Школа жизни

      Александр мрачно смотрел на стоящего перед ним консультанта, держа руку на кобуре, в которой покоился «Зигзауэр» с боевыми патронами. Консультант, сдвинув очки на лоб, листал бумаги, закреплённые кольцами в картонной папке.       — Я уже сказал — меня не интересует ваше мнение! Мне нужно знать, как вернуть эту… эту… — Александр запнулся, — эту девчонку обратно под наше крыло! Если до неё уже добрались власти — то дело хуже некуда…       — Что в этом такого? Власти ничего не сделают, пока…       — Она маг. Этим всё сказано. Вам ли не знать, как сильно люди боятся всего неизведанного? Вы ведь и сами понимаете, что девочку не оставят в покое. Её запрячут куда-нибудь подальше и дело с концом… И это ещё в лучшем случае.       Александр встал из-за стола и начал мерить комнату шагами.       — Чем дальше заходит, тем больше риски. Мы не можем рисковать… Людей в квартиру девочки послали?       — Наши люди патрулируют бедный район. Двое-трое всегда находятся рядом с квартирой Викторовой. Но пока не видно ничего опасного.       — Усилите слежку. Втрое.       — Да, конечно.       Александр снова сел.       — Нам стоит быть осторожными. Боюсь, что власти доберутся и до нас… Как бы не прикрыли нашу лавочку — с них станется!       — Пока у них нет оснований, нам ничего не сделают. И…       — Пригласите юриста. Срочно.       Оставшись наедине с собой, Александр подошёл к окну, приподнял край маски и закурил. Выкурив сигарету, он снова опустил маску и медленно проговорил:       — Проклятая девчонка… С ней одни проблемы!

***

      Арина проснулась от попавшего ей в глаз солнечного луча. Встав, она попыталась вспомнить, что ей нужно было срочно сделать. Безуспешно. Решив не забивать голову, Арина быстро оделась и пошла на кухню. Само собой, мама была уже там. Держа в одной руке кружку с кипятком, второй она обводила в лежащей на столе газете «Ищу работу» подходящие объявления.       — Доброе утро, мам.       — Доброе, — ответила Марина, не поднимая головы. — Еда кончилась. Поешь в школе.       — Мам, я перевелась, — деликатно напомнила Арина. — А там учёба ещё не началась.       Мама резко подняла голову от газеты:       — Пере… ах, да… ну ладно. Есть всё равно нечего. Работу я пока не нашла.       Поняв, что завтрак ей не светит, Арина вышла в коридор. Она хотела вернуться в комнату, но по пути зацепила глазами стоящую на обувной тумбочке фотографию. С неё улыбался мужчина с такой же ярко-красной кожей и волосами изумрудного цвета, в которых терялись чёрные рожки. На руках он держал тряпичный свёрток. Рядом стояла Марина с чахлым букетом гвоздик.       Увидев на фотографии папу, Арина невольно ощутила, как внутри неё волной поднимается гнев. Он бросил семью ради юбки… Любовь любовью, но семья, долг и честь должны быть у мужчины на первом месте! Гнев Арины оказался настолько силён, что она окончательно утратила над собой контроль. Ей неудержимо захотелось найти отца, дабы высказать ему всё, что она думает о его измене. Не думая о последствиях, она вперила взгляд в фотографию и всей душой пожелала узнать, где конкретно отец.       Ощущения от первого применения столь сильной магии оказались необычными. Арине казалось, что внутри у неё извергается не самый маленький вулкан. Всё тело горело огнём, голова наполнилась густым туманом. Спустя несколько секунд стало тяжело дышать, словно грудь сдавила тугая проволочная петля. Арина схватилась за стену, чтобы не упасть, и попыталась разорвать заклинание, но было поздно. Магия не терпит полуслова, полумысли или незаконченного желания.       — Арина?       Девочка попыталась ответить, но из горла у неё вырвался сдавленный хрип. Мама, встревожившись, выглянула из кухни.       — Арина?..       