Проигравший получает всё

      Два дорогих спорткара мастерски лавируют по оживлённой дороге, подрезая медленно плетущиеся по сравнению с ними автомобили, недовольно гудящие вслед. Городские улочки всегда переполнены, как машинами, так и людьми, вне зависимости от времени суток, что делает гонку ещё более увлекательной и опасной. Заставляющей кровь кипеть в жилах.       Постепенно поток машин уменьшается, и спорткары наконец вырываются вперёд, набирая скорость на подвесном мосту, освещённом сотнями электрических лампочек. Джисон бросает беглый взгляд на затонированные стёкла ламборгини, не отстающего ни на сантиметр с момента старта. Весь проложенный маршрут уже практически позади, остаются лишь считанные секунды, решающие исход заезда. Крепче сомкнув пальцы, Джисон резко выворачивает руль, плавно дрифтуя на повороте. Феррари на мгновение вырывается вперёд, и этого становится достаточно, чтобы одержать победу.       Надавив на педаль газа, Джисон пересекает финишную черту первым. Чувство эйфории накрывает его так же внезапно, как и само осознание, что он выиграл. Сделал это. Смог. Победил.       Распахнув дверцу, Хан чуть ли не выпрыгивает из автомобиля, вливаясь в всеобщее ликование, прыгая вместе с гремящей толпой. Он чувствует, как чьи-то руки одобрительно хлопают по плечу, как кто-то безрезультатно пытается привлечь его внимание, легонько пихая в бок, а кто-то, крича ему прямо в ухо, просто пытается обнять. Всё это далеко не так важно. Главное - он выиграл, а это значит...       Джисон видит, как Минхо неспешно вылезает из ламборгини, в ожидании усаживаясь на капоте. Судя по широкой улыбке, играющей на лице старшего, он ничуточки не расстроен, что вызывает у парня целый ворох вопросов, так и оставшихся без ответа.       Чутка поумерив пыл, Джисон пытается привести в порядок свои каштановые с парочкой выбеленных прядок волосы, но яркий блеск в глазах и румянец на округлых щеках всё равно выдают его истинные чувства. Махнув Ли рукой, он гордо вскидывает подбородок на манер победителя, садясь обратно за руль. Этой ночью он будет тем, кто станет раздавать приказы, и пусть только хоть кто-то попробует его ослушаться.       Выжав на руле клаксон, Хан разгоняет толпу, пулей подрываясь с места, на асфальте оставляя свежие следы жжённой резины.       Феррари тормозит у роскошного двухэтажного дома, окружённого ухоженным газоном с обилием садовых фигурок. Редкие фонари, помигивая, тусклым сиянием освещают тихую улицу элитного района, погружённого в сумрак. Промозглый ветерок, временами дуя, проскальзывает под лёгкую одежду парней, нагоняя мурашек.       - Это что, твой дом? - Кивнув на громоздкое строение, Минхо щёлкает зажигалкой, ладонями заслоняя тлеющий кончик сигареты от ветра.       - А что, не похоже? - Поморщившись из-за отвратного дыма, ударившего в нос, Джисон хмурится, по-детски высовывая кончик языка, тем самым высказывая явное отвращение по отношению к табачным издельям.       Старший лишь тихо смеётся на столь очаровательную выходку, затягиваясь в последний раз и выбрасывая окурок, чтобы не раздражать младшего лишний раз. На удивление Ли, Джисон ведёт его прочь от парадного входа, следуя вдоль забора, выкрашенного белой краской. Когда они оказываются за домом, Джисон перекидывает через забор сначала одну, а затем и вторую ногу, ловко спрыгивая на задний двор. Подтянувшись на руках, Минхо следует примеру младшего, всё ещё искренне недоумевая, почему нельзя было просто воспользоваться дверью вместо воровского проникновения на участок.       - Если это твой дом, то почему мы перелезли через забор, а не вошли, как нормальные люди?       - Так гораздо интереснее.       Явно не собираясь и дальше развивать эту тему, Джисон стягивает с себя джинсовку, бросая на плиточную дорожку, выложенную вокруг большого прямоугольного бассейна. Как только кроссовки сваливаются с ног, стукаясь резиновой подошвой о землю, парень отступает на пару шагов и, изо всех сил разбежавшись, прыгает прямиком в объятья лазурной глади. Водяные брызги частично задевают Минхо, никак не ожидавшего, что младший сиганёт в воду. Заслонившись руками, он ворчливо бубнит ругательства, рассматривая мокрые разводы на штанах.       Наконец, потревоженная вода стихает. Коснувшись пятками дна, Хан ловко всплывает на поверхность, с заливистым смехом шлёпая руками. Весь задний двор наполняется шумными всплесками жидкости, переливающейся через край из-за буйного мальчишки, резвящегося в бассейне.       - Айгу, кто плавает осенью, ты же простудишься, - несмотря на ворчание, Ли всё же присаживается на корточки у бортика, с улыбкой наблюдая за бултыхающимся Ханом.       - Не простужусь, вода тёплая, сам попробуй.       - Спасибо, но у меня есть дела поважнее, чем лежание в постели с температурой под сорок.       Поднявшись на ноги, Минхо осматривается, пряча ладони в карманах кожаной куртки. Всё-таки, что-то его гложет, не давая покоя. Не мог же Джисон так просто привести его к себе в дом? Каждый раз мальчишка увиливал от щекотливых тем, тесно касающихся личной жизни или семьи, боясь открыться постороннему человеку, ограничиваясь лишь жарким сексом на ночь, так с чего бы ему это делать сейчас? Наверняка, он что-то задумал, но по тому, как младший беззаботно резвился, поднимая волны со дна бассейна, в голову ничего путного не приходило.       Тем временем объект размышлений, заметив, что Ли на что-то отвлёкся и уже за ним не следит, бесшумно подплывает сзади, резко хватая за куртку. Минхо, покачнувшись на пятках, с звучным проклятием падает, успевая лишь беспомощно взмахнуть в воздухе руками, прежде чем пенные волны окончательно заглатывают жертву, угодившую в ловушку. Когда недовольное лицо старшего со слипшимися тёмными волосами появляется над поверхностью, всё ещё беспокойно вздымающейся, Джисон не может сдержать смех.       - Ты, - голос Минхо становится ещё более низким, чем обычно, но Хан не обращает на это и капельки внимания, продолжая радостно барахтаться.       - Ну держись, - гребя руками, Ли стремительно подплывает, готовясь задать младшему трёпку. Заметив это, Джисон сразу же двигается в противоположную сторону, ногами плескаясь в попытке выиграть время.       Следующие минут десять проходят в беспрерывной погоне, с задорными вскриками и шуточными попытками утопить друг друга. Когда силы парней окончательно иссякают, Джисон примирительно машет руками, а Минхо подплывает ближе, вытряхивая из ушей воду. Их промокшая насквозь одежда неприятно пристаёт к коже, утягивая на дно, а вымокшие волосы превращаются в сосульки, облепившие раскрасневшиеся лица.       Младший тяжело дышит, распахнув влажные губы, зорко следя за Минхо на случай, если тот всё же решит отыграться. Однако тот в примирительной улыбке приподнимает уголки губ, чуть склоняя голову вбок. То ли из-за выброса эндорфинов, то ли из-за приглушённой подсветки на дне бассейна, Ли кажется неожиданно привлекательным, будоража Ханово сердце. Разве у него всегда были такие красивые черты? А ослепительная улыбка, временами сменяющая нахальную ухмылку? Тёплый взгляд, наполненный чем-то нежным?       - Сон-а, - голос старшего более не звучит строго, став скорее мягким, от чего Джисона передёргивает.       Ли протягивает руку, касаясь разгоряченной щеки мальчишки, из-за чего водяные капли тут же сбегают по коже, оставляя после себя блестящие дорожки. Джисон не убегает, как это делал обычно, смотря прямо в глаза, прожигающие насквозь. В его дерзком взгляде своевольного ребёнка что-то меняется, а губы вздрагивают, но ничего не произносят.       Сократив расстояние, Минхо перехватывает узкую талию, ладонью опускаясь на поясницу, придерживая в воде. Хан как всегда в кожаных штанах, только теперь с белыми полосами, идущими вдоль от самой талии до обнажённых косточек на лодыжках. Что за страсть к облегающим вещам? - Промелькивает в голове старшего, когда их лица становятся непривычно близко.       Зажмурив глаза, Джисон поддаётся моменту, чувствуя странное тепло, разливающееся в груди. Минхо почти касается поцелуем его губ - дыхание оседает невидимой плёнкой на чувствительной коже, как резкий мужской голос их прерывает:       - Что вы делаете в моём бассейне?! Я сейчас копов вызову!       Мигом отпрянув друг от друга, парни смотрят на приближающегося к ним человека в развевающемся на ходу халате, явно поднятого с постели их шумными забавами.       - Вот чёрт...       Вода стекает нескончаемым водопадом, оставляя на дорожке мокрые следы от ног. Парни бегут, преисполнившись силой от хлынувшего в кровь адреналина. Держа под мышкой куртку с кроссовками, Джисон на ходу запрыгивает в феррари, тут же с визгом колёс срываясь. Минхо ещё долго корит себя за то, что так и не прислушался к голосу разума, следуя по ночному городу за красным спорткаром.

