Медвежьи объятия

С каждым днём становится всё холоднее, а солнце выглядывает совсем редко. Сокджин ощущает, что его накрывает осенняя хандра, и он не знает, как с этим справляться. Ему банально не хватает людей и развлечений вокруг. Сокджин всегда был человеком компании, а не тем, кто предпочитает проводить своё время наедине с самим собой. Разговоров с Чонгуком, который в последнее время слишком занят работой, для него слишком мало. А компания Пак Чимина доставляет лишь временное облегчение. Вообще, Чимин очень славный парень, который сам тянется к Сокджину, закрыв глаза на его ориентацию. Пак не мыслит стереотипно о том, что если парень гей, значит определено хочет затащить тебя в постель. Волосы Сокджина больше не терпят отлагательств, поэтому ему приходится идти в единственную на деревне парикмахерскую. К счастью, найти её не составляет особого труда, потому что она находится в центре, где также расположены школа, больница, почта и магазины. Здание совсем маленькое, но тщательно выкрашено и залатано, где надо. Сокджин стучится и, не дожидаясь ответа, толкает дверь. Бона, протирающая пыль с полок, застывает с тряпкой в руках, увидев нового посетителя. Но быстро берет себя в руки, ярко улыбнувшись: — Здравствуйте, учитель Ким! — Здравствуйте, — в ответ улыбается ей Сокджин, — а я вот к Вам, чтобы Вы спасли меня от моей челки, что вечно лезет в глаза. — Вы пришли по адресу, — женщина убирает тряпку, отодвигает кресло и приглашающим жестом зовёт учителя сесть. — Как будем стричься? — Я особо не экспериментирую, поэтому просто сохраните мою прежнюю прическу, лишь исправив длину, — Сокджин, сидя в кресле, ловит взгляд Боны, стоящей позади него. Мама Хару действительно очень красивая. Из всего женского пола, что он встречал в этой деревне, Сокджин бы присудил первое место ей. — Я Вас поняла, — Бона берет в руки ножницы, предварительно слегка смочив волосы клиента, и начинает ловко ими орудовать. О мытье головы, к сожалению, и речи не шло. Здесь не было нужного оборудования. Лишь пара кресел, зеркало в рост, полки с разноцветными заколками и небольшой стол, заваленный какими-то бумагами. — Хару мне сказал, что Вы учились в Англии, — не отрываясь от своего дела, произносит Бона. — Так и есть, — отвечает Сокджин. Для его мира учиться заграницей привычное дело. У его отца было достаточно денег, чтобы отправить сына получать образование почти в любую точку планеты. Сокджин редко задумывался над тем, что ему повезло в этой жизни. Он рос, ни в чем не зная нужды, и сейчас нахождение в этой деревне, где нет тех условий, к которым он привык, закаляет его, учит быть самостоятельным. Сокджин капризный и разбалованный, но при этом он всегда был хорошим человеком, не действующим другим во вред. — Должно быть у Вас ангельское сердце, раз Вы согласились учить деревенских детей с таким образованием, — улыбается Бона, продолжая орудовать ножницами. — Нет, что Вы, — смутившись, отмахивается учитель. — Меня сюда направили. — Наверняка, у Вас был шанс отказаться. Не было. Отец Сокджина всегда был добр к своему сыну. Но если дело касалось каких-то важных решений, то часто не давал своему ребёнку выбирать самостоятельно. Сокджин боялся своего отца... — Ну да, — уклончиво отвечает Сокджин, решая не выплескивать на Бону всю правду. — Как Вам здесь? Нравится? — Ну я привык, но скучновато... — Вы наверняка уже подружились с моим братом Джуном, — Бона ловит в зеркале растерянный вгляд Сокджина. Потому что Ким Намджун ни разу ему не друг, но и врагом его не назовёшь. Это тот случай, когда отношения между людьми тяготят обе стороны, но им приходится терпеть друг друга из-за сложившихся обстоятельств. — Ну мы... общаемся по работе, — Сокджин думает, что ответил честно. Ходили ведь же в поход даже. — Странно, что Намджун ещё Вас полностью не оккупировал, — смеётся Бона. — Он вообще жадный до общения человек, ему тут в деревне тоже скучно, молодежи нет совсем. Намджун общительный? Хотя если вспомнить, он был весьма дружелюбен с Сокджином, когда ещё не знал, что тот является геем. А теперь ещё неплохо общается с Пак Чимином, осознав, что от него никакой «голубой» угрозы не исходит. — Да, в деревне мало развлечений, — учитель решает акцентировать внимание на другом. — Ребята любят ходить в баню. Это весело, своего рода целая традиция у нас. Сокджин ни разу не был в бане, и одна мысль о ней приводит его в ужас. Куча голых людей в одном месте... брр... его передергивает. Он привык ходить лишь в дорогостоящие сауны, где ему ещё сделают массаж и различные процедуры по уходу за собой. — Как то не доводилось бывать, — без задней мыслей отвечает Сокджин. — Тогда Вы просто обязаны придти сегодня к нам. Джун сегодня баню затопил, — Бона даже замирает на месте в ожидании ответа. — Нет, что Вы, спасибо, — Сокджину совсем не по душе мысль о том, что ему придётся мыться в бане у физрука. — Я настаиваю, — Бона видимо настроена серьёзно. — Вы не поймёте прелесть бань, пока не попробуйте. — Не... — Вы уже столько времени здесь, знаете, что мытьё в душе ни разу не заменяет настоящую баню, — одной рукой Бона внезапно обхватывает лицо Сокджина, наклоняясь слишком близко. — Вот, даже Ваши поры совсем не дышат. — Что с моими порами? — Сокджин, убрав чужую руку с лица, подвигается ближе к зеркалу, начиная рассматривать своё лицо. Сокджин знает, что он очень красивый, и делает всё, чтобы эту красоту ещё приумножить. Да, цвет его лица не совсем здоровый сейчас, но это вряд ли из-за отсутствия бани в его жизни. Сокджин чистюля, и соблюдать гигиену его главное правило. — Сходите в баню, Ваша кожа скажет Вам спасибо и задышит, — улыбается Бона, опять принимаясь за работу. — Думаете? — Сокджину мысль о бане уже не кажется такой ужасной. — Уверена. — Ладно, — пожимает он плечами, — когда? — Сразу, как закончим.

