«Пи...» - а дальше просто неприлично.

      По прилёте они сразу заселились в шикарную гостиницу и, почти без отдыха, поперлись на жуть какое важное Собрание с большой буквы. Эннио шастал между гостями, подслушивая все разговоры и единственным счастьем для организма было доесться до отвала и пойти в номер спать.       Пока не случилось это.       Желудок запротестовал, намекая, что он не резиновый и оповещая о естественных потребностях. Туалет быстро нашелся по указательным табличками.       Рядом с одним из толчков стоял Занзас и с самой зверской рожей собирался высыпать туда что-то из целлофанового пакетика. Рядом валялись штук десять пустых банок из-под колы, фанты, пепси и прочей гадости, из-за которой истерят мамаши, что их чадо пьет эту отраву. Выглядел он несколько моложе, чем в его прошлой жизни, но мировоззрение от этого, видимо, не поменялось – все то же желание нагадить ближнему своему.       Хроническое любопытство пересилило голос разума и Эннио подошёл ближе.       - Если добавить дрожжи, то рванёт ещё громче.       Занзас только сейчас заметил его, переведя довольный взгляд на невольного сообщника.       - Тащи.       Бахнуло знатно.

***

      После той демонстрации их навыков юных пиротехников, Тсунаеши стала ещё более невыносимо наседать на уши, ездея своим чистосердечным признанием, что это детские розыгрыши.       Эннио терпел, Эннио ждал, а потом ему надоело и он послал Тсунаеши нахуй.       Занзас ржал, пока эта бестия не переключилась на него.       Смотреть, как она пытается уверовать Занзаса, что он плохой и лучше с ним ни то что не разговаривать, а даже не приближаться на расстояние танкового выстрела, было смешно. Та ещё пыталась проворачивать какие-то непонятные махинации с огнём, но Эннио бил по небесным нитям огня пламенем, пресекая все поползновения в сторону варийца.       Скайрини закипал, все больше, казалось, ещё минута и горничные будут отскребать останки сестры от дорогого пола, заляпанного кровью. А Тсунаеши бесилась, не понимая, почему не работает ее извечный приём. Неужели у нее недостаточно много огня для этого человека? Какой же у него тогда резерв, что он может сопротивляться?       Реборн за последнюю неделю пропал в невиданные дали, но если был нужен, всегда выходил на связь, забирая их угашенные тушки из бара, при этом ругаясь только так и ещё сверху, кроя самыми навороченными эпитетами.       Эннио даже пробовал позвать того на их очередную сходку, но тот лишь давал ему подзатыльник.       К несчастью, их общение заключалось не только в проспиртовывании своих тушек, но и переговорах. Чтобы набраться опыта, Емицу временно определил его в Варию – внутреннее подразделение Вонголы, работающее на ту самую «темную сторону», раз уж с главой этого подразделения они так хорошо сдружились (спились).       Работа даже более понятная – переговоры вполне могли закончиться как привычной перестрелкой с огнём (пламенем), так и честно подписанным контрактом о взаимовыгодном сотрудничестве.       Реборн тоже, как оказалось, подрабатывал наемным «охранником» в Варии, сопровождая их на более неблагонадежные встречи. Эннио все чаще замечал его непонятные взгляды, хотя примерно такие были и от Занзаса со Скуало, которые просто фигели от его дипломатических способностей провернуть все в свою пользу, даже возмущаясь, где он раньше был и какого черта сидел в аналитическом отделе.       Эннио пожимал плечами. Откуда ему знать какие способности были у него здешнего?       Но главным было все же то, что Тсунаеши постоянно мелькала на периферии сознания. Не заподозрить ее было сложно. Постоянно крутится в центре событий, потом куда-то неожиданно пропадает и является донельзя довольная, бросая на него уничтожающие взгляды.       Подвох?       Конечно он был.       Порасспрашивав по телефону Ка-сан, он понял, что их отношения не задались с того момента, как в детстве Емицу забрал его с собой в Италию, несмотря на то, что Тсуна была старше и, как считала, больше подходила на роль уготованную ему. Зависть. Она видит, что ему достанется такая компания как Вонгола и почему-то думает, что Эннио ни в коем случае нельзя ее доверять. С чего такое самомнение? Да фиг его знает. Может, с Бьякураном переобщалась, у того всегда была завышенная самооценка. Вспомнить хотя бы то попадание в будущее, где этот зефироман хотел уничтожить мир.       Хм, не смешная шутка.       Но с этим надо что-то делать.

***

      - Нелегальное оружие, нападение на человека, попытка убийства! Вот я три секунды, блять, не был рядом с вами, какого хуя? - отчитывал их Реборн.       - Жизнь не шахматы, одного мата не хватит, - философски выдал Эннио.       - Савада!       А что поделать?       Он мафиози, он так видит.