Something Human

      — Мэтт, можно один маленький вопрос? — Кристофер схватил гитариста за плечо.       — Нет, — Мэттью даже не повернулся.       — Почему?       — Я знаю, что ты хочешь спросить.       — Бля… — выдохнул Крис, — Серьёзно? Школьный выпускной? Мы правда не могли просто зайти сюда и по-быстрому всё сделать? Хм? Или ты просто поиздеваться над нами решил?       — Я уже ответил, — Мэтт ушёл подключать аппаратуру. Школьные техники этого не умели. Хотя… Директор и учитель естественных наук — так себе техники.       — Мэтт, мы сыграем Glorious? Мы её семь грёбанных лет не играли! — Дом потормошил гитариста за плечо.       — Отъебись, отрезал Мэтт.       — Блять… и так всегда… Крис, чего там у тебя?       — У меня плохое предчувствие.       — Расслабься, — протянул Дом, — Я всегда хотел провести выпускной, чтоб в конце всех облить шампанским.       — Не надо, пожалуйста.       — Ох… какой ты сегодня скучный.       — Зато тебе, я посмотрю, безгранично весело. Почему? Поделишься секретом?       — Поделюсь. Идём, я тебе в стаканчик налью. Только Мэтту не говори. «Бля… не похоже, что здесь мог поработать Центр… нахера им выпускной в школе? Или… это ещё не произошло? У них же всё рассчитано. До миллисекунды и дальше. Но если мы не уничтожим источник… Начнётся полный хаос, который уничтожит всё за несколько часов», — гитарист деликатно обвёл глазами помещение и нервно поёжился, — «Что они сделают на этот раз?»

***

      — Дом, послушай… — Йена окликнула проходящего мимо сцены барабанщика.       — Да, что случилось?       — Ты не мог бы… ну-у-у… это… сделать?       — Что «это»? Ты что-то сломала?       — Нет, нет! Я имела в виду… ну-у… а-а…       — Говори уже! Быстрее, — Доминик начал нервничать.       — Не мог бы ты сказать настоящее имя Создателя? Мне просто… просто хочется узнать.       — А что мне за это будет?       — Я могу дать тебе баночку содовой.       — Надеюсь, без яда внутри?       — Кем ты меня считаешь?! Я, в отличие от тебя, здоровый человек!       — Как скажешь. Кхм-кхм… Короче… его зовут Мэттью Джеймс Беллами. Вот, — Доминик поднял руки за голову и смачно зевнул.       — Мэттью Джеймс Беллами… — задумчиво повторила Йена, — И всё?       — А что ещё? Загугли его имя в нашем компьютере на втором этаже. Он настроен на нашу родную реальность. Не знаю, как Мэтту удалось это сделать… но допустим.       — Ладно. Продиктуй, пожалуйста, фамилию.       — Окей. Бэ, Е, два эЛь, А, эМ, И.       — Спасибо, — Йена передала парню напиток и убежала искать компьютер. «Наконец-то, ебать тебя за ухо! Как же я заебался всё время скрывать его имя! Он ещё и быковал на меня, когда я чуть не проговаривался, сука! Я, блять, уже бы прокричал по местному радио его имя. А тут на халяву попить подогнали. Сказка, что пиздец! Не ожидал, конечно, такого от Мэтта… Чего он с ней так возится?! Любовь и ненависть какая-то. Явно не здоровые отношения. Надеюсь, они не долго продержатся…» — размышлял Дом, уже попивая газированный напиток, — «Пойду покурю, что ли… для полного счастья, пока Мэтт все сиги не скурил».       Вечером группа решила собраться втроём, своей старой компанией, выпить, покурить траву, обсудить предстоящие мероприятия и личную жизнь. Они сидели в одной из комнат за сценой. Девушки же остались внизу, тоже посидеть своей компанией и немного подвыпить. Никто и не думал, что что-то может пойти не так.       — …А-ха-ха! Да вы морите! Не могли нам такое написать! — Дом смеялся, разливая на пол бардовые струи вина, — Крис, как отпрыск твой?       — Всё хорошо. Провёл с Альфи все выходные на прошлой неделе, — Крис пригубливал третью банку пива.       — Мэтт, ты чего? Что-то ты сегодня разошёлся! Может, хватит? Ты уже больше нас с Крисом вдвоём выдул! Давай лучше партейку в картишки.       — Да, — гитарист тряхнул растрёпанной бошкой.       — Крис! К-кри-и-ис, мать твою! Ты что, уснул?! — барабанщик резко толкнул басиста.       — Я?! Ты с чего взял, придурок?       — Всё-всё, успокойся. В карты играть будешь?       — Это можно, — Крис зачесал назад мокрые волосы и выпрямился.       — Заебись. Я тасую, — Дом взял в руки колоду.       — Йен, я с тебя просто ору как дятел Вуди. Тебя как угораздило? Это же не твой типаж! Ты что, с двумя одновременно встречаться собираешься?! — Лея аки алкофея подливала и себе, и подруге.       — Я… я ещё не думала об этом, — девушка опустила голову.       — Ну, вот, смотри, я всегда так рассуждаю: представь, оба твоих воздыхателя пригласили тебя на свидание… с продолжением. С кем бы ты пошла охотнее? Йена закашляла, подавившись шампанским.       — Йен, ты что?       Йена покраснела, отвела от подруги взгляд и впилась зубами в верхнюю губу.       — То есть, у тебя уже был секс, а мне ничего не сказала?! Ты с моим кузеном-       — Нет, не с ним, — Йена судорожно перебирала пальцы рук, — Понимаешь, я-       — А с кем тогда? — Лея спрашивала настолько спокойно, будто не знала ответа или догадывалась, но сильно не хотела, чтоб её догадки подтвердились.       — Ты правда не понимаешь?       — Да говори уже! Хотя… подожди, дай угадаю: это одна из твоих бывших девушек оказалась с подвохом?       — Нет, Лея, нет.       — А! Тот старшекурсник, который подарил тебе очки за сто франков?       — Нет! Фу, боже! Он же урод!       — Ну… так и твой музыкант не красавчик.       — Лея! Если он не в твоём вкусе, это не значит-       — Вообще-то у меня эталонный вкус. Хотя мужчины в этом плане меня не сильно привлекают… Но ведь так даже лучше! Я могу оценивать абсолютно объективно, ведь ни один мужчина или музыкант не сможет запудрить мне мозги! Всё абсолютно объективно!       — Только ситхи всё возводят в абсолют.       — Ладно, ладно. Только если вдруг сойдутся планеты, Луна будет в близнецах, Венера в стрельце, наступит апокалипсис, Нибиру приблизится к Земле, а Марс будет атаковать, и вы надумаете… мне даже представлять такое не хочется… вы надумаете «повеселиться», предохраняйтесь, пожалуйста. Вдруг дети на него похожи будут…       — Мы предохранялись, не волнуйся.       — Ну и прекрасно. Йена потихоньку встала и начала отходить к лестнице.       — Стоп… подожди-ка… Что?! — мысли наконец-то догнали девушку, но Йена уже исчезла на лестнице.       — Давай сыграем на то, что мы съебёмся отсюда и никогда больше не вернёмся, согласен? — Дом слишком хитро улыбался, но нашакалившийся до лёгкого головокружения гитарист этого не заметил.       Игра была недолгой. У барабанщика оказались все нужные карты, и он выиграл. Он расставил ноги в разные стороны, потянулся на улыбке и радостно объявил:       — Ну, что? Собираемся?       — Дом, это не так работает, — неожиданный проигрыш немного отрезвил Мэтта.       — У нас был договор. Этим всё сказано.       — Договор в устной форме не считается, — сообщил Крис.       — Ты что?! На его стороне?!       — Дом, что тебе тут не нравится? Ты мне объясни. Это из-за Йены, да? Что ты до неё доебался вообще?       — Нет, не из-за неё! Мне вообще на неё насрать! Зато ты носишься с ней как козёл!       — Дом, успокойся, — Крис дёрнул друга за рукав рубашки. Доминик отмахнулся.       — Ты же… каблук! Нам альбом надо писать, вообще-то! А ты тут со школьницами развлекаешься, мудила!       — Я не развлекаюсь, я здесь, потому что этой реальности нужна моя помощь, я не могу уйти, ведь тогда она исчезнет.       — Ну и прекрасно! Пусть исчезнет! — Дом выполз из-под стола, пошатываясь, побрёл к шкафу за новой бутылкой, — Главное, что мы живы! Не нужна тут твоя помощь. Разве ты не видишь?! Они тебя убить хотят! Тебя даже школьница чуть не убила! Или… где твоя подружка учится? Зачем ты вообще полез в эти реальности?! Ты нахрен никому нигде не сдался! Успокойся уже! Ну, не можешь ты быть героем, не твоё это. Мастер на все руки, блять.       — Да что с тобой такое?! Кто тебя здесь так взбесил?!       — Ты! Хватит уже рисковать собой, нами и другими людьми!       Гитарист выпрыгнул из-за стола. Какой-то невидимой силой его отбросило спиной к шкафу. Он сжал руками свою голову и свернулся в неудобной позе.       — Нет… пожалуйста… — цедил он сквозь зубы нехарактерным для него грубым и хриплым голосом.       — Мэтт… ёб твою мать… ты что творишь?! — Дом начал трясти друга за плечи.       — П-пож-жалуйста… п-помоги, — гитарист прижал к себе руку барабанщика. Мэтт тяжело дышал, дрожал, выпученными глазами он жалобно смотрел на лучшего друга. Его губы дрожали от страха и непонимания.       — Мэтт, давай ты успокоишься. Не надо строить из себя больного. Мы просто поспорили. Я знаю, тебе это не нравится, но…       — П-позови Йену… пожалуйста… — зубы гитариста увеличились, глаза налились кровью, по телу полезла шерсть.       — Мэтт, ты зачем обращаешься? Ты что, убить нас хочешь? — нажравшийся всем, что под руку попало, барабанщик не мог соображать как нормальный человек, — Давай расслабься уже! — Ёб твою мать! Дом! Уйди от него! — закричал Крис Уолстенхолм.       Тяжёлая рука отбросила Доминика в Криса. По зданию раздался страшный гул от удара. На шум прибежала Йена, прятавшаяся от подруги под лестницей с куском от эклера.       — Вы что, с ума сходите?! Крыша едет, дом стоит?! Что вы тут делаете?!       — Йена! — крикнул Крис до того, как на девушку набросились нечто большое и бесформенное.       Йена закричала и съехала по лестнице. Нечто, рыча и огрызаясь, бросилось за девушкой в левый коридор.       — Дом, ну, ты и гандон, конечно! — Крис оттолкнул от себя развалившегося барабанщика.       — В смысле?       — В карамысле, блять! Найди лучше что-нибудь, чем можно по бошке треснуть, — Крис начал шарить по шкафам, — Он ебанулся, не видишь, что ли?! Быстрей, блять, найди что-нибудь, пока он не замочил Йену!       — А чего он так завёлся?! Может, из-за травы? Да мы чуть-чуть же… вроде…       Чудовище разъярённо рычало, устрашающе надвигаясь на беззащитно сидящую на полу Йену. Она отползала к стене, пока не впечаталась в неё. Чудовище готовилось напрыгнуть, присело и издало жуткий рык.       — Создатель! — закричала Йена, — Пожалуйста, очнись! Ты можешь это контролировать, я знаю! С-Создатель…       Ноль внимания, фунт презрения. Создатель полностью потерял свой человеческий облик. Морда напоминала оборотня из фильмов ужасов. Из его рта и ноздрей вырывался пар, тело заросло шерстью, а глаза стали красными, будто фары его автомобиля.       — Создатель! Ты слышишь меня?! Создатель!       Чудовище прыгнуло к девушке и раскрыло пасть, обнажив три десятка острых как бритва зубов. Йена схватила журнальный столик. Снова. И бросила его в монстра. Осколки рассыпались по всей комнате. Это только сильнее разозлило чудовище. Йена принялась кидать всё, что попадалось под руку: мусорное ведро, бутылки пива, тарелки, булки… Оглушив ненадолго чудовище, девушка бросилась в сторону, ударилась об угол и выбежала из коридора к сцене. Она слышала, как сзади чудовище лезет чуть ли не по стенам, корябая всё когтями с противным лязгом. Сделав ещё один рывок, Йена оказалась у сцены и ловко запрыгнула на неё. Чудовище ринулось за девушкой, рыча и ломая всё, что попадалось на его пути.       — ДОМ!!! КРИ-ИС!!! НА ПОМОЩЬ!!! — прокричала Йена и бросилась за сцену.       Ни Доминика, ни Кристофера там не оказалось. Они будто бы испарились. Даже Леи нигде не было.       — Ёбанные… капитулянты! Чтоб вас… машиной переехало!       Скрежет когтей по полу становился громче. Йена окинула взглядом закулисье. Под лестницей стояла приоткрытая коробка с барахлом. Туда девушка и спряталась. Скрежет слышался совсем близко. Оно идёт сюда, по запаху определяет, где что находится.       Чудовище залезло на сцену, прошло вглубь и запрыгнуло на второй этаж. Оно прочёсывало каждую комнату, попутно устраивая погром, всё больше и больше злясь. К счастью для Дома и Криса, шкаф где они спрятались, не привлёк внимания монстра. Даже если он знал, что там кто-то сидит, он бы не сунулся туда. Ему была нужна именно девушка.       — Чёрт… там же Йена… — шопотом произнёс Крис, — Он убьёт её… он точно убьёт её… — Да не будет он её убивать, — возразил Дом.       Йена сидела, вжав лицо в колени. Она не хотела умирать, тем более, таким образом. Девушка испытывала презрение к Создателю, она ненавидела его, отпетого психа, желала, чтобы кто-нибудь пристрелил его немедленно. Раз и навсегда. Однако в то же время Йене было жаль его. Она понимала, что когда Создатель придёт в себя и увидит её, Йену, мёртвой от своих рук, он этого не вынесет. Он не монстр в жизни. Это просто болезнь. Она дрожащими руками достала из кармана джинс телефон и набрала номер врача Мэтта. «Номера не существует», — вырвалось из устройства. «Чёрт… конечно… он же в другой реальности!»       Прямо над Йеной слышался скрежет когтей и глухое рычание. Внезапно всё затихло. Что-то капало вниз, напротив коробки. Это была склизкая, противная субстанция, будто из фильма ужасов. Это была слюна. Кажется, чудовище что-то учуяло. Девушка чувствовала, как оно смотрит своими сверкающими в темноте красными глазами прямо на коробку, в которой она сидит. Оно выжидает подходящий момент, чтобы перелезть перила и спрыгнуть прямо на голову своей жертве.       Йена решила действовать первой. Она сделала глубокий вдох, выпрыгнула из коробки и стремительно понеслась к правому коридору. Кажется, получилось. Чудовище брякнулось на коробку, смяв её своей волосатой тушей, и погналось за жертвой.       — Парни! Что у вас происходит?! Вы что, собаку резали?! — на сцену походкой пьяной знаменитости взошла Лея, — Где Йена?! Почему она кричала?! Вы что творите, сволочи?! — лицо девушки скривилось в возмущение, пьяные, раскосые глаза почти вываливались из орбит, — Вот стоило только на минутку отойти по делам… надеюсь понятно, по каким… вот стоило только — и вот тебе раз! Крис рванул к ней, схватил за талию и потащил наверх.       — Ты что, охренел?!       — Тихо! У нас всё очень плохо. Мэтт слетел с катушек и собирается убить Йену.       — Так и знала, что он мразь больная, — Лея нервно улыбнулась, — Надо было его тогда ещё прикончить… топориком.       — Нет, пожалуйста, Лея, не надо его трогать. Он не виноват.       — Не смей оправдывать убийцу, еблан! — Лея отвесила басисту пощёчину, — Да! Я его… убью! — Лея вылетела пробкой из комнаты, Крис ринулся за ней, а Доминик остался искать какое-нибудь подобие оружия. «Твою мать… что всех сегодня так сдохнуть тянет…? Меня в том числе… какой-то пиздец!» — Дом несколько раз отрыгнул и свалился на стул.       Йена забежала в коридор перед дверью в комнату парня. Дальше бежать некуда. Чудовище снова оказалось перед ней, наблюдало, рыча и роняя слюни. Ему удалось загнать девушку в угол. Оно обнажило когти и раскрыло пасть, готовясь к последнему прыжку.       — Создатель… Убьёшь меня. Как и задумывался центр, чтобы сотворить из тебя жестокого негодяя, — еле слышно заговорила Йена из последних сил. В ответ — лишь злое, циничное рычание. — Создатель… остановись, пожалуйста. Что плохого я тебе сделала? Пожалуйста, вернись, Создатель… Мэттью!       Имя клинком слетело с губ девушки, проникнув в густую шерсть, разрушив клетки ткани, вонзилось прямо в сердце чудовища. Монстр остановился, будто что-то напугало его. Красные глаза заполнила тёмно-голубая дымка прежней оболочки. По щеке скатилась слеза и ударилась об пол. «Он… он реагирует на своё имя… Как оборотень из фильмов!» — Йена приподнялась и боязливо протянула дрожащую ладонь.       — Мэттью Беллами, пойдём со мной. Я помогу тебе. Ты сам не понимаешь, что делаешь. Мы можем вместе всё решить. Я правда хочу помочь!       Чудовище взвыло, подпрыгнуло и бросилось в комнату, снеся дверь. Йена осталась сидеть на месте, напуганная, вжимаясь в стену.       Из комнаты, куда убежало чудовище, послышался унылый животный рёв, медленно переходящий в человеческий крик. Йена долго колебалась, но, всё-таки, трясясь от шока, встала, взялась руками за дверной проём и осторожно заглянула внутрь. В комнате царил хаос. Как и в любой другой раз, когда Йена появлялась здесь. Она прошла дальше, до кровати. На кровати, прижав к себе подушку, сидел Мэтт. Одежда парня была местами разорвана, пыльная и немного в извёстке. Кости спины выпирали вверх, чуть не вырываясь из бледного, худого тела. Всё его тело, как и дыхание, окутала дрожь. Он говорил что-то странное и неразборчивое печальным, прерывистым голосом.       В горле Йены завис комок. Она сама была готова расплакаться.       — Мэттью? — позвала Йена музыканта, — Мэттью… что с тобой случилось? Что это было? — её голос дрожал, звучал тяжело и устало.       Парень вздрогнул, снова услышав своё имя, но не ответил. Тогда Йена села на кровать, подползла к Создателю со спины и опустилась на него мягкими объятиями.       — Ты как? Тебе нужна помощь? Создатель резко поднялся, развернулся к девушке и упал головой на её плечо.       — Ты чего?       Мэтт изо всех сил сжимал предплечья девушки. Йена легонько потрепала его волосы, провела пальцами по шее и принялась ласково гладить его по спине.       — Мэтт… могу я так к тебе обращаться?       — Да-а… — протяжно ответил он.       — Мэтт, я хочу вернуть тебя в нормальное состояние. Сейчас тебе психологически плохо, больно, твои желания депрессивны, аморальны… — Йена пыталась использовать все свои знания психологии. Этот предмет был не особо интересен ей. Чаще всего, она вместо прослушивания лекции листала ленты соцсетей или рисовала всякие каракули, — Я хочу помочь тебе. Постарайся сосредоточиться на моём голосе, слушай только меня. Всё остальное — не настоящее.       — Я знаю… Это симуляция.       — Да, правильно. А теперь представь, как мой голос отгоняет все твои плохие мысли. С каждым моим словом их становится всё меньше и меньше…       — Йена! — в комнату вбежал Доминик с металлической палкой, — Ты где?!       — Потише, Дом, — попросила Йена.       — Мэтт… ты как?! — Доминик подбежал к кровати и начал трясти друга за плечи, — Он в порядке?! Что ты с ним сделала?!       — Я?! Ничего. Зато он меня чуть не убил! Гитарист что-то промычал.       — Прости, Мэттью. Насчёт в порядке ли он — не знаю. Всё же, логично, что нет.       — Чёрт… После твоего появления он будто с катушек слетел… — еле слышно произнёс Дом, но этого было достаточно для начала перепалки.       — После моего появления?! — бездумные слова Доминика задели девушку, — Ты, вообще, знал, что он на таблетках сидит?! Если от меня его триггернуло, это не мои проблемы, вообще-то! И, кстати, это ты его споил! Придуркозавр! А ещё друг называется! Да ты не друг… Ты дундук! Вот ты кто!       — Да пошла ты! Бесишь! У него, вообще-то, своё мнение есть. Захотел выпить — выпил, захотел дунуть — дунул. Всё! Какие, нахуй таблетки, долбоёбка?! Может, это ты обдолбанная?! А?! Я такая правильная! Я такая умная! До тебя с ним такого не случалось!       — Да, я правильная и умная! А ещё я сделала для него больше хорошего за время нашего знакомства, чем ты за всю вашу дружбу! Ты даже не смог догадаться дать ему таблеток! Ты довёл его!       — Тихо, заткнись! Сейчас главное — Мэтт, свои претензии потом выскажешь, — Доминик поднял голову гитариста, — Мэтт! Ты слышишь меня?!       Голубые глаза Мэттью потускнели, взгляд был обращён в пустоту. По щекам лились слёзы, стекая на одежду обнимающей его девушки. Не было понятно, от чего он грустил больше: от того, что сошёл с ума или от ссоры его любимых людей.       — Блять! — выругался Дом, — Мэтт, ну, хоть подай знак, что ты живой! — барабанщик добродушно тянул друга за волосы, хватал за щёки, щекотал. Мэттью не реагировал.       — Мэтт!.. Это всё ты виновата!       — Я?! — девушка сжала руки в кулак, нахмурилась и подняла голову.       — Да! Ты его испортила!       — Ну, спасибо. Давай позже об этом поговорим. Сейчас главное — помочь Мэтту. Может, ему успокоительного дать? — предложила Йена.       — Эй! Я это сказал минуту назад!       — Я знаю. Иди, хоть таблетки принеси, сделай что-то полезное.       — Сейчас поищу. Где-нибудь в инструменталке или в студии должно валяться, — Дом разъярённой походкой вышел из комнаты и хлопнул дверью.       — Мудак, блять. Ладно, Мэтт. Давай дальше. Что ты сейчас чувствуешь?       — Ничего.       — Неужели совсем ничего?       — Ничего хорошего.       — Ох-х… Ладно. Хочешь, расскажу тебе про состояние аффекта?       — Расскажи хоть что.       — Да? Ну, и отлично. Была одна история из Японии двадцатого века… Когда был зафиксирован странный случай аффекта. В общем, японка занималась со своей малышкой. Как известно, японки маленькие и худенькие, ну, ты знаешь, наверное… Как вдруг девочка выбежала на дорогу и попала под машину. Японка тут же ринулась к машине, подняла машину… Вытащила ребёнка и ушла дальше заниматься своими делами.       — Вау.       — Ещё я знаю про одного императора России. Он в состоянии афекта, спасая свою семью, поднял вагон поезда.       Дверь в комнату аккуратно открылась, и в проёме показалось озабоченное и задумчивое лицо Криса. Он кивнул, будто обозначая свой приход и вошёл в комнату. Дверь, не согласившаяся закрыться, возвращаясь в открытое положение, долбанула его по спине. Крис встрепенулся, промаршировал к ребятам и сел на кровать, повернувшись к гитаристу. Он долго и печально молчал, наблюдая за Мэттью, затем вздохнул и спросил:       — Что… случилось? Вы как тут? Мэтт никого не покалечил?       — Вроде, нет, всё хорошо.       — Он поранился?       — Может. С лестницы спрыгнул на коробки.       — Ты не знаешь? Нужно осмотреть его, — Крис помог отцепить Мэтта от девушки и положить на кровать, чем гитарист был очень недоволен и ударил Криса по руке.       — Мэтт, послушай, сейчас я буду прикасаться к тебе, если больно — говори или кричи. Хорошо? Мэтт? — Крис потормошил друга за плечи, — Извините, что так поздно подскочил к вам с «первой помощью». Успокаивал верблюда- а! то есть, Лею. Она сейчас очень, ОЧЕНЬ злая. Лучше бы Мэтту ей не попадаться… Ой… а… подожди… мне уже можно произносить его имя?       — Да. Не бойся, — Йена кивнула.       — Супер. А что Дом такой взвинченный? Вы поругались?       — Да. Он обвинял меня во всём, что случилось с Мэттом, обосрал меня перед ним и свалил.       — Возможно, он прав. Он рассказывал мне, что тебе, на самом деле, плевать на Мэтта, что ты хочешь его бросить, это правда?       — Бросить? Куда бросить? Мы до сих пор не встречаемся. Наверное, Дом сам себе что-то напридумывал. Поэтому он всегда ищет подвох во мне. Он не говорит ничего при Мэттью, но когда мы остаёмся наедине… А сегодня он в край ебанулся.       — Мне жаль. Я не оправдываю Дома, но… Мэтт — его лучший друг. Он всю жизнь оберегает его, они как братья. У Мэтта было достаточно много девушек. Конечно, такого Казанова как Дом ему не переплюнуть… Но Дом никогда не воспринимал его романы всерьёз. Может, он думает, что вы встречаетесь потому что вы очень похожи на пару?       — Это как?       — Вы переживаете друг за друга, обнимаетесь… Ну… от вас исходит эта энергетика…       — Какая ещё энергетика?! Ты что, в эту ерунду веришь?!       — Так. Ты вообще в гороскопы веришь, я же ничего не говорю.       — Чёрт, ну, это другое!       — Да что ты… Мэтт повернул голову к Йене и потянул к ней руку.       — Ну, скажи уже хоть что-нибудь! — девушка в ожидании склонилась над лицом гитариста, перебирала пальцы на его руке.       — Йена… не ссорьтесь, — дрожащим, хриплым голосом произнёс парень.       — Чёрт, Мэттью…       — Йена… не обижайся На Дома… он очень хороший… и я люблю его… он не хотел тебя обижать. Он хорошо к тебе относится, на самом деле. Дом просто очень волнуется за меня. Но я… я правда опасен для общества… если это… не в первый раз… пожалуйста… пристрели меня… — Мэтт тяжело вздохнул.       — Я уверена, ты, в основном, оставался в рассудке.       — Ты уверена, что… я убийца…       — Мэтт–       — Ты всегда шарахалась от меня… Смотрела, будто на причину апокалипсиса… — парень попытался сесть.       — Послушай–       — Теперь я признал это… И ты-       — Мэтт, не смей так говорить! Тебе нужна помощь, а не расстрел. Ты никого не убивал.       — Ну и что?! Я же всё равн-       — Заткнись! — Йена схватила парня за плечи и потрясла, — Я… поняла именно сейчас, что ты не виноват. В смысле… да, я не была уверена в этом. Да, я боялась тебя, но ты ни разу не покалечил меня, ты был таким заботливым, и я поняла, что нет, этот человек не мог такого совершить. Но мне нужны были доказательства. И я их получила.       — Что?       — Это не ты убил моего отца.       — Что? Йен, я не понимаю…       — Я видела видео, снятое в тот день. Ты не убивал моего отца. Он спас тебя и одного из полицейских, которые за нами всё время гонялись.       — Блять… голова раскалывается…       — Ладно, тогда поговорим об этом позже, хорошо?       — Угу.       — Ты сейчас в отвратном состоянии. Не нужно ещё больше вбивать в себя всякий бред. Просто расслабься и доверься мне, хорошо? — она взялась ладонями за голову Мэтта, притянула его к себе и поцеловала. Слишком мягко и трепетно, чтобы это можно было назвать поцелуем, а не лёгким прикосновением призрака или снежинки, случайно упавшей на губы. Гитарист продолжил поцелуй более напористо, приобнимая девушку за талию.       — О… ам… — Крис, прикрывая ехидную улыбку рукой, вышел из комнаты. На него налетел взъерошенный Доминик.       — Ты чего лыбу давишь? — барабанщик легонько толкнул друга.       — Да так… — Крис поступил взгляд.       — Окей, понял, — Дом растроенно облизал губы, развернулся и удалился в сторону зала. Тем временем Йена закончила поцелуй и медленно отдалилась.       — Так. Точно ничего не болит? — спросила Йена, гладя парня по груди.       — Не-а. А… можешь ещё со мной поговорить?       — Ладно. О чём ты хочешь поговорить?