — «Ты. Теперь. Мой!»