Между двух огней

Прошла уже неделя с тех пор, как мы с блондинкой совершили запретные действия на террасе Уилсонов, хотя мне они таковыми уже не кажутся. На следующий день после этого, я её ни разу не видел. Не знаю, как у неё это получилось, но так было даже проще, если не брать во внимание бесконечные переживания на счёт всего случившегося. Её поведение осталось для меня загадкой: сначала набросилась на меня, потом назвала это ошибкой. А наш разговор на улице — вообще непонятно что! Увидев голубоглазую спустя два дня, не обращая внимания на волнение и страх, я попытался поговорить с ней, но успехом это не увенчалось, и у меня появилось тягостное чувство, будто меня избегают. Тогда я начал корить себя за то, что рассказал о своей симпатии к ней. Ведь, пока я не признался, всё выглядело, как банальный интерес или минутное помутнение разума. Но, сказав, что она мне нравится, я переступил черту и пути назад уже не было. При родителях Хлоя пытается вести себя, как обычно, но сводит наше общение до минимума, а когда мы остаемся наедине…мы никогда не остаемся наедине, потому что при каждом таком случае, не успеваю и слова сказать, как она, оправдываясь чем-то, убегает. В общем, один день сменялся другим и не было ничего, что могло внести краску хоть в один из них. Даже новая серьга в ухе у Алекса, которая, замечу, ему очень идёт, не принесла того восторга, который должна была. Я виделся с друзьями, гулял. Но и это не помогло почувствовать хоть что-то, кроме отчаяния. Виделся с Эллой, которая удивилась, когда я впервые отказался от секса с ней. Чем мы занимались? Понятия не имею. Кажется, гуляли, даже вели интересные диалоги, но в памяти, застеленной пеленой тумана, нет хоть каких-то приблизительных деталей этой встречи. Все мои мысли были заняты Хлоей. Но большинство были не о ней конкретно, а о нашем пылком и умопомрачительном поцелуе. В памяти то и дело всплывали воспоминания и ощущения того вечера. Её прикосновения, дыхание, запах. Я мурашками каждый раз покрываюсь, когда думаю об этом. И на фоне всех тех чувств, которые я испытал, всё вокруг кажется бесцветным и ненастоящим из-за того, что её нет рядом. С каких пор я стал таким нежным? Вообще, я и циником-то никогда не был, но то, что со мной делает эта девушка… Чувствую себя безответно влюблённым мальчишкой. А, ведь, я уже давно не такой. Да и первая любовь уже несколько лет, как забылась. Постоянно думаю о той, которая избегает меня всеми возможными способами, о которой думать не должен. Но не имея сил совладать с собой, я возвращаюсь к тому вечеру. Вспоминаю каждую деталь. Анализирую всё с самого начала, пытаясь понять: действительно ли Хлоя хотела этого? Как мне тогда показалось — да. Но после её реакции, и после недельного избегания, я уже ни в чём не уверен. В какой-то момент, я подумал, что ей нужно время и решил подождать ещё два дня, прежде чем опять пытаться поговорить. Но достичь успеха мне так и не удалось. После этого у меня не было никакого желания возвращаться к этой теме. Я твёрдо решил не трогать Хлою и жить дальше, забыв обо всём, что случилось. Но с каждым днём всё больше ощущаю, что существую, а не живу. Уже третий день прихожу домой пьяный и под утро, до обеда отсыпаясь в кровати. Я хочу забвения, а алкоголь в этом прекрасный помощник. Сегодня повезло только тем, что некому будет морали и нотации читать, так как родители уехали на весь день, чтобы насладиться обществом друг друга в одиночестве. Они всегда так делают перед отъездом Вильяма в командировку. За окном ливень и серые пейзажи. Хорошо, хоть моё физическое состояние удовлетворительное — спасибо генам. У папы никогда не было симптомов похмелья наутро после весёлой ночи. Вставать с кровати совсем не хочется, как и в любой другой день до этого, но всё же, приложив немалые усилия, подымаюсь и иду в ванную, чтобы привести себя в порядок. Спустя пол часа, спускаюсь одетый на первый этаж. Увидев Хлою, которая растянулась на диване читая какую-то книгу, в удивлении замер на несколько секунд. Непривычно вот так её видеть, спокойно находящуюся со мной в одном помещении. Не реагирующую, будто этой недели не было, и она не отдалялась. Мы нормально не общались уже целых семь дней, перекидываясь одинокими «приветами», и то только при родителях. Наверно, если бы не погода, то её давным-давно не было бы дома. Чувствую порыв поздороваться, но останавливаю себя, не желая ей мешать, напоминая о себе. С первым же шагом, по направлению к кухне, появляется ощущение, будто воздух наливается свинцом и становится полным немого напряжения. Начинаю исследовать кухню в поисках завтрака, не замечая, как синие глаза, время от времени, пробегаются по мне. На холодильнике записка от Мег: «Милые, нас не будет до ночи. В холодильнике найдёте всё, что нужно. Любим, целуем ♥». Заглядываю в это хранилище продуктов и появляется ощущение, что родителей не будет неделю. Зачем столько всего готовить? Крем-суп, овощное рагу, стейки и на десерт брауни. Одно слово — Меган. Запихиваю стейк в микроволновку, отпивая из стакана апельсиновый сок. Взгляд застывает на улице за окном: бушующий ветер, серое небо и проливной дождь, который, кажется, только усиливается с каждой минутой, не собираясь успокаиваться. Вдруг, телефон в правом кармане моих чёрных карго издаёт писк. Достаю его и открываю СМС, где высвечивается сообщение от Джейн: Д: Макс, мы решили сегодня не идти в торговый центр. М: А что в торговом центре? Д: М-да. Совсем мозги пропил? Мне Ден желание загадал — сходить с парнем на свидание. И мы решили пойти все вместе, потусить… М: Понятно. Что делать будете? Д: Не знаю, не решили ещё. Ты зайдёшь? М: Нет. Наверно, побуду дома… Пора бы за голову браться, а не пропивать её. Д: Молодчина! А то мы с Деном уже думали начать лечить тебя. М: Можете начать идти нахер. Д: На связи, дурашка ;) Прячу телефон обратно в карман под писк микроволновки. Нам, в принципе, такая погода никогда не мешала встречаться, да и гулять так было интереснее. Но, видимо, ни у кого нету желания сегодня куда-то идти, да и у меня, собственно, тоже. Достаю еду и нехотя обращаюсь к Хлое, перерывая хрупкую тишину, которая заполнила собой пространство: — Мне Джейн написала. Поход в торговый центр отменяется. Не желая смотреть на объект своих мучений, я лишь бросаю на неё мимолётный взгляд, в то время, как она смотрит на меня вопросительным взглядом. Как давно я не чувствовал её участия в моей жизни! Теперь её любая реакция в мою сторону вызывает странные ощущения чего-то чужого. Будто не она та, с кем я живу уже год, не она девушка, заполняющая все мои мысли. До