Pillars of South/Столпы Юга/Даларийский Цикл/Соцветие вас примет

Волшебник слушал, не отвлекаясь на вопросы, и рассказ оказался короче, чем можно было ожидать. Он не упоминал об изготовленных Пейл артефактах, о передачах Фьольси, как и о храме с паломниками, ограничившись парой фраз о том, что несколько раз приходил в сознание, когда Пейл от него что-то было нужно. Иредо закончил повествование последней встречей с фамильяром в прииртимском лесу. То, что магичка сумела сама управлять процессом, восхитило Таунсенда пуще всего, и он явно оказался разочарован тем, что Иредо так и не дождался ее выхода. Прикончив содержимое своей бутылки, Таунсенд обыскал жилище Смотрителя в поисках какой-никакой выпивки, не нашел ничего, кроме сока, махнул рукой и полез в какие-то свои сумки. Там у него нашлось даларийское вино, которое волшебник надеялся вывезти домой. С каким-то мимолетным сожалением Таунсенд вытащил пробку. - То ли я теперь устойчив к алкоголю, то ли что-то не так с местными напитками, - сообщил он, разливая вино в те же огромные кружки. - Ты считаешь, что в Град вернулся этот Мэллон. Какое-то знакомое имя. После этого начался первый за сегодня период активности горы. Допустим, это устроил Мэллон. Остается недавний фейерверк. Почему сейчас? Или они там ждали ночи, а то нам не было бы видно? Дверь дома отворилась с приятным деревянным звуком. Застучала обувь. - Не ожидал от вас, мастер Иредо. Пить с первым попавшимся это одно дело, но с этим Мефистофелем? Смотритель вошел в комнату. Таунсенд чуть не вскочил. - Ты с Иртима? Там вообще сейчас хотя бы мимо летать можно? Даже мимолетного взгляда хватило, чтобы увидеть, как вымотан этот человек. Он сбросил с плеч свой полуплащ - тот оказался подхвачен неведомым помощником, тут же куда-то исчезнувшим вместе с одеждой. Вспомнился иртимский домик, а Смотритель пересек комнату и свалился на стул, вытянув ноги. Шляпа его куда-то подевалась, лицо блестело, под глазами появились круги. Секунды две он так сидел, точно неловкий манекен, а потом схватил кружку Таунсенда и сделал несколько изрядных глотков. - Разве что очень сильно мимо, - ответил он, толкая кружку в руки подоспевшего волшебника, - Уже в миле от подножия - все! Машину ведет, курс сыплется, еле сели за Постижью. Чего делать? Кого вызывать? - Вопрос, напрямую связанный с моей попыткой убраться отсюда, - заметил Таунсенд. - На челноке, как еще. Лифта у нас тут нет. - Через три недели! - Ты что, до Сбора сбежать хотел? Не о том речь, Ли, никто к нам не придет, самим придется всю эту бадью разгребать. Да хоть сегодня ты улети и в тот же день, как попадешь в Систему, собери кризис-команду, прилетят они через месяцы. А до того что? Ладно, - он встал, нехотя, опираясь руками о подлокотники, как обессиленный, - я послал сингл с поддержкой на облет, может и найдет лазейку. Он направился к выходу и жестом подозвал Иредо. Тот проследовал за Смотрителем в свежую, почти холодную, ночь. - Не нужно вам тут оставаться, мастер. Работа для следопытов. Неизвестные факторы риска в виде близости Иртима и группы без вести пропавших магов. Держите вещи под рукой. Он отступил в сторону, откуда появился черный человек, коротко доложивший об обстановке. Они со Смотрителем обменялись несколькими фразами, похоже, полагая, что их не слышно. Речь шла о месте в головном модуле "мула", о заполненности отсека для людей и о том, что думает Смотритель об идее посадить Иредо вместе с эвакуируемыми магами. Спустя полминуты человек исчез, а Смотритель вернулся к ожидающему его целителю. - Ты сказал ему о Мэллоне? Таунсенд, оказывается, вышел следом, а Иредо и не заметил, когда. - О ком? Они идут в тайное убежище Смотрителя, где расположены детекторные эрреи, как назвал их Ли Таунсенд. Это не подземелье, не сарай или пристройка, а беседка на вершине холма, вот только попадают они туда снизу, с помощью подъемника, почти как в Граде. Таунсенд тут не бывал. Он прищелкивает языком, осматривая убранство. Часть проходов уже превратилась в белесые экраны, на которых нет свободного места из-за таблиц и мелких букв. Слова не удается даже прочитать, не то что понять, для Смотрителя же это открытая книга. Он касается экранов, роется в арканах, очищая их в нескольких местах. Иредо делает шаг к новому окну. Это карта. Детальная карта иртимской территории, со всеми тропами, точками интереса, закрутами. - Я ожидал бункер с гигантскими терминалами, - говорит Таунсенд. - Могли бы посмотреть