Опия

Подслушивая вампиров, ты находилась в полном оцепенении, а сейчас чувствуешь разъедающую вены боль, которая течет по всему телу приносящую таки страдания, что нет сил даже вскрикнуть, даже слезы не текут. Сейчас ты даже не можешь понять: больно ли тебе от того, что пришлось услышать, от слов Юнги, который так и не сказал тебе о том, что любит, о том, что он жизнь свою отдал, желая хоть немного облегчить твою жизнь или просто от того, что ты вновь смогла увидеть его, услышать его голос. Вампиры, погруженные в размышления, начинают уходить, и ты тоже готовишься вернуться в ненавистную реальность, но этого не происходит. Ты смиренно ждешь, вслушиваясь в голос леса, наполненный пением редких птиц, стрекотом насекомых и шорохом листвы, но нет. Ты привыкла к тому, что возвращаешься в реальность, если услышишь или увидишь то, что должна была, так всегда происходило, всегда… но не сегодня. В груди зарождается страх, паника, ты чувствуешь себя диким зверем, пойманным в капкан и поднимаешься на ноги, начав беспомощно метаться из стороны в сторону. Вампиры не нуждаются в кислороде, их губы втягивают воздух, а грудь вздымается лишь по привычке, лишь потому что тело привыкло совершать эти движения, но сейчас тебе начинает казаться, что ты и в правду задыхаешься. Хватаясь за шею, ты наклоняешься, стараешься набрать в грудь воздуха, но ничего не выходит – тебя словно в солнечное сплетение ударило. Внезапно ты ощущаешь на плече чьи-то длинные пальцы, которые почти за ключицу тебя хватают и одергивают назад с такой силой, что у тебя ноги от земли отрываются. Зажмурившись в полете, ты открываешь глаза только когда уже кубарем катишься по земле. Ты не чувствуешь ночной прохлады, не слышишь шума леса. Теперь твою кожу обдает жаром, пальцы закапываются не в траву, не во влажную от росы землю и в теплый пепел, перемешанный с россыпью тлеющих углей, которые обжигают, но в то же время выглядят завораживающе, как россыпь драгоценного янтаря и рубинов. Ты оглядываешься, видишь бескрайний пожар, в эпицентре которого оказалась, видишь облака дыма и сизого пепла, вздымающиеся в небо, слышишь мирный, но траурный треск всего, что исчезает в огне. Тебе на удивление спокойно и этого ты никак не в силах понять. — Не волнуйся… — приятный женский голос кажется окружает тебя, проникает под кожу, впитывается в волосы. — Я не… — бормочешь ты в ответ, озираясь в поисках хозяйки слов, но не видишь ничего из-за стен огня и клубов дыма. — Где я? — Дома… — все так же мелодично и успокаивающе продолжает девушка, а затем на удивление нежно перекидывает руку тебе через плечо и опускает ее там, где у живого человека должно биться сердце. — Ты здесь… Медленно, даже боязно начав осознавать то, что сейчас ты находишься у себя же в душе ты оборачиваешься и встречаешься с парой рубиновых прекрасных глаз, которые словно в ловушку тебя захватывают. Вампирша опускает мягкую, прохладную ладонь тебе на щеку и только теперь ты можешь несколько раз моргнуть и рассмотреть ее лицо. Ты тут же отшатываешься, узнав в ужасающе красивой, спокойной и источающей силу вампирше саму себя. — Т-т-т… — заикаешься ты, не в силах произнести ни слова. — Я – это ты, — отвечает вампирша с легкой, благосклонной улыбкой на губах, — я – твоя сила, я – та кровь, что течет в тебе… Ты почему-то делаешь несколько шагов назад, ошарашенная увиденным, происходящим, но на очередном шаге тебя, приобняв за талию, останавливает тонкая рука. Боясь обернуться, ты бегло смотришь на руки вампирши, которая скрестила их на своей груди прямо напротив и прикрыв глаза теперь довольно улыбается. — Не беги от нас… — ласково просит девушка позади, и ты чувствуешь, как все твое тело сжимается в непонимании. Ее голос тот же, что у вампирши, но это совершенно точно другая девушка. В тебе, кажется, сейчас готов проснуться брошенный несчастный ребенок, который напуган и отчаян. Девушка мягко обводит рукой твою талию и, убедившись в том, что ты не собираешься бежать прочь, обходит тебя, встает рядом с вампиршей и аккуратно берет ее ладонь в свою, сплетая пальцы в замок. Ты рассматриваешь девушку и прикрываешь рот рукой, распахнутый от изумления, ведь эта девушка тоже ты, но другая. Ее щеки украшены легким румянцем, кожа светится, излучая жизнь, она дышит, не делает вид, а действительно дышит, изредка морща носик от едкого дыма. На твоих глазах выступают слезы, когда ты осознаешь, что перед тобой стоит твоя человечность, стоит та, кем ты была до наступления этого кромешного кошмара, та, кто оставила тебя в ту ночь в особняке Чимина, та, кто так не хотел умирать. Две части тебя: вампир и человек теперь стоит напротив и смотрят в саму твою суть. Ты видишь в их глаза любовь, видишь обеспокоенность и обещание покоя. — Я не знаю, что мне делать… — тихо, ломающимся голосом признаешься ты, надеясь на помощь девушек. Те молчат, но одновременно поднимают свободные руки, приглашая тебя к себе, и ты идешь к ним. Что-то внутри тебя подсказывает, что это единственно верное решение, что в них, в их руках скрыто твое спасение. Девушки обнимают тебя. Человек утыкается теплым носом в щеку, вампирша по-матерински заботливо гладит волосы. — Мы знаем, как тяжело тебе и как больно, — произносит человечность. — Посмотри вокруг, этот пожар — то, что происходит у тебя в сердце, мы знаем, какого тебе сейчас, правда… Ты не одна в своих чувствах… — Мы здесь, чтобы помочь тебе, — продолжает уже сила вампира. — Мы здесь, чтобы ты вспомнила, что ты намного сильнее, лучше, выносливее, чем тебе кажется. Ты никогда не будешь одна, слышишь? Ты слышишь, но ответить не можешь, только жмуришься, поджимаешь губы, чтобы не заплакать. — Мы будем твоими крыльями… — уже касаясь губами щеки, шепчет человечность. — И мы же станем небом, в котором ты будешь летать, — заканчивает вампирша. — Мы станем твоим щитом… — девушка оставляет в уголке твоих губ теплый поцелуй. — И мечом, — вновь заканчивает вампирша. — Только доверься нам, только помни о том, кто ты, и какой силой обладаешь… В объятиях девушек ты расслабляешься, обмякаешь. Нет, боль все еще в тебе, но теперь, кажется, вместо того, чтобы противиться ей, ты принимаешь всю ее почти с радостью. Треск огня теперь начинают заглушать раскаты почти божественного грома, за которым следует дождь, который тушит пламя вокруг, прибивает к земле хлопья пепла, смывает с тебя все сомнения, страхи, неуверенность. — Мы всегда рядом с тобой… — в унисон произносят девушке и оставив по любящему поцелую на твоих губах исчезают внутри тебя.