этого момента я и не замечал, что отдалилась она так сильно. — Мне, конечно, приятно, что ты желаешь посвятить меня в свои планы, но мне неинтересно куда вы там собираетесь. — напыщенно и безразлично звучит та, которую ещё совсем недавно я называл солнечной. — Не «вы», а «мы». Ден загадал Джейн действие: пойти на свидание с парнем. Мы должны были пойти в торговый центр. Припоминаешь? — немного язвительно произношу. — Ах, да! Точно! Жаль только, что мне плевать на то, чем ты занимаешься. — С каких это пор? Разве не ты вчера вечером расспрашивала Джейн о том где я, пьян ли я? — Я спрашивала только для мамы! Она волнуется за тебя, а ты ведёшь себя как… — Хлоя замолкла, раздражённо оборвав фразу и снова уткнулась в книгу. — Как кто? Договори! Или ты боишься говорить правду?! Так же как боишься признаться самой себе в том, что чувствуешь! — конечно, я не смог не затронуть ту самую, болящую уже целую неделю, тему. — Как мудила! Доволен?! И ничего я не боюсь! — Неужели? Тогда почему ты меня избегаешь уже грёбаных семь дней?! — всё что упорно копилось все эти дни, сейчас легко выходит из меня. — Я тебя не избегаю. — Хлоя пытается выглядеть равнодушно, также валяясь на диване, приковав глаза к книге, но я замечаю, как её пальцы начинают дрожать, и уже это о чём-то говорит. — Хочешь сказать: мы случайно не виделись и не разговаривали на протяжении всего этого времени?! — Я хочу сказать, что мне всё равно! Оставь меня в покое! — блондинка отворачивается, делая вид будто читает. — Не убедительно. — я скрещиваю руки на груди и цепко въедаюсь в неё взглядом. — Я не собираюсь тебя ни в чём убеждать! Отъебись! — Ну ни хрена себе! Малышка Хлоя начала употреблять маты в лексиконе! — от этого прозвища яростные синие глаза начинают испепелять меня, — Хочешь, чтобы я отстал? Так подойди и скажи мне в глаза то, что думаешь на самом деле! Скажи правду! Тогда я оставлю Ваше Высочество в покое! Или опять струсишь?! — смотрю на неё с вызовом. — Как ты меня достал! — девушка нервно подрывается с дивана, направляясь ко мне озлобленной походкой, останавливается вплотную и смотрит прямо в глаза. — Мне неважно где ты, с кем ты и чем занимаешься! Пьян ты или нет! Ты мне неважен! Всё, что мне важно — это не видеть и не слышать тебя! И я не хочу продолжать этот тупой разговор! Слышу эти слова, которые с уверенностью выходят из неё и грудь сдавливает, отчего становится тяжело дышать. Чувство такое, будто в меня вонзается сотня иголок. Как же она не похожа на себя… Всегда такая милая, улыбчивая и добрая, сейчас убийственно равнодушная и жестокая своими высказываниями. — Когда ты успела стать такой сукой? — безэмоционально и как-то отрешенно вырвалось из меня, пока глаза смотрят куда-то сквозь Хлою. Она замерла, глядя на меня, выражая всем своим видом искреннее удивление, непонимание и, конечно, обиду. Я медленно направляюсь к лестнице, чтобы скрыться у себя в комнате, не в силах вынести ещё хотя бы секунду рядом с ней. Если честно, я ожидал другого ответа… Что за херня сейчас происходит? Почему Хлоя ведёт себя так, будто я совершенно чужой? Почему позволяет себе… А что она себе позволяет? В принципе нормальное поведение для того, кому неприятна моя компания. Может, я просто напридумывал себе всякого и ожидаю от неё большего, чем есть на самом деле? Но быть такой отстранённой с тем, кто такой родной, как-то слишком неправильно! Да и зная её, можно сказать, что это явно не её модель поведения. Обычно она говорит всё прямо, не избегает, а даже наоборот — пытается поскорее поставить точку. Что же изменилось в моём случае? Как её понять?! Как найти хоть какую-то маломальскую логику в её словах и действиях? Она пытается выглядеть равнодушной, показать всем своим видом, что ей плевать на меня, и иногда у неё это получается. Но я постоянно чувствую, что-то ещё! Может быть, она притворяется? Но зачем ей это? Где, чёрт возьми, логика?! Наверно, её даже пытаться найти не стоит. В те редкие моменты, когда вижу её синие глаза, я не вижу в них ни капли злости или ненависти, ни капли безразличия, что бы она не пыталась показать, там таится что-то другое. Но, пока, я не могу понять, что именно. Лицо может обмануть, в прочем так же, как и слова, но глаза-то не обманут. Глаза — зеркало души, и её я прекрасно вижу. Правда, это ещё больше меня запутывает. Ведь, когда из её уст срывается «ты мне безразличен», а в глазах читается что-то совсем другое, непонятное, то у меня просто ломается мозг. Это ставит меня в тупик. Что делать в такой ситуации? Приблизиться и обнять? Это может ещё больше усугубить моё положение, да и по голове получить рискую, зная Хлою. Но уходить так тяжело. И даже, если она искренне хочет этого, то почему, глядя на неё, я хочу сделать противоположное? Я всегда был для неё человеком, на которого можно положиться. Она часто мне рассказывала о том, что происходит у неё в жизни, о том, что наболело, о том, что беспокоит. Каждый такой разговор был особенным. Такие разговоры всегда сопровождались чувством интимности, близости. А теперь? Когда случилось что-то настолько невероятное, я не могу поговорить об этом с ней, потому что именно с ней это и случилось. Какая нелепость… Чувствовали ли вы когда-нибудь, как тебя по неизвестным причинам тянет к кому-то так сильно, что нет ни сил, ни желания бороться с этим притяжением? Когда всё время хочется прикасаться и чувствовать того самого человека? Когда вообще ничего не важно, кроме него одного? Когда каждая клеточка твоего тела ощущает эйфорию от касания желанных рук? Вот, что я чувствую рядом с ней. Как можно отстать от человека, который заставляет чувствовать такое?! Я очнулся от гипноза гнетущих мыслей, лёжа на кровати, у себя в комнате. Уже прилично стемнело, часы показывают «9:45pm». В доме полнейшая тишина. За окном всё ещё падает дождь, но уже с меньшей силой, а темнота добавляет мрачности в общую картину. В желудке скрутило болью, как только я встал с постели, поэтому первым порывом было пойти на кухню и успокоить жажду голода. Спустившись, наблюдаю тёмную, одинокую комнату. Пожимая плечами, включаю свет и вижу спящую Хлою, свернувшуюся калачиком на диване. Такая маленькая, что появляется непреодолимое желание защищать и оберегать. На пухленьких щёчках видны следы недавно высохших слёз, а подушка возле её лица полна мокрых пятен. В сердце тут же разворачивается океан обиды. Мне, вдруг, стало так стыдно за сказанное ранее. Не стоило давать волю эмоциям и говорить то, чего не следует. Думал, выскажусь и станет лучше, а стало только хуже. Наплевав на все страхи и риски, я подхожу к ней и нежно касаюсь