Pillars of South/Столпы Юга/Даларийский Цикл/Соцветие вас примет

На балконе они простояли несколько минут. Иредо чувствовал, что вынырнул из полутемной глубины и теперь не мог заставить себя вернуться. - Тут бы сесть да пообедать, - сказал Кар, - но тебе лучше воздержаться. Лезть в капсулу на полный желудок - думаешь, стоит? - А бес его знает, - отозвался он, созерцая деревья на далеком склоне под пронзительно осенним и чистым небом. Но Кар почти вытолкал его с балкона. С бурчанием Иредо последовал за товарищем к лагерю у кинжала - бывшей стоянке Эрнира, а теперь, по-всему, принадлежащей Кару. - Гляди, - он показал сложенные плоской стопкой штуковины, похожие на стрелки-галочки, как их рисуют на указателях. - Что это? - Планеры. Забыл? Ну да, их же Квел нес. Вот, они такие. На них мы и собирались спланировать отсюда. - Сейчас мне эта идея кажется кошмарной, - проговорил Иредо. Хрупкие планеры были готовы переломиться оттого, что кто-нибудь неосторожно возьмет их в руки. Но Кар взял один из них и попытался согнуть. Не вышло. - Если нужно будет срочно уходить - бери, - серьезно заявил он, - Я точно не знаю, зачем, но Малик, видать, к чему-то готовится. Лучше спроси сам, что ее беспокоит. - А ты? - только и спросил Иредо, уже успевший представить себе чудеса полета на одном из этих приспособлений. - Я сегодня отбываю. Вечером, вместе со старыми магами, скорее всего. Когда вы с Пейл и Квелом закончите, меня тут не будет. - Смотритель? - Он, - Кар покопался в вещах, достал что-то и протянул Иредо, - вот, сфера памяти. Переписал то, что мы нашли внизу в Граде. Иредо принял плоскую палочку. - Значит, все-таки удалось, да? - Не ты же один в лесу медитировать горазд, - улыбнулся Кар, но подробности открывать не пожелал. - Кажется, все, - сказал он, - Удача тебе незачем. Наша Пейл гораздо лучше. - Точно, - усмехнулся Иредо. Они похлопали друг друга по спинам и секунду постояли, уставившись куда-то насквозь. Наконец, Иредо поднял глаза и еще раз, вздрогнув, посмотрел, стараясь запомнить его лицо. Взгляды пересеклись, и он повернулся и пошел прочь, куда-то вглубь Машинной Поляны, а внутри было как-то пусто, как в самой большой капсуле после того, как Друг ее покинул. Увидев Сети Линдаль, Иредо испытал парализующий ужас. Она была красивой женщиной с длинными черными волосами и удивительно белой кожей. Маг заметил ее издалека, и там была Брэн Ви, Ли и Трондвир, и исцеленная спутница не могла вырваться из объятий. Сердце целителя забилось, шаг стал легче. Он поспешил подойти, чтобы принять участие в этом спонтанном празднике. В какой-то миг Линдаль обернулась к нему. Он увидел, как странно та двигается, но сходу не смог понять, в чем дело. Потом женщина тряхнула головой и повернулась обратно к своим, и маг узрел, что ее черная грива спускается по шее и ниже, сходя на нет чуть ли не между лопаток. Тут его и проняло. Что-то поднялось из памяти, страх из глубокого детства, белесое длинноногое привидение с черными космами и смоляными глазами, удушающий кошмар в ночной повозке. Он не забыл тот путь на юг, по дороге вдоль Беллатоки, которую в Речном угле называли просто "Река". Иредо почувствовал, как налились тяжестью амулет на шее и браслет на левом запястье. Отступать он не стал. Приблизился медленно, чем вызвал удивление Трондвира - тот наблюдал за ним последнюю минуту. - Иди же сюда, - воззвал старый маг, - Сети, посмотри на своего спасителя номер два. Линдаль снова обернулась к целителю. Ее глаза были черными и блестящими, без видимых белков и зрачков. Трондвир мягко подтолкнул мага к соратникам. Когда жуткая женщина улыбнулась, Иредо вздрогнул. - Рад видеть вас здоровой, - произнес он негромко, но твердо, - Вы... всегда такой были? - Я Сети, - голос был глубокий, - Спасибо. Она поклонилась. Отчего-то это походило на движение хищника, готовящегося к прыжку. - Такая она всегда была, чудесная наша, - огласила Брэн Ви, охватывая Линдаль сзади, - именно такая, какая и должна быть. Иредо вдруг почувствовал великое спокойствие. Это простое "спасибо" без вечных благодарностей и долгов не просто вернуло его на место. - Я