Эпоха Ненависти

Джон Сноу 299 год Ветер завывал, пронизывая Джона Сноу до костей. Он стоял на краю утеса, глядя на бескрайние белые просторы, где снег перекрывал все следы. Зима была в полном разгаре, и холод пронизывал его душу, как никогда прежде. Он только что одержал победу над Иными, убив троих из них, но радость от триумфа быстро утихла, уступив место гнетущему чувству утраты. Воспоминания о Игритт, его любви, терзали его сердце. Он помнил, как она смеялась, как их руки переплетались в морозном воздухе, как она смотрела на него с надеждой и доверием. Теперь же её следы исчезли под пухлым слоем снега, и Джон чувствовал, как его сердце сжимается от боли. — Игритт! — крикнул он в пустоту, его голос эхом разнесся по заснеженным скалам. Но ответом ему был лишь холодный ветер, который уносил его слова в бескрайние просторы. Он спустился с утеса, шаг за шагом пробираясь через белое безмолвие, его сердце било тревогу. Каждый шаг давался ему с трудом, и он понимал, что, возможно, никогда не найдет её. Он искал следы, но снег скрывал все, что могло бы указать ему путь. — Где ты, Игритт? — шептал он, с надеждой и отчаянием в голосе. Он обошел место их последней встречи, где она, казалось, была так близка, но теперь всё это было лишь призраком. Снег хрустел под его ногами, и каждый шаг напоминал ему о том, что он потерял. Он вспомнил тот момент, когда столкнул её с утеса, когда её жизнь зависела от его решения. Он сделал это ради её спасения, но теперь, когда он остался один, это решение казалось ему лишь очередной ошибкой. Джон остановился, глядя на бескрайние просторы, и его сердце наполнилось горечью. Он понимал, что его предназначение, как Азора Ахая, было связано с великими битвами и жертвами. Но в этот момент он лишь хотел вернуть Игритт, вернуть ту любовь, которая давала ему силы продолжать. — Я найду тебя, — произнес он, хотя его голос звучал тихо и неуверенно. — Я не оставлю тебя. Джон спустился с утеса, оставив за собой холодный ветер и бескрайние просторы, которые теперь казались ему пустыми и безжизненными. Он начал поиски, обыскивая каждый уголок, каждую тропинку, где они могли быть вместе. Снег продолжал падать, накрывая всё новым слоем, и с каждым днем его надежда убывала, как день, уходящий в ночь. Прошло несколько дней, и каждый из них был похож на предыдущий: он просыпался под сводами серого неба, его тело было измотано, а душа — опустошена. Джон искал Игритт среди деревьев, в низинах и на скалах, но следов не было. Он знал, что она могла бы выжить, но каждый раз, когда он находил лишь замерзшие кусты или обломки льда, сердце его сжималось от отчаяния. В одну из ночей, когда он разбил лагерь у небольшого ручья, Джон сидел у огня, глядя на пламя. В его сознании всплывали воспоминания о Игритт: её смех, её яркие глаза, полные жизни. Он вспомнил, как они вместе бродили по снегу, как она делилась с ним своими мечтами о свободе и жизни за пределами стен. Теперь же эти мечты казались ему лишь призраками. — Я не могу тебя потерять, — прошептал он, глядя на огонь. — Я должен найти тебя. На следующее утро Джон снова отправился в путь, его решимость была сильнее, чем когда-либо. Он изучал каждую тропинку, каждую щель в снегу, надеясь найти хоть какие-то следы. Но снег продолжал падать, скрывая все, что могло бы указать ему на её местонахождение. Прошло еще несколько дней, и его поиски стали безрезультатными. Джон чувствовал, как его силы покидают его, как холод проникает в самую душу. Он стал замечать, что ночи стали длиннее, а дни — темнее. Он не мог позволить себе сдаться, но отчаяние всё глубже прорастало в его сердце. Однажды, когда он снова остановился, чтобы отдохнуть, он услышал звук — тихий, почти неуловимый. Это был звук, который он знал слишком хорошо: треск веток. Его сердце забилось быстрее, и он вскочил на ноги, прислушиваясь. Может быть, это она? Может быть, это был её голос, зовущий его? Джон бросился в сторону звука, его надежда вспыхнула, как огонь в сердце. Он пробирался через лес, его мысли были только о ней. Но, когда он добрался до