***

      Полоса света от коридорной лампочки прорезает темноту в гостиничном номере. Положив карту-ключ на тумбочку в прихожей, Джисон на ощупь находит выключатель, озаряя простенький номер, выполненный в сдержанных тонах.       - А как же загородный дом с бассейном? - Усмехнувшись, Ли стягивает при входе хлюпающие кроссовки, из-за чего на ковровом покрытии расползается влажное пятно.       - Знаешь ли, я дома живу не один, поэтому довольствуйся этим.       - Жаль, а я ведь так хотел познакомиться со свекровью.       Фыркнув, Джисон отодвигает стул от небольшого столика, ютящегося в углу номера, ставя посреди комнаты.       - Ты же не думал, что я тебя так просто отпущу после того раза?       - А что я сделал? Насколько помню, тебе очень даже понравилось. - Очередная ухмылка распускается на лице, заставляя внутри младшего всё клокотать от негодования.       Сентиментальное настроение, навеянное полуночным купанием, мигом улетучивается, освобождая место для неудержимого желания как можно посильнее вдарить этому самодовольному Минхо, постоянно издевающемуся над ним.       - Усади уже свою тупую задницу на стул.       Как только первый приказ исполнен, Джисон отходит к кровати, на которой всё это время стояла картонная коробка. Сняв с неё крышку, парень задумчиво трёт подбородок, решая, с чего бы начать, пока его мстительные фантазии не прерывает насмешливый голос:       - Вау, принцесса побывала в магазине для взрослых? И как тебя туда только пустили...       - Да, как видишь, я тщательно продумал план мести, поэтому, если не хочешь, чтобы в твоём рту оказался вместо кляпа мой потный носок, заткнись и не мешай.       Порывшись среди недетских игрушек, Хан останавливает свой выбор на мотке красной верёвки, кошачьей походкой возвращаясь к пленному, смиренно ожидающему приговора.       - Снимай, - кивнув на рубашку, Джисон развязывает моток, находя один из концов среди сплетения.       - Что, соскучился по моему идеальному телу? - Подмигнув, Минхо стягивает кожанку вместе с влажной футболкой, полностью оголяя верх.       - Видел и получше, - буркнув, заводит чужие руки за спинку стула, связывая сначала запястья между собой, затем делая виток под локтями, на плечах и заканчивая широким - поперёк груди.       - А как же стоп-слово? Скажем, красный?       - У меня не было никакого стоп-слова! Ей-богу, ещё хоть раз откроешь свой рот, и я придушу тебя голыми руками, а труп скормлю бездомным кошкам!       - Хорошо-хорошо, принцесса, не злись.       Убедившись, что верёвка хорошо закреплена, Джисон с удовлетворением осматривает свою работу, невольно подмечая, что за столь долгое время Минхо ни чуточку не поправился, даже став... ещё более соблазнительным?       Тряхнув головой, парень прогоняет сомнительные мысли прочь, выуживая из коробки чёрную атласную ленту и завязывая её узелком на чужом затылке. Без надзора насмешливых тёмных глаз становится в разы проще действовать. Сковывающее смущение проходит, и Джисон наконец избавляется от влажной футболки, обнажая продрогшее тело и вальяжно устраиваясь у Ли на коленях. Торс старшего заметно напрягается, когда Хан ведёт по груди ладонями, изучая впадинки и возвышенности, местами усеянными родимыми пятнами. Бесспорно, у гонщика изумительное тело, о котором стоит только мечтать. Сам Джисон слишком ленив для регулярных походов в зал, да и питается как попало, из-за чего постоянно пребывает в состоянии юношеской худобы.       - Бесит, - обвив за шею, прижимается, начиная тереться бёдрами.       С губ Минхо тут же слетает удивлённый вздох, и он по привычке дёргает руками, чтобы обхватить паренька за талию, но запястья крепко связаны, не поддаваясь ни на сантиметр. Он связан по рукам, как бы метафорически то ни звучало. Тем временем пальцы младшего крадутся по загривку, забираясь в подсохшие волосы, чуть наклоняя голову вбок. Кончиком носа Хан ведёт по открытой шее, вдыхая чуть ощутимый аромат одеколона, не прекращая ёрзать.       - Джи-сон-а, - хрипло выдыхает, пока парень беззастенчиво трётся о чужой пах, прижимаясь к груди, перехваченной верёвкой.       В собственных штанах становится узко, но Хан не останавливается, зубами прикусывая венку, выпирающую на шее. Минхо не требуется много времени, чтобы возбудиться: пусть глаза и завязаны, у него хватает силы воображения, чтобы представить заведённого парня из его влажных снов, двигающего бёдрами в похотливой манере.       Потянув с вжиканьем за бегунок, Джисон расстёгивает ширинку чужих джинсов. Приспустив бельё, он высвобождает возбуждённый член, пару раз скользя ладонью взад-вперёд под низкий стон одобрения.       - Такой нетерпеливый хён.       Поднявшись с колен, Джисон идёт обратно к коробке, доставая оттуда резиновое кольцо и тюбик лубриканта. Выдавив немного смазки на ладонь, он её разогревает, после чего, разведя ноги Ли пошире, начинает разгонять по возбуждению, надрачивая. Кольцо с лёгкостью проскальзывает через блестящую головку, застревая на положенном месте. Сбитый с толку, Минхо прикусывает губы, пытаясь предугадать последующие действия, однако Джисон всегда отличался непредсказуемостью и безрассудством.       - Помнишь, как мучал меня? - Тихий голос разносится у самого уха, опаляя неровным дыханием. - Сначала заставил покорно сидеть, пока ты доводил меня таким унизительным способом...       Ладони младшего соскальзывают с плеч на грудь, останавливаясь на сосках. Подушечками пальцев Джисон трёт бусинки, ещё больше твердеющие от прямого воздействия.       - ...затем заставил себе отсосать, при том был настолько грубым, что у меня потом болела челюсть.       Отпустив покрасневшую кожицу сосков, руки скользят ниже, ногтями царапая рельефный торс. На теле вспыхивают причудливые линии, которые со временем исчезают, оставляя после себя фантомную боль.       - Ты сразу же набросился на меня, связав...       Ладони обхватывают член у основания, грубовато сжимая. Прижавшись к чужой спине, Джисон дразняще играется с яичками, всё так же шепча на ухо.       - Тебе ведь нравилось это, да? Смотреть, как я, извиваясь под тобой, молю кончить?       Руки скользят по члену, широким движением надрачивая, а головка, перехваченная эрекционным кольцом, всё больше краснеет.       - Тебя ведь заводило то, как я мучался, да? Плохой хён...       - Джисон-а, я... - Голос становится хриплым, и Минхо нервно ёрзает, беспомощно дёргая руками. Верёвки сильнее впиваются в кожу, причиняя боль, резко контрастирующую с получаемым наслаждением.       Младший вновь устраивается на чужих коленях, губами приникая к груди. Минхо мелко вздрагивает, чувствуя, как на коже остаётся мокрая дорожка из вереницы поцелуев, а затем зубы ощутимо обхватывают сосок, оттягивая. Ли протяжно стонет, будучи в данный момент чувствительным до невозможного из-за обострённого восприятия, всё так же беспомощно дёргая руками. Джи его легонько покусывает, периодически сменяя зубы на лёгкие причмокивания губами, чередуя.       - Сон-а, пожалуйста, - старший болезненно напрягается, истязаемый сладостной пыткой. Верёвка больнее врезается, оставляя следы на смугловатой коже, блестящей от многочисленных поцелуев.       - М-м, что мне сделать? - Приторно-сладкий голос тёплым дыханием оседает на шее.       - Развяжи меня...       - Ну не-ет, ещё слишком рано. Но я могу тебе кое-что показать.       Дернув за конец ленты, Джисон освобождает Минхо от повязки. Минхо какое-то время слепо щурится, часто моргая, пытаясь вновь привыкнуть к свету.       - Ну привет, - шаловливо прикусив за мочку уха, Сон ведёт подушечками пальцев по выдающемуся подбородку, шажками приподнимаясь к приоткрытым губам. - Соскучился?       Минхо страстно желает разорвать верёвку в клочья, подхватить младшего на руки и затрахать до смерти в дешёвом гостиничном номере, и пусть идёт к чёрту хренов уговор вместе с уличными гонками. Прямо сейчас его желанный мальчик сам тянется к нему, хоть всё это и является актом мести. Минхо отчаянно хочется верить, что глубоко внутри Джисон сам этого хочет, просто боится или не хочет признать.       Тем временем младший отстраняется, с лукавой улыбкой стягивая с себя штаны вместе с бельём. Минхо не отводит взгляд ни на секунду, буквально вгрызаясь в медовую кожу, мысленно раскладывая его на всех горизонтальных поверхностях номера.       - Некрасиво так пялиться, - надув губки, достаёт из коробки свою любимую, последнюю на сегодня игрушку - розовое виброяйцо, седлая чуть ли ни подрагивающие от возбуждения колени. - Поможешь?       Коснувшись губ старшего, Джисон толкается пальцами внутрь, чувствуя, как горячий язык накрывает, хорошенько смачивая. После, раздвинув стройные ноги, он приставляет увлажнённые пальцы к сжатому колечку мышц, постепенно вводя пока один на фалангу. Перед кем-то заниматься подобным несомненно стыдно: Минхо открыто пялится, часто облизывая губы, видимо временами не веря, что всё происходящее - реальность. Протолкнув палец глубже, Джисон шумно выдыхает, прикрывая от наслаждения глаза.       Минхо ловит каждый томный стон, каждое умелое движение, то, как палец один за другим исчезает в порозовевшей дырочке, хлюпая. В голове уже буквально звенит от перевозбуждения, когда Хан, достаточно себя растянув, проталкивает внутрь игрушку, настраивая частоту на маленьком пульте. Вибрация тут же пробивает током хрупкое тело, из-за чего Джисон со стоном впивается в губы, развязно целуя. Языки парней сталкиваются, вступая в борьбу, однако на этот раз Минхо определённо выходит победителем. Он грубо мнёт мягкие губы, кусая и вновь захватывая со страстью, будучи способным лишь так излить чувства.       Не глядя, Джисон нажимает на кнопку, включая скорость на максимум. Сладкий стон тут же заполняет пространство номера, а Хан ногтями впивается в плечи, покрывшиеся испариной. Пульт из руки выскальзывает, стукаясь об пол, а младший в экстазе выгибается, утопая в наслаждении каждой клеточкой тела. Когда ком возбуждения становится слишком большим, готовым в любой момент вырваться наружу, парень стягивает трясущейся рукой кольцо с чужого члена, который тут же бурно изливается вязкой спермой ему на грудь. Чуть ли ни задыхаясь, Джисон отстраняется от губ, с протяжным стоном кончая.       Какое-то время они поддерживают зрительный контакт, всё ещё заведённые, ведь друг друга им чертовски мало, и Джисон наконец понимает, что всё это время безбожно проигрывал, поддаваясь намеренно подначивающей ухмылке. Вытащив игрушку, выполнившую свою работу, Хан тянется за новым поцелуем, отвлекая старшего от происходящего. Пока их языки переплетаются в затейливом танце, парень, размазав по члену Ли ещё не остывшую сперму, аккуратно насаживается, бёдрами опускаясь.       - Сон-а, пожалуйста, - низкий голос прерывает шумное дыхание младшего, звуча уже как мольба, а не приказ.       - Ещё не... - Приподнявшись, Джисон вновь опускается на член, вбирая длину полностью.       Номер мгновенно наполняется влажными шлепками и низкими стонами, сливающимися в один, протяжный. Джисон, крепко держась за шею, безостановочно двигает бёдрами, седлая твердеющий член старшего. Ему так хорошо, что он без труда забывает все обиды и подколы, полностью отдаваясь желанию, разделяемому двоими.       - Я сейчас кончу, - Минхо хрипит на ухо, а Хан, не глядя, тянет за верёвку, не прекращая однообразных движений.       