Something Human

      «Что со мной? Где я?» — Йена начинала понемногу приходить в себя. Её глаза были всё ещё закрыты. Она чувствовала, будто поднимается из бездонного, чёрного океана, в котором провела несколько дней, — «Что будет, если я открою глаза? Не хочу смотреть… Не хочу просыпаться… Но просто так лежать я тоже не хочу. Всё тело ломит… больно… Я должна открыть глаза…» — с большим трудом Йена подняла веки. В её глаза врезались лучи света, заставив её прищуриться и скорчить недовольную гримасу.       — Что… произошло? Лея… Себастьян… помогите… — прошептала она, облизывая засохшие губы.       — Доброе утро… — донёсся печально знакомый голос, — Рад, что ты не умерла. Э-э-э… я боялся, что препарат будет просроченным.       Йена вспомнила, что с ней случилось, от испуга выпучила глаза, резко поднялась в позу сидя и начала как упоротая сова вертеть головой в разные стороны в попытке найти источник звука.       — Пожалуйста, отпусти меня! — дрожащим голосом произнесла она, — Обещаю, я никому не расскажу про тебя. Пожалуйста! Я… я хочу домой! Мне больше ничего не нужно. Прошу!       — Извини, но нет.       Йена забралась под одеяло кровати, на которой сидела. Кровать была большая, с огромной кучей разноцветных подушек. Огромная кровать — всё, что было в той маленькой комнатке, не считая такого же огромного окна.       — Нхы… Меня похитили… кхы… меня похитили… папа… папочка, пожалуйста… забери меня-нхы… отсюда… — шёпотом сквозь слёзы произносила девушка.       — Твой завтрак на столе в соседней комнате. — сообщил голос, — Даже не пытайся сбежать. Это невозможно. А ещё здесь везде камеры. Кроме ванной. Ты, конечно, очень красивая, но я не извращенец. Э-э-э… Воды в кулере достаточно, кружку можешь взять на кухне, обед в холодильнике в синей чашке. На ужин я приду сам, надеюсь, ты не против? Нет? Ответь мне.       Йена высунулась из-под одеяла, нашла глазами камеру и кивнула.       — Спасибо. Извини, сейчас мне нужно уйти. Жди к ужину, — из колонки возле камеры послышались звуки удаляющихся шагов.       Йена вскочила с кровати, будто перепуганный орангутанг, и бросилась к двери в другую комнату, чуть не вышибив её с петель. Следующая комната выглядела как ретро-гостиная в полуфутуристическом стиле и неоновых тонах. Йена даже протёрла несколько раз глаза, ведь весь интерьер выглядел будто под галлюциногенными грибами. Возле малинового дивана на журнальном столике с неоновой подсветкой стоял поднос с едой. Девушка присела рядом со столиком на пушистый голубой ковёр. На подносе стояла тарелка с хлопьями из супермаркета и два стакана: с молоком и с соком.       «Да… гостей он явно никогда не принимал», — подумала Йена, — «А если он туда что-то подсыпал? Я не буду это есть!» — она замахнулась, чтобы разбить тарелку. — «А что, если он разозлится? Что он со мной сделает? Ладно, просто оставлю всё, как есть. Нужно найти что-то, что может мне помочь отсюда сбежать, пока он не вернулся», — и Йена пошла рыться по шкафам.       Дом, в который она попала, был похож на простую двушку, но Йена догадывалась, что в нём есть ещё комнаты, в которых живёт хозяин. Самой большой комнатой в «двушке» была гостиная, отделённая аркой от кухни, которая была стилизована в неоновых, вырвиглазных тонах вывесок из 80-х.       В шкафах лежало много ненужной хрени. В основном, предметы имели отношение к музыке: губная гармонь, варган, барабанные палочки, части от гитар, презервативы, смазка и даже глюкофон. Типичный инвентарь музыканта. «Он что, музыкальный магазин ограбил? На кой всё это террористу?» — удивилась девушка. Наконец она добралась и до зеркального платяного шкафа. Открыв его, Йена обнаружила кучу одежды, напоминающей одежду похитителя во время их первой встречи. Внизу лежала записка: «Надень что-нибудь из этого. Тебе пойдёт :)»       «Смайлик… он точно псих… Я не буду ничего надевать! Тем более, это мужские вещи! Но… вдруг я сделаю только хуже, если буду бунтовать? Ладно… буду выполнять его требования некоторое время. Я не хочу ненужных травм. А этот человек явно может причинить мне вред», — прикусив губу, Йена взяла несколько вещей.       Нарядившись, она посмотрела на себя в дверцу шкафа с зеркалом.       «Я панк», — подумала она, рассматривая себя в малиновой желетке с неоновым рисунком и шипами, — «Нет, говнарь. Кто вообще такое носит?» — она провалилась на мягкий малиновый диван и сложила руки на колени, — «Как отсюда сбежать? Я больше не хочу тут оставаться. Это место меня пугает. Я хочу домой… Что с Леей? Её, наверное, исключили… из-за меня… А Себастьян?! Я обещала сходить с ним на свидание… он хотел показать мне его любимое место в парке… А я…» — слёзы снова полились из глаз несчастной девушки.       