места, его надежды рухнули. Это была лишь группа оленей, мирно пасущихся на снегу. Они подняли головы и уставились на него, но вскоре снова вернулись к своему занятию. С разочарованием Джон опустился на колени, глядя на землю, покрытую снегом. глядя на белую землю, и слезы, как холодные капли дождя, скатились по его щекам. Он не мог сдержать свою боль, и, когда он вспомнил Игритт, его сердце сжалось от утраты. — Прости меня, Игритт, — прошептал он, его голос дрожал от горечи. — Я не могу позволить себе сдаться. Я должен выполнить свою миссию, даже если ты больше не рядом. Он встал, смахнув слезы с лица, и посмотрел на заснеженные просторы. Внутри него разгорелась новая решимость. Он знал, что его долг — это не только поиски любви, но и защита того, что осталось. Он вспомнил о Ночном Дозоре, о своих братьях, о том, что они должны знать о надвигающейся угрозе. — Манс — Король за Стеной, — произнес он вслух, будто пытаясь убедить себя в важности своих слов. — Он не остановится перед ничем, чтобы пробраться через Стену. Я должен предупредить их, я должен сообщить о том, что я узнал. Джон понимал, что неволя, которую испытывают свободные народы, не делает их врагами. Они тоже люди, и в их сердцах тоже горит искра жизни, желание свободы и защиты своих близких. Но Иные — это зло, главная угроза для всего человечества. Он знал, что, если не остановить Манса, они все могут оказаться под угрозой. Собравшись с мыслями, Джон направился в сторону Стены. Каждый шаг давался ему с трудом, но он знал, что не может позволить себе остановиться. Он думал о своих братьях по оружию, о тех, кто ждал его возвращения. — Я не могу позволить себе быть слабым, — шептал он, подбадривая себя. — Я должен быть сильным ради них. Ради Игритт. Ради всех, кто верит в нас. Пробираясь через густой лес, Джон чувствовал, как холодный ветер пронизывает его до костей. Он знал, что время не ждет, и его сердце стучало в унисон с его шагами. Внезапно он вышел на поляну и увидел небольшую деревню, где жили свободные люди. Их дома были скромными, но уютными, и в воздухе витал запах дыма и готовящейся пищи. Однако, когда он подошел ближе, его внимание привлекли настороженные взгляды. Около сорока человек вышли навстречу ему, их лица были полны беспокойства и недовольства. Они окружили его, и один из них, высокий мужчина с длинными волосами и суровым выражением лица, шагнул вперед. — Кто ты, чужак? Зачем ты здесь? — спросил он, его голос звучал угрожающе. Джон знал, что это его шанс. Он глубоко вдохнул, собравшись с мыслями, и, стараясь говорить уверенно, сказал: — Я Джон Сноу, брат Ночного Дозора. Я пришел с миром и не собираюсь причинять вам вреда. Я знаю, что вы беспокоитесь о своей безопасности, но я пришел предупредить вас о надвигающейся угрозе. Люди переглянулись, недоверие читалось на их лицах. Джон продолжал: — Я слышал о планах Манса, Короля за Стеной. Он собирается пробраться через Стену, и если это произойдет, вы окажетесь в опасности. Я не враг вам, и я не хочу, чтобы ваши жизни были разрушены. Я здесь, чтобы помочь. Некоторые из них начали шептаться между собой, и Джон почувствовал, как напряжение в воздухе немного ослабло. Он продолжал: — Я знаю, что вы свободные люди, и я уважаю вашу борьбу за независимость. Но Иные — это настоящая угроза для всех нас. Мы должны объединиться, чтобы защитить наши дома и семьи. Я не прошу вас доверять мне, но я прошу вас подумать о том, что может произойти, если мы не предпримем действий. Высокий мужчина, который задавал вопросы, на мгновение замер, затем кивнул, как будто обдумывая каждое слово Джона. — Если ты говоришь правду, — произнес он, — то нам нужно обсудить это. Но помни, чужак, если ты нас обманешь, мы не пожалеем о последствиях. В хижине, где собрались жители деревни, царила атмосфера настороженности и ожидания. Джон Сноу, сидя за простым деревянным столом, с благодарностью принял еду, которую предложили ему. Он знал, что это был жест дружбы, и понимал, как важно установить доверие. — Я понимаю, что вам нелегко верить мне, — начал он, откусывая кусок