Всё же на чердаке

Добежав до дороги, Серафим в изнеможении плюхнулся на ближайшую кочку и страдальчески прижал руку к рёбрам. Нет, он решительно слишком стар для таких акробатических фокусов. Подумать только, бежать через болота с ворованным фолиантом, да ещё и вместе с учеником! — Так что там пишут про Лёню? — спросил Костик, нетерпеливо дёрнув Серафима за рукав. Серафим раскрыл фолиант, ещё раз перечитал текст через лиловое стёклышко, через оранжевое, через очки и просто так. Увы, смысл не менялся. — Ну? Не томите! Рассказывайте, как его разбудить! — потребовал Костик, усиленно подныривая под руку Серафима, чтобы заглянуть в фолиант. — Видишь ли, Костик… — Серафим вздохнул. — Получается, что Лёня законсервировался. — Как это? — Тут пишут… — Серафим ещё раз провёл пальцем по тексту, убеждаясь, что понял правильно. — Тут пишут, что такое иногда бывает. Человек вываливается из своего мира, потому что перестал ему подходить, и попадает в следующий. А мы, судя по всему, перехватили Лёню в полёте. — А как это он вывалился? — нахмурился Костик. — Из окна. Или с крыши. — Серафим сурово глянул на Костика: — И не вздумай сам пробовать! Тут пишут, что порталы открываются в исключительных случаях, когда срабатывает Высшая Справедливость. Чаще всего… — Лёни разбиваются в лепёшку, — договорил Костик, всё-таки сунув нос в фолиант. — Какой ужас! — Увы, — вздохнул Серафим. — Но нашего вроде бы должны были забрать в мир, который бы ему подходил идеально. Но совершенно случайно… — Его выловили мы, — радостно подхватил Костик. — И теперь у вас будет два ученика. Двое учеников. Как правильнее? — Один ученик, — сказал Серафим. — Вы меня таки сдадите в утиль?! — всплеснул руками Костик. — Дубина ты, — уныло отозвался Серафим. — Сам почитай, что тут пишут. Вот, видишь? Лёня так и будет спать, пока не попадёт в место назначения. — То есть нам придётся выкинуть его обратно? — задумчиво спросил Костик, и Серафим кивнул: — Выходит, что так. — А вдруг они там передумали? — испугался Костик. — Вот мы ему тут портал откроем, а они с той стороны — нет, и будет лепёшка из Лёни. Может, лучше пусть у нас спит? Серафим решительно помотал головой: — Высшая Справедливость не может передумать. Лёня и законсервирован-то для того, чтобы не измениться и не перестать подходить своему идеальному миру. — Хотите сказать, если бы он не спал, общение со мной его бы испортило? — спросил Костик, дождался кивка и с азартом потребовал: — Давайте его разбудим!