Pillars of South/Столпы Юга/Даларийский Цикл/Соцветие вас примет

На них нападают у самого входа в подгорные залы. Пять человекообразных фигур в черном, появившиеся, словно ниоткуда. Иредо стоит у открывшегося им круглого прохода, в котором исчез фамильяр, а она делает шаг навстречу и не успевает поставить ногу. В воздухе будто лопается пузырь, и Ативу отбрасывает назад. Она падает медленно, как в воде, и видит черных людей, вспрыгивающих на ноги, выхватывающих незнакомое ей оружие. Камни впиваются в спину, и боль оказывается настоящей. Она видит лицо колдуна, как вблизи - распахнутые глаза и зарождающуюся гримасу. Тот, кто сидит внутри, предлагает ей рассмотреть все не торопясь. Черные люди начинают подбираться к Иредо, но это все так медленно, что просто нелепо. Колдун же вообще ничего не предпринимает, да он, наверное, еще и не понял, что случилось. Выражение на его лице начинает меняться. Атива видит неуверенность и испуг, но они начинают казаться масками из текучего воска. Сидящий внутри тоже наблюдает, но он больше не колючий, он не тянет вниз, не засасывает и не туманит разум. В чертогах мысленного окна Ативы воздвигся хрустальный экран, перед которым стоят и она, и этот, неведомый, и только вовне направлены взгляды обоих. Иредо выбрасывает вперед руки, в каждой жезл. Лишь спустя миг Атива понимает, что колдун двигается так, словно и нет никакого замедления. Черные все еще поднимают свое оружие, и продолжают поднимать еще некоторое время, но пальцы Иредо разжимаются, и костяные скипетры падают вниз, перебегая внутри себя, переползая и шевелясь. Сам же маг впечатывается в скальную стену и начинает сползать. Только после этого черные заваливаются, как подрезанные снопы, и мягко распластываются на гладкой базальтовой плите. Что-то серое и дымчатое мелькает у входа и, не задержавшись вблизи колдуна, исчезает в темноте пещеры. Время возвращается, и в глазах начинается резь. Атива делает судорожный вдох, просыпается боль в ушибленной о камни спине. Атива старается приподняться, опираясь на левую руку; по всему предплечью идет кровавая борозда. Но схватка еще не завершилась. Со стоном ярости Иредо встает и шарит у пояса. В руке появляется длинный, в полторы ладони, нож. На несколько секунд он склоняется над ближайшим черным и делает несколько быстрых движений. Атива слышит мокрый всхлип и вздох. Иредо смотрит на нее черными глазами, на лице у него оскал. - Проклятье, - шепчет он еле слышно, - бесово ублюдье. Он подходит к каждому, чтобы перерезать горло, а потом отсекает кисти и ступни. Похожие на людей существа еще живы. Они шевелятся, даже пытаются встать, но в конце-концов затихают. Иредо укладывает их рядком в ярде друг от друга и с минуту молча стоит, уставившись на поверженных врагов. - Что с тобой? - он бросился к ней, схватил за плечи, - кто-то из них успел до тебя добраться? - Нет, нет. Меня просто отшвырнуло. Погоди, - Атива прижалась к нему, замкнув в ответном объятии, - все в порядке, кажется. Откуда? Почему они всегда появляются так? - Такие уж они, - колдун ослабил хватку и отшагнул, - Давай поторопимся внутрь. Тебя надо осмотреть, но прямо здесь я делать это не хочу. Он в последний раз окинул взглядом плоскую долину, почти круглую, с идеально ровным дном, из которого вырастали у самых склонов зубы-контрфорсы. Они пришли сюда, следуя по берегу вдоль злой речки, что точила себе путь по дну теснины и, разлившись шире и успокоившись, вбирала в себя ручей из черного озера. Открылась она сразу и вся, до поры невидимая за отвесной стеной ущелья и нагромождениями глыб. На неодолимую высоту возносились крутые уступы, голые утесы, на которых не росло ни деревца, ни былинки, а еще