хлеба. — Но угроза Иных реальна. Они не просто легенды. Я видел их собственными глазами. Они могут проникать в наши умы, манипулировать нашими страхами. Я не хочу, чтобы вы стали их следующими жертвами. Старейшина деревни, по имени Тарин, сидел напротив Джона, его лицо было изрезано морщинами, а глаза полны мудрости и тревоги. Он внимательно слушал, а затем, собрав все свои мысли, заговорил: — Джон Сноу, ты не единственный, кто сталкивается с ужасами. У нас есть своя беда. В последние две недели в нашей деревне произошло нечто ужасное. Шесть детей пропали без вести, и когда мы нашли их тела, у них не было ни капли крови. Джон почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он знал, что это может быть связано с Иными, и его инстинкты подсказывали, что в этом деле кроется что-то большее. — Что произошло? — спросил он, стараясь сохранить спокойствие. — Один из наших, юноша по имени Кай, — продолжал Тарин, — видел нечто странное. Он утверждает, что увидел маленькое существо, размером с ребенка, которое забирало детей. Он описал его как нечто, что не должно существовать. Мы думали, что это просто бред, но теперь, когда мы потеряли детей, мы понимаем, что это может быть правдой. Джон взглянул на собравшихся вокруг людей. Их лица были полны страха и горя. Он знал, что не может оставить их в беде. — Я помогу вам, — сказал он решительно. — Я не могу гарантировать, что найду это существо, но я сделаю все возможное, чтобы защитить вашу деревню. Мы должны быть готовы к тому, что это может быть связано с Иными. Тарин кивнул, его выражение лица изменилось — он стал более решительным. — Мы готовы помочь тебе, Джон. У нас есть старые легенды и сказания о таких существах. Возможно, кто-то в деревне знает больше. Но мы должны действовать быстро. Если это действительно Иные или их слуги, они могут вернуться. В этот момент к ним подошел Кай, юноша с заплаканными глазами и дрожащими руками. Он выглядел испуганным, но решительным. — Я знаю, что видел, — сказал он, глядя на Джона. — Это было как тень, но оно двигалось быстро и тихо. Я не мог его поймать, но я чувствую, что оно вернется. Я не хочу, чтобы кто-то еще пострадал. Джон посмотрел на Кая, его сердце наполнилось состраданием. Он знал, что этот юноша пережил ужас, и его слова могли оказаться ключом к решению этой проблемы. — Мы найдем это существо, — пообещал Джон. — Мы будем работать вместе. Давайте соберем все необходимые сведения и подготовимся к тому, что может произойти. Собравшись вместе, они начали обсуждать, как лучше всего защитить деревню и что делать дальше. Джон чувствовал, что его путь не только в борьбе с Иными, но и в защите тех, кто нуждается в помощи. Это было его призвание, и он не собирался отступать. Прошло семь дней, и поиски монстра не приносили никаких результатов. Каждую ночь Джон Сноу и жители деревни собирались у костра, обсуждая возможные пути решения проблемы. Уныние окутывало их, и надежда постепенно угасала. Однажды, когда вечерние сумерки окутали деревню, Джон остался один у костра, размышляя о том, как помочь людям. Вдруг он услышал тихий, почти незаметный голос, который словно доносился из самого пламени. — Кто ищет, тот найдет... Джон напрягся, прислушиваясь. Голос звучал таинственно и маняще, как будто сам огонь пытался что-то ему сказать. — Устроить засаду... в том месте, где свет встречается с тенью... Словно под действием какого-то магического заклинания, Джон вдруг увидел в своих мыслях образ: темный лес, где свет луны пробивается сквозь густые деревья, создавая причудливые тени. Он понял, что это место, о котором говорил голос, могло стать их единственным шансом поймать монстра. В сердце Джона вспыхнула надежда. Он быстро собрал жителей и рассказал о своем видении. — Мы можем устроить засаду, — сказал он, глядя на их уставшие лица. — Я слышал голос, который подсказал мне, где нам следует ждать. Это место, где свет встречается с тенью. Старейшина Тарин, хоть и выглядел уставшим, но в его глазах зажглась искра интереса. — Если ты действительно слышал это, Джон, мы должны