Она прижала колени к лицу. Ей так хотелось есть… и пить. Желательно вино или что-нибудь покрепче. В таком состоянии она заснула, не в силах справиться со стрессом и побочками усыпляющего препарата. Ей снился отец, заботливо гладящий её растрёпанные волосы. Он сидел рядом, в абсолютно белой комнате. Сон был настолько реалистичный, что она даже чувствовала его дыхание. Отец сжал её руку, поцеловал в лоб, поднялся и растворился в белом пространстве. — Папа… Йену разбудил голос похитителя:       — Сейчас я приду к тебе, просыпайся, — этот голос… такой маниакально добрый, плавный, но, в то же время, холодный и нервный.       В одну секунду Йена вскочила и встала солдатиком, оглядываясь по сторонам. Она высматривала, откуда появится похититель. Он пришёл с кухни. Его шаги были резкими, но еле слышимыми. Под лучами неона блестели его очки и панковская куртка.       — Не подходи… не подходи… — шептала Йена и, дрожа от страха, пятилась назад.       — Я не причиню тебе вреда, если ты не сделаешь больно мне.       — Прошу тебя, отпусти меня! Мне нужно домой! Не убивай меня, пожалуйста…       — Скучаешь по друзьям? По Себастьяну, да? Йена в страхе посмотрела на похитителя и снова попятилась.       — Я видел 40 пропущенных от него и 103 сообщения в твоём телефоне. Ты должна была встретиться с ним, да? Он так и не дождался тебя. Что ему было нужно?       — Он хотел показать мне своё любимое место в парке.       — Любимое место в парке? Как банально. Я бы на его месте показал другие измерения… или… позвал отправиться вместе в путешествие, или на выставку современного искусства, или… — Похититель снял куртку и присел на диван, сложив ногу на ногу, — на горнолыжный курорт. Много что можно придумать.       — Пожалуйста, отпусти меня! Я никому не расскажу о тебе, прошу тебя!       — Смени пластинку.       — Пожалуйста… я… хочу… домой… — она закрыла лицо руками, чтобы скрыть слёзы от похитителя.       — Ты… чего? Я э-э… не сделал тебе ничего плохого… Ну… кроме того, что похитил тебя. Но это не со зла. Я… просто должен был спасти тебя. Прости, я не могу рассказать всё подробно… Присядь. — он взял Йену за плечи и усадил на диван. — Я сейчас вернусь, — и он ушёл на кухню.       Йена не переставала плакать. Она хотела есть, пить и домой к Лее, разговаривать с ней об известных парнях, хоть она и ненавидела такие разговоры. Лишь бы не находится здесь, в одном доме с этим сумасшедшим. Через несколько секунд снова послышались осторожные шаги. Похититель сел на диван и… стал играть на гитаре. Но он ещё и пел… его голос звучал немного беспокойно, но… божественно. А его гитара будто подпевала ему.       Песня оказывал такой успокаивающий, блаженный эффект, и Йена наконец встрепенулась и подняла глаза на похитителя. Он наслаждался, перебирал струны. Его голос звучал будто сама гитара. Это была совершенная, неповторимая музыка. — Before you… — он закончил, сыграв последний аккорд, — Тебе понравилось? — спросил похититель, выведя Йену из транса.       — Да… это… космически поразительно.       — Космически поразительно? Надо запомнить.       — Почему ты не можешь отпустить меня?       — Скоро узнаешь.       — Ты хочешь убить меня?       — Э-э-э… конечно нет! Я… не могу такое сделать. Я не имею права распоряжаться чужой жизнью.       — Ты сумасшедший? Похитителя рассмешил этот вопрос.       — Я думаю, сумасшедший никогда не скажет, что он сумасшедший. Он будет с пеной у рта доказывать, что он абсолютно нормальный. Э-э-э… знаешь, у тебя макияж потёк. Сейчас, подожди, — парень достал что-то из шкафа, ушёл на кухню, взял оттуда тарелку и забежал в ванную. Он вернулся с ватой, миской воды и мылом, — закрой глаза. Йена послушалась. Парень намочил вату. Прохладный самодельный ватный диск коснулся заплаканного лица девушки. — Вот… здесь ещё немного… макияж нужно обязательно смывать, если плачешь. Иначе эти частички косметики могут забить поры, попасть в глаза… И я думаю, будет не очень хорошо. Парень двигал диск как можно аккуратнее. Это казалось довольно приятным. Лицо Йены расплылось в неуверенной улыбке. — Готово. Правда, там ещё чуть-чуть осталось… но я не хочу сильно тереть. Вдруг поврежу твою прекрасную кожу случайно.       — Пожалуйста, отпусти меня.       — Кстати, ты ничего не поела. И даже не пила, — Создатель унёс тарелку с водой и мылом на кухню, — А ведь у тебя такой стресс из-за меня… Наверное, ты думаешь, что я добавил в еду и воду яд. Но тебе срочно нужно перекусить. Я купил тебе бургер и картошку. Молодёжь такое любит, правда ведь? — он выложил на стол пакет из кафе быстрого питания, — Я бы мог приготовить тебе что-нибудь… но вряд ли ты станешь это есть. Я не знал, какой ты любишь соус, поэтому взял все.       — Спасибо, я не хочу есть.       — У тебя нет выбора. Или ты хочешь, чтобы я кормил тебя насильно?       — Нет.       — Тогда ешь. Или ты не любишь такую еду?       — Не особо.       — Ладно, тогда я в следующий раз возьму продукты, которые ты попросишь. Честно, мне тоже такая еда не нравится. Я предпочитаю деликатесы.       — Следующего раза не будет. Я выберусь отсюда. И ты пожалеешь, что не отпустил меня сам.       — По рукам. Но сначала поешь. — похититель будто бы не заметил угрозы. Он раскрыл пакет и вытащил оттуда коробку с бургером, картошку и соусы, — Видишь? Всё запечатано было. Я ничего не добавил.       — А ты уже ел? На полузакрытом очками лице похитителя мелькнула сомнительная улыбка.       — Нет. Если ты не против, оставь мне немного.       — Ладно. — девушка разломила бургер на две части и протянула одну похитителю.       — Спасибо.       — Тебе спасибо, — Йена с неподдельным наслаждением начала есть еле тёплый бургер, будто он был лучшим, что она когда либо пробовала. Похититель снова сходил на кухню и принёс воды.       — Как тебя зовут?       — Йена.       — А полностью?       — Йена Эрин Виветт.       — Я буду звать тебя Эрин. Мне это имя нравится больше, чем Йе-… Э-… -на. Йена немного обиделась.       — А как тебя зовут?       — Зови меня Создатель.       — Это кличка. Я спросила твоё настоящее имя.       — Это не кличка. Это псевдоним. Зови меня так. Это моё право.       «Он ещё и про права что-то заливает…» — Йена сдвинула брови.       — Тогда и ты называй меня… например, по должности. Я Студентка юридического факультета государственного британского университета города-       — Эрин. Я буду звать тебя Э-рин. Будешь спорить со мной? — он бросил холодный взгляд из-под очков. Девушка отодвинулась и замерла.       «Господи, за что мне это? Нужно срочно выбираться отсюда…» — подумала Йена, — Чем ты занимаешься, что тебя так усердно ловит полиция? Убийствами невинных людей?       — Я никого никогда не убивал… Это наговорки.       — О, правда? — девушка поднялась с дивана, — А вот у меня другая информация, — злость снова заняла центральную позицию в её голове, победив страх и отчаяние, — Ты убил моего папу. Он был человек науки… он бы никому не причинил зла… ЗА ЧТО?! — она нагнулась к лицу своего похитителя. Глаза покраснели, из них хлынули слёзы ярости.       — Я никого не убивал.       — Ты убил!!! И вряд ли ограничился одним человеком!       — Я никого НЕ УБИВАЛ, — повторял Создатель, будто попугай.       — Создатель… ТЫ СОЗДАТЕЛЬ ХАОСА И КРОВОПРОЛИТИЙ!       — С первым согласен. Но, повторю, я никого не убивал.       — Да ты… ВРУН!       Взбешённая Йена подняла журнальный столик, сбросив с него остатки еды и пакет, и шарахнула им по мужчине. Тот еле успел закрыть гитару. Стол разбился. Некоторые осколки порезали футболку парня. Не удержавшись на диване, он свалился прямо на кучу осколков на полу. Он подскочил, резко обернулся, залез рукой в карман куртки, лежащей рядом, и направил на Йену маузер. Девушка отступила и прижалась к стене. Она медленно сползла на пол, не переставая жалобно смотреть на похитителя. Из-за очков эмоций у мужчины было не разобрать. Но его губы дёргались то ли от злости, то ли от боли. Будто бы издав всхлип, он встал, схватил куртку и выскочил на кухню, оставив гитару на диване.       «Я думала, он меня убьёт… Эти очки действуют мне на нервы… Они светятся и переливаются, будто детская игрушка… И не понять, ему было больно, или я его просто выбесила», — На всякий случай Йена решила попросить прощения, — Извини, пожалуйста! — крикнула она. Никто не ответил. — «Надеюсь, он не вернётся чтобы убить меня». — Йена медленно поднялась и ушла в спальню.       Только её голова упала на подушку, из глаз снова потекли слёзы. Йена свернулась, прижав колени, и закрыла лицо руками. В таком положении она и заснула.       Утром девушка робко выглянула из-за двери в гостиную. Никого не было. Но в комнате стоял новый стол. На диване лежала жертвенно спасённая гитара.       «Он забыл забрать гитару». — Йена застенчиво подошла к инструменту. — «Красивая». — она уселась на диван и взяла её в руки. Гитара чёрного матового цвета, немного тяжёлая, но такая привлекательная. Йена не сильно разбирались в гитарах, крутилки, вертелки, струны… прикольно. Но они очень импонировали девушке. Она погладила гриф рукой. Колки располагалось на одной стороне, ниже виднелась надпись «Manson».       — Тррруннннь… — Йена провела по струнам. Она попыталась сыграть что-то похожее на «Nothing else metters».       — Не трогай. — раздался голос Создателя.       Йена не послушалась. И продолжила играть свой недорифф. Перед ней ожидаемо возникло недовольное лицо Создателя, выскочившего с кухни.       — Если играешь, играй правильно. А то, что ты делаешь, музыкой назвать нельзя. Обрежь ногти и сможешь нормально играть.       — Да ни за что! — Йена спрятала руки за спиной. — «Мне столько стоило отрастить их… а покрытие в салоне… Сейчас прям побегу обрежу! Да с какой стати?!»       — Тогда убери руки от гитары.       — Ладно.       На лице парня возникла физиономия разочарования. Она продержалась несколько секунд до того, как он взял гитару и проиграл несколько популярных рифов. Он играл с таким энтузиазмом, будто каждый день выступал на сцене перед тысячами поклонников. Он ушёл, не обронив больше ни слова, унеся с собой инструмент волшебства.       — Ты меня ненавидишь? — спросил он через колонки.       