That Old House - Этот старый дом

— Кейти, это Рон — не принимай всерьез ничего из того, что он говорит. Это Джинни — то же самое с ней. И ты уже знаешь Гарри — он снаружи с Адрианом и Беном.       Гермиона мило улыбнулась Рону, который выглядел несколько обиженным, и Джинни, которая просто улыбнулась в ответ. — Спасибо за представление, Гермиона, — пробормотал Рон, размахивая палочкой и откалывая старую краску с дверной рамы. — О, у Гермионы просто есть несколько проблем — отрицание, например, — невинно сказала Джинни. — Приятно познакомиться, Кейти. Ой! Чарли, как ты думаешь, что ты делаешь с этим галстуком для волос? — Отрицание…? — неуверенно повторила Кейти. Рон удивленно открыл рот, но Гермиона взглядом заставила его замолчать. — Адриан и Бен играют в мяч снаружи с Гарри, если ты хочешь присоединиться к ним, — сказала Гермиона, перекрывая деревянные удары, эхом отдававшиеся по всему дому, когда Билл работал над починкой старых полок, отправляя гвозди в дерево взмахом своей волшебной палочки. — Ну… — сине-зеленые глаза Кейти метнулись к работе Билла, а затем снова к Гермионе. Она застенчиво закинула одну ногу за другую. — Ты не будешь возражать, если я посмотрю, как он работает? — она указала на Билла.       Гермиона выглядела удивленной, но улыбнулась. — Конечно, нет, — тепло ответила она. — Только не принимай всерьез все, что они говорят, — добавила она.       Кейти застенчиво улыбнулась. — Не буду, — пообещала она, дергая себя за косичку. — У меня с этим много практики. Джек и Ясмин всегда говорят глупости — однажды Ясмин чуть не ударила Джека, прямо здесь, в подбородок, и нам с Дасти пришлось держать их врозь, пока они не попали в беду.       Гермиона насторожилась. — А они… они часто ссорятся, Джек и Ясмин? — спросила она небрежно, когда Кейти села рядом с Биллом, внимательно наблюдая за его работой. Она взяла гвоздь, изучила его и указала: — Этот немного согнут посередине.       Билл удивленно посмотрел на него. — Спасибо, — сказал он с улыбкой, бросая гвоздь в мусорное ведро. — Хороший улов.       Кейти просияла и снова посмотрела на Гермиону. Гермиона улыбнулась в ответ и повторила свой вопрос. — Ну, — задумчиво начала Кейти. — Дело не в том, что они не любят друг друга или что-то в этом роде, но им обоим нравится быть главными. Вот почему они не ладят, на самом деле, но это блестяще, когда они работают вместе. Я имею в виду, ты видела, как это было, когда они дрались, когда ты пришла к нам в первый раз.       Гермиона кивнула и села рядом с Кейти. — Ты тоже казалась хорошим лидером.       Кейти покраснела и смущенно опустила глаза. — Да, ну, они не очень-то любят обращать на меня внимание, за исключением тех случаев, когда я делаю свой голос похожим на взрослый, или свистну, или говорю что-то, что я уже слышала от взрослых, — сказала она. — Я в основном просто удерживаю их от драки. Я так же слушаю, когда Ясмин жалуется на Джека, а это очень много. — А как же Дастин? — спросила Гермиона, когда Кейти начала передавать Биллу гвозди. — Какой он из себя?       Кейти пожала плечами. — О, Дастин очень тихий. Он любит рисовать, — сказала она, вертя ноготь в пальцах. — Он всегда рисует мелом на полу, потому что он смывается, когда его вытираешь тряпкой. Вот почему мы называем его Дасти, потому что, если никто не заставит его умыться — целитель Смитт часто об этом забывала — он будет весь покрыт меловой пылью. Он дружит с Джеком. — Я заметила, — сказала Гермиона. Кейти оживилась, когда Билл начал чистить полки песком. — Джек, похоже, не очень-то горел желанием жить с нами.       Кейти задумчиво провела пальцем по пыли на полу. — Ну, — она нарисовала улыбающееся лицо сквозь пыль. — Он не хочет, чтобы нас разделили. — А? — Он учится в школе Святого Мунго, кажется, с трех лет. Я думаю, — ответила Кейти, проводя рукой по свежеотшлифованному дереву. — Я думаю, он немного сердится, что никто не пришел за ним, но я не хочу, чтобы он знал, что я знаю. Он очень гордый, правда, но и очень хороший.       Она говорила серьезно. — Видишь ли, мы единственная семья, которая у него есть, — сказала она, глядя на Гермиону широко раскрытыми глазами. — Я могу понять, что он чувствует, хотя и живу в больнице Святого Мунго с самого рождения. Гермиона почувствовала, как у нее сдавило горло, но все же кивнула и с трудом спросила: — Как вы относитесь к семье?       