попробовать. Мы не можем позволить страху одержать верх. Давайте подготовим ловушки и распределим роли, чтобы быть готовыми к любой угрозе. Кай, юноша, который первым видел существо, подошел ближе. — Я готов помочь, — сказал он, его голос был полон решимости. — Я знаю, как выглядит это создание, и смогу его узнать. На следующее утро жители деревни, полные новой надежды, начали готовиться к засаде. Они собрали все, что могли — старые ловушки, сети и даже факелы, чтобы осветить темный лес. Джон чувствовал, как волнение нарастает, и с каждым часом ожидание становилось все более напряженным. Когда наступила ночь, они тихо пробирались к месту, которое Джон увидел в своем видении. Луна светила ярко, и лес казался почти волшебным, но в то же время угроза витала в воздухе. Каждый шорох заставлял их настораживаться. Они заняли свои позиции, притаившись среди деревьев, готовые к любому развитию событий. Джон чувствовал, как его сердце колотится в груди. Он знал, что это может стать решающим моментом для деревни. Вдруг из темноты послышался треск веток. Джон сжал в руках меч, его дыхание стало более частым. Он посмотрел на Кая, который кивнул, показывая, что готов. Джон Сноу, притаившись среди деревьев, почувствовал, как его сердце замирает от ожидания. Он смотрел в темноту, стараясь уловить малейшее движение. Внезапно из-за кустов появилась фигура. Это было существо, о котором говорили жители деревни. Она была маленькой, не выше человеческого ребенка, но в ее глазах горел огонь, который заставлял Джона замирать на месте. Существо было смуглым, с изящными чертами лица, и его движения были легкими и быстрыми, словно она танцевала в ночи. Одеяние из листвы обвивало ее тело, придавая ей вид, словно она сливалась с окружающей природой. Джон заметил, что ее ноги были обуты в обувь из коры деревьев, а на спине висел лук, сделанный из чардрева. Он вспомнил рассказы о Детях Леса — существ, которые жили в глубинах леса, охотились на зверей и избегали людей. Они не знали металла, и их оружие было сделано из обсидиана. Джон не мог поверить, что это существо действительно здесь, перед ним. Когда Джон увидел это существо, его сердце забилось быстрее. Но в ту же секунду он осознал, что жители деревни, полные гнева и страха, готовы атаковать. Они вышли из своих укрытий, с криками и оружием в руках. В глазах людей виднелась решимость — они считали, что это существо было источником всех их бед. Девочка, как казалось Джону, поняла, что происходит, и, как только она увидела людей, ее лицо исказилось страхом. Она попыталась убежать, но жители деревни были настроены решительно. Джон, не желая причинять вреда, бросился вперед, чтобы остановить их. — Подождите! — закричал он, но его голос был заглушен криками. В этот момент один из мужчин с мечом бросился к ней, и Джон, понимая, что она может быть в опасности, схватил свой меч и с размаху сломал ее лук, который она держала в руках. Девочка, испуганная и растерянная, бросилась в бегство, стремительно ускакав вглубь леса. Джон почувствовал, как его сердце сжимается от сожаления. Он знал, что она не просто чудовище — это существо было частью леса, частью чего-то большего. Но жители деревни не разделяли его мнения. Они были полны ярости, и Джон понимал, что если они поймают ее, они не пожалеют. — Давайте за ней! — закричал один из мужчин, и группа начала преследование, пронзая лес, словно вихрь. Джон, колеблясь между желанием остановить погоню и страхом за судьбу девочки, последовал за ними. Он знал, что если они поймают ее, то не будут спрашивать, не будут слушать. Она была обвинена в том, что убивала детей и забирала их кровь, и жители деревни были готовы отомстить. Погоня разгорелась с неистовым рвением, лес наполнился звуками топота и криков, смешанных с треском веток под ногами. Джон, охваченный внутренним конфликтом, понимал, что его сердце разрывается между долгом и состраданием. Внезапно, как будто в замедленной съемке, один из мужчин, по имени Рикард, натянул лук и выпустил стрелу. Она пронзила воздух с жутким свистом и вонзилась в плечо