Йена немного опешила. Она не знала, что ответить. Если она скажет, что да, она ненавидит, скорее всего, похититель разозлится. А если ответит, что нет, не поверит и тоже разозлится. Но куда хуже? Они ещё вчера спорили и Йена держалась молодцом. Поэтому она решила сменить опрашиваемое лицо, как её учили в универе.       — А ты меня?       — Я первый спросил, — кажется, Создатель понял, что пытается сделать девушка.       — А как ты думаешь? — продолжала отпираться Йена.       — Я не знаю. Вот и хочу это выяснить.       — А я не скажу.       — Почему?       — Не хочу.       — У тебя прелестные глаза, мягкие, пышные волосы, длинные ровные пальцы, прямые ноги. Ты очень сильная, любишь своих друзей. Не подумай, я не пытаюсь тебя соблазнить. Всего лишь дружеский комплимент. И я не испытываю совершенно никакой ненависти к тебе.       — Спасибо. У тебя странная улыбка, прикольный цвет глаз и нос неправильной формы. Ты очень странный. А играешь и поёшь ты…       — Космически поразительно?       — Да.       — Спасибо. Мне это часто говорят. А ты больше ничего обо мне не знаешь? Если хочешь…       — Нет, спасибо. Всё, чего я хочу, вернуться домой.       — Понимаю тебя. «Понимаю тебя?! Он понимает меня?! В таком случае, пусть отпустит меня немедленно!» В колонках послышались удаляющиеся шаги.       «Отлично. Он ушёл. Время действовать. Он уходил на кухню, чтобы попасть к себе в будку наблюдения… Значит, там есть проход. Осталось только найти его.»       Йена бросилась осматривать кухню. Она открывала каждый шкафчик, отодвигала холодильник, но нигде не было этого «волшебного» прохода. Но обои… между ними была трещина в форме двери. Йена прощупала «дверь». Никаких следов ручек или замков. «Ладно. Сбегу, когда он будет заходить. Не попробую — не узнаю».       Она осталась ждать похитителя. В ящиках она нашла несколько старых, запыленных книг. И научные, и о теориях заговора, просто научная фантастика, художественная литература. Был ещё старенький телевизор, но он не работал. Больше в доме развлечений не было. Окна в доме, как оказалось, были ненастоящими. Просто симуляция оживлённой улицы в центре Лондона, которая менялась в зависимости от времени суток.       — Привет. Я не помешаю?       Йена захлопнула от неожиданности книгу. Создатель снова так внезапно появился.       «Помешаешь», — хотела сказать она, но предпочла тактично промолчать.       — Я принёс ингредиенты.       — Классно. И что?       — Вчера я приносил тебе готовую еду. Ты сказала, что тебе такая не нравится. Я принёс ингредиенты, чтобы ты приготовила то, что нравится тебе.       — Ингредиенты для чего?       — Для блюда.       — Ладно. Для какого?       — Не знаю. Что тебе нравится?       «Он тупой или притворяется?!» — Йена скорчила разозлённое лицо.       — Кстати, попробуешь убить меня столом или чем-нибудь ещё, я в тебя выстрелю. Поняла? — Создатель попытался встать в грозную позу. Он был похож на злого, растрёпанного цыплёнка, строящего из себя петуха.       — А как ты себе раны обработал?       — Какие?       — Я вчера видела, ты упал на осколки.       — А… я хотел попросить тебя помочь… Но ты не согласишься, поэтому помоги мне, или я тебя застрелю, — он снова направил на девушку пистолет.       — Ладно. Но в следующий раз проси нормально, не стесняйся. Сними одежду и повернись спиной. — Зачем?       «Я с ребёнком разговариваю?! Господи, дай мне сил! И этот человек меня похитил?! Мне даже как-то стыдно. Надо было ему язык показать. Он бы заплакал и убежал. Как его вообще за террориста принимают?!» — Йена подошла к Создателю, отодвинув от себя пистолет, — Куртку и рубашку сними.       Создатель остался неподвижно стоять, приоткрыв рот. Он был в неоновых очках, но это не мешало Йене рассмотреть его растерянный взгляд. Она расстегнула его красную куртку. Похититель по-прежнему не двигался, будто всё так и должно быть. Только его корпус вздрагивал от дыхания. Йена расстегнула пуговицы на рубашке.       — Давай дальше сам, — она отдёрнула руки от одежды Создателя и отвернулась.       Послышались шорохи одежды. Мужчина присел на диван. Йена повернулась.       — Господи-Боже… — она застыла с широко открытыми глазами.       Спина похитителя была покрыта струями застывшей крови от порезов. Йена присела на диван рядом с Создателем и потеряла сознание. Когда она очнулась, мужчина держал её руку, будто бы аровепяя пульс. Йена выдернула руку.       — Тебе нормально вообще?       — Больно. Хорошо, что я вчера не спал.       — Да… пожалуй, в этом ты прав. Нужно будет обработать раны, чтобы не было заражения. У тебя есть перекись? Или хлоргексидин? Марганцовка?       — У меня есть портвейн. Подойдёт? Йена скривила губы и приподнял одну бровь.       — А сам как думаешь?       — Э-э-э… есть ещё вода.       — Ладно. Есть что-нибудь наподобие марли?       — Да. В шкафу на нижней полке.       — Хорошо, — Йена достала скомканную марлю, пожала плечами и направилась на кухню за миской с водой, начала рыться по шкафам.       