Кейти задумчиво покусывала ноготь большого пальца. — Не знаю, — сказала она наконец. — Судя по тому, как Ясмин о них отзывается, они довольно милые, — она улыбнулась. — А Ясмин много говорит о семьях, — она помолчала, потом усмехнулась. — Но она только читала о них. Я не думаю, что у нее вообще когда-нибудь была семья, кроме нас.       Она посмотрела на свой пыльный палец. — Иногда я думаю, что моя семья должна была оставить меня, — призналась она, наклоняясь ко мне. — Я не думаю, что от меня было бы слишком много хлопот, но я думаю, что трудно сказать, когда ты ребенок. С Джеки было трудно ладить, когда она только приехала. И иногда я злюсь, — только не говори об этом Ясмин — что они не оставили меня, потому что я думаю, что это немного несправедливо с их стороны говорить, что кто-то будет слишком много хлопот, прежде чем они хотя бы перемолвятся с ними хоть одним словом, — она посмотрела на Гермиону. — Я стараюсь этого не делать. Я полагаю, что и ты тоже, верно? Вам кажется, что… — она улыбнулась. — Ты, кажется, очень заботилась о нас, ты и Гарри. Ты даже не знала нас. Мне это в вас двоих нравится.       Гермиона почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы, и отвернулась.       Кейти остановилась. — Я слишком много болтаю? — она встревоженно протянула Гермионе залатанный носовой платок. — Ясмин говорит, что хоть я и выгляжу тихой, но слишком много болтаю. Конечно, она обычно говорит это после того, как я свистну и остановлю их драку — как я сделала, когда вы впервые увидели нас. Хотя я ничего не могу с собой поделать. Ясмин в основном разговаривает в Сент-Мунго, и это оставляет много времени для размышлений, вы знаете. И ты слушаешь так хорошо, что я чувствую, что могу говорить о том, что думаю, а не просто думать об этом. — Нет, мне нравится тебя слушать. Ты очень умный человек, — поспешно сказала Гермиона. — Ты так думаешь? Очень мило, — сказала Кейти. — Джек — самый умный в нашей группе. Я никогда не считала себя особенно умной, — она помолчала. — Но мне нравятся уроки. Я научилась читать, но не так быстро, как Ясмин. Ясмин говорит, что ей нравится пожирать книги — вот так, с длинным «Рать» в конце, — и она знает все книги на наших полках наизусть. Их всего шесть штук, но они длинные. Не очень хорошо для Джеки, но мы с Ясмин иногда делали вид, что читаем их Джеки, и сочиняли свои собственные истории. Она посмотрела на книжную полку, которую Билл поставил в углу комнаты: — Ясмин, наверное, понравится эта комната. Она бы сказала, что в этом есть какая-то таинственность или что-то в этом роде. Я думаю, что она говорит такие вещи прямо из книг, но она говорит, что она их придумывает. Я не говорю ей, что знаю, что она получает их из книг. Она любит все выдумывать. — Какого рода вещи? — Гермиона была совершенно очарована необычайно проницательными наблюдениями Кейти, и Билл, казалось, тоже внимательно слушал. — Пьесы и все такое. Она делала их гораздо чаще, когда мы были маленькими, — Кэти снова дернула себя за косу. — Теперь она только и говорит, что о семьях. Однажды она пошла в детскую палату — это на другом конце Сент-Мунго — и увидела там много семей, — она помолчала. — Она также нашла много книг. Она рассказала нам одну историю о Маггле по имени Робин Гуд и шайке разбойников, которые жили в лесу. И еще одна история о семье, которая застряла на острове и построила этот великолепный дом на дереве. Этот мне понравился больше всего. Они были очень изобретательны в том, как они делали вещи. И они даже не использовали магию! — У меня есть эти книги, — нетерпеливо сказала Гермиона. — Это очень известные Маггловские книги. — Значит, ты Магглорожденная?       Гермиона кивнула. — Ну, я не знаю, кто я такая, но мне хотелось бы думать, что во мне есть немного маггловской крови. Тебе не кажется это странным? Некоторые люди не очень любят Магглорожденных, как сам-знаешь-кто и его Пожиратели Смерти. Но я думаю, что магглы действительно умны. Мне нравится, как они все делают, потому что магия кажется проще. Как ты думаешь, это глупо с моей стороны?       Гермиона покачала головой. — Ты совершенно права. — О, я рада, что ты так думаешь, — с облегчением сказала Кейти. — Джек считает, что магглы не очень умны, раз они нас еще не нашли. Но я думаю, что это несправедливо. Я нашла в мусорном ведре несколько старых маггловских часов — только не говори целителю Смиту, что я опять рылась в мусорном ведре, у меня будут неприятности — и разобрала их. Все это было довольно сложно, и мне потребовалось время до Рождества, чтобы починить их снова, — она вдруг улыбнулась. — Я уже давно разговариваю, не так ли? — она сказала, хихикая. — Я становлюсь очень скучной? Ясмин иногда так и делает, а я умею сосредоточиться на чем-то другом и все равно делаю вид, что слушаю.       