иду дальше, - негромко сказал он, - как и должно быть. На лице Линдаль отразилось удивление, и ужас больше не преследовал его. Большая капсула стояла пустая и черная, как горб тени. Четыре меньших светились. Желто-красное сияние выпуклостей над их отверстиями в паре ярдов от выходов смешивалось с льдистым потоком внутренней поверхности. Наверное, Пейл постаралась. Когда к капсуле волокли Линдаль, ничего подобного не было. Он обернулся, чтобы еще раз рассмотреть зал Машинной Поляны. Над полом парили голубоватые точки, маленькие светящиеся шарики выстроились змейками, обозначая извилистую дорогу. Центродрево искрило зеленым, синим и желтым, узоры складывались из пробегающих по коре вспышек, наливались и тут же гасли, рассыпались ворохом волшебной пыли. По кроне снизу ползали фигурные пятна, а между ними струились туманные потоки. Дорога из светлячков подходила к самым капсулам. Пейл стояла чуть в стороне от нее, похожая на воина в доспехах - черно-маслянистых, с пульсирующими мембранами между крупными кусками брони, с трубками и лозами связок у суставов, с боков и вообще везде, где только осталось место. Квел тоже был здесь. Магичка подтащила паразитическую клетку поближе ко входу во вторую слева капсулу, но оболочки еще не были полностью удалены. Часть их валялась тут же - то ли капустные листья, то ли луковая шелуха, изодранная и мясистая. Квел так и оставался в позе зародыша. Ребра ячеистой решетки казались трухлявыми и готовыми рассыпаться, но уходящие в тело - или выходящие из тела - отростки-сосуды выглядели нерушимыми. Малик стояла по другую сторону дороги от Пейл, как второй страж. Поверх штанов она повязала какой-то рваный лойнклот, на предплечьях чернели широкие браслеты, а на груди - то ли ожерелье, то ли воротник, ребристый и блестящий. Наверняка местного происхождения, как и посох Трондвира. Магистр в очередной раз поднесла пальцы к вискам. - Я больше не буду тут стоять, - заявила она, - Все. Ухожу к фокусу. Эта пульсация меня скоро доканает. - Все готово, ждать нечего, - сказала Пейл, - Иди и устраивайся. Открывай двери. - Почту за радость, - и Малик, развернувшись, зашагала прочь, не придерживаясь дороги светлячков. Пейл провожала ее взглядом. Повернулось лишь туловище доспехов - там и сидела девушка. Четыре ноги не пошевелились. - Я ее умотала, - виновато произнесла она, когда экзоброня вернулась в прежнее положение, - Бедная Эрэм. Как ощущения перед великим делом? - Да как-то не так, как представлялось. Пейл велела "освободить кишечник". Маг принял пару таблеток из своего запаса и торопливо ушел в восточные пределы. Затем, уже в лагере, он оставил всю свою одежду, а с ней аллеты, амулет, кольцо, сферы памяти, ядро силы, перчатку визардрона. Перед капсулой он стоял почти голым, не считая кружевной тряпки, брошенной в лагере кем-то из старых магов. Теперь она пригодилась. - А открыть капсулы мы не могли заранее? - Я решила, что путь лучше Эрэм сама это сделает. Придаст уверенность, и все в таком духе. - Мы идем вместе? - Сначала Квел. Я сама затолкаю его и прослежу, чтобы все закрылось. Потом можем одновременно. Если ты хочешь посмотреть на меня без всего этого, то полминуты у тебя будет, но я не советую. Я ужасна и разваливаюсь, - она вздохнула, - я решила больше не использовать сферу, потому что начала путать, кто я на самом деле и в каком количестве. Теперь фамильяр помогает Эрэм. Ты видел новый фокус? Я поставила его на... Громкое чавканье и лязг прервали магичку. Иредо отскочил от врат и переместился на дорогу светлячков, не слишком близко к освещенному полумесяцу. Капсулы распахнулись, оголяя посеребренные сплетения внутренней поверхности. Пейл хмыкнула. - Решил спрятаться за моей спиной? - У меня даже завалящего аллета нет. Трудно устоять. - Ты уже видел, как это бывает. - Тогда аллет у меня был! - Он не помог бы. С этим Иредо пришлось согласиться. Скоро, уже сейчас, ему лезть в гробницу, а нити начнут расти и шевелиться. Как у Линдаль. Воздух затвердеет, станет стеклом. Что еще получится увидеть, прежде чем капсула начнет свое дело? Пейл подошла к вросшему в клетку Квелу. Весьма