светлых волос, поглаживая по голове. Так приятно вновь прикасаться к ней, чувствовать тепло исходящее от девичьего тела! Лицо Хлои в этот миг начало передавать умиротворение. Сижу перед ней на корточках, пытаясь утешить, помочь, показать, что мне не всё равно, что я рядом. Показать, как сильно сожалею! Я давно забыл, что чертовски голоден. Всё, что меня интересует на данный момент — это душевное состояние девушки, которая очень важна для меня. Спустя минуту, она начинает медленно приходить в себя, просыпаясь. — Ма-акс… — протягивает голубоглазая сонным, охрипшим голосом. — Я здесь. — произношу, продолжая ненавязчиво гладить её по солнечным волосам. Через мгновение она испугано открывает глаза, будто, не веря в то, что я настоящий, после чего резко жмурится от яркого света и одним рывком переходит в сидячее положение. — Выключить свет? — Да. Что? Нет! Нет…я в порядке. — отвечает так потерянно, что мне вдруг захотелось о ней позаботится. — Принести воды? Хлоя ответила кивком. Уйдя на кухню, через полминуты возвращаюсь со стаканом в руке, который тут же протягиваю ей. — Спасибо. — почти неслышно поизносит блондинка, смотря на меня опухшими и красными глазами. Пока она жадно впивается в емкость с водой, мне в голову не приходит ничего, что можно было бы сказать. Спросить всё ли в порядке? Но я вижу, что нет. Как она себя чувствует? Да видно же, что «отлично». Что случилось? Глупее вопроса нету. — Мне жаль. — всё, что я сейчас мог из себя выдавить. — Я знаю. — еле слышно ответила девушка, выпив всё, до последней капли. Она протянула мне, всё ещё сидящему перед ней на корточках, стакан и я отставил его на журнальный стол. Затем возвращаю свой, полный волнения, взгляд к ней, но встретиться с синими глазами мне так и не удается, так как их обладательница обняла себя за колени и спрятала в них лицо. — Хлоя? Она сидит так же, не двигаясь, не реагируя, и мне ничего не остаётся кроме как терпеливо ждать. Минуты через три блондинка поднимает голову, устало смотрит на меня и произносит надтреснутым голосом: — Я переночую у подруги. — Что? Зачем? — спрашиваю с непониманием, пока она неуверенно подымается с дивана и слабо шагает к лестнице. — Хоть у какой? — У Кристи. Я подбегаю к ступенькам и останавливаюсь у их основания. — Если это из-за меня… — Хлоя остановилась, поворачиваясь в профиль, и, как мне показалось, собиралась что-то сказать, но я её опередил, — останься. Лучше я пойду. Идёт? В ответ она лишь еле-еле кивнула и продолжила удаляться. Я подошёл к шкафу, возле входной двери, взял куртку, обулся в любимые Air Force'ы и вышел на свежую, мокрую улицу, не зная куда идти. Мне подкинул идею бурчащий желудок, который сводило от боли, о котором я напрочь забыл. Голова немного кружится, но всё же я решил перекурить. Достаю сигарету и прикурив, отправляюсь в ирландский паб «Бларни Стоун», находящийся в паре кварталов от нашего дома. Меня окружают разноцветные огни города, мокрый асфальт и блуждающие тени. Ветер то и дело сдувает с мокрых листьев капли дождя, выливая их на меня. Тёмное, серое небо, которое сейчас очень хорошо вписывается в моё настроение, поглощает каждый миллиметр под собой, придавая всему черноты и мрака. Докуривая, подхожу к пабу, откуда слышатся громкие голоса. Войдя в этот обитель сигаретного дыма, алкоголя и различной еды, сразу подхожу к барной стойке и сажусь на стул. — Добро пожаловать! Что будете заказывать? — ко мне подходит симпатичная брюнетка лет сорока, протягивая меню. — Здравствуйте. — проговариваю, изучая содержание листка, — Мне, пожалуйста, сэндвич «Филли Стейк», порцию картофеля фри и… А где можно выбрать алкогольные напитки? Ответом послужил палец, указывающий на доску с названиями, написанными мелом, за её спиной. Изучив доску заканчиваю заказ: — И три шота: ананасовый, вишнёвый и третий на ваш выбор. С лёгкой улыбкой брюнетка удалилась, а я перевёл взгляд на плазмы, висящие над баром, по которым идёт американский футбол. Тут же одна из команд забила гол, после чего паб взорвался радостным криком. Вообще, тут не очень много людей, но вопреки этому достаточно шумно. Слева от меня, в дальнем углу, за столиком, сидит громкая компания из четырёх мужчин, следящими за действиями игроков на экране. Чуть ближе, на диване, сидит целующаяся парочка, кажется, они сейчас вот-вот начнут раздеваться. Справа сидят пять женщин, оживлённо что-то обсуждая. За баром, кроме меня, разместились ещё три человека, слева — прилично пьяные, средних лет, мужчина и женщина, разговаривающие на какие-то философские темы; справа — одинокая девушка со светлыми волосами и неплохой фигурой. — Ваш заказ! — барменша протягивает мне три шота и сэндвич, — Фри ещё готовится. — Хорошо, спасибо! Первым делом выпиваю ананасовый шот. Сначала во рту чувствуется горечь, затем она резко сменяется ананасовой сладостью, дальше начинаю чувствовать, как у меня горит весь рот и горло. От алкоголя, на голодный желудок, в голову резко ударяет головокружение. Мне нравится это чувство, оно дарует лёгкость. И даже какую-то детскую беззаботность. Почувствовав в животе колющую боль, решаю наконец перекусить. Прикончив сэндвич, берусь за вторую рюмку, внутри которой жидкость поделилась на три цвета: белый, оранжевый и зелёный. Выпив, почувствовал вкус мяты. Достаточно опьянев, чувствую, что могу наконец-то расслабиться. Нет ни боли, ни обиды. Всё, что осталось — разочарование, которое тяжёлым осадком отравляет всё вокруг меня. — Ещё виски, пожалуйста. — слышу знакомый голос и поворачиваюсь вправо. «Да ну нахер!» — непроизвольно произносится в голове. — Мег?! Пьяная дама оборачивается и её глаза округляются от неожиданности. — Макс?! — Уилл тоже здесь? При его упоминании женский взгляд становится горьким. Меган опускает голову, ничего не сказав, затем опустошает стакан с виски, который только что принесли. — Ваш картофель фри. — барменша протягивает мне небольшую картонную коробочку, после чего я беру свои вещи, пересаживаясь на два стула вправо. — Угощайся. — уже сидя рядом, сдвигаю картошку на пару сантиметров в сторону Мег. — Спасибо. — она грустно улыбнулась и взялась дегустировать блюдо, затем перевела взгляд на шот. — Тебе ещё нет восемнадцати. — Ой, да какая разница! Ещё чуть-чуть осталось! Не пали меня. — усмехаюсь, — Почему ты здесь? Где Уильям? — Ох, Макс… Давай не будем о нём? — Меган обречённо опустила голову на руки, сложенные на столе. — Как скажешь. Но хоть ответь, что ты здесь делаешь? — говорю я, немного наклоняясь к ней. — Пытаюсь немного забыться. Тут я её понимаю. Сам так делаю, в последнее время слишком часто. Впервые вижу Мег