Опия

Ты выбегаешь на улицу и озираешься. Глупо было надеяться на то, что вампир все это время торчал у дома, и все же ты надеялась. Ноги несут тебя в лес. На самом деле ты бежишь в никуда, просто бежишь, надеясь, что ветер, свистящий в ушах от твоей немыслимой скорости, заберет все твои тревоги, но этого не происходит. В глазах снова предательски выступают слезы, и ты не пытаешься уверить себя, что они появились из-за ветра, бьющего в лицо. Остановившись на небольшой опушке, той самой, где Юнги в приступе гнева повалил сосну, ты не выдерживаешь и кричишь, что есть мочи. Сложно сказать, что именно спровоцировало этот поистине животный крик, ведь причин у тебя предостаточно. Ты чувствуешь себя как никогда потерянной. Все вокруг, кажется, рушится, и ты ничего не можешь с этим поделать. Ты умерла и воскресла с силой, которую до конца не понимаешь, ты не видишь своего будущего и даже мысли о Джине, которые много лет позволяли тебе держаться, уже не спасут. Юнги нет рядом, Тэхена нет рядом, Джина нет рядом. Ты осталась наедине с равнодушным лесом, и это давит на тебя, подавляет. Когда в твоих легких заканчивается воздух и крик смолкает, ты слышишь за спиной шорох и инстинктивно бросаешься на источник шума. Слепо следуя инстинктам, ты впечатываешь Юнги в очередную несчастную сосну с такой силой, что дерево жалобно трещит. — Будь я человеком, ты бы меня убила, — спокойно произносит Мин, пока ты в шоке продолжаешь держать свои руки на его груди. — И вообще это мое место для истерик. — Шутишь? — горько усмехаешься ты. — А что мне еще остается? — так же горько отвечает Юнги, не двигаясь. Ты хочешь рассказать вампиру о том, как прошел твой разговор с Джином, но тот буквально уходит от ответа. Ты смотришь на спину вампира, который размеренно подходит к недавно поваленной им сосне и, засучив рукава рубашки, не сдерживаясь бьет в ее ствол. Под ударом Юнги ствол с треском раскалывается на две части, но это едва ли успокаивает его. Юнги бьет снова. И снова. И снова. Ты молча наблюдаешь за происходящим, а затем решительно подходишь к вампиру и, хоть и не в полную силу, но бьешь его в плечо. Юнги, которого ты своим ударом застала врасплох, не успевает отреагировать и беспомощно отлетает. — За что?! — почти обиженно вопит он. — Я подумала, что хватит уже губить деревья. Что насчет спаринга? Поможешь мне научиться драться? — Действительно… — Юнги поднимается на ноги и отряхивается. — А то бьешь, как девчонка… — Что?! — возмущаешься ты и вновь заносишь руку для удара, но теперь Юнги был готов и поэтому ловко перехватил твою руку. Ты не успеваешь ничего сделать, когда Мин ловко скручивает схваченную руку за твоей спиной. — Ауч, — шипишь ты. — Будь нежнее, я же девушка! — Ты вампир… — металлическим голосом шепчет Юнги тебе на ухо и резко толкает вперед, заставляя упасть на четвереньки. Ты понимаешь, что он не шутит, поднимаешься на ноги, смотришь ему в глаза и только убеждаешься в этом: глаза Юнги алым светятся в темноте леса, в них ты видишь хищный блеск, какой бывает только у хищников в разгар охоты. — Может хоть посоветуешь что-то? — почти жалобно спрашиваешь ты, начав побаиваться серьезного настроя Мина. — Я сильнее тебя во много раз, не пытайся атаковать меня в лоб – проиграешь. Попробуй довериться инстинктам, — договорив, Юнги, не дожидаясь от тебя никакой реакции, бежит в атаку. Ты парализована страхом неминуемого удара и, когда между твоей скулой и кулаком Юнги остается пара сантиметров, твое тело словно само по себе начинает двигаться: тебе удается ловко отпрыгнуть от удара в сторону. Кулак Мина бьет в дерево, и то тут же с грохотом падает на землю. — Ты мог меня убить! — визжишь ты, представляя, что было бы, ударь вампир тебя. — Ты бессмертна, — напоминает тебе Юнги. — Не расслабляйся! Мин обхватывает руками только что поваленный ствол дерева и поднимает его в воздух, замахивается и собирается сбить тебя им, но твоя реакция снова спасает тебя, и тебе чудом удается запрыгнуть на дерево. Не дожидаясь того, когда Юнги отбросит дерево, ты бежишь по стволу к вампиру и бьешь того ногой в голову. Вампир роняет дерево и кубарем откатывается в сторону, но ты не готова давать Юнги поблажек и, как только Мин оказывается лежащим на спине, подпрыгиваешь, готовясь ударить его в грудь. Юнги едва успевает увернуться и поднимается на ноги. Он смотрит на тебя с вызовом и усмешкой. Ты бы и рада ответить ему тем же, но понимаешь, что в твоем успехе заслуга не твоя вовсе, а твоего тела, которое словно само себя защищает. Вы смотрите друг на друга несколько секунд, а затем ты срываешься с места и бежишь прямо на Юнги. — Я же говорил не нападать на меня в лоб, — усмехается тот и ставит ноги чуть шире, чтобы легче отбросить тебя. Ты и не думаешь отступать и, только когда оказываешься почти вплотную к вампиру, резко уходишь вниз и по инерции проскальзываешь меж его ног. Ты быстро поднимаешься и готовишься ударить вампира ногой, но тому удается схватить тебя за лодыжку даже не глядя. — Слишком предсказуемо, — ты слышишь в его голосе издевку, а уже в следующий миг летишь в сторону. Ты почти готова сдаться, не видя ни одного шанса на победу. На самом деле, ты радуешься тому, что не встретилась с Юнги будучи человеком, ведь в смертном теле ты бы и минуты не продержалась. Пока ты поддаешься панике, Юнги неторопливо подходит к тебе так, словно уже готов праздновать свою победу. Ты в спешке оглядываешься, ища что-то вроде оружия, но видишь только увесистый ствол многострадального дерева. «Юнги сказал, что он сильнее меня, но не говорил, что быстрее», — думаешь ты и ногой пинаешь ствол прямо в Юнги. — Я же говорил не атаковать в лоб! — почти смеется Юнги, с легкостью разбивая рукой дерево перед собой. — А я атакую не в лоб, — шепчешь ты уже за спиной вампира. Мин не успевает развернуться, а ты одновременно бьешь ногой под колено Юнги и двумя руками давишь на его плечи. Мин теряет равновесие и падает на спину, давая тебе возможность победоносно поставить ногу на его грудь. — Я победила! — восклицаешь ты, глядя вампиру в глаза. — Уверена? — Юнги хватает тебя за ногу и тянет за нее, заставляя упасть на землю. Он садится сверху, крепко сжимая твое тело между бедер и заведя твои руки тебе же за голову.