Она склонила голову набок и пристально посмотрела на Гермиону. — Но ты действительно слушала, не так ли? Ясмин не очень-то меня слушает, даже когда ссорится с Джеком. Ты позволишь мне так много говорить, когда я перееду жить к тебе? — Да, — ответила Гермиона с улыбкой. — Я так и сделаю.       Кэти улыбнулась. — Ты мне нравишься, — искренне сказала она. — Не возражаешь, если я тебя обниму? Джек и Дасти ненавидят это.  — Нисколько.       Кейти обвила руками шею Гермионы. Гермиона крепко обняла Кейти и прижалась щекой к ее мягким каштановым волосам. — Забавно, — пробормотала Кейти в блузку Гермионы. — Обычно, когда я обнимаю кого-то, мне хочется, чтобы он отпустил меня, но я не думаю, что хочу этого от тебя.       Гермиона снова почувствовала слезы на глазах и шмыгнула носом как можно тише. — Я совсем не такая в школе Святого Мунго, — сказала Кейти, все еще крепко обнимая Гермиону. — Я должна вести себя как Ясмин, чтобы они перестали драться, но когда я разговариваю с ними наедине, я такая. Наверное, мне следовало бы вести себя по-взрослому, но трудно вести себя по-взрослому, когда не чувствуешь себя таковым.       Гермиона почувствовала комок в горле. — Я знаю, что ты имеешь в виду, — пробормотала она. — Да, я полагаю, что ты знаешь. Вот почему я сказала всем, что мне жаль, после того как сказала, что они должны повзрослеть. Правда, обычно я не такая, — она слегка отстранилась и с тревогой посмотрела на нее. — Я думаю, ты это знаешь, не так ли?       Гермиона улыбнулась и похлопала ее по носу. — Теперь знаю. Ты очень милая и очень умная, что бы тебе ни говорила Ясмин.       Кейти улыбнулась. — Спасибо, — сказала она радостно. — Когда-нибудь я изобрету что-нибудь, что изменит мир, — она нахмурилась. — Я просто не совсем уверена, как, но все в порядке. Я уверена, что разберусь с этим до тех пор, пока не вырасту. Это как-нибудь все исправит.       Гермиона улыбнулась. — Я знаю, что так и будет.       Кейти с любопытством посмотрела на нее. — Я и сама не уверена, но ты, кажется, совершенно уверена, — сказала она. — Ты всегда так уверена в себе. Хотела бы я такой быть. Ясмин тоже похожа на тебя, но я знаю, что это не так, потому что… ну, я не думаю, что она хотела бы, чтобы я тебе это сказала, хотя я знаю, что ты не стала бы ее дразнить. Поэтому я не скажу, потому что думаю, что некоторые вещи просто не нужно говорить. Ты так не думаешь?  — Да. Думаю, — сказала Гермиона, кивая. — Знаешь, некоторым людям требуется очень много времени, чтобы понять это. — Ну, я не думаю, что Джек уже понял это. Иногда он бывает немного злым. Я не думаю, что он хочет, но это все равно подло. Я тоже так делаю, только не так громко, но думаю, и это так же плохо, верно? — Верно. — Я где-то читала об этом. Да, — призналась Кэти, — но я не возражаю, что почерпнула это из книги. Люди, которые пишут книги, должны быть довольно быстрыми, не так ли? Ясмин умна, так что она собирается написать книгу. Я надеюсь, что это похоже на историю о Робине Гуде и семье в домике на дереве. Это весело.       Она положила подбородок на плечо Гермионы и вздохнула. — Неудивительно, что Ясмин так ворчит днем, — сказала она. — Разговоры утомляют, хотя я не против поговорить с тобой. Я начинаю ворчать, когда устаю, и поэтому стараюсь по утрам не слишком много говорить, иначе могу сказать что-нибудь обидное. Наверное, уже утро, но я ведь не сказала ничего плохого, правда? — Нет, сегодня утром ты сказала очень хорошие вещи. — Я так и думала. Знаешь, я очень нервничала из-за того, что приеду сюда, поэтому почти не спала прошлой ночью. Ты не возражаешь, если я вздремну?       Гермиона улыбнулась и покачала головой. — Можешь идти.       Когда Гермиона закончила фразу, Кейти уже задремала. Билл подмигнул Гермионе и усмехнулся. — Ну, по крайней мере, теперь мы знаем, что она говорит, — сказал он, тихо смеясь. — Насколько я могу судить, она тоже питает симпатию к механике.       Гермиона улыбнулась. — Есть многое, чему она может научить нас, тоже. — Даже тебя? — съязвил Билл. Она усмехнулась и подняла спящую Кэти. — Даже меня.