Перед глазами Арины всё отчётливее вставала картина — одноэтажный дом на берегу какого-то озера. В окне был виден силуэт до боли знакомого мужчины. Арина протянула к нему руки, однако потеряла равновесие и сползла по стене. Глаза снова наполнились печально знакомым серым туманом. Что-то подобное она испытывала, когда выпила колу с ментосом. Последнее, что она видела перед отключкой — это бледно-розовое лицо матери, сдёрнувшей трубку телефона и набирающей «103».       Ощущение было странным. Арина должна была потерять сознание, но не потеряла, однако и в себя не приходила. Более всего это походило на кому с той лишь разницей, что она всё видела, слышала и ощущала. Арина чувствовала, как её подняли и положили на носилки, как ввезли по особым рельсам в карету скорой, как машина трогается с места и летит по улицам бедного района.       — Сказать что-либо сложно. Похоже, что мы имеем дело с сильным истощением. Что послужило ему причиной — непонятно.       — Прогноз?       — Благоприятный. Не знаю, правда, сможем ли мы ускорить выздоровление. Скорее всего, с этим, как с насморком, ничего сделать нельзя. Можно только ждать, пока ваша дочь восстановит силы.       Послышались быстрые шаги.       — Надеюсь, я не опоздал?       — Вы, собственно, кем приходитесь?.. — уточнил врач, сдвигая очки на лоб.       Что-то зашелестело.       — Это неважно, — Александр подошёл к койке. — Эта девочка находится под моей защитой. Марина… я могу попросить тебя оставить нас?       Когда мама Арины вышла, врач вполголоса яростно спросил:       — Вы что же… из этих? Которые якшаются с магами?       — Вас, доктор, это не касается. У меня правительственное задание — этого должно быть достаточно.       Врач засопел, однако от койки отошёл. Арина почувствовала, как Александр слегка приподнимает ей голову и вливает в невольно открывшийся рот несколько капель какой-то прозрачной безвкусной жидкости из пузырька.       — Не стоит волноваться, это всего лишь небольшая стимуляция. Она поможет вашему организму мобилизоваться и восстановить силы. Но поверьте, вам лучше не знать, из чего делают эту гадость…       Арина резко села на койке:       — В каком смысле?! — и только после этого сообразила, что может не только говорить, но и сидеть, не чувствуя этой странной слабости.       — Шутка юмора. Поверьте, ничего страшного. Пара лекарственных травок, чистая вода и минеральная соль. Не знаю, почему, но эта смесь не имеет ни запаха, ни вкуса, ни цвета, однако способна привести в чувство человека, который не рассчитал своих сил, применяя магию. Этот рецепт вывели алхимики Средневековья, и нельзя сказать, что они ошибались.       — А вы откуда его знаете? — поинтересовалась Арина.       — Скажем так: я сам не маг, но изучаю магию всю свою жизнь. Взращиваю, так сказать, юные таланты… Сложное занятие, но увлекательное. Особенно приятно видеть, как они потом обретают своё место в жизни. Причём далеко не все связывают свою судьбу с магией. Среди тех, кого я когда-то учил, много людей, живущих совершенно обычной жизнью.       — То есть кто-то отказывается от такого таланта?       — Да. И весьма многие. Видите ли, Арина, обладание таким талантом — это как ядерная боеголовка в подвале дома. Конечно, талант не может навредить носителю, но выйдя однажды из-под контроля, способен даже убить другого человека.       Арина поперхнулась слюной, вспомнив, как недавно расправилась с майором Хлоповым. Пожалуй, она могла бы действительно прикончить его, не рассчитав силы.       — Таким образом, вам тоже стоит подумать о своём будущем. И ещё. Никогда больше не пытайтесь применять такую магию, если не будете на все сто процентов уверены в своих силах. Во второй раз последствия могут быть хуже, а меня может не оказаться неподалёку.       — Кстати, как вы узнали, что со мной что-то произошло?       