В её руке оказался остро заточенный нож. Странно, что она не присвоила его раньше. Наверное, Создатель забирал его, а теперь вернул обратно. Расправлялся с очередной жертвой. Может, здесь он держит не только Йену? Она понимала, что он может ей пригодится, что она может использовать его по прародительскому предназначению.       «Перережу ему горло…», — Йена убрала нож в карман и вернулась к Создателю.       Йена прощупывала нож в кармане. Осторожно продолжая вытаскивать осколки, она вынула скрытое орудие.       «Куда нужно наносить удар? Перерезать горло? Воткнуть в спину? А если я не смогу отсюда выйти? Лучше подождать», — девушка спрятала нож обратно в карман. Но она не хотела подождать. Она вовсе не хотела убивать человека, брать грех на душу. Что если, он душевно больной и ему можно ещё как-то помочь? Йена поставила миску на стол. Девушка прополоскала марлю и выжала её.       — Интересный звук. Будто очень глухое глиссандо, — Создатель поставил локти на колени и положил на кисти голову.       — Когда ты отпустишь меня?       — Опять? Пластинка прокрутилась? Пр-р-р… ту! Может, скажешь мне, где поправить, чтобы не заедало?       Йена положила марлю на одно плечо мужчины. Тот вздрогнул от холода и резко выдохнул.       — Я просто хочу вернуться домой.       — Скучаешь по Себастьяну? Ничего, это пройдёт. Любовь приходит и уходит, потом опять приходит и опять уходит. Так вся жизнь и проходит.       — Почему я не могу потратить жизнь, наслаждаясь любовью? Никто не имеет права решать это за меня!       — Это не интересно, поверь. В жизни есть столько удивительных вещей, на которые не жалко потратить время. Например купить огромный пляж с кучей женщин…       — Почему бы не делать эти удивительные вещи вместе с тем, кого любишь?       — Это… невозможно.       — Не узнаешь, пока не попробуешь.       — Интересный совет… я столько уже узнал с тобой… и это одна из причин, почему я не отпущу тебя. Похоже, мне придётся навсегда оставить тебя здесь. Я научу тебя играть на гитаре. И на фортепиано. И на всём, что хочешь.       — Но я хочу жить в обществе, знакомиться с новыми людьми, заводить друзей, найти хорошую работу, заработать много денег и уехать к морю вместе с лучшими друзьями, чтобы насладиться оставшейся жизнью.       — Ты не можешь. У тебя нет выбора. Мир навсегда закрыт для тебя. У тебя больше нет будущего. Я лишь пытаюсь помочь тебе, — он повернулся к девушке, взяв её за руку, — Да, частично, это моя вина. Мне стоило тогда, на дороге, прогнать тебя. Но… ты так смотрела на меня… будто я твоя единственная надежда. У тебя были заплаканные глаза, ты прерывисто дышала… одна, в пустыне… я смотрел на тебя и забывал, кем являюсь. А теперь… слишком поздно.       — Мне плевать! Я хочу попасть домой! — из глаз девушки полились прозрачные струйки слёз. Она прикусила губы и закрыла лицо мокрыми от марли руками.       — Нет, пожалуйста! Не плачь! Я не хотел тебя обидеть! Прости меня! — парень поднялся и заключил девушку в объятия. Он гладил её волосы в попытке успокоить.       — Отпусти меня! Я ненавижу тебя! — Йена оттолкнула Создателя и убежала в спальню, заперев дверь. Мужчина кинулся за ней. Он долго и настойчиво стучал, просил открыть, угрожал, что выломает дверь. Но девушка не открывала. Она лежала на кровати, закрыв уши подушками и плакала. Она старалась делать это как можно тише, чтобы парень не услышал её и не обрадовался её слабости. Но Создатель не был рад. Он сидел оперевшись на дверь, взяв свою гитару.       — Я сыграю тебе, чтобы ты не грустила, хорошо? — ответа не последовало.       — Once I hoped To seek the new and unknown This planet's overrun There's nothing left for you or for me…       «Как бы я его ни ненавидела, музыкант из него потрясающий…» — Йена вытерла слёзы с лица. Она на цыпочках подошла к двери, чтобы лучше слышать мелодию, — «Он старается ради меня? Непривычно для похитителя… Наверное, он просто сумасшедший. Но…» — девушка сжала нож в кармане, — «Жаль, что мне придётся это сделать…»       — Running around in circles feeling caged by endless rules Can you free me, free me from this world Shhh… Go to sleep…       «Я бы с радостью забрала его к себе. Живая музыка на ночь… Я бы даже платила ему. Почему обычно такие талантливые люди — психи?» — Йена снова закрыла лицо руками, — «Теперь я плачу, потому что не хочу убивать его. Но что я могу ещё сделать? Просто покалечить его и вырубить? У меня сил не хватит. И кто ему потом поможет? Почему меня вообще это должно волновать?» — девушка обернулась одеялом и заснула.       Утром она открыла дверь. Ей в ноги упал музыкант. Он был в очках, поэтому Йена не сразу поняла, что он спит и отскочила в сторону, прижав руки крестом к плечам. Она поняла, что мужчина спит только по отсутствию реакции на её испуг. Создатель лежал на полу, приобняв гитару.       «Ладно. Зато теперь я знаю, что он может спать», — девушка снова сжала нож в кармане, — «Я сделаю это сейчас… воспользуюсь беспомощностью человека, которому необходима помощь психиатра. Но… его разыскивает полиция тридцати шести стран. И, возможно, мне вручат награду за устранение особо опасного преступника…» — Йена склонилась над спящим музыкантом, сняла его очки, расстегнула куртку, — «Ладно. Куда бить? В печень? Слишком больно… в сердце? А я пробью грудную клетку?» — хоть Йена давно думала о том, куда ей ударить ножом, от волнения она всё время забывала о своём решении.       Наконец она приставила нож к его горлу. Она стояла на коленях, почти сидя на его гитаре. Конечно, Йена заранее вытащила пистолет из кармана Создателя, чтобы отрезать ему пути сопротивления. Стоило ей чуть надавить, из-под лезвия потекла тонкая струйка крови, окружая шею парня красным ожерельем.       — Эрин… что ты делаешь? Щекотно… — на лице парня появилась сонная улыбка. <      Йена быстро спрятала нож в карман. Создатель открыл глаза и почесал порез на шее.       — А теперь аккуратно встань и отойди подальше от моей гитары.       Йена так и поступила. Парень смачно зевнул, потянулся и медленно поднялся с пола вместе с гитарой.       — Знаешь, ты разговаривала ночью. То звала то своего Себастьяна, то какую-то Лею. Это твоя подруга, да? Почему же она тебе даже не позвонила? Это ей ты помогала с интервью? Ей даже на собственное исключение всё равно. Даже не представляю, как ещё ты с ней мучалась. Я бы на её месте дорожил дружбой с человеком, который готов на такое ради меня. Кстати, ты здесь ещё и благодаря ей.       — Я здесь не благодаря Лее, а из-за тебя. Если бы ты оставил меня там, на шоссе, меня бы подобрала полиция, и я бы доехала до общежития и отдала интервью Лее. А не звонила она, потому что звонил Себастьян, а она знает, что я ему отвечу с большей охотой. И вообще, возможно, у неё опять закончились деньги на телефоне!       — Хорошо, я понял. Только не плачь из-за этого, пожалуйста.       — Не указывай мне! Отпусти меня немедленно! — Йена достала из кармана пистолет, который она предусмотррительно забрала у Создателя, и направила дуло ему в лицо.       Парень опешил и осторожно взял гитару в обе руки.       — Сыграешь хоть один звук, я выстрелю! — Йена сжала пистолет в руке, — Что, без очков сложно скрыть свои эмоции! Я вижу и знаю, что тебе страшно. Почувствуй, какого это!       — Ты хочешь убить меня?       — Нет. Но если ты не выпустишь меня, мне придётся это сделать!       — Хорошо. Иди за мной, — Создатель переложил гитару в одну руку и плавно двинулся через зал в сторону кухни. Он остановился у запечатанной двери, — У тебя есть какой-нибудь вопрос ко мне напоследок? — он осторожно повернулся в сторону девушки и тут же отпрянул, увидев дуло в нескольких сантиметрах от своей головы.       — За что ты убил моего отца?       — Я никого никогда не убивал! — закричал он.       — Не убивал? Да ты меня пытался убить! Угрожал мне! И после этого говоришь, что никого не убивал?!       — Да. Так и говорю. Зачем ты делаешь из меня чудовище? Создаёшь образ психа в своей голове?! Я люблю людей и сделаю всё, чтобы защитить каждого из вас!       — Защити нас от себя!       Создатель в задумчивости и печали опустился на пол.       — Что ты ещё знаешь обо мне? — уже более дрожащим голосом спросил он.       — Тебя разыскивают в тридцати шести странах. Живым или мёртвым. Наводчикам — огромные награды. Ты на втором месте в списке самых опасных террористов мира. Вопросы, которые мне дали для интервью… Там было сказано, что тебя ожидает смертная казнь, несмотря на то, что она запрещена во многих странах. Но то, что ты сделал-       — Не продолжай… прекрати! Пожалуйста! Я… террорист? Преступник? Злодей? Таким меня видит мир? Хорошо… Тогда они будут правы…       Металлический лязг, и серый объект выбивает из рук Йены пистолет. Она падает на пол. Создатель встаёт и поднимает руку. На ней металлическая, сияющая, электронная перчатка. Будто Танос, он сжимает кулак и поправляет свои очки. Он улыбается. Уже не так наивно, как раньше. Это злодейская улыбка, созданная для наблюдения за гибелью мира с трона собственного непоколебимого превосходства.       — Прости, Эрин, сегодня не твой день. Снова свет, и Создатель исчезает из виду.       «Вот так, наверное, Гiтл*р и начал вторую мировую…» — подумала Йена, поднимаясь с пола, — «Чего он собрался делать?! Я должна отвлечь его, пока он совсем не рехнулся».       — Создатель! — позвала она мужчину, ища глазами камеру, — Суперзлодей!       — Э-э-э… Суперзлодей?! Я бы сказал супергерой, — обиженно ответил он, — Хотя… забей. Что тебе нужно?       — Что ты собираешься делать?       — То, что тебе точно не понравится.       — Ты обиделся?       — Что? Нет.       — Точно же обиделся!       — Нет! Я ни на кого не обижался. Что за дурацкий вопрос?!       — Серьёзно так обиделся. Давай просто обсудим это. Как нормальные, цивилизованные люди.       — Хватит! Заткнись, или я приду и заткну тебя сам!       — Ага! Пассивная агрессия! — Йена была напугана, но старалась не подавать виду, чтобы обескуражить противника.       — Сейчас будет активная!       Послышались ровные, нарочно топающие шаги. Тайная дверь открылась. На пороге стоял Создатель. Он пытался выглядеть как тиран, но был похож лишь на злого цыплёнка из мема. Он стоял оскалившись, в неоновых очках, выпятив грудь вперёд. Из-под очков проглядывал гневный взгляд. Его тёмные волосы стали ещё более растрёпанными.       — Знаешь, я пытался относиться к тебе по-доброму. НО ТЫ ПРОСТО НЕВОЗМОЖНА! КАК ЖЕ ТЫ МЕНЯ ДОСТАЛА! НАДО БЫЛО ПРИСТРЕЛИТЬ ТЕБЯ НА ТРАССЕ! ИЛИ ПЕРЕЕХАТЬ АВТОМОБИЛЕМ! ПОЧЕМУ ТЫ ОПЯТЬ РЕВЁШЬ?!       — МОЖЕТ, ПОТОМУ ЧТО ТЫ ОРЁШЬ НА МЕНЯ?! ТЫ ОБ ЭТОМ НЕ ПОДУМАЛ, ПРИДУРОК?! — Йена со всей силы топнула ногой и продолжила всхлипывать.       — Я НЕ ПРИДУРОК!       — ДА, ТЫ НЕ ПРИДУРОК! ТЫ ИМБЕЦИЛ! И БЕЗЗАКОННИК!       — ХВАТИТ МЕНЯ ОСКОРБЛЯТЬ, ТЫ, ТУПАЯ ЗАДНИЦА!       — ОТПУСТИ МЕНЯ ИЗ ЭТОЙ ДОЛБАННОЙ ДЫРЫ! Я. ХОЧУ. ДОМООООЙ!!!       — НЕТ! СКОЛЬКО МОЖНО ТЕБЕ ПОВТОРЯТЬ, А?!       Йена вытерла слёзы, оскалилась и как вмазала оппоненту по лицу. Создатель еле удержался на ногах от неожиданности. Когда он убрал руку от лица, на пол закапала его кровь, образуя красные кляксы. Он поднял голову на Йену, приоткрыв рот. Йена, не расчитав силы, поцарапала Создателя ногтём. Через несколько секунд кровь была везде: она была размазана по лицу, одежде и полу.       — Иди умойся, — Йена, наконец успокоившись, замерла в ужасе.       Единственной вещью, которой она боялась больше маньяков, вылета их универа и миссис Пеластрикт, была кровь. Эта багровая, липкая субстанция, обозначающая, что кому-то очень больно. Она бы с радостью пошла на медицинский, если бы там не приходилось работать с кровью. Каждый раз, как она видела кровь, её конечности переставал нормально работать, прежняя сила и активность куда-то испарялись. Однажды в школе, на уроке биологии, она слушала лекцию о видах кровотечений. К лекции прилагалась презентация с соответствующими картинками. Из-за них Йена упала в обморок прямо на уроке.       — Зачем ты меня ударила? Йена слегка ухмыльнулась.       — А если я тебя ударю? — спросил мужчина, вытирая рукавом кровь с лица.       Девушка представила Создателя в качестве младшего братика, который пытается сделать больно, размахивая своими хилыси ручонками.       — Ну… попробуй.       Мужчина размахнулся и влепил Йене смачную пощёчину. Девушка прикоснулась к щеке и посмотрела на руку. На пальцах осталась кровь. Это её очень разозлило. Это была кровь Создателя, который измазал в ней свои руки, пытаясь не испачкать пол. Затем мужчина приставил к её лбу пистолет. Его губы скосились в мстительной ухмылке.       — Тебе страшно?       — Нет. Я лучше сдохну, чем останусь здесь.       — А если тебе попадётся шанс сбежать от меня?       — Я уже поняла, что это едва ли возможно.       — Я бы на твоём месте убил меня, забрал ключи и спокойно ушёл.       «Он так говорит, потому что думает, что я этого не сделаю?» — Йена снова прощупывала в кармане нож. На момент её дыхание замерло, — «Твою мать… Я правда не знаю, смогу ли я это сделать».       — Мне бы не хотелось твоей смерти.       — Почему? — кажется, мужчину это очень удивило. Он убрал пистолет, — Ты же уверена, что я убил твоего отца. Не хочешь отомстить?       — Хочу, но… рука не поднимается. Я просто не могу это сделать.       — Так… тебе будет меня жалко? — Создатель сделал шаг к девушке, — Это нормально для человека. Для здорового человека. Честно, я удивлён, что ты из таких, но это не может не радовать.       — Мне не жалко. Я просто крови боюсь.       Вот так Йена лишилась се… кхм, хорошего друга.       — Оу… хорошо, — мужчина развернулся и ушёл за дверь.       Он больше не приходил. Ни разу за день. Йена ждала, что мужчина придёт пообедать с ней, ведь он не принёс продукты. Так время дошло и до ужина. Девушка проголодалась и отправилась на кухню, в надежде найти что-нибудь съестное. Но там её ждал совершенно неожиданный сюрприз. Дверь наружу оказалась приоткрытой. Йена взялась за её стенку. Дверь поддалась и легко открылась. Перед ней возникла тёмная лестница, ведущая наверх.       — Я… выберусь отсюда?! — прошептала она и крадучесь прошла за дверь.       Поднявшись, она обнаружила ещё одну дверь. Она осторожно потянула за ручку и приоткрыла её. В комнате никого не было. В ней стоял лишь заляпанный кофейными кругами стол и компьютер. На экране отражались «квартира» Йены и незнакомые ей комнаты. Она подошла ближе к компьютеру. В одной из комнат, незнакомых ей, она увидела Создателя. Он стоял босиком на голом полу с гитарой в руках. Он подключил шнур к гитаре и хлёстко долбанул по струнам. Йена даже подпрыгнула.       — Так вот что за страшные звуки я слышу по ночам… Звук распространился по всему зданию. Гитарист сначала проигрывал разные комбинации аккордов и арпеджио, а затем замутил какой-то рифак. Он начал петь. Его голос в сочетании с электрогитарой — то, что нельзя соединять ни в коем случае, иначе можно преисполниться чем-то неземным. Через всё тело до кончиков пальцев Йена почувствовала электрические импульсы. Такое приятное ощущение.       — I won't stand in your way Let your hatred grow And she'll scream And she'll shout And she'll pray…       Йена достала из кармана нож и открыла следующую дверь. Она двинулась по белому, ярко освещённному коридору по направлению к музыке.       — And I won't hold you back Let your anger rise And we'll fly And we'll fall And we'll burn…       Девушка всё дальше углублялась в дверной лабиринт и наконец вышла в огромный зал.       — No one will recall No one will recall…       «Концертный зал… музыкант… что это за хрень?» — Йена спряталась за креслом, — «O2 arena… это же в Лондоне… Вы издеваетесь?! Создать себе убежище на заброшенном концертном холле?! Вот, что отделяет его от других террористов». Йена поползла между рядов к сцене.       «Но… я же могу просто свалить отсюда… разве нет? Зачем в моей руке нож? Зачем мне убивать этого психа? Ради награды? Но… мне она не нужна… Ради спасение человечества? Смерть одного психа его не спасёт… Тогда… ради мести?» — она остановилась у края сцены.       — Look to the stars Let hope burn in your eyes And we'll love And we'll hope And we'll die…       Музыка была очень громкой и заглушала любой посторонний шум. Йене ничего не стоило обойти сцену и взойти на неё. Теперь она стояла прямо позади своего похитителя.       — All to no avail All to no avail…       «Как он так классно играет? Ещё и какие-то движения исполняет… типа танца… вообще ни на одну руку не смотрит…» — Йена снова залипла.       Она будто бы ждала, что он обернётся, заметит её… что он снова усыпит её… или уведёт под дулом пистолета… Или убьёт её… да, задушит… или застрелит… отберёт нож и вонзит его прямо ей в сердце. Она будет лежать и улыбаться кровавыми зубами, истекая кровью.       «На нашей следующей встрече мы поговорим о стокгольмском синдроме и как его определить… Жертва… агрессор… психические расстройства… Никогда не садитесь в машину к незнакомому мужчине… психи… этого и хотят… защитно-бессознательная травматическая связь… Чёрт!.. Взаимная или односторонняя симпатия… Твою мать!.. Возникающая между жертвой и агрессором в процессе захвата… нет… похищения… Нет! или применения угрозы… Не-ет! или насилия… НЕ-Е-Е-ЕТ!!!»       — This is the last time I'll abandon you And this is the last time I'll forget you I WISH I COULD!!! I WISH I COUUUUUULD!!!!!!       Звериным рывком Йена бросилась на гитариста, схватив его за шею. Она не понимала, куда бьёт. Она колола и колола спину холодным оружием… Кровь заливалась ей в рукава, лилась по её лицу, будто слёзы… Так же быстро она пришла в себя и отскочила в сторону. Создатель повернулся к ней лицом. Его глаза расширились, лицо ввражало страх и отчаяние. Его губы дрожали. — Йена?.. — сдавленым голосом на вдохе проговорил он.       Он простонал что-то ещё. Из его глаза спустилась слеза, освещаемая неоновых светом редких прожекторов. Гитарист сделал шаг назад… ещё один… он оступился и рухнул со сцены. Гитара издала последний визг.       — Я убила его… Я УБИЛА ЕГО! — Йена свалилась на пол в истерике. Она долго лежала, ругая и обзывая себя, — УБИЙЦА! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА?! ТЫ ЖИВОТНОЕ! ТЫ МОГЛА ПОМОЧЬ ЕМУ! ЧТО ТЫ НАТВОРИЛА?!       Йена свернулась в страхе и отвращении к самой себе. Она так истошно кричала, что её начало тошнить на пол. Она смогла собрать остатки сил, подняться и, всхлипывая и дрожа, покинуть сцену. Она нашла ключи на одном из комбиков. Там также лежали ноты, слова песен и его очки. Йена забрала и их. Не пропадать же добру.       «Научусь нормально играть на гитаре, запишу несколько песен… пусть они найдут своих слушателей… жаль, я не записала их в его исполнении… не был бы он террористом… хороший психиатр и упорная работа — и он бы смог стать всемирно известной личностью. А я… я бы стала его юристом. А не убийцей».       Дойдя до выходной двери, она обернулась назад. Парень так и лежал на гитаре. Девушке показалось, что он пытается пошевелиться. Возможно, это предсмертные судороги… или же он не умер. Но всё равно скоро умрёт. Только более мучительной смертью.       — Прости меня. Жаль, что я так и не узнала твоего настоящего имени. Жаль, что не спросила о твоей семье. Может, я могла бы передать им твои вещи… Прости, что я сделала тебе больно. Покойся с миром. Я не забуду тебя.       «Может, ему скорую вызвать? Хотя… они не смогут ему помочь, даже если не признают в нём террориста. У него нет шансов выжить. А моя жизнь… навсегда испорчена… Скорее всего, меня исключат из универа из-за психических расстройств, а моя жизнь закончится в психушке или в петле. Войду в историю как убийца убийцы», — Йена закрыла дверь.       Зал снова опустел и наполнился гробовым гулом, будто переживал глубокую утрату наполнявшей его космически поразительной музыки.       — Йена? Где ты… Йена? Йена… Больно… больно… пож-жал-луйста…