тихо, учитывая громоздкое на вид облачение. - Если хочешь смотреть - зайди сбоку. Иредо нашел удобное место и стал наблюдать. Пейл выпустила отростки, похожие на вторую пару рук. Они двигались быстро, и трудно было рассмотреть их как следует. Эти нижние руки схватили клетку Квела, "пальцы" удлинились и сжали решетчатую структуру блестящим обручем. Верхние руки уже держали какое-то длинное орудие, гибрид лопаты, косы и мотыги. Пейл поддела что-то и надавила, будто раскалывала скорлупу. Раздался древесный треск, по решетке пробежали волны света, а потом она лопнула и осыпалась сухими рогатинами. В нос ударил аромат гнили. Внутренняя сфера квеловой клетки выплеснула на пол немного сероватой жижи. Остальное содержимое высосали трубки, заранее подведенные магичкой. Иредо увидел, каким на самом деле был Квел - ярко-голубые тонкие линии покрыли все тело, делая его похожим на древесный спил, а между полос все было темным и каким-то рыхлым. Отовсюду щетиной торчали перерезанные сосуды-ветви. Пейл подхватила его верхней парой рук и понесла к открытой капсуле. Сзади тело поддерживала торчащая из пола подвижная нога-ходулина. Она удлинялась по мере того, как магичка подтаскивала Квела ближе к капсуле. Наконец, Пейл повернулась, распорка отошла, а затем капсула приняла Квела в себя. Нити проросли мгновенно, оплетая его с тошнотворным тщанием. Иредо сглотнул. - В прошлый раз было помягче. - Линдаль была на грани жизни, а тут все куда хуже. Ну что, будешь смотреть, как я разоблачаюсь? - Такое пропускать? Надо было у Кара импринтограф взять! Успею сбегать? - Нет, - она направилась дальше, к двум правым гробницам, и остановилась перед ближайшей. Развернувшись спиной к зеву капсулы, Пейл присела на своих четырех ногах. Выглядело это совершенно по-паучьи. Увидев, как на это смотрит Иредо, она захихикала. Тот, как обычно, вздрогнул. Корпус экзоброни опустился вниз, как на рельсах. Пейл провела руками по плечам, и куски доспехов начали спадать, соскальзывать и открепляться. Верхняя часть брони снова напоминала кресло, и ее фрагменты налеплялись на спинку и подлокотники, будто гигантские насекомые. Лицо и шея девушки уже были оголены, пришел черед рук и груди. Они оказались багровыми и блестящими, с них словно содрали кожу, а потом натянули новую, рваную и в отверстиях. - Ох, - выдохнула она, - это больно. Пейл уперлась руками в основание своего сидения и приподнялась. Иредо, не отрываясь, смотрел и слушал, как с влажным звуком отсоединяются какие-то контакты и показываются живот и таз, покрытые узором из волдырей размером с ладонь, пестрящие отверстиями в местах соединений. Вместо ног он увидел не то культи, не то наросты. Оканчивались они щеткой черных шипов-когтей, один из которых был длиннее и больше остальных и загибался футовым крюком. - Красиво, да? - Пейл часто дышала, руки начали дрожать. - Давай в капсулу, я отваливаюсь, - с этими словами спинка, на которую магичка опиралась, разошлась продольной щелью, вскрылась створками наружу, и девушка упала в ворсистые, холодно флуоресцирующие внутренности гробницы. - Не мед... Голос пропал. Иредо пытался увидеть, что происходит, но броня Пейл валялась перед капсулой и закрывала большую часть обзора. Он подобрался сбоку и увидел магичку, которая злобно и бесшумно что-то кричала, маша руками в его сторону. Преодолевая наплыв чувства уходящего времени, он махнул ей в ответ и пошел на сторону Квела, где его ждала собственная капсула. Подошвы ощущали все детали рельефа, вдобавок он вляпался в какую-то жидкость, растекшуюся вокруг пустой экзоброни. "А ведь Пейл не уснет. Она подготовилась". Он стащил и отбросил кусок ткани, ненадолго ставший одеждой. Теперь тот валялся у дороги светлячков. Напротив вставали врата гробницы - капсулы Машинной Поляны - пасть вылезшего из земли червя. Дно мерцало голубым. Складки, похожие на метамерный узор рыбьих мышц, поблескивали меж теневых борозд. - Твой способ, - шепнул он, разворачиваясь и шагая назад. Прохладное прикосновение по всей спине. Гаснущий свет. Помутнение впереди, запечатавшее выход. Он закрыл глаза и стал ждать падения.