***

Дом, где живут Намджун и Бона, весьма неплохой. Он довольно таки большой, а так же на его территории есть несколько дополнительных построек и одно из них — это баня. Сам дом и двор очень ухоженные. Видно, что хозяева об этом хорошо заботятся. Когда Сокджин приходит, баня уже затоплена и, к счастью, Намджун куда-то отошёл. Бона даёт Сокджину чистое полотенце, заверяя, что никто его не побеспокоит. — Можете пользоваться там всем, что увидите, — она подмигивает и закрывает за собой дверь. В бане очень приятно пахнет деревом, поэтому Сокджин вдыхает полной грудью, постепенно расслабляясь. Он раздевается догола и набирает таз с водой. — Что ж, весьма неплохо, — говорит Сокджин сам себе, начиная намываться. Проходит где-то минут двадцать, когда Сокджина оглушает слишком громкий хлопок двери. Кажется та готова слететь с петель от такого удара. Сокджин весь съёживается от страха, предчувствуя, что-то нехорошее. И когда вторую дверь, которая разделяет помещение на две зоны, тоже бесцеремонно толкают, он, будучи весь в мыле, пискнув, прикрывает свой пах мочалкой. — Какого хрена? — недоуменно спрашивает Сокджин, уставившись на разъярённого Намджуна. Физрук тяжело дышит, играет желваками и не отрывает грозный взгляд от абсолютно голого Сокджина. Тот чувствует себя слишком маленьким под этим взглядом. — Это ты мне скажи, какого хрена?! — Намджун толкает Сокджина, от чего тот больно ударяется лопатками об стену. — Какого хрена ты здесь делаешь?! — Твоя сестра пригласила меня к вам... — Кто тебе вообще разрешал общаться с моей сестрой? — Намджун хватает Сокджина за скользкие от мыла плечи и ещё раз припечатывает его об стену. — Я думаю, что она взрослый человек, чтобы самой решать с кем ей общаться, — Сокджину не по себе. Он не понимает, что он сделал не так и чем заслужил такое к себе отношение. Но таким злым Намджуна он ещё не видел. — Держи свои грязные пидорские руки при себе! — физрук резко хватает Сокджина за запястье и, не обращая внимания на то, что тот голый и весь в мыле, тянет за собой из бани. — Чтобы и близко тебя больше не видел возле моей сестры! Сокджин падает на ледяную землю, больно ударяясь бедром и коленом. Он весь дрожит от холода, унижения и злости. Что он сделал плохого этому человеку? Он чувствует, как его накрывает жгучая обида, от которой начинают слезиться глаза. Хочется покрыть Намджуна отборным матом, а лучше встать и ударить по лицу, но мерзкий ком застревает в горле. И он чувствует себя ещё больше униженным, когда на улицу выбегает взволнованная Бона. — Что здесь происходит? — Бона подбегает к Сокджину, стараясь не смотреть на него, потому что он голый, и помогает подняться с земли. — Намджун, немедленно объясни! — Зайди в дом, — кидает ей равнодушно физрук. — Не вмешивайся в мужские разговоры, хотя этого... — Намджун брезгливо осматривает Сокджина. — Мужиком то назвать тяжело. — Успокойся! — кричит брату Бона, забегая в баню. Оттуда она выносит полотенце и вещи Сокджина и даёт в руки всё ещё потерянного парня. — Мне так жаль, Сокджин-щи, мне так стыдно за своего брата. Сокджин лишь кивает головой на её извинения, укрываясь полотенцем. Он смотрит в чёрные глаза Намджуна, которые смотрят на него с такой ненавистью, что хочется кричать «за что?». — Вали отсюда, пока живой, — выплёвывает Намджун, а Сокджин так и не находит в себе силы что-либо ответить. Вообще он всегда мог за себя постоять, но такая неприкрытая ненависть и грубость выбили почву у него из под ног. Он боится, что если сейчас что-то скажет, то позорно разревётся у всех на глазах. Сокджин не помнит, как он натягивает вещи, не помнит, что говорит ему Бона, не помнит, как покидает двор ставшего слишком ненавистным ему дома. Намджун его унизил, буквально толкнул его в грязь в лицом, и Сокджину от этого слишком больно. Он оглядывается по сторонам, когда слезы предательски начинают катиться по щекам. Ему сейчас так хочется домой в Сеул, а лучше к Чонгуку, который всегда может его успокоить и подобрать правильные слова. Сокджин чувствует себя на редкость паршиво, не понимая, что вообще он такого сделал этому Ким Намджуну. Когда Сокджин доходит до своего дома, слезы успевают высохнуть на его щеках. Вымотанный и продрогший, он снимает с себя влажную одежду и забирается под одеяло. Он ненавидит Ким Намджуна всем своим сердцем. Радует, что завтра выходной, и не придётся видеть наглую физиономию физрука в коридорах школы.

***

Воскресный вечер Сокджин проводит за просмотром фильмов на ноутбуке, укрывшись одеялом. Он ничего не готовит, не чувствуя аппетита. Лишь переодически перекусывает чем-то легким, чтобы забить желудок. Сокджина раздражает то, что он никак не может придти в себя, его ничего не может отвлечь от съедающих мыслей о Ким Намджуне. Почему тот позволил себе так вести себя с ним? Почему его взгляд был пропитан такой ненавистью, будто Сокджин испортил ему всю жизнь? Сокджин тяжело вздыхает, опять перематывая фрагмент фильма, потому что потерял суть. Дома слегка прохладно, но под толстым одеялом очень даже тепло. Поэтому на нем лишь белая свободная футболка и пижамные штаны в серо-белую клетку. Внезапно он слышит стук в дверь и вздрагивает от неожиданности. Сокджин не ждет гостей и не имеет понятия, кто мог бы это быть. Он не встаёт с постели, наивно надеясь, как ребёнок, что незваный гость решит, что никого нет дома и уйдёт. Но стук повторяется, а затем стучат ещё более настойчиво. Сокджин, про себя ругаясь, всё-таки встаёт с кровати и идёт к двери. И его сердце начинает бешено биться то ли в испуге, то ли от какого-то более глубокого чувства, когда на пороге своего дома он видит Ким Намджуна. Тот хмурит брови, тупит взгляд, а руки не достаёт с карманов потёртых джинс. — Сокджин, прости, я полный мудак, — на одном дыхании выпаливает Намджун, на мгновенье поднимая глаза, чтобы встретиться с потерянным взглядом старшего.