Эпоха Ненависти

Эдвин Сноу 287 год, Север, Винтерфелл Утро выдалось чистым и ясным, свежесть напоминала о близящемся конце зимы. Но в воздухе витала тревога, словно предвестие чего-то ужасного. И снова новый день, новая жизнь — прошло четыре года с тех пор, как я реинкарнировался в этом мире. Мир, похожий на феодальное средневековье, населённый лордами, рыцарями и королями. В одной книжке я даже прочитал, что когда-то здесь была магия. Но она исчезла вместе с драконами. Как же жаль, что последний дракон умер! Задолго до моего рождения в книгах было написано, что он родился и умер в 153 году при царствовании Эйгона III Таргариена. Это было маленькое, чахлое существо, непригодное для войны. Мои мысли прервал глухой стук в дверь. — Эдвин, вставай! Время не ждёт, ты же обещал поиграть со мной! — прокричал мой младший брат. — Подожди немного, дай мне встать с кровати, — ответил я, пытаясь отогнать ощущение надвигающейся беды. Но не судьба мне поваляться на кровати. Я оделся и, взяв ключ, открыл дверь. В дверной проём тут же влетел брат, чуть не сбив меня с ног. — Доброе утро, брат Эдвин! — выкрикнул он, словно не замечая, что мир вокруг нас полон мрака. Я посмотрел на это чудо. Он размахивал руками и, поднявшись с пола, принял статную позу, которую я называл «скромный лорд». В ответ я поклонился и выразительно сказал: — И вам доброго утра, Лорд Сноу. Он насупился и с грустью произнёс: — Я не лорд. — Прости, я просто пошутил. Пошли играть, — быстро ответил я, пытаясь развеять нарастающее напряжение. Он внимательно посмотрел на меня и изобразил высокомерие. — Так бы и сразу сказал, вассал. Джон вышел из комнаты, и я последовал за ним. Вместе мы направились в Богорощу. Там было много свободного места, чтобы играть. Когда мы пришли, я осмотрелся и закричал: — Робб, ты здесь? Ответом мне был лишь порыв ветра и гнетущая тишина. Я посмотрел на Джона и спросил: — Где Робб? Он должен был прийти! — Леди Старк запретила ему прогуливать уроки с мейстером, — с печалью сказал Джон. Он странно посмотрел на меня и добавил: — Нам следует идти, мы тоже должны присутствовать. Я скривил лицо и ответил: — Нет, ты не прав. Я ведь обещал показать тебе новую игру. Не забывай, что ты сам пришёл будить меня! Я улыбнулся ему, но он покраснел и быстро перевёл тему разговора. — Во что будем играть? — спросил он, и я хитро улыбнулся в ответ. — Тест на храбрость. Я начал рассказывать ему о входе в крипту, расположенном в самой старой части Винтерфелла, рядом с Первой Твердыней. Холодная и темная крипта содержала несколько уровней, соединённых спиральной лестницей с узкими и извилистыми ступенями. На одном этаже стояли длинные ряды гранитных столбов, между которыми покоились мертвецы Старков. Тут всегда было зябко. Звук шагов по камню отдавался над головой; казалось, что мы проходим мимо строя мертвецов, которые следили за нами своими слепыми глазами, разглядывающими вечную тьму. Огромные каменные лютоволки, свернувшиеся у ног своих хозяев, придавали этому месту ещё более зловещий вид. По древнему обычаю, на колени каждому, кто был лордом Винтерфелла, клали длинный железный меч, чтобы дух доблести оставался в своей гробнице. Меч родоначальника давно рассыпался в прах, оставив лишь несколько красных пятен там, где металл соприкасался с камнем. Я подумал, что теперь самые древние призраки могут бродить по замку. Оставалось надеяться, что это не так. Первые лорды Винтерфелла были людьми жесткими, как и та земля, которой они правили. В те столетия, что предшествовали появлению повелителей драконов из-за моря, Старки никому не приносили присяги, именуя себя Королями Севера. Гробницы тянулись и дальше, зияющие черные дыры ожидали новых постояльцев. Чем дальше мы шли, тем холоднее становилось в глубине души, и страх начинал зарождаться, как зловещая тень, ползущая по стенам.