выше вставал гребень хребта, белого от снежных шапок. Река, взятая в базальтовые оковы, жалась к левому краю, а транспортный путь разветвлялся. Каждая ветка вела к слоистому горбу, что вспучились по всей чаше долины, образуя странный и неспокойный узор, заблестевший от неожиданно выглянувшего солнца. Блуждать здесь можно было долго, и, если бы не проводник, так оно бы и случилось. Иредо кивнул Ативе и взял ее за руку. Вошли вместе, и не сразу заметили фамильяра, который одиноко висел у стены вблизи двери. - Закрой ее, - сказал колдун, - кто-то хочет нам помешать. Или помешать Древним. Фамильяр подплыл к проему, завис. Свет снаружи поблек. - Только тучи разошлись, - вздохнула Атива, - снова под землю. - Это верно, но что-то неуютно мне показалось под этим солнцем. Свет, - он встряхнул жезлом, и навершие того окуталось голубоватым сиянием, которое разгоняло тьму и выхватывало участки стен, гладкие арочные своды и стыки плит пола. Колдун поводил жезлом и шагнул вперед. - А тут чисто. Давай-ка посмотрим на твои раны. У Ативы был ушиб спины, и несколько длинных царапин на предплечьях. Царапины колдун смазал антисептиком и стимулятором, на ушиб потратил больше времени и в конце-концов наложил на него мониторный бинт. Атива терпеливо ждала, когда маг закончит. - Пока порядок, можно вставать. Что скажешь? - он обернулся осветив дверь и стену рядом, - а где наш колючий шар? С полминуты искали проводника - то есть, искал Иредо, а Атива прислонилась к стене, уставившись невесть куда. - Исчез, - признал наконец маг, добавив к сказанному набор ругательств, - и мы тут одни. - Хорошо, если одни. - Хорошо. Может, он улетел вперед? Такое уже было. Из комнаты - должно быть, небольшого по меркам строителей привратного покоя, - вел единственный выход, и вел он на длинный пандус, на котором кое-где появлялись выступы наподобие ступеней. Спускались осторожно. Выпуклые полосы на стенах начали испускать холодное зеленоватое свечение, которого поначалу хватало, чтобы не оступиться, а потом оно усилилось настолько, что Иредо загасил жезл. - Мне пришлось парализовать мышцы этих черных извергов, - поведал Иредо, - магии уже почти ни на что не хватает. А перед Храмом были прямо потоки. - А я кое-что чувствую. - Это резонанс. Я тоже чувствую, но пользоваться им не умею. Я считаю, что это признак того, что зона обслуживается, но магии лишена специально. Но арты держат, так что пока мы не беззащитны. Еще довольно долго спускались, а потом пандус внезапно кончился, и они оказались на длинном балконе, дугой окаймлявшем стену гигантской подгорной пещеры. Сюда уместился бы небольшой городок с башней мага, и то, наверное, висел бы, не доставая дна. С потолка свисали сталактиты таких размеров, что Иредо с Ативой только вздохнули. Далекие, как иные миры, края полости угадывались по светящимся аркам и многоугольным орнаментам, прорезавшим черноту бездны. - Я хотел предложить перекусить тут, - сказал Иредо, - но теперь даже не знаю. - Нет, - замахала руками Атива, - не здесь! У правого и левого краев балкона обнаружились транспорты, при приближении ожившие и засветившиеся изнутри. - Вот тут бы фамильяр пригодился, - бурчал Иредо, - в какой садиться-то? Но проводник так и не показался. Атива начала пробираться в правый, и Иредо последовал за ней. Облачение колдуна было беспокойно, как никогда - все, что могло шевелиться и шелестеть, шевелилось и шелестело, а вокруг словно бы кружился невидимый рой насекомых. На лицо маг был мрачен. Он прошел в дальний конец кабины и уставился на нечто, что могло быть инвокационным фокусом, предназначенным для существа раза в три больше человека. - На острове у меня получилось сделать как-то