Опия

Поправляя платье и расчесывая волосы, ты даешь Юнги время успокоиться и собраться. — Разве ты не закуешь меня в цепи или что-то в этом духе? — спрашиваешь ты, когда вы уже готовы выйти из комнаты. — Я же все-таки могу убить кого-нибудь… — Шутишь? — Юнги едва сдерживает смех. — Мы идем на бал, где нас ждет с десяток древнейших вампиров и даже первородный. Поверь, ты, даже при всем своем желании, никак не сможешь им навредить… Ты хмыкаешь, чувствуя, как слова Юнги задели твою гордость. Прежде ты лихо расправлялась с бессмертными, но действительно ни разу не сталкивалась с кем-то настолько древним. Неприятно осознавать, что сейчас тебе правда приходится отказываться от своей сущности бойца и менять ее на шкуру жертвы. — Там… Там будет Джин? — вдруг спрашиваешь ты, когда Юнги уже берется за дверную ручку. Нет, ты не на секунду не забывала о том, что теперь твой возлюбленный стал приближенным Пака, но, стараясь сохранить здравый рассудок, упорно гнала эту мысль прочь. Теперь же от нее не сбежать, и сердце сбивается с ритма, оглушая тебя своим биением. — Эй-эй, успокойся, — вампир смотрит на тебя обеспокоенно. — Я не уверен, но да, скорее всего он будет там… — Юнги… — шепчешь. — Как мне… Что я… — Мы пойдем туда вместе, слышишь? Я буду рядом. Прошу, только держи себя в руках… В дверь громко стучат, а следом раздается громкий басистый голос, который сообщает о том, что вас уже ждут. Юнги открывает перед тобой дверь, а ты, совсем как маленькая напуганная девчонка, нервно сглатываешь и хватаешь холодную руку бессмертного. На дрожащих ногах ты выходишь из комнаты в холл и понимаешь, что от волнения в глазах мутнеет, во рту пересыхает и струящееся шелковое платье ощущается как невыносимо тяжелая броня, что давит на тело и мешает идти. Юнги чувствует твое состояние и уверенно переплетает ваши пальцы, крепче сжимая твою руку в своей. Он идет чуть впереди тебя, словно прокладывая дорогу, и помогает спуститься по широкой лестнице в зал. Сначала ты лишь оглядываешь залитую светом свечей огромную комнату и лишь потом обращаешь свое внимание на женщин и мужчин, что непринужденно разговаривают друг с другом, держа в руках бокалы с алым напитком. Хотелось бы тебе думать, что это вино… С вашим появлением взгляды бессмертных обращаются к вам, и, черт, ты много раз видела голодные глаза вампиров, видела, с каким оскалом они обычно смотрят на людей, желая выпить их кровь, но эти… Они смотрели на тебя со снисходительной улыбкой на чуть алых губах и приподнимали свои бокалы, приветствуя тебя. — Отлично, мы здесь, — шепчешь ты на ухо Юнги, который медленно продвигается вглубь зала, увлекая тебя за собой. — Что дальше? — Мне нужно представить тебя Господину Паку, — отвечает тот серьезно. Вскоре ты замечаешь у открытой террасы длинный стол, накрытый белоснежной скатертью. На нем расставлены все приборы и даже есть несколько подносов с едой. За столом сидят вампиры и люди, которых ты распознаешь только потому, что только перед ними стоят тарелки, на которых лежит еда. Во главе стола на кресле сидит молодой человек с фарфоровой кожей, светлыми волосами и… Глазами красными, как сама кровь. — Мой Господин… — Юнги отпускает твою руку и опускается на одно колено, склонив голову. — Я привел ее… — Спасибо, Юнги, — почти вежливо отвечает вампир и переводит пристальный взгляд на тебя. Ты тут же теряешься, не представляя, нужно ли тебе первой поздороваться, поэтому лишь неловко и, честно признаться, неумело делаешь поклон, приподнимая шлейф своего платья. Это очень забавит Пака, и тот заливается смехом, который почти мгновенно подхватывают все присутствующие. — Дорогая, ну что за формальности? Чувствуй себя как дома, присаживайся! За твоей спиной тут же появляется мужчина во фраке дворецкого, который услужливо отодвигает стул возле Пака и помогает тебе сесть. Твое тело напряжено до предела, и, даже сев на мягкий стул, ты ощущаешь себя не лучше, чем на холодном и мокром полу в подвале. — Я же так давно искал тебя… — томно произносит первородный, наклонившись ближе к тебе. — Твой запах почти не изменился с тех пор… Ты помнишь, как тебе уже однажды приходилось слышать о том, что вампир откуда-то запомнил твой запах, ты правда хочешь спросить и у Пака, что это значит, но не решаешься, лишь терзаешь подол платья под столом, и тогда вампир продолжает. — Кажется, та дождливая ночь была только вчера… Знаешь, для вампиров время течет совсем иначе, и эти четыре года пролетели почти как одно мгновение… Теперь что-то внутри тебя начинает трепетать, в твоих мыслях словно из тумана воссоздается картина дня, когда ты лишилась Джина, и тело твое непроизвольно вздрагивает. В тот же миг на твое напряженное плечо опускается рука Юнги, которая мягко сжимает его, прося успокоиться. — Что? Наша дорогая гостья о чем-то тревожится? — Пак с глазами полными недоумения смотрит на Юнги, стоящего за твоей спиной. — Да… Простите ей это. В ее памяти все еще свежи воспоминания той ночи… — Юнги любезен и мягок, но сейчас ты думаешь не об этом. — В ту ночь вы… — начинаешь ты дрожащим голосом, но не договариваешь, когда Пак заканчивает вопрос за тебя. — Подарил твоему другу бессмертие? Да, милая, все именно так. Джин действительно потрясающий, и я могу прекрасно понять твою любовь к нему. Все в тебе взрывается. Ты размыкаешь губы, стараясь дышать ровно, стараясь сдержать слезы, стараясь не потерять рассудок, но это слишком для тебя. — Признаюсь честно, в тот дом меня привел именно твой запах… Он особенный, и, думаю, тебе уже говорили об этом, — продолжает вампир как ни в чем не бывало, даже не пытаясь представить, что каждое его слово режет тебя по живому. — Но, чего уж таить, я ничуть не разочарован тем, что принял Джина в свою семью. Ты должно быть скучала по нему? — С-скучала… — задыхаешься и почти беззвучно выдавливаешь ты из себя, видя, как на тарелку падает пара соленых капель, которые все вокруг предпочитают игнорировать. — Что ж… Раз мне, наконец, удалось отыскать тебя… Думаю, самое время воссоединить любящие сердца, не находишь? — ты резко переводишь взгляд на вампира. — Джин, милый, подойди, пожалуйста, к нам!