в доме, но здесь удобнее. Ты что, привык делать все с пада? - Вряд ли после полувекового перерыва. - Вот видишь. Смотритель все же очень утомленный. Он бесцветно отмахивается от таунсендовых шпилек и вызывает окно с горой Иртима, над которой сбоку мерцает точка, нанизанная на пунктир. - Вот ваш объект. Тяжелый, быстрый. Летел к вершине. Он замирает, уставившись в экран. - Это Мэллон, - говорит Иредо. - Вы уверены? В голосе нет насмешки. Он действительно хочет знать. Но Таунсенд не дает ответить. - Это чертова хреновина, тяжелая и маневренная, что это по-твоему, стлек? Надо бы знать, какого дьявола там творится. Потеряли уже полдня, теперь получаем светопреставление. Какие теперь планы? - Туда не добраться. Я только что оттуда, видел все сам. И, в отличие от тебя, не ковырялся в носу до вечера. Сам-то что разведал? - Не много я разведал, так, кое-что. Лучше бы попробовал добраться до Града. Маги ушли за реку, или дальше на север, Ктулху знает зачем. Тех, что остались, ты без проблем вывезешь, а этих сперва придется найти. Они-то и есть те, кто тебе в первую очередь нужен, а не все эти пассивные наблюдатели. Может, подождать, пока аврора немного спадет, или идти в Град по дороге. Что-то из этого. Смотритель переплетает пальцы. Секунду-две молчит. - По дороге сейчас опасно, никого не пошлю. Вокруг Иртима зраки, на земле и в воздухе - отслеживаем активность. Чуть что - попробуем проскочить, конечно, только один раз я уже едва выбрался. Иредо, вы как? Птица что-нибудь еще сообщала? Иредо вздрагивает. Он совсем забыл про Фьольси. Ее не было видно с тех пор, как Смотритель отправился за помощью. Пропала, улетела? Вернулась к Малик? - Нет. Куда-то улетела, пока я спал, - он оглядывается, - и за мной больше не следует. - Возможно, Малик ее отозвала. Это было бы хорошо, она может вернуться с новостями. Высматривайте ее. Так, - он замирает, подняв руку к виску, смотрит на собеседников. В глазах - блеск и усталость. - Аврора затухает, - говорит он. Экраны гаснут и исчезают, тают, как пластинки дымного льда. Пол опускается, и маги едут вниз, в недра холма, откуда можно попасть и в дом, и в пещеру с гладким потолком и стенами, где Смотритель держит свою технику. Но ведет он их наружу, на двор перед домом, где дожидается старый, знакомый Иредо ховер. - Ты не обезумел от переутомления? - интересуется Таунсенд, - они там без тебя не справятся? - Я не собираюсь соваться в болото. Пока, - отвечает тот, - Но Иртим знаю только я, так что мне надо там быть. Иредо, место для вас готово, можете улетать, что и рекомендую сделать. Впрочем, вам решать. Ховер слабо гудит, поднимается, ныряет в темные заросли, и маги остаются со словами, застрявшими в зубах. Иредо вернулся с полей и увидел Фьольси. Он, как и Таунсенд, спустились вниз, к машинам следопытов. Смотрителя еще можно было задержать - он, разумеется, не собирался лететь к Иртиму на ховере. А сбор двух транспортов мог занять несколько минут. Скорее всего, значительно больше. Но они не успели - дошли только до спуска в полях, и оттуда узрели взмывающие сгустки черноты в ореолах ало-голубого сияния, которое быстро исчезало. Иредо без труда видел их и после этого. Вытянутые, сплюснутые формы, немного напоминающие рыб, устремившиеся к гряде за рекой, где уже бледнело мерцание авроры. Потом они беседовали со следопытами, и Иредо показалось, что один внимательно смотрит на него из густой ржавой тени между двумя раскрытыми, точно гробницы, транспортами, высветившими приречье пятнами яркого желтого света. Где-то все еще перемещались, тихо перебегали люди - в темноте, за пределами зоны. Кто-то сидел на рюкзаках, кто-то что-то тащил. Вид у этих людей был унылый. В роще у дома Смотрителя Иредо что-то почувствовал, а на крыльце перед закрытой дверью его уже ждала ярко-желтая птица, отчего-то показавшаяся зловещей. Фьольси открыла свой кривой клюв и захрипела. Слушать жуткие звуки пришлось с полминуты, а потом раздался слабый свист, похожий на завывание ветра. И в нем Иредо различил слова. "Не смейте соваться на холм". И снова хрип. На этот раз недолгий. Птица закрыла клюв и как-то виновато уставилась на мага. - Это что сейчас было? - медленно проговорил Таунсенд. - Предупреждение запоздало, - Иредо поднялся и обернулся к северо-востоку, и его взгляд будто уже не сдерживала окружавшая их роща. И там, над невидимыми сквозь необлетевшие еще кроны горбами иртимской гряды он различил неравномерную пульсацию умирающей Авроры.