Опия

В подвале царит мрак и звенящая тишина, которая почти ощутимо давит на барабанные перепонки. Юнги включает свет и все вокруг освещается ярким и холодным искусственным светом. Ты не представляешь чего ждать от заточенного в клетке вампира, но все же почти смело, почти решительно подходишь ближе к ней. Джин сидит в самом ее углу и совсем не подаёт признаков жизни: бледная кожа кажется покрытой тонким слоем краски, на которой виднеются паутины трещин - последствия голода, даже губы Сокджина, которые некогда были цвета спелой черешни, теперь белоснежны. Ты знаешь, что он не умер, но легкое волнение от вида вампира заставляет тебя поежится, опустить руки на прутья решетки. Стоит твоим пальцам коснуться холодного железа, как глаза Джина распахиваются, и он мгновенно бросается к тебе. Если бы не Юнги, который вовремя оттянул тебя, Сокджин схватил бы тебя. — О, ты все ещё способен на такую скорость? Отдаю должное силе крови древнейшего, но я бы на твоём месте был осторожнее, — в интонации Мина ты слышишь некоторое насмешливое пренебрежение к выходке Джина, — так ведь и иссохнуть не далеко. — Дай мне выйти, и я оторву твою голову раньше, чем иссохну, — шипит с кривой улыбкой на губах Джин. — Вы же понимаете, что если со мной что-то случится - вам конец. Вы сами выписали себе путевку в ад... Слова вампира заставляют тебя задуматься и бросить взволнованный взгляд на Юнги. Ты стала вампиром чуть более суток назад и не имеешь ни малейшего представления о тонкостях и силе связи создателя и обращённого, к тому же, благодаря Хосоку, ты стала должно быть первым обращенным вампиром без создателя. — Юнги... Разве Чимин не чувствует Джина сейчас? — ты беспокоишься. — Он не найдёт нас? — Не найдёт, — без тени волнения в голосе отвечает Мин. — Наш принц довольно долго был в отключке, и за это время Чимин чувствовал лишь то, что Джин жив, а теперь, когда он уже начал иссыхать, связь совсем слаба. Сокджин весь в наших руках. — Хотите убить меня, да так, чтобы Чимин не смог до вас добраться? Придурки! — впавший в безумие от голода Джин смеётся. — Он все равно узнает обо всем, найдёт вас! — Мы не собираемся убивать тебя... — Юнги смотрит в твои глаза с легкой улыбкой на губах, которая успокаивает, позволяет закончить фразу за него. — Мы разрушим твою связь с Чимином, вернём тебя... — Это невозможно, — приглушенно бормочет Джин губами, покрытыми трещинками. — Вы не сможете! — Не недооценивай ее, — Юнги подходит ближе к клетке, пряча тебя за своей спиной. — Не знаю, что связывало вас в прошлом, но она прошла через ад, чтобы снова встретиться с тобой, и теперь, поверь, она сделает невозможное для того, чтобы вернуть тебя, бесчувственное ты животное... — С чего вы взяли, что я хочу этого? — с блеском безумия в рубиновых глазах спрашивает Джин, кажется, риторически. — Я не нуждаюсь в вашей благодетели... — Слушай, ты!.. — Юнги резко просовывает руку в клетку, хватает воротник рубашки Джина и рывком притягивает его, заставляя вплотную прижаться к прутьям, оглядывается на тебя и продолжает уже едва различимым шепотом. — Ты не достоин ее, и, когда ты вернёшься, надеюсь, ты осознаёшь это в полной мере... Юнги тяжело выдыхает и не просто отпускает заточенного в клетке вампира, а небрежно швыряет его к стене. Он трясёт головой, словно пытаясь избавиться от гнетущих мыслей, и буравит взглядом пол. — Юнги?.. — аккуратно зовёшь ты вампира, все ещё пребывая в легком шоке, без малейшего представления о том, что делать дальше. — Я считаю, что сейчас рано пытаться разорвать связь, если ты об этом, — голос парня звенит льдом. — Можешь, конечно, попробовать и сейчас, но, думаю, будет лучше подождать ещё пару-тройку часов... Ты не успеваешь ничего сказать, когда вампир буквально исчезает с твоих глаз, хлопнув за собой дверью. Твой растерянный взгляд падает на лестницу из подвала, и каждая мышца в теле напрягается, готовясь ринутся вслед за вампиром, но необъяснимый порыв обрывает голос Джина. — Ты действительно так сильно хочешь вернуть прошлое? Так сильно хочешь вернуть мои чувства к тебе? — Сокджин говорит не громко, но каждое слово оглушает тебя. — Боже... Посмотри на себя... Ты стала вампиром только ради призрачной надежды на то, что мою связь можно вернуть. Ты отказалась от жизни даже не зная, хочу ли я этого? Сказать тебе? — Заткнись... — шипишь в отчаянии. Ты знаешь, понимаешь, что все это говорит тебе не Джин. Да, может у вампира голос и лицо Джина, может его мимика не изменилась, интонации те же, но это не он. Только вот боль это осознание никак не смягчает. — Я же лгал, говоря, что не помню тебя... — от услышанного твоё сердце болезненно сжимается в судороге. — Все я помню и жалею об этом... Честно, я благодарен Чимину за новую жизнь, за второй шанс. Раньше я не видел другого пути, не знал, что можно не прятаться, не бояться, не мучаться от бессмысленных чувств... Чимин освободил меня от всего этого, и, черт, я почти сочувствую тебе, раз ты до сих пор руководствуешься мнимой моралью... На глазах выступают слезы, и ты словно мантру твердишь про себя, что это не Джин вовсе, не его слова это, но тот все продолжает. — Я не люблю тебя и надеялся, что та ночь даст тебе понять это, но, судя по всему, тебе проще жить воспоминаниями, чем посмотреть правде в глаза, — он поднимается на ноги и подходит ближе. — Все, что ты делаешь - зря, и я лучше умру, чем стану прежним и уж тем более буду с тобой. Пересиливая себя, играя бесстрашие и уверенность, ты смотришь на бездушное лицо Джина, уже не надеясь увидеть в нем искру человечности. Может он и прав, может ничего уже не вернуть, может его не вернуть, может ВАС уже не спасти, но сожалеть о чём-то - это последнее, чего ты хочешь. — А я скорее убью тебя собственными руками, чем позволю и дальше наслаждаться отсутствием чувств, — улыбаешься ты сквозь слезы и, кажется, обескураживаешь этим вампира. — Я хочу, чтобы ты знал, однажды я уже потеряла тебя и лишиться тебя снова будет уже не так больно... И пусть эта луна станет свидетелем моих слов... Ты смотришь на небо, которое видно через крохотное окно под потолком, и на луну, которая показалась из-за облаков. Джин следует за твоим взглядом и отчётливо усмехается. — Что ж... А это может быть действительно интересно... Начинай. — В отличие от тебя, мне некуда спешить... я ждала много лет, подожду ещё пару часов, а ты постарайся не иссохнуть до моего возвращения…