Пальцы предательски дрожат из-за подступающего оргазма, но младшему кое-как удаётся развязать узелок, после чего весь причудливый рисунок из верёвки змеёй расползается. Почувствовав долгожданную свободу, Минхо резко подхватывает младшего за бёдра, не выходя из разгорячённого тела, грубо бросая на постель. Явно не ожидавшая такого исхода кровать жалобно взвизгивает, ударяясь изголовьем о стенку. Минхо втрахивает громко стонущего Джисона в постель, оставляя на медовых бёдрах лиловые синяки от крепкой хватки и тёмно-красные укусы на груди.       - Мин-хо, - голос плаксиво надрывается, и Джисон обильно кончает, распахивая губы в самом громком стоне, в пальцах сминая накрахмаленное постельное бельё.       Стиснув ладони на тонкой талии, Ли входит по самое основание в заключительной фрикции, с хрипом кончая внутрь младшего, распластавшегося на кровати. На Хановом лице пылает стыдливый румянец, а глаза заволакивают хрустальные капельки слёз. Склонившись, Минхо захватывает влажные губы, втягивая в очередной поцелуй, вырывающий сладкие мычания, посылающие вибрации внутрь глотки. Джисон чувствует, как старший возобновляет движения, разгоняя горячую жидкость внутри. Скрестив ноги, он царапает в очередном экстазе чужую спину, распадаясь на частички при очередном оргазме, становящемся заключительным. Его тело становится на какое-то время совершенно невесомым, словно душа отделяется, воспаряя в небеса. Однако затем притяжение с утроенной силой прибивает его к постели, лишив малейшей возможности пошевелиться от изнеможения.       Капли пота спадают с взмокшей чёлки Ли на мерно вздымающуюся грудь Джисона, щекоча. Старший зачёсывает волосы назад, поцелуями покрывая изумительные пухлые щеки, отдающие солью. Джисон лениво жмурится на такое проявление чувств, обессиленно откинувшись на одеяло: нет сил не то чтобы отстраниться, даже кончиком пальца пошевелить не удаётся.       - Джисон, ты просто невероятный.       От неожиданного комплимента Хан смущенно прикусывает губы, не зная, куда деть глаза. Старший его заботливо обтирает салфетками, покрывая каждый второй синяк невесомым поцелуем. Прикрыв глаза, младший тихонько мыкает, пытаясь удержаться на плаву в стремительно покидающей его реальности. Вдруг что-то холодное обвивает его запястье, с щелчком захлопнувшись. Вопросительно приоткрыв глаза, Хан видит, как на его руке красуется металлический браслет пушистых наручников, а на запястье Минхо - точно такой же, второй.       Уловив удивлённый взгляд, старший поясняет:       - Чтобы утром вновь не убежал.       Тёплые руки любвеобильно обвивают, а Джисон тихо фыркает, спуская с рук выходку. Всё-таки в объятьях Минхо ему спится намного крепче.

***

      Иссиня-чёрное полотно расцвечивается широкими персиковыми мазками в преддверии подкрадывающегося рассвета. Минхо переворачивается на другой бок, находясь в глубоком сне, однако что-то резко дёргает его за руку, не давая пошевелиться. Сонно разлепив глаза, Минхо переживает дежавю: младшего нигде не оказывается, вот только на этот раз рука намертво прикована металлическим браслетом к изголовью.       Минхо на пробу дёргает, пытаясь понять, можно ли разогнуть цепочку, но наручники не поддаются, крепко удерживая в заложниках. Разве игрушки для секса должны быть такими прочными?       Посмотрев на прикроватную тумбочку, где прошлым вечером Ли оставил небольшой ключик, прежде чем приковать себя к Хану, он находит записку: Номер оплачен до вечера, поэтому можешь вдоволь развлечься. Я специально попросил персонал не беспокоить, вплоть до завтрашнего утра. Кстати, раз тебе так понравились наручники, то можешь оставить их себе в качестве небольшого презента, вот только... Ключи от них куда-то подевались :)