That Old House - Этот старый дом

— Кейти говорила мне, что ты любишь рисовать, Дастин, — сказала Гермиона. Он просто кивнул, переминаясь с ноги на ногу и засовывая руки в карманы. — У Гарри есть кое-какие дела для тебя, пока ты здесь, если только ты не хочешь пойти с мальчиками и со мной по делам. Дастин покачал головой, бросив несколько встревоженный взгляд на других мальчиков, которые боролись в траве: — Нет, спасибо.       Он почесал в затылке, потирая рукой мягкие темные волосы. — Куда же мне идти? Гермиона указала ему на лестницу: — Первая дверь налево. Тебе что-нибудь нужно? Дастин опустил голову: — Нет. Я в порядке.       Он зашаркал вверх по недавно посыпанной песком лестнице, его шаги были легкими и едва достаточно твердыми, чтобы создать звук на лестнице. Гермиона смотрела ему вслед, медленно качая головой. Было странно, как по-разному каждый новый ребенок вел себя вдали от их тесной маленькой группы. — Дастин? — предположил Гарри, когда мальчик приблизился. Дастин поднял на него свои темно-карие глаза и слегка пожал плечами. Гарри был поражен тем, какими задумчивыми казались эти влажные глаза, обрамленные бахромой темных ресниц. Его темные волосы были аккуратно зачесаны набок. — Да, это я. Она послала меня сюда. — Я полагаю, что Гермиона ушла по делам, — сказал Гарри, больше для себя, чем для кого-то еще. Затем он улыбнулся Дастину, стараясь, чтобы тот почувствовал себя желанным гостем. — Входите же.       Дастин последовал за ним в комнату, все еще сгорбившись и оглядывая комнату. Стены были недавно оклеены мягкими желтыми обоями, и пахло новой мебелью и новыми вещами. — Гермиона сказала мне, что ты любишь заниматься искусством, — сказал Гарри, поднимая пластиковый пакет. — Так что я нашел тебе занятие, пока ты будешь с нами сегодня, — он протянул ему мешок. Дастин осторожно протянул руку и взялся за ручку.       Гарри внимательно наблюдал за ним, когда он сунул руку в сумку.       Удивление отразилось на его лице, в глазах появился странный огонек. Он вытащил несколько кусков дерева, длинных и узких. Он посмотрел на Гарри, нахмурив брови в замешательстве. — Я подумал, что ты мог бы сделать таблички для каждой комнаты и для кухни, — объяснил он. — По одной для каждого из вас. Это комната Джеки.       И снова удивление оживило его спокойные черты, настолько, что он заговорил. — Ты хочешь сказать, что у каждого из нас своя комната?       Гарри слегка улыбнулся. — Да, — сказал он, когда Дастин достал тюбики с краской и кисти. — Ну, и что ты скажешь?       Широкая улыбка появилась на его лице. Он впервые посмотрел Гарри в глаза, расправив плечи. — Я хочу. — Идеально, — Гарри сказал, искренне. — Гермиона хочет, чтобы ты рисовал не здесь. Пойдем — я тебе покажу.       Дастин аккуратно сложил все свои припасы в сумку и последовал за Гарри к двери. Гарри взглянул на него, довольный его счастливым выражением лица.       Он начинал понимать, почему Гермиона так сильно хотела сделать этот дом лучшим домом, каким он только мог быть.       Когда они пересекли кухню, Дастин внезапно заговорил: — Ты собираешься быть с нами в доме?»       Гарри колебался. — А-а-а… — Потому что, я не думаю, что стал бы возражать, если бы это было так, — поспешно ответил Дастин, как будто боялся, что его фраза оборвется на середине. Гарри распахнул дверь в задней части кухни. — Я не знаю, — наконец сказал Гарри. — Вот и рабочая комната, Дастин.       Он обернулся и посмотрел Дастину в лицо.       Верстак и стол были встроены в деревянную стену справа, уже аккуратно заполненную инструментами, художественными принадлежностями и строительными блоками. В центре комнаты стояло несколько столов, а перед ними — классная доска. — Гермиона считает, что вы, ребята, очень изобретательны. Она говорит, что вы будете использовать их и для уроков, — он ухмыльнулся. — Я построил это для тебя, приятель, — сказал он, указывая на передний правый угол комнаты. Дастин бросился к мольберту. — Мне потребовалась целая вечность, чтобы все сделать правильно, и мне немного помогли — Кэти довольно хорошо разбирается в инструментах для своего возраста. — Спасибо, — еле слышно произнес Дастин, не отрываясь от сверкающего деревянного мольберта. — Спасибо. — Великолепно, — сказал Гарри, наслаждаясь взволнованным выражением обычно спокойного лица мальчика, взмахивая палочкой и включая свет. — Ты можешь начать, когда захочешь. Хотя я мог бы посмотреть. — Хорошо, — рассеянно прошептал Дастин, благоговейно касаясь мольберта. — Ясмин как-то показывала мне фотографию одного из них, но этот лучше. — Ну, я думаю, у Кейти была та же идея, — сказал Гарри, подходя и становясь рядом с ним. — Если хочешь, можешь отодвинуть эту доску — вот так — и получится наклонный стол.       