девочки. Кровь хлынула, заливая землю, как будто сама природа плакала о ее страданиях. Девочка вскрикнула, её лицо исказилось от боли, и, несмотря на всю свою ловкость, она потеряла равновесие. Словно в кошмаре, она рухнула на землю, пытаясь удержаться на краю сознания, но это оказалось слишком тяжело. В этот момент другой житель, Тормунд, выпустил еще одну стрелу — она попала ей в ногу. Девочка, истекающая кровью, попыталась ползти дальше, но силы покидали её, как свет уходит из угасшего факела. Джон, наблюдая за этой сценой, Фигура, осознавая, что её поймали, начала медленно ползти по снегу, оставляя за собой след из крови. В этот момент Джон заметил, как её глаза, полные боли и страха, смотрели на него. Он почувствовал, что в её взгляде скрыто что-то большее, чем просто дикая ярость. Это было отчаяние, глубокое и бездонное, словно бездна, в которую она могла провалиться в любой момент. Вокруг неё собирались воины Вольного народа, обуреваемые гневом и жаждой справедливости. Их сердца были полны ненависти к тому, что они считали врагом, и они были готовы отомстить за свои потери. С каждым шагом они приближались к ней, оставляя глубокие следы в свежем снегу, который быстро впитывал её кровь, как будто сам мир пытался поглотить её страдания. Она знала, что не сможет убежать. Вокруг неё сгущалась тьма, и каждый из воинов смотрел на неё с безжалостным намерением. Их лица искажались от ярости, а глаза горели желанием мести. Они окружили её, как хищники, готовые к последнему броску, и в этот момент она поняла, что осталась одна, без надежды на спасение. — Ты убила наших детей! — закричал один из них, его голос звучал, как гром, разрывающий тишину леса. — Ты заплатишь за это! Джон, стоя на краю окружения, чувствовал, как его сердце сжимается от гнева и сострадания. Он знал, что эта фигура, хоть и была врагом, все же была жертвой обстоятельств. Но в этот момент, когда она осознала, что её конец близок, на её лице появилась насмешливая улыбка. — Жалкие людишки! — произнесла она с презрением, её голос звучал, как холодный ветер, проникающий в самую душу. — Это всё, на что вы способны? Собираться толпой, как стадо баранов, чтобы свести счеты с одной женщиной? Её слова были полны бравуры, но Джон заметил, как её руки дрожат, как будто она пыталась скрыть свой страх. Она была уперта, но в глубине души понимала, что её жизнь висит на волоске. Воины вокруг неё, охваченные яростью, не обращали внимания на её насмешки; их желание отомстить затмевало всё. Джон наблюдал, как её насмешка превращается в страх, когда вольные люди начали окружать её, готовые к жестокому расправе. Она была ранена, стрела торчала из её ноги и плеча, но это не остановило её от того, чтобы продолжать издеваться над ними. — Ну что, как вы собираетесь меня пытать? — произнесла она с ухмылкой, несмотря на боль. — Может, начнете с того, что выбьете мне остальные зубы? Но её слова не произвели на них впечатления. Один из мужчин, не сдерживая гнева, подошёл ближе и ударил её по лицу. Она упала на землю, но быстро подняла голову, в её глазах всё ещё горела дерзость. — Вы думаете, что это меня испугает? — крикнула она, хотя её голос дрожал. — Вы все просто жалкие трусы! Но её уверенность начала рассыпаться, когда другие вольные люди принялись за дело. Удары сыпались на неё, как дождь. Она пыталась защищаться, но её руки были слабыми и ранеными. Один из мужчин, не сдерживая ярости, сломал ей руку, и она закричала от боли. — Ты не сможешь уйти от нас, — произнес он с презрением, нанося ещё один удар. Жестокие удары продолжали сыпаться на неё, и вскоре её лицо стало изуродованным. Кровь текла по щекам, заливая её волосы. Один из мужчин, не в силах сдержать ярости, разбил ей нос, и она застонала от боли. Но даже в этом состоянии, когда её тело было изранено, а дух сломлен, она не собиралась сдаваться. — Вы думаете, что это меня сломает? — произнесла она сквозь сжатые зубы, её голос дрожал, но в нём всё ещё оставалась нотка вызова. — Вы только делаете меня сильнее! Один из вольных людей, разъярённый её упрямством, