Медвежьи объятия

Сокджин смотрит на непоседливого ребёнка, периодически поглядывая на время и делая печальные вздохи. Хару, конечно, очаровательный ребёнок, но сидеть лишних полчаса Сокджину совсем не хотелось. Время неумолимо шло, а ребёнка никто так и не приходил забирать. Сокджин мысленно шлёт из-за этого проклятья Намджуну, при взгляде на которого он до сих пор густо краснеет, вспоминая злополучную ночь в походе. А физрук его не щадит, насмешливо смотря в сторону старшего при каждой встрече. На этих взглядах их общение и заканчивается, и Сокджин не знает, рад он этому или нет. Намджуна хочется вычеркнуть из своей жизни, но одновременно позволить ему стать кем-то близким. Хотя с гомофобами Сокджину дружбу водить не приходилось. Есть люди, которые не станут тебе друзьями, будь вы хоть последними разумными существами на планете. — Эй, Хару, — отвлекая мальчишку от усердного рисования в тетрадке, зовет Сокджин. Он думает, что ребёнок слишком взрослый для двадцать четырех летнего Намджуна. Это же во сколько он его заделал? В четырнадцать? Бред какой-то. Что-то тут явно не сходится. — Где же твой папа? — А что? Вы хотите стать моим папой? — неожиданно спрашивает ребёнок, во все глаза смотря на учителя. — Что? — не понимает вопроса Сокджин, изгибая недоуменно бровь. — Все хотят стать моим папой, - улыбается Хару. — Моя мама слишком красивая. Сокджин вспоминает мать ребёнка, подмечая её утонченную худобу и привлекательные черты лица. Действительно, красавица! Только вот Сокджина на женский пол никогда не тянуло... — А учитель физкультуры тебе не папа? — аккуратно спрашивает он ребёнка, следя за реакцией. — Дядя Джун братик моей мамы, — Хару поджимает губы, принимаясь опять чёркать карандашом в тетрадке. — Ааа, вот оно что..., — Сокджин мысленно бьет себя по голове, не понимая, как он сразу не догадался. Мама Хару и Намджун весьма похожи, а ребёнок копия своей матери. Да и возраст ведь не сходился. Конечно, в этом мире не стоит удивляться ничему, но всё же... — Так что если хотите стать моим папой, я могу Вам дать номер моей мамы, — ребёнок говорит это таким будничным тоном, словно для него это привычная тема. — Ты каждому предлагаешь своим папой стать? — Нет, только тем, кто мне нравится. Сокджин, услышав это, не сдерживает улыбки. Ведь почему-то именно получая такие слова от детей, взрослые искренне им верят. — А ещё, — ребёнок отбрасывает карандаш в сторону. — Моя мама может сделать вам такие же волосы, как у дяди Джуна. Сокджину очень нравятся пепельные волосы Намджуна, которые оттеняют красивую смуглую кожу, но ему самому такой цвет вряд ли пойдёт. Он предпочитает оставаться брюнетом, лишь иногда осветляя волосы на один-два оттенка. — Твоя мама парикмахер? — понимающе спрашивает учитель. — Твоему дяде повезло... — Нет, — категорично машет головой Хару. — Мама бегает по всему дому за дядей, чтобы его перекрасить. Она даже угрожает ему, чтобы ставить над ним эксперименты. — Вот оно что, — Сокджин не сдерживает зловещую улыбку, представляя в голове, как физрук носится по дому и просит его пощадить. Наверно, его гомофобное эго просто сходит с ума от этого. — Хару, сынок, прости, — в кабинет залетает мама ребёнка, запыхавшись и тяжело дыша. Сокджин только сейчас замечает, что на вид ей около тридцати. — Мама! — радостно подрывается с места Хару, тут же обнимая женщину. — Здравствуйте, — погладив сына по голове, женщина обращает своё внимание на учителя, слегка кланяясь. — Простите, что заставила Вас ждать. — Всё нормально, — добродушно отвечает Сокджин, радуясь тому, что наконец-то может пойти домой. — Вы новый учитель английского, да? Меня зовут Ким Бона. — Ким Сокджин, — отвечает учитель, вместе с матерью и ребёнком выходя из кабинета. — Если Вам нужно будет подстричься, - Бона кидает взгляд на отросшие пряди Сокджина. — То приходите ко мне. — Обязательно приду, — Сокджин как раз думал, что челка уже в глаза лезет, доставляя дискомфорт. Они выходят во двор, где вежливо прощаются и расходятся по разным сторонам. Удивительно, как Бона похожа на Намджуна, думает Сокджин. Только она не вызывает никакого раздражения, как это успешно делает её брат.

***

Самое «лучшее», что могло случиться с Ким Сокджином в понедельник, это встреча в туалете с физруком. Мужской туалет, где находилось всего два писсуара и одна кабинка с унитазом, был совсем тесным, да и запах оставлял желать лучшего. Но когда приспичит по нужде, выбирать особо не приходится. И вот, когда Сокджин только расстегнул ширинку, в туалет зашёл Намджун. — За ручку подержать? — сходу спросил тот, пристраиваясь рядом у второго писсуара. — Заткнись, — бурчит Сокджин, стараясь не опускать взгляд вниз, хотя любопытство хоть краешком глаза посмотреть на чужой причиндал его разрывает. — А как ты дома ночью справляешься? Горшок под кровать ставишь? — не унимается Намджун, скалясь в наглой улыбке. — Ага, иногда под себя хожу, что уж там, — Сокджин, закончив свои дела, натягивает штаны обратно и всё-таки невзначай кидает взгляд между ног физрука. Удивление проскакивает на его лице, потому что у Намджуна там слишком прилично с размерами, учитывая то, что сейчас он даже не возбуждён. — Я всё вижу, — хмыкает физрук, слегка оттягивая футболку вверх, чтобы открыть обзор получше. — Не переживай, твоей гомофобной душонке нечего бояться, — Сокджин краснеет до кончиков ушей, пойманный с поличным. — Такие неотёсанные мужланы не в моем вкусе. Сокджин подходит к раковине, чтобы вымыть руки, осознавая, что голод его окончательно добил. Обычно он редко западает на человека, который никак не разделяет его сексуальных взглядов. Но в этой деревне из-за неимения других объектов воздыхания Сокджин западает не просто на натуралов, а даже на гомофобов. — С чего ты взял, что я гомофоб? — задумавшись, Сокджин не замечает, как Намджун оказывается рядом. — Может потому что ты мне ясно дал это понять, когда рассказал о своём первом впечатлении о Пак Чимине? — Сокджин вытирает руки салфеткой и намеривается уходить. — Ох, да, наверно так это всё и прозвучало тогда, — растеряно говорит Намджун ему вслед. — Но я не гомофоб, если что... Сокджин ничего не отвечает, лишь хлопает дверью и переваривает то, что сейчас услышал. Как это он не гомофоб? Может Намджуну стоить загуглить это слово и осознать, что он им является? В любом случае это ничего не меняет. Намджун не женат, детей у него нет, но на счёт его не «гомофобности» всё-таки есть большие сомнения.

***

Когда Сокджин выходит из школы, то сразу замечает Хару с Намджуном и Боной. Они весело о чем-то общаются, до ушей Сокджина доносится лишь «идите домой, у меня ещё один урок», «как освобожусь, сразу приду». Сокджин хочет уже незаметно пройти мимо и отправиться домой, как его окликает Ким Бона: — Сокджин-щи, здравствуйте, как Ваши дела? — Здравствуйте, Бона, — Сокджину приходится обернуться и натянуть улыбку. — Спасибо, хорошо, как Ваши? — Отлично, — улыбается Бона, а Сокджин видит лишь Намджуна, который смотрит на него так, как будто готов убить. — Как успехи в английском у Хару? — Если будет всё во время делать, то быстро выучит, — уклончиво отвечает Сокджин, вспоминая, что у мальчика совсем мало таланта к иностранному языку. Физрук всё так же продолжает прожигать в нём дыру, и Сокджину совсем непонятно такое поведение. — Я, пожалуй, пойду, — спешит он сбежать от милой женской улыбки и поедающего его злым взглядом Намджуна. — До свидания! — До свиданья! — отвечает ему Бона, когда Намджун так и не произнёс ни слова. Сокджин не понимает, что он успел сделать Намджуну, что тот его чуть ли не четвертует своим взглядом. Но решив, что всё-таки это ему показалось, забивает на всё и идёт со спокойной душой домой.