Дастин посмотрел на него широко раскрытыми глазами. Затем он ухмыльнулся, его кривые передние зубы на мгновение показались, прежде чем он переключил свое внимание на установку своих припасов. — Там тоже есть палитра, — Гарри указал на деревянную палитру. — Чтобы ты смешал краску. — Вода? — Гарри протянул руку и схватил одну из пустых чашек, стоявших на верстаке. Волшебной палочкой он наполнил чашку холодной чистой водой. Дастин взял его и положил на пол рядом с собой. — Не забудь сделать одну для кухни, мастерской и гостиной, — напомнил Гарри, когда Дастин отвинтил первую крышку. — Я могу рисовать все, что захочу? — внезапно спросил Дастин. Он повернул голову и внимательно посмотрел на Гарри. Гарри улыбнулся: — Все, что захочешь. Я думаю, ты знаешь остальных лучше, чем кто-либо другой.       Дастин снова наклонил голову, брызнув на палитру ярко-красным пятном. Он прищурил один глаз, изучая его цвет, затем потянулся за белым, копаясь в сумке.       Он брызнул блестящим белым на палитру, затем осторожно использовал кисть, чтобы соединить два цвета вместе, создавая ярко-розовый. — Ясмин лучше разбирается в письме, — резко сказал он. — Я никогда раньше не пытался написать чье-то имя.       Он выкрасил всю переднюю часть доски в розовый цвет. Его движения были осторожными и твердыми. Темно-коричневое дерево исчезло под гладкой розовой краской. Гарри усмехнулся, когда Дастин снова замолчал, скосив другой глаз на доску и удовлетворенно кивнув.       Он плеснул кистью в чашку с водой, стоявшую у его ног. Розовый цвет расцвел в прозрачной воде, оставив ее ярко-розовой и плескаясь о стенки чашки.       Один быстрый удар оставил изогнутую белую линию слева от доски, блестящую и вьющуюся на конце. Прищуренный глаз Дастина не отрывался от доски, когда он снова воткнул кисть в белую краску и начал писать букву «А» рядом с буквой «Дж».       Гарри наблюдал, как он аккуратно вывел на доске имя Джеки. — Джеки, — прочитал Гарри, закончив читать. — Хорошая работа — выглядит великолепно!       Дастин посмотрел на него и медленно улыбнулся. Улыбка осторожно растянулась на его худом лице, почти лениво. Его темные глаза внезапно заблестели, когда он поднял кисть и взмахнул ею. Опустив ее, он оставил на раскрасневшейся щеке белую полоску. — Подожди, — только и сказал он, открывая коричневый тюбик и выплевывая из него приличное количество густого коричневого цвета на палитру.       Пока Гарри смотрел, он направил кисть, чтобы создать три коричневых круга, один большой и два меньших, лежащих на нем.       Кисть зарылась в гору белого на палитре, затем нарисовала точку в центре каждого из меньших кругов.       Он выдавил на палитру сверкающую горку черного и нежно провел блестящим носом, двумя блестящими глазами и широкой улыбкой по темно-коричневому кругу. Кисть опустилась в воду на несколько быстрых секунд, а затем снова погрузилась в розовый цвет. Дастин осторожно нарисовал большой розовый язык, торчащий из широкой улыбки.       Гарри усмехнулся, глядя на Дастина. — Щенок, — сказали они вместе, и в этот момент Гарри почувствовал, что темные глаза Дастина улыбаются ему. Он обнял мальчика за худые плечи. — Выглядит точь-в-точь как он. — Не совсем, — покачал головой Дастин. — У него нет языка. Но он уже близко.       Гарри усмехнулся, взъерошив свои темные волосы. — Он просто фантастический. Белая вспышка улыбки, и уши Дастина слегка шевельнулись от этой улыбки: — Спасибо. — Вы можете называть меня Дасти, если хотите, — сказал Дастин, помолчав.       Гарри заметил молчаливое предложение дружбы и принял его. — Тогда почему тебя называют Дасти?       Дасти подошел к доске, взял тонкий кусочек белого мела и начал рисовать на черном пространстве.       Когда он отступил назад, взгляду Гарри предстал замысловатый рисунок Гарри и Дасти. Каждая линия была удивительно точна, каждый штрих и деталь тщательно расставлены. Дасти улыбнулся своей медленной, ленивой улыбкой на очевидное удивление Гарри и поднял руки, бледные от меловой пыли. — Пыльный.       Гарри усмехнулся в ответ. — И блестяще в этом преуспел.