Александр, судя по интонации, грустно улыбнулся:       — Арина, вы заставляете меня сомневаться в уровне вашего АйКью… Вы серьёзно думаете, что после того, как на вас вышли власти — а мы узнали об этом сразу, у нас есть там свои люди — мы не следили за вами? Несколько человек непрестанно дежурили возле вашего подъезда. Когда вас увозили оттуда на скорой, меня вызвонил один из них. Ещё один проследил за каретой и сообщил, в какую больницу вас привезли. Дальше — дело техники.       Марина, в течение всего диалога стоящая в стороне, подошла к койке.       — Всё нормально, мам, — Арина сделала левой рукой знак «окей». — В тот раз было хуже.       — Это точно, — мама потёрла переносицу, на которой был след от очков. — Что произошло-то?       — Я… В общем, я попыталась выследить папу. Узнать хотя бы, где он… А в идеале — найти.       — И это едва не привело к непоправимым последствиям, — добавил Александр. — Слава Господу милостивому, что мои люди оказались рядом и что Арине удалось разорвать заклинание, тянущее из неё силы, иначе… Стоять!       Александр неожиданно гепардом прыгнул в сторону врача, сбив его с ног. По полу проскользил почти до самой двери мобильный телефон. Подобрав его, Александр бросил мельком взгляд на экран:       — Вона оно как… В полицию позвонить хотел, сволочь? — тихим яростным голосом спросил он.       Врач поднялся с пола.       — Я ж тебя по-хорошему предупреждал. И…       В дверях снова появился майор Хлопов в больничном халате поверх пиджака. Вот только омоновцев за его спиной маячило не двое, а шестеро, и на этот раз все были вооружены более основательно.       — Вам чего? — Александр развернулся настолько резко, что длинная пола пиджака поднялась, и Арина увидела пристёгнутую к поясу кобуру с пистолетом.       — У меня приказ по доставке человека.       — Вы с ума сошли, майор! — встрепенулся врач. — Она же десять минут назад без сознания была!       — Потом оклемается! — Хлопов поднял руку, второй доставая пистолет. Омоновцы за его спиной синхронно подняли автоматы и щёлкнули затворными рамами. — По-хорошему будем решать или по-плохому?       Марина хотела было что-то сказать, но Александр слегка сжал её руку чуть выше кисти, шепнув краем рта:       — Не надо. Убить они нас не убьют, а вот заломать могут.       Тем временем врач, сопровождаемый суровым взглядом майора, вышел в коридор и вернулся в сопровождении двух санитаров с носилками. Арина почувствовала, как в ней кипит гнев, который она смогла погасить только титаническим усилием воли.       — Пересадите. Только аккуратно.       Двое омоновцев довольно бесцеремонно пересадили Арину на носилки, которые так же бесцеремонно отобрали у санитаров. Хлопов, не опуская пистолета, кивнул:       — Идём. А вы, Арина, если будете дёргаться — хуже будет. У нас приказ доставить вас в… к… неважно, в общем.       Убедившись, что все из палаты ушли, Александр вполголоса сказал стоящей рядом Марине:       — Мы сделаем всё, чтобы её вытащить. Им только повод дай прицепиться… Особенно к магу.       — Откуда такая ненависть к магам? — спросила Марина, глотая слёзы.       — Долго объяснять. Понимаешь… Люди ненавидят того, чего не могут понять. А кроме того, кто-то там, — Александр ткнул двумя пальцами в потолок, — считает, что магов можно использовать — само собой, неофициально, — в своих целях. Мы ограждаем подростков, обладающих способностями, от этих людей, покуда они не вырастут настолько, чтобы самим выбирать свой жизненный путь. Кто-то сознательно идёт на службу государству, кто-то отрекается от своих способностей, кто-то просто живёт обычной жизнью. В двух словах всего этого не объяснишь… Если ты не возражаешь, я загляну к тебе и всё объясню с самого начала. Всяко до того момента, как мои люди найдут информацию, пройдёт часа четыре.