такой депрессивной и несчастной, но даже в таком виде она остаётся изящной. Грустные глаза, во взгляде обречённость, но всё ещё королевская осанка, а в каждом жесте грация и величие, даже не смотря на опьянение. Вот, что значит быть настоящей женщиной: даже в самые трудные времена, оставаться уверенной, сильной и гордой. Думаю, именно это отличает девочку от женщины. — Выпьешь со мной? — она склоняет голову набок и с интересом рассматривает. — А тебе не кажется, что уже хватит? — вопрос сопровождается немного насмешливой ухмылкой. — Ма-акс, — протягивает она, — тут я взрослая, я должна тебе такое говорить! — И почему не говоришь? — я приподнимаю бровь. — Потому что хочу, чтобы ты выпил со мной! Ну же! Составь компанию своей матери! — Ну хорошо. Что пить будем? — закатывая глаза, отвечаю, затем перевожу взгляд на алкогольное меню. — А это у тебя что? — Мег указывает на рюмку с красной жидкостью. — Вишнёвый шот. — Можно? В ответ я молча кивнул. Светловолосая опустошила рюмку, шумно выдохнула и восхищённо произнесла: — Вкусно! Извините, — она призвала жестом барменшу, — нам ещё таких четыре. Та лишь кивнула, смерив нас заинтересованным взглядом. — Ты, кстати, что тут делаешь? — Мег повернулась ко мне, смакуя фри. — Решил немного расслабиться. — неловко отвожу взгляд, вспомнив настоящую причину. — Так же, как предыдущие дни? — вопрос прозвучал едко. — Мег… — Не надо, Макс. Я всё понимаю, у тебя просто что-то происходит в жизни. — голос собеседницы стал мягче, — Просто так хочется уберечь тебя от этого. От того, что делает тебя несчастным. От того, из-за чего ты практически спиваешься. Мы еле-еле смогли удержать тебя в прошлый раз, я не хочу, чтобы ты потерялся в этот. Скажи, то что у тебя происходит, это никак не связанно с чем-то незаконным или чем-то, что может угрожать твоей жизни? — Нет, можешь не волноваться. — Ха! Легко сказать, я мать, я не могу не волноваться. Но теперь, мне немного спокойнее. Если ты, конечно, не врёшь… — она посмотрела на меня с прищуром. — Не вру, честно. Выпьем? — предлагаю, когда барменша приносит наш заказ. — С удовольствием! Алкоголь с новой силой ударил по мозгам, усиливая головокружение. Выпив, я замечаю пристальный взгляд Меган. Она выглядит так, будто подбирает слова, будто сомневается в том, стоит ли говорить следующее: — У вас с Хлоей что-то происходит? От такого заявления я чуть не подавился. — О чём ты? — Не знаю. В последнее время вы так мало общаетесь, стали какими-то чужими. Я очень волнуюсь по этому поводу. — Так заметно? — спрашиваю с виноватой улыбкой. — Да. Не смотря, на то, как старательно вы пытаетесь это скрыть. — Спешу тебя успокоить: тут не о чём волноваться. Обычные разборки братьев и сестёр, плюс переходной возраст. Всё будет в порядке. — говорю с таким спокойствием и уверенностью, что сам начинаю в это верить. — Обещаешь? — Конечно! — Просто это так странно. Обычно братья и сёстры не скрывают скандалы, а даже наоборот, вовлекают в свои ссоры родителей. — Ну, мы необычные брат и сестра. — произношу с улыбкой. — Это точно! — смеясь, отвечает Меган, затем удивляет меня сказанным далее, — Дай мне сигаретку, пожалуйста. Я смотрю на неё ошеломлённым взглядом. — Да-да, я в курсе. — Давно? — достаю пачку из кармана и протягиваю ей одну, затем беру для себя вторую. — Где-то пару месяцев. — Почему ничего не говоришь? — А что говорить? — Ну как? Что-то типа: «Макс, курение — это плохо. Оно убивает!» — Милый, не уверенна, что могу тебе запрещать такие вещи. Если бы ты был младше, то да. А сейчас… Помню, когда была в твоём возрасте, начала курить, я и до этого пробовала, но действительно начала именно в семнадцать. Так вот, как думаешь, что сделала моя мама, когда узнала об этом? Она перерыла всю мою комнату, нашла все заначки и не только с сигаретами, устроила скандал, привлекла к этому папу! Весь последующий месяц меня проверяли при входе в дом. Я не только наслушалась море лекций по поводу вреда курения от родителей, но ещё и моя мать решила избавить меня от этой пагубной привычки, наглядно продемонстрировав лёгкие курящего человека, что было невероятно отвратительно! И ты думаешь, после всего этого я перестала курить? Зная все последствия, я всё равно продолжала втихаря баловаться запретными палочками. Кроме того, что меня это увлекало само-собой, мой интерес подогревал запрет родителей. Поэтому, во-первых, если хочешь от чего-то отучить детей, точно не запрещай им этого! Запретный плод сладок, и всё такое. А во-вторых, в молодости нужно попробовать всё! Ты уже взрослый, думаю, я не вправе тебе запрещать такую малость, как курение. Тем более, когда сама изредка балуюсь. Но если узнаю, что Хлоя начала, то точно просто так это не оставлю! — Ого! Я и не думал, что бабуля была такая строгая! А где она умудрилась достать человеческие лёгкие? — Мама работала медсестрой в больнице, договорилась с патологоанатомом. — Да уж… Теперь, когда бабушка будет приезжать, я буду старательнее скрывать тот факт, что курю. — Ха-ха! Её можно понять. Её первый муж умер от рака лёгких, будучи в самом расцвете сил. По её рассказам, он дымил как паровоз! — Жаль, конечно. Но если задуматься, то курение — не самый страшный способ умереть. Да и не стопроцентный. В мире есть множество других опасностей. И если есть что-то, что может скрасить твоё существование, то почему бы не воспользоваться этим? — Ты прав. — Мег? — Что? — Ты, возможно, стукнешь меня по голове за это, но всё же, что произошло у вас с Уиллом? — Ох, Макс… Не можешь расслабиться? — Не могу, когда происходят такие вещи! — Какие «такие»? — Вроде тех, когда любящая жена, находящаяся в счастливом браке, почему-то одна напивается в баре! Меган лишь закатила глаза, снисходительно улыбаясь. — Ну объясни! Что между вами случилось? Тебе ведь легче станет. Я же, в конце концов, не чужой человек! — продолжаю стоять на своём. — Ну, если легче станет… — она посмотрела на меня с недоверием, затем закатила глаза, — Ох, ладно! В общем, сначала всё было чудесно! Мы пошли в ресторан, заказали бутылку очень вкусного вина и выбрали блюда по вкусу. Разговоры и воспоминания придали нежности этому вечеру. Мы держались за руки, как влюблённые подростки! После, пошли в кино на романтическую комедию, было весело! Затем мы решили немного погулять, несмотря на погоду. Дождь был несильный, ветра не было и мы, прижавшись друг к другу под одним зонтиком, шагали по мокрым улицам. Это было идеально! Потихоньку, я медленно направляла нас в сторону отеля, где сняла номер на всю ночь, о чём Вилл не знал. Уже возле входа, когда я сказала, что нас ждёт уютная комната наверху, он замешкался, но я не обратила на это внимания. И всё же мы вошли, взяли ключ-карту и отправились на третий этаж, в номер 302. Пока ехали в лифте, он обнял меня, так нежно и чувственно, что я растаяла! Затем мы страстно поцеловались. Ну, а дальше вошли в номер… — она прикрыла глаза, глубоко вдохнула и обратилась ко мне, — Может выпьем? Я согласился. Мы выпили и через секунду, я снова был весь во внимании, когда Меган продолжила: — Так вот, мы вошли в номер. Я достала из мини-бара бутылочку виски, налила в два стакана и предложила выпить. Устроившись на полу, у камина, мы разговорились. На этот раз на более интимные темы. Где-то через пол часа я удалилась в ванную комнату, а когда вышла, увидела его, лежащего на кровати с закрытыми глазами. Он заложил руки за голову, закинул ногу на ногу и отдыхал. Я медленно подошла, залезла на кровать и села на него. — Мег, стой! Ты уверена, что нам стоит обсуждать такие вещи? — перебиваю её. — Расслабься, Макс! Обещаю, никаких грязных деталей. Мы вообще-то говорим о том, как я с Виллом поругалась! Или ты забыл? — Понял, извини. Продолжай. — На чём я остановилась? — Ты села на него… — преодолевая смущение, напомнил. — Ах, да! Ну вот, я села на него, хотела поцеловать, и на какую-то секунду он ответил, а затем взял меня за талию и снял с себя. Сказал, что не может так, извинился и ушёл, оставив меня одну. Я была в таком шоке, что ещё минут пятнадцать, наверное, так и сидела, не двигаясь. А затем встала, подошла к мини-бару и начала пить по очереди всё, что там было. Спустя пол часа алкоголь закончился, и я пришла сюда. За добавкой. На несколько минут между нами повисла тишина, настолько всепоглощающая, что я не слышал ни звука вокруг. Озадаченно ища причину такого нестандартного поведения у Вильяма, я, будто в трансе, сидел, отдавшись мыслям, а Мег понимая это, молча ждала. Спустя какое-то время, я озвучил то, что казалось самым вероятным: — Думаешь, он… — Изменил мне? — перебивая, закончила Меган, — Сомневаюсь… Он не должен был скрывать, если да. Мы построили наши отношения так, чтобы не бояться признаться даже в измене. Когда-то давно, мы говорили на эту тему, измена казалась невозможной, но всё же мы договорились что, если у кого-то из нас случится интрижка, виноватый не будет это скрывать от другого. Это было бы слишком жестоко! Но, что это за фразочка: «Я так не могу, извини». Вариантов не так много… Что если действительно изменил? — А ты ему изменяла? — в этот момент мне показалось нормальным спрашивать об этом, и, судя по реакции, моей собеседнице тоже. — Нет. Никогда. — Может, дело в чём-то другом? Может, проблемы на работе? Стресс? — Макс…мой милый Макс. — она улыбнулась каким-то своим мыслям, — Не думаю. — Когда он уезжает? — Завтра, рано утром. — она посмотрела на экран своего смартфона, где высветилось время «1:20am», — Точнее, сегодня. Через три часа. — Не хочешь позвонить ему? — Зачем? — Поговорить, помириться. Может у вас получится…то, что не получилось? — Не хочу ему звонить. И видеться с ним не хочу! И ничего не получится… — Но откуда такая уверенность? Что если ты сейчас теряешь момент? Хороший момент своей жизни! — Если я и теряю какой-то момент, то это точно не он. Макс, можно на чистоту? — Конечно! — отвечаю, затем запихиваю в рот несколько полосок фри. — Мы не трахались больше полугода! — Меган произнесла это, смотря мне прямо в глаза, в которых сейчас отражались грусть и, кажется, немножко стыда. — Кхе! Кхе! — я подавился и закашлялся. — Ха-ха! Ты же уже взрослый! Почему так реагируешь? — Мег смеется, забавляясь от моей реакции. — Неожиданно просто слышать такое откровение. — тихо отвечаю, пытаясь отдышаться. Я подозвал брюнетку и попросил принести два мятных шота. Не знаю, зачем я это сделал, ведь мы оба уже донельзя пьяные. Мой язык заплетается, так же как язык моей собеседницы. Перед глазами всё плывёт, и я вообще еле соображаю о каких вещах мы говорим. Но всё же, продолжаю: — Итак, полгода. Ты не пыталась с ним поговорить? — Конечно, пыталась! Но всё без толку! — Извини, что спрашиваю, но ты не находила каких-то подозрительных СМСок? Контактов? — Макс, я не из тех, кто будет без разрешения лазить в чужом телефоне, пусть даже это телефон мужа. Тем более, что в поведении он не изменился, ведёт себя, как всегда. — Понятно. Ну, даже не знаю, чем помочь… Хотелось бы, чтобы у вас всё было хорошо. — Ох, Макс. Тебе тут нечем помогать. Это наше дело. Но спасибо тебе! Мне правда стало немного легче! Думаю, теперь я взглянула на ситуацию по-другому. И даже лучше, что Вильям сегодня уезжает! За неделю я хорошо всё обдумаю, а когда он приедет, то мы с ним спокойно поговорим. Меган крепко меня обняла, я несмело положил руки на её талию, отвечая. От неё сладко пахнет духами и веет жаром. Невольно, я незаметно зарылся в её волосы и вдохнул аромат, прикрывая глаза. — Знаешь, что мы должны сделать? — отодвигаясь, произношу с хитрой улыбкой. — Что? — Сейчас выпьем то, что я заказал, а потом я отведу тебя в одно особенное место. Тебе это точно поднимет настроение! Через две минуты нам принесли шоты. Мы выпили, рассчитались и вышли на свежий, прохладный воздух, который, вместо отрезвления, ещё больше опьянял меня. Я заметил, что немного пошатываюсь, а Мег, что удивительно, совсем нет. — Ну что? Готова восхищаться и поражаться? — Всегда готова! Пройдя несколько кварталов, мы оказались в парке «Золотые ворота», который сейчас больше походил на лес. Ночью здесь так умиротворённо. Деревья безмятежно возвышаются вокруг. Нет и следа после сегодняшней омрачающей погоды, кроме, разве что, влажной земли. Возвышенная луна, выйдя из-за уходящих туч, освещает нам дорогу, делая это место по-настоящему волшебным. — Куда мы идём? — спросила Меган, идущая немножко позади. — Сейчас увидишь. Конечно, она знает этот парк. Даже лучше меня, наверно. Но она точно не знает его в такие моменты, как сейчас. В моменты умиротворения и спокойствия, в объятиях звёздной ночи. Пройдя ещё немного, мы начали спускаться и вышли к Стоу-Лейк-Бридж. И когда мы оказались на середине моста, перед нами раскрылась необычайная картина: озеро, объятое высокими, пышными деревьями, отражает в себе миллиарды звёзд, которые горят в небе. Это выглядит изумительно! Честно, я не ожидал, что увижу здесь что-то настолько красивое! У меня перехватило дыхание, а глаза гипнотически таращатся вперёд. Мег так вообще опёрлась на моё плечо, чтобы удержаться на ногах от такого головокружительного вида. — Господи, Макс! Это невероятно! — прошептав так, будто боится нарушить тишину этого магического места, она зачарованно смотрит блестящими глазами на озеро. — Согласен. — ещё тише ответил. То, что мы сейчас наблюдаем, сногсшибательно! Это поражает в самое сердце! Это не увидишь на фотографии или рисунке, такое можно наблюдать только глазами. Когда перед тобой расстилается ковёр из звёзд на поверхности воды, и те же звёзды горят над головой, занимая собой всё пространство небес, полностью окружая тебя. Не знаю, сколько мы так простояли, поглощены завораживающим творением природы, но решили уйти, когда вдвоём начали подрагивать от холода. Уже на дороге, перед светофором, Меган спросила: — Идём домой? — Ты иди, а мне ещё кое-куда надо заскочить. — Куда? — Да так, обещал знакомым заглянуть в гости. — К каким таким знакомым почти в три часа ночи? — она раздражённо сложила руки на груди. — Мег… — я закатил глаза. — Нет, серьёзно! В чём дело? Ты связался с плохой компанией? Наркотики? Какие-то банды? — Не неси бред! — Скажи мне правду, Макс! — Да какую правду?! Мне к друзьям надо! — Ну, конечно! Ты думаешь, я совсем ничего не понимаю?! Среди ночи к друзьям в гости — вообще неподозрительно! — А что такого?! Мы молодые, для нас что день, что ночь! — Хорошо! Я проведу тебя, увижу этих друзей и уйду! Посмотрим какие у тебя друзья живут ночной жизнью! — Меган взяла меня за запястье и потянула за собой, — Показывай дорогу! — Господи, женщина! — я вырвал руку и остановился, — Я не хочу идти домой, чтобы не мешать Хлое! — она замерла и уставилась на меня с непониманием и обеспокоенностью, — Всё в порядке! Мы просто поссорились, и она хотела уйти ночевать к Кристи. Я уговорил её остаться дома, взамен на то, что уйду. — Ох, подростки… А я уже столько всего надумала! — Мег снисходительно улыбнулась, затем положила руку мне на плечо, — Макс, это очень благородно с твоей стороны! Спасибо! Иногда быть девочкой-подростком очень трудно. Все чувства приобретают оттенки драмы, будь то позитивное или негативное. Ещё и гормоны добавляют. Это пройдёт, и она ещё поблагодарит тебя! «Ага, знала бы ты настоящую причину нашей ссоры…» — стало смешно от того, как всё просто выглядит в глазах Меган. — Но шататься целую ночь неведомо где я тебе не позволю! — И что ты предлагаешь? Минуту поразмыслив она выдала: — У нас же номер в отеле оплачен до завтра! Пойдёшь туда. Только где ключ? — Меган принялась рыться в своей сумочке, но безрезультатно, — Наверное, оставила там… — Ну, ничего, погуляю. Всё будет в порядке! — Макс, ты с ума сошёл?! Я не оставлю тебя одного ночью на улице! Пойдём в отель, поселим тебя и тогда я со спокойной душой пойду домой. — Да не стоит, правда! Я люблю такие прогулки. Может, удастся таки к кому-то в гости заглянуть… — Я сама решу, что стоит, а что не стоит! — она потянула меня за руку, словно маленького ребёнка. Путь к отелю был очень приятным. Не смотря на несвойственный лету холод. Мы разговорились о подростках, о моём прошлом, о подростковом возрасте Мег, и о жизни в целом. Я узнал её совсем с другой стороны. Знаете это чувство, когда ты знаешь человека, но по-настоящему узнаёшь его только после близкой беседы? А до этого будто и не знал. Что-то похожее было с Хлоей, когда я только переехал. Она уделяла мне столько внимания, чтобы я почувствовал себя, как дома. Каждое утро, после завтрака, мы выходили на улицу, и она меня водила по городу рассказывая и показывая всё, что только можно. Я увидел школу, в которой вскоре обучался вместе с ней, уютную кофейню, где продают вкусную выпечку, красивые переулки, просторный парк, и Бейкер-Бич, само собой! Такие прогулки сопровождались разговорами, благодаря которым мы узнавали друг друга ближе. Дойдя до пункта назначения, мы с Меган вошли в шикарный, громадный отель. Всё в нём кричало о его роскоши: мраморный пол, огромная люстра, позолоченные рамы у зеркал. Когда заходишь в такие места чувствуешь себя либо на миллион, либо редким ничтожеством. На стойке регистрации нас улыбкой встретила молодая девушка. Спустя пять минут объяснений, Мег получила ключ-карту от номера «302». — Ну что, милый, доброй ночи. — она обняла меня, — Утром приходи домой. Ты итак подарил Хлое целую ночь покоя, хватит с неё. Это и твой дом тоже! — Спасибо! Буду ближе к обеду. Мы разомкнули объятия под заинтересованный взгляд администратора. Меган направилась на выход, а я неспешно пошёл к лифту. Открывающиеся двери, в сопровождении тихого «дзинь», впустили меня внутрь. В лифте, должен заметить, роскоши ничуть не меньше, чем в холле. Замысловатые золотые узоры на кремовых стенах, зеркальный потолок и такой же мраморный пол. Выйдя на третий этаж, свернул направо, и в конце коридора нашёл свой номер. Приложив ключ-карту к дверной ручке, я оказался в просторной комнате с двуспальной кроватью. Огромное окно на противоположной стене открывало моим глазам таинственный, покрытый живыми огнями город. Ноги гудят, голова кружится, да и вообще тяжело стоять. С лёгкостью падаю в кресло у кровати и прикрываю глаза. Сегодня был очень интересный день! Хоть и не мега позитивный, но всё лучше, чем те серые будни, сопровождающие меня целую неделю. У меня появился новый взгляд на всё в моей жизни, так же на близких мне людей. В памяти всплывает озеро, покрытое звёздами. Такую красоту невозможно забыть! Мне бы очень хотелось быть с Хлоей там, в этот миг. Показать, насколько волшебным бывает мир. В голову лезут разные мысли. О том, как провела вечер Хлоя и стало ли ей хоть чуточку легче после моего ухода? О том, где сейчас Вильям и чем он занимается. Смогут ли они с Меган решить все свои проблемы? Когда задумался о последнем, напомнил себе о сегодняшнем вечере. Было приятно! Я ещё никогда не чувствовал эту женщину такой близкой! Странное ощущение. Но анализировать его слишком тяжело, в голове полный бардак. Взгляд упал на кучку пустых бутылок у кровати, которые, видимо, оставила Мег, в последствии ссоры с мужем. Встал с кресла и попытался прочувствовать своё состояние. Я пьяный, но мне хочется ещё! И, решив не отказывать себе в желаниях, заказал по телефону бутылку виски. Непривычно смаковать такой алкоголь, но именно этот напиток мне сейчас хотелось. Спустя минуту услышал нежный, ненавязчивый стук. «Так быстро?» Размеренным шагом направляюсь к двери и открыв её стою в полном недоумении. — Можно к тебе? — Эмм, конечно! Ты совсем промокла, сейчас принесу тебе полотенце. — Спасибо! — ответила Меган, войдя в номер. — Там опять дождь? — спрашиваю, отодвигая штору. — Не просто дождь, а ливень! При чём очень сильный! «И как я не услышал такого дождища за окном?» — Может пойдёшь в ванную, высушишься? — Стоило бы. Переоденусь в халат, а вещи оставлю сохнуть. — Мег скрылась за дверью. — Далеко успела дойти? — немного на повышенных тонах спрашиваю. — Не очень. — раздаётся приглушенный голос. — Но, вижу, промокнуть до нитки успела. — Ой, не говори! Хорошо, что ты здесь, а то под таким ливнем я вряд ли бы дошла до дома. Хмыкнув, я уселся обратно в кресло, но стоило это сделать, как в дверь опять постучались. На этот раз мне таки принесли мой заказ. Долго не раздумывая, открываю бутылку и наливаю в стакан жидкость, затем, вспомнив, что я не один, наполнил ещё один стакан, но будучи неуверенным хочет ли моя спутница снова пить, оставил его на столике, возле кресла. Усаживаюсь на пол, опираясь спиной на кровать, рядом бутылка, в руке ёмкость опьяняющей жидкости, передо мной бушующая за окном ночь. — Продолжаешь веселье? — обводя взглядом бутылку и бокал у меня в руке, в дверном проёме появилась Меган в белом, махровом халате. — А что? Вы, как ответственный родитель, собираетесь мне запретить? — я прищурился и хитро улыбнулся. — Я, как ответственный родитель, не могу дать тебе всё это выпить в одиночку, поэтому наливай мне тоже! — она прошлась передо мной лёгкой походкой и уселась в кресло, которое стоит ближе к окну, слева от меня, — А ты шустрый! — Мег увидела возле себя на столике подготовленный для неё напиток и посмеялась. Мы переглянулись, сделали первые глотки и так начался наш вечер воспоминаний и философских разговоров. Почему-то почти все пьяные люди очень любят рассуждать на всякие глубокие темы. Эта мысль меня немного рассмешила. Чем дольше мы так сидели, чем меньше виски оставалось в бутылке, тем больше ливень переходил в бурю. Но нам до того не было дела! Мы настолько увлеклись, смакуя разговоры друг с другом, что весь мир был где-то там, далеко, и уже неважным. Не смотря ни на часы, ни на улицу за окном, мы без устали продолжали говорить обо всём! — Да ладно! — моя собеседница взорвалась довольным смехом. — Нет, правда! Я тогда и подумать не мог, что ты моя будущая мама! — уверенно отвечаю, еле выговаривая слова. — И на кого же я была похожа, если не на маму? — На очень привлекательную девушку. — то ли алкоголь одурманил меня окончательно, то ли наши разговоры меня раскрепостили, но я начал говорить то, чего не следует, — Можно сказать кое-что откровенное? — Скажи. — она откинулась на спинку кресла, закинув ногу на ногу, открывая мне вид на оголённое бедро. — Я не могу найти ни одной причины, по которой тебя можно не хотеть! Ну, я о Вильяме… — никакого смущения не последовало, отчего удивилась не только Мег, но и я. — Ты думал об этом? — на её лице появилась хищная улыбка. — Я хочу сказать, что если что-то ему и мешает, то это точно не ты. — Ты правда так считаешь? — глаза моей собеседницы как-то странно загорелись, на что я не особо обратил внимание. — Да! Посмотри на себя… — Что со мной? — Ты красивая. У тебя очень сочная фигура. — сглатываю. — Сочная? — Мег приподняла бровь и засмеялась. — Да. — я смущённо отвёл взгляд, услышав в голове то, что только что сказал. — В чём же заключается её сочность? — она поднялась и направилась ко мне. — У тебя пышная грудь, тонкая талия, округлые ягодицы… — тяжело дыша, обвожу взглядом всё, что перечислил, — Вдобавок, очень красивые волнистые, длинные волосы. Так и хочется зарыться в них лицом! — Тебе нравится? — Мег подходит совсем близко, останавливаясь в шаге от меня, и её заветное место оказывается на уровне моего лица. — Очень… — еле слышно выдыхаю. — Хочешь попробовать? — с этими словами её нога плавно показывается из-за халата. — Что? — Всё это. Не дожидаясь ответа, Меган опускается мне на колени и впивается в меня поцелуем. Умелые, опытные губы в паре с языком творят с моими всё, что пожелают, доставляя максимальное удовольствие! Её руки зарываются в мои волосы, обхватывают шею, пробуют на ощупь широкие плечи и торс, пробираются под футболку, обжигая прикосновениями. Я окончательно теряюсь в пространстве под напором этой женщины! Она берёт мои руки, робко лежащие на её талии, и опускает их, сжимая ягодицы. После этого что-то щёлкает у меня в голове, и внутренний зверь выбирается наружу, в результате чего я подхватываю её и сам не замечаю, как бросаю на кровать, наваливаясь сверху. Ласковые женские руки стягивают с меня футболку, и мы несколько секунд неотрывно смотрим друг другу в глаза, тяжело выдыхая в губы. Наши лица так близко, что я вижу своё отражение в её расширенных зрачках. Такое чувство, будто вижу эту женщину впервые, а ту, что видел до этого момента, это была не она. Меган притягивает меня за шею и жарко целует, отчего всё моё тело донельзя напрягается, особенно нижняя его часть. Дыхание сбивается, в номере становится невыносимо жарко, но кажется мне, это не в помещении температура изменилась, а мы горим под воздействием друг друга. Мег лежит подо мной в халате, расставив ноги, и цепляется руками за мои широкие плечи, пока я впиваюсь жадными поцелуями в её шею, опускаясь к ключицам и обратно поднимаясь к лицу. Каждый миллиметр кожи обжигает мои губы, но я хочу ещё! Чувство сладкой боли, словно наркотик, сначала отталкивает, следом заставляет хотеть ещё больше! Вдруг Меган резко приподнимается, в последствии чего я вздрагиваю. На какое-то мгновение мне показалось, что она сейчас оттолкнёт меня и уйдёт, но сладкая дама всего лишь сняла халат, открывая моему взору полностью голое тело. Я замер, рассматривая выделяющиеся ключицы, упругую грудь четвёртого размера, легкий пресс на худеньком животике, и от следующего из меня вышел рваный выдох, который сопроводил довольный взгляд Мег. Она предстала передо мной в тусклом свете комнаты, расставив ноги, показывая всё и даже больше. Я забыл как дышать и как двигаться. Её божественный вид отнял у меня всё, оставив смотреть на заветное место, которое вызывает зверское возбуждение! — Хочешь меня? — шепнула Меган, закусывая губу. Я мог бы ответить ей целой поэмой, описать каждое чувство, которое она вызывает у меня, но всё, что я смог — это еле-еле кивнуть, пока мой безумный взгляд бегал по восхитительному женскому телу. Если бы я смог сконцентрироваться на её лице, то увидел бы, что моя реакция забавляет её, доставляет удовольствие её самолюбию. Не то чтобы у меня не было секса, в том то и дело, что у меня его было много, и не только с молодыми девушками, но Меган…она особенная, и такая красивая! Её грация, размеренность в движениях и уверенность притягивают. А особенно привлекает то, как она голая позирует, давая мне возможность налюбоваться ею. Её тело будто кричит: «Посмотри на меня! Нравится? Так возьми меня!» В следующий момент, Мег резко поднимается на колени и, разворачивая меня, толкает на кровать. Оказавшись на мне, она прижимается к моему твёрдому члену своей промежностью и водит руками линии на накаченном торсе, разглядывая. Сидящая на мне, нагая, она возбуждает меня, как ещё ни одна женщина не возбуждала! Вызывает такие чувства и эмоции, о которых я давно забыл, и у меня сносит крышу от этого! — Чего ты хочешь? — нежно произносит мне в шею, вызывая мурашки. Я резко перехожу в сидячее положение и целую её, мои руки начинают судорожно бегать по стройному телу, а губы опускаются к шее, отчего комната наполняется женскими стонами. Очень сексуальными и возбуждающими стонами. Целуя её, я несколькими пальцами, невесомыми касаниями веду линию по хребту, начиная с лопаток и заканчивая на копчике, в результате чего ровная спинка прогибается, а нежная кожа покрывается мурашками. Еле оторвавшись от шеи, мой взгляд скользит к груди, и тут же правый сосок оказывается во рту, призывая обладательницу прелестных округлостей стонать ещё громче! Она хрипло протягивает моё имя, когда чувствует пальцы на своём клиторе. Я начинаю водить ними вверх-вниз, влево-вправо, вскоре задевая головку. Меган начинает двигать бёдрами, подаваясь мне навстречу. Два пальца второй руки, раздвигая половые губки, плавно заходят в безобразно мокрое влагалище, отчего она впивается ногтями в мои плечи. Стоны и тяжёлое дыхание окружают нас, в воздухе чувствуется запах похоти и секса. Неожиданно Мег берёт мою правую руку, ту самую, которая играется внутри её промежности, вытаскивает, подносит к своему рту и медленно облизывает два пальца, которые только что были в ней. После, она близко-близко наклоняется к моему лицу и через мгновение наши губы сливаются в упоительном поцелуе. Я слизываю с её пухлых губ ту кислую мокроту, которую, минуту назад, она слизала с моих пальцев. В этот момент я почувствовал пульсирующую боль в члене, и я поймал себя на мысли, что хочу раздеться. Как только моя рука потянулась к брюкам, Мег резко откинула её и легонько толкнула меня, чтобы я лёг. Смотря в потолок, я почувствовал две нежные ручки у пояса, которые начали стаскивать мои карго вместе с трусами. Далее, касание холодных рук, которые лишь казались холодными, на фоне того, каким горячим было моё достоинство. Она берётся облизывать головку кончиком языка, следом захватывает её ртом, посасывая, и начинает двигаться вверх-вниз, постепенно поглощая мою невероятно твёрдую конечность, доходя до её основания. Я встречаюсь с ней глазами и это возбуждает ещё больше. Она уверенно смотрит на меня, и демонстративно, с некой пошлостью, облизывает мой стояк, а затем продолжает его сосать, пока наши глаза впиваются друг в друга. Не стесняясь, полностью открывая чувства и желания. Меган то посасывает головку члена, то резко и страстно захватывает его снова на всю длину, то неимоверно быстро сосёт его, двигаясь вверх-вниз. Из моей груди непрерывно вырываются возбуждённые рыки. Твою мать! Мне ещё никогда не делали такого божественного минета! Такое чувство, будто его, действительно, делает жрица любви! Ну, точно не земное создание, не человеческое. Я забываю как дышать, вдохи и выдохи выходят рваными, в глазах темнеет, голова приятно кружится. Меган двигается всё интенсивнее и глубже, рука непроизвольно ложится на её голову, собирает волосы в кулак и натягивает их. Через минуту начинаю чувствовать, что вот-вот достигну апогея и протягиваю хрипотой, пытаясь остановить: — Мег… Она всё ещё двигается, не реагируя. — Остановись. Слышишь? — еле-еле выговариваю, — Я сейчас кончу! Вдруг она останавливается, вытаскивает мой член из рта, причмокивая, и смотрит крайне похотливо, выровнялась и разглядывает меня. Как я лежу голый пред ней с пьяным взглядом, неимоверным стояком, еле дыша, прямым текстом: охуевший от её манипуляций! А я пожираю глазами, что определённо ей нравится! Торчащие соски на вздымающейся груди, растрёпанные волосы, возбуждённый взгляд. Я протягиваю руку и тяну её на себя. Меган оказывается на мне, прижимаясь животом к моему агрегату. — У тебя есть презерватив? — спрашиваю я, вспоминая, что у меня пусто. Я всегда ношу с собой резинку, на всякий случай. Но именно сегодня решил, что она мне не нужна! — Нет. Но он нам не понадобится. — произносит Мег, поднимаясь. — Что? — Когда ты в последний раз делал это без него? — она усаживается мне на ноги, нежно водя рукой по стояку. — Эм…не помню. Какое это имеет значение?! — под воздействием возбуждения, я начинаю немного раздражаться от слишком длинных разговоров. — Я не пользуюсь презервативами. Я люблю чувствовать член в себе, в его живой плоти. Так значительно приятней! — женщина произносит это полушёпотом, наклоняясь к моему лицу, — Да и забеременеть я не могу, поэтому… Меган берёт мой член в руку, проводит им по клитору, затем по складкам, отодвигая их и медленно садится на него. — Какая ты мокрая! — шепчу ей, чувствуя, как по мне стекают её соки. С первым толчком из её губ вырывается сумасшедший стон! Кажется, не только я тут на грани. Она прыгает на мне и её грудь сексуально подскакивает в такт. Я протягиваю руку и трогаю набухший сосок, пока вторая рука устраивается на клиторе. От моих прикосновений Меган двигается всё резче и безумнее. Мой жезл с невероятной силой вдалбливается в её влажную промежность, и в порыве я резко приподнимаюсь, обхватывая упругие ягодицы руками. Теперь мы вместе прилагаем максимум усилий в получении желанного удовольствия. Стоны срываются на крик, не удивлюсь, если наши соседи начнут жаловаться, но нам сейчас глубоко плевать на всё и всех. Мы наслаждаемся обществом друг друга по полной! Наши тела поблескивают от пота, в воздухе завис кислый аромат женских соков, удовольствие от общего занятия одурманивает и пробирает до дрожи нас обоих. Мег впивается в мои губы своими, и, после жаркого, желанного поцелуя, в порыве страсти я прикусываю её нижнюю губу, отчего та вскрикивает. Я чувствую, как красотка начинает дрожать от испытанного оргазма, и это, наверно, уже где-то раз третий. Она впивается ногтями в спину, обессилено стонет охрипшим голосом, но продолжает двигаться сидя на мне. Я чувствую, что уже дохожу до финала, жадно и дико впиваюсь в мягкую кожу на шее и груди зубами, затем облизываю покусанные места. Представьте себе тюбик зубной пасты, который почти пустой, и кто-то сворачивает его и сжимает так сильно, что зубная паста выливается отовсюду. И это все исходит из наиболее чувствительной части вашего тела, и она чувствует себя потрясающе в этот момент! Вот, что я почувствовал секунду назад, когда извергнулся внутрь той, которая ещё утром считалась мне мамой…