так, - молвил он, перекладывая в правую руку короткий из жезлов. На его навершии словно бы раскрылся бутон, и мясистый серо-костяной пестик завращался, подобно сверлу. Фокус выплюнул гибкую втулку из крутящихся колец. Кольца нанизались на пестик, и панель распалась, как скульптура из тысячи деталей, собралась вновь, превратилась в симметричный рассеченный лист. Свет сделался серо-желтым и потускнел. Окна кабины, вросшие пузырями между скелетных балок, сделались тяжелыми и темными. Чуть заметная дрожь выдала момент старта. Транспорт Древних начал движение, но не было видно ни путей, ни направляющих. Иредо хмыкнул и уселся на неудобную скамью с перфорированным сидением и странно расположенными подлокотниками. Потом стянул с руки перчатку и, нахмурившись, разглядывал ладонь. - Один по мне успел чем-то выстрелить, - сказал он подошедшей Ативе, - попал в перчатку, я сперва даже не понял. Только уж в пещере почувствовал, что что-то не так. С тыльной стороны виднелся пересекающий кисть след, со стороны ладони - нечто вроде шрама из крохотных следов иголок. - А что с перчаткой? - Выглядит целой, - он показал перчатку Ативе, но быстро отложил в сторону, - Только я могу касаться этих штук, пока они не на мне. Так уж они сделаны. Пальцы сгибались, но медленно и с усилием. Шрам начинал ныть. Иредо вытащил свой медицинский набор и разложил на полу - к счастью, тот не имел щелей и дыр. Атива наблюдала, как маленький хилчантер ползает по руке мага, потирает своими ножками-палочками, мигает разноцветными огоньками. А транспорт двигался, скользил неведомым путем через бездонные провалы, входил в трубы, стены которых потом мелькали за спаянными каплями окон, вдруг оказывался в озаренном слабым сиянием зале, полном неведомых машин, и через полминуты уже снова погружался во мрак. Атива сидела и смотрела, как проносятся снаружи стены коридоров и тоннелей, гладкие и закругленные, или изломанные щербатые обрывы диких подземных пустот, или вспыхивающие, охватывающие кабину кольца, или выхваченные светом из окон оплывшие бока древних сталагмитов. - Знаешь, Атива. Я ждал тебя. Я говорил тебе, конечно, но это сходило за шутку, обман ради эстетики романтического свершения. Да, конечно, я не знал, что это будешь ты, или волны принесут кого-то другого, и мне повезло, что случилось именно так, но кто-то должен был явиться ко мне на остров. И провести меня за морской заслон. Ты молчишь, я не знаю, должен ли просить прощения. Наверное, ты теперь не можешь думать о море, и все для того, чтобы спуститься со мной под землю там, где не ступала нога человека. Она не сказала ничего, только поднялась и уселась рядом. Свет в кабине давно померк, и только неведомые источники извне пронизывали глубинный мрак и бросали на пол и стены транспорта решетчатые тени, что тянулись, словно пальцы, к ногам путников. Новый огонь показался в узкой вертикальной нише свода и высветил корону вокруг темного неподвижного силуэта девушки. - А ты сейчас была похожа на статую из башенных садов, подобную тем, что делали древние. Наши, человеческие древние, в первом мире, до магии и всего такого. Статуи богов и богинь. Я читал о боге мертвых. И он жил вот примерно в таком подземелье, как это. И еще это мне напоминает Купол... Подъем в него и спуск через множество будто бы миров. Может, и настоящих миров? Ты это тоже не помнишь? Я рассказывал. В глазах слегка двоится... Это от анестетика, и то, что я тут наговорил... Она положила ладонь ему на лоб. Хитиновая пектораль испускала слабое сияние, но звуки жвал и лапок давно прекратились. Они ехали сквозь земные пустоты, и только мелькающие огни сопровождали их в пути. Спокойствие приходило в молчании.