Грёзы

      Вэй Ин не ожидал, что так быстро попадётся. Это надо же было за столь короткий срок повстречать почти все Великие кланы! А теперь ещё и Лань Сичэнь, один из тех, кто возглавлял штурм горы Луаньцзан, везёт его в Гусу из-за его длинного языка. Вэй Ин понимал что нужно как можно скорее сваливать, но боялся принимать радикальные меры. Пока что глава ордена Лань, похоже, считал его безобидным дурачком Мо, и это было безопаснее. Стоило сбежать, явно применив тёмное искусство, и за ним опять будут гоняться все Великие кланы.       – Первый молодой господин Лань, куда же вы меня тащите? – захныкал он так противно, как только мог. – Я не люблю такие виды развлечений, я за обоюдное согласие!       – Но вы же сами сказали, что такая внешность, как у меня, вам весьма симпатична? Правда, мне кажется, вы имели в виду другого человека, весьма похожего на меня, – Лань Сичэнь хоть и говорил безмятежным тоном, но при этом взгляд его был весьма пристальным.       – Что? – Вэй Ин резко оглянулся на молодых учеников Лань, чтобы оценить, есть ли у него свобода манёвра. Оказалось, они приотстали и не могли слышать, о чём говорят старшие. Дальше взгляд его метнулся по краю дороги, выискивая возможность побега.       – Молодой господин Вэй, прошу, не совершайте необдуманных поступков. Уверяю, вам ничего не угрожает.       – Цзэу-цзюнь, – с лёгким истеричным смешком спросил Вэй Ин, – как вы узнали, что это я?       – Вы играли мелодию, которую я раньше часто слышал от Ванцзи. Прошу вас, выслушайте меня, мне очень нужна ваша помощь.       – Помощь? Да с чем я могу вам помочь? У вас что, завелась какая-то особо вредная нечисть, что вы готовы даже меня просить о помощи?       – Я вам всё расскажу в Облачных Глубинах. Я обещаю, никто не узнает, что вы вернулись, и если вы согласитесь помочь мне, то независимо от итога я выполню любую вашу просьбу. Ну, если, конечно, её исполнение не будет угрожать чужим жизням, – он слегка кривовато улыбнулся и с ожиданием посмотрел на Вэй Ина.       Вэй Ин же ехал на своём ослике, смотрел на дорогу и не мог понять, чего от него хотят. С одной стороны, если бы Лань Сичэнь хотел судить его, то он бы ещё там, в лесу, рассказал о своих подозрениях Цзян Чэну; с другой стороны, он не мог представить, для чего ещё его могут везти в Гусу.       Видя, что Вэй Ин колеблется, Лань Сичэнь решил рассказать чуть больше. Это безопаснее, чем потом ловить Старейшину Илина по всем окрестностям.       – Ваша помощь нужна Ванцзи. Я надеюсь, в память о вашей дружбе вы не откажете в ней.       – Лань Чжаню? – удивился Вэй Ин. – А он вообще примет её от меня? Он же меня терпеть не мог и тоже всё норовил утащить в Гусу, видимо, надеясь, что стена с тремя тысячами правил наставит меня на путь истинный.       – Вы ошибаетесь. Он всегда хотел только помочь вам и был готов очень на многое ради вас.       В словах Лань Сичэня слышалось столько горечи. Неужели братья поссорились из-за него? Возможно, Лань Чжань тогда пытался отговорить главу ордена от участия в осаде? Это было похоже на него. Так же и тёмного магистра он до последнего пытался уговорить отступиться, но на тот момент уже ничего не могло изменить исход.       – Хорошо, если вы так уверены, что никто, кроме меня, не поможет, то я попробую. Я полагаюсь на ваше слово, Цзэу-цзюнь, и надеюсь, что вы не будете пытаться удерживать меня силой.       – Я очень признателен вам, молодой господин Вэй, – Лань Сичэнь склонил голову в поклоне и дальше они поехали в молчании, каждый думая о своём.        ***              В Облачных глубинах Лань Сичэнь велел разместить «господина Мо» в гостевых покоях и накормить ужином. Сам же обещал прийти утром и всё объяснить.       Вэй Ин не мог уснуть, всё тут возрождало воспоминания, казалось знакомым и незнакомым одновременно. Он вышел на крыльцо и с трудом удержался от того, чтобы подняться на стену. Не хотелось встречать патрульных. Он долго смотрел в ночное небо и ушёл спать, когда то начало светлеть.       Утром пришли уже знакомые ученики, принесли завтрак и удивились что «господин Мо» ещё не встал. Пришлось разлеплять глаза и есть эту мерзкую безвкусную еду.       Позже зашёл Лань Сичэнь и пригласил следовать за ним. Они прошли совсем немного и зашли в отдельно стоящий дом.       Вэй Ин не смог удержать улыбку, когда заметил Лань Чжаня. Цзэу-цзюнь наверняка уже рассказал брату, кого он привел, и скрываться не было смысла       – Лань Чжань! – с радостным криком подлетел к нему Вэй Ин. – Давно не виделись!       Но что-то было не так. Конечно, Лань Чжань всегда был сдержан, и не особо жаловал Вэй Ина, но хоть посмотреть-то на него спустя столько лет он мог?       – Лань Чжань? – нахмурился Вэй Ин и помахал у него перед глазами рукой. Никакой реакции не последовало. – Лань Чжань!       – Это и есть та проблема, с которой я просил вас помочь, молодой господин Вэй, – Лань Сичэнь аккуратно сел рядом с братом, взял со стола заранее приготовленную миску с рисом и стал по ложечке скармливать Ванцзи.       Тот ел, но смотрел в пустоту перед собой, никак не реагировал на присутствие людей, и, казалось, совсем ничего не замечал.       – Что с ним? Это болезнь? Нет, тогда бы вы не звали меня. Последствия нападения какой-то тёмной твари?       – Нет, это он сделал с собой сам. И частично – вы.       – Я? Да я даже не ранил его ни разу! Хотя… – Вэй Ин замялся. – Я не очень хорошо помню последние дни, мой разум был замутнён… Неужели я действительно ранил его?       – Вы многих ранили при жизни, – довольно холодным тоном ответил Лань Сичэнь, – но на Ванцзи так повлияла ваша смерть. Он был просто раздавлен, когда узнал о ней. Первые годы он ещё хоть немного реагировал на внешний мир: интересовался судьбой воспитанника, играл «Расспрос», пытаясь призвать вашу душу, часто играл ту мелодию, по которой я узнал вас, но с каждым годом он уходил всё дальше, реагировал всё меньше, и вот уже десять лет он как живая кукла. Он не говорит, ничего не делает, не слышит и не отвечает. Он идет, когда его ведут, ест, когда кормят, а в остальное время находится в состоянии полусна-полумедитации. Если бы не его высочайший уровень самосовершенствования, его тело давно бы уже отказалось так жить.       Вэй Ин слушал и всё больше и больше изумлялся. Почему после его смерти Лань Чжань не захотел жить, почему она на него так повлияла?!       – И вы думаете что я могу вернуть его? Раз я снова жив, то и ему стоит вернуться? Вы вообще уверены, что это из-за меня?       – Абсолютно. Не сомневайтесь, молодой господин Вэй, если вы пришли, то ему теперь есть ради чего вернуться в мир. Я прошу вас, попытайтесь достучаться до него. Если он поймёт, что вы тут, то сам вернётся.       – Эм… Хорошо, Цзэу-цзюнь, я попытаюсь. Если вы правы, то я сделаю всё возможное чтобы привлечь его внимание. В конце концов, разве не этим я занимался всё то время, что был в Облачных Глубинах? – Вэй Ин задорно улыбнулся, внутри совершенно не чувствуя радости.              ***       Вэй Ин, сначала осторожно и нерешительно, затем всё смелее, пытался растормошить Лань Чжаня. Он говорил ему всякие глупости, рассказывал, как его привёл Лань Сичэнь, как он познакомился с учениками Гусу, болтал о погоде, природе, дурацких правилах ордена, и обо всем, что только мог придумать, но ничего не менялось. Лань Чжань сидел, всё так же отстранённо глядя в пустоту.       – Лань Чжань, ну посмотри же на меня! – Вэй Ин осторожно обхватил его лицо ладонями и повернул к себе. – Сколько можно меня игнорировать? Может, конечно, моё присутствие и не повод вернуться из тех дивных грёз, где ты пребываешь, но меня всегда уязвляло твоё безразличие!       Вечером он попробовал вывести Лань Чжаня в сад. Тот послушно шёл за ведущей рукой и так же ни на что не обращал внимания.       – Хватит сидеть, Лань Чжань! Так и ноги отсохнуть могут. Надеюсь, с тобой достаточно гуляли, а то никакой уровень самосовершенствования не поможет. Смотри, какие звёзды! А мы, между прочим, нарушаем правила, уже давно прошло время отбоя, – Вэй Ин говорил, не переставая, но его уже начинало тошнить от собственного голоса. Не то что Лань Чжань намного чаще отвечал ему когда был в сознании, но тогда он слушал, а сейчас – нет.       Вернувшись с прогулки, Вэй Ин окончательно устал говорить только для себя. Он тяжело вздохнул, сел около Лань Чжаня, и решил, что тишину может заполнить не только его бесполезная болтовня, но и музыка. Вэй Ин достал флейту и заиграл на ней ту печальную мелодию, что когда-то напел ему Лань Чжань. Флейта была вырезана на скорую руку, в ней не хватало отверстий, и звук получался довольно мерзкий, но даже так он нёс успокоение и позволял немного отдохнуть. Вэй Ин погрузился в мелодию, в воспоминания, и не сразу заметил, что Лань Чжань смотрит прямо на него. Сердце пропустило удар, мелодия сбилась, но он всё-таки закончил её, внимательно наблюдая за Лань Чжанем. Как только звуки стихли, тот опять опустил взгляд и ни на что не реагировал. Можно было подумать, что Вэй Ину просто показалось.       Но Вэй Ин не хотел так думать. Он быстро прошёл к столу, нашёл там перочинный нож и начал чинить флейту. Вэй Ин был полон решимости попробовать ещё раз, но сначала стоило заставить музыку звучать без фальши.       – Ничего-ничего, сейчас я тебе ещё раз сыграю, и ты обязательно услышишь! Как я раньше не догадался. Но вообще, не стоит быть таким самолюбивым, Лань Чжань! – с притворной обидой болтал Вэй Ин. – Меня, значит, он не слушает, брата не замечает, а свою любимую песню так сразу узнал! Вот как это называется, второй молодой господин Лань? Вам будет стыдно, когда вы очнётесь!       Наконец, флейта была готова, и Вэй Ин снова заиграл ту же мелодию. И опять поймал взгляд Лань Чжаня. Тот смотрел не совсем на него, а на флейту. Во взгляде не было осознания и, как только мелодия стихла, он снова опустился.       – Ну как же так, Лань Чжань?! Неужели только музыка тебя привлекает, а исполнитель– совсем нет?! А если так? – и он заиграл совсем другую мелодию. Ту, которой он вёл войска мертвецов в атаку, которая пробуждала в них жажду крови, резкие, пронзительные, злые звуки. Вэй Ин внимательно следил, чтобы ни крупица силы не проникла в мелодию, ни светлой, ни тёмной. Чтобы музыка оставалась только музыкой.       На эти звуки Лань Чжань тоже отреагировал. Он напрягся, немного нахмурился, но взгляд не поднял. Однако отреагировал не только Лань Чжань. В цзинши со скоростью, неподобающей адепту ордена Лань, и уж тем более его главе, вбежал Лань Сичэнь. Его глаза были расширены, дыхание тяжёлым       – Что проис…? – он не успел продолжить, так как Вэй Ин тут же перестал играть и поднял руки в успокаивающем жесте:       – Спокойно! Всё хорошо. Это просто музыка, в ней нет силы. Я просто хотел проверить, возможно, Лань Чжань не удержится и тоже решит остановить меня.       Лань Сичэнь выдохнул, успокоил сердцебиение, поправил одежды, и снова начал выглядеть как невозмутимый глава ордена:       – Прошу вас, не проводите больше таких экспериментов. Старшее поколение может услышать вашу игру.       – Конечно, Цзэу-цзюнь, – немного смутился Вэй Ин, но тут же поднял горящие глаза, – но они действуют! Когда я играю мелодию, по которой вы меня узнали, он поднимает взгляд, от этой же мелодии он нахмурился!       – Он пришёл в себя?! – Лань Сичэнь метнулся к брату и позвал его, заглядывая в глаза, но реакции не последовало.       – Увы, нет. Но, надеюсь, это всё-таки прогресс. Я постараюсь ещё.       Лань Сичэнь со вздохом поднялся и поклонился Вэй Ину.       – Спасибо, молодой господин Вэй, за вашу помощь.       – Я пока ничем особым не помог, но я постараюсь.