Двое...ли?

Остаток дня прошел спокойно. Девушка крепко спала, расслабленная оргазмом. Но разбитому сердцу блондина это не помогало. Чониль сидел на кухне, вымотанный, с опустошенным сердцем, что то отогревалось от сладости, заставляя парить, то опалялось болью, опускаясь на дно. Осознание произошедшего приходило постепенно, сгущая краски. Все-таки не за этим он пришёл. Парень всего лишь хотел поддержать любимого человека, зная о том, как тяжело ему дается данный период жизни, но в итоге сделал всё наоборот. Временами он заглядывал в спальню, его взор падал на алое пятно на хрупкой шее, которое приобретало бордовые оттенки. Омега постаралась отвлечься от грустных мыслей, заняв себя готовкой. Но это не сильно спасло парня от мрачных переживаний. Он понимал, что утром девушка вряд ли будет помнить что-нибудь, и только её новая метка расскажет о том, что укроет память. Будет много вопросов. Если завтра Шинван тоже проваляется весь день в бреду, то это повторится, и в любом случае Чонилю будет больно, поэтому он раскладывает еду по контейнерам, охлаждает её, пока она спит, и ставит в холодильник. Вечером, когда все дела в её квартире были окончены, блондин собрался домой. Он открыл дверь в спальню, чтобы запечатлеть ее образ в памяти в последний раз. Перепутавшиеся черные пряди раскинуты по подушке, умиротворенное лицо, прикрытые глаза с пушистыми ресницами. Слишком прекрасна. Черноволосая приоткрыла глаза, но взор ее был совсем затуманенный, и пролепетала едва слышно: - Не уходи, - парень притащил солёное печенье, к которому она так пристрастилась в последнюю течку и поставил на прикроватную тумбочку вместе с чаем. Омега покидает квартиру с мыслями о том, что так будет лучше для них обоих. Поздним вечером девушка наконец пришла в себя и улицезрела оставленный остывший чай и своё любимое соленое печенье, которое облегчало течку, и доковыляла до кухни, где обнаружила заполненный домашней едой холодильник. На каждом контейнере красовались стикеры с короткими записочками, например: "это хорошо утолит продолжительный голод" или "только не на совсем голодный желудок", "не забудь разогреть" и рядом маленький мишка, говорящий эти фразы. На сердце потеплело. Она сразу поняла, что вчера Чониль побывал у неё в гостях и позаботился о том, чтобы подруга не умерла с голоду в ближайшую неделю, однако единственным, никак не вписывающимся в картину случившегося воспоминанием, которое имелось в наличии - это запах свежести после грозы. Также, когда черноволосая проходила мимо зеркала, ее глаза зацепились за неестественное пятно на шее - большой контрастный засос , превращающийся в синяк. Причем красовался он там, где обычно ставится метка, но, пощупав его, девушка определила, что это не она.       "Доброе вечер, Чониль.       Спасибо, что позаботился обо мне       Я могу не голодать целую неделю       Ты же вчера у меня был?       С Ханылем?" 21:50 На сообщения осталось непрочитанным, во всяком случае для черноволосый. Парень-омега на другом конце взглянул на сообщение в режиме невидимки, и глаза его наполнились влагой. Его грехи всплывут рано или поздно - подруга догадается о произошедшем. Блондину определенно стоило признать свой проступок, слабость, но сейчас уязвимость и самоненависть обволакивали его, не позволяя сделать этого. Обычно друг всегда был онлайн и тут же отвечал на сообщения, но не в этот раз. Шинван насторожилась и попыталась напрячь голову, чтобы угнаться за одним из запечатленных в памяти моментов, но тщетно. Черноволосая не придумала ничего лучше, нежели написать Ханылю и разведать что-нибудь у него.       "Всё в порядке?        Чониль не отвечает на сообщения" 22:00 В своей молчаливой манере брюнет прочёл сообщение и закрыл диалог, оставляя подругу без единой догадки, а сам отправился к двери в комнату омеги, стукнул по ней и требовательно заявил: - Признавайся, что произошло вчера между вами? Но блондин не собирался вести диалог, делая вид, что ничего не слышит, как иногда поступал Ханыль. Но тяжко. НЕ удавалось сохранять присущее старшему брату хладнокровие, пока ненависть закипала. Всплывший в голове вожделенный взгляд девушки, то, как она утыкалась в чужую рубашку, моля о большем - все это резало на куски. Спящая ярость всё-таки дала о себе знать - омега распахнула дверь, чуть ли не выезжая брату по голове, угрожая проломить череп. - Как давно ты знаешь, что вы истинные? Тишина. Пусть альфа не повел и бровью, его застали врасплох. Все-таки парень надеялся сохранить это в тайне, ведь никто из их компании об этом даже не догадывался. Кроме него. - С ее первой течки. - Она знает? - Грозный тон младшего, отрицательный ответ от брюнета, - почему ты не рассказал МНЕ? - Я знаю, что ты в неё влюблён. Блондин не был сильно удивлён, учитывая то, насколько чутким Ханыль был к его чувствам. Последние годы омега сам стал делиться с братом своими мыслями, поэтому все-таки вопрос был даже в какой-то степени риторическим. - Она влюблена в тебя, - констатировал блондин, стараясь спрятать боль от этого понимания. - Всего лишь руководствуется чувством истинности, - сухо проговорил старший. - А ты? Она же тебе нравится. - С толикой отчаяния уточнил Чониль. Парень промолчал, что делало догадки омеги правдой. Блондин с грохотом захлопнул дверь, бубня сквозь нее. Не ломись, все равно не впущу, я хочу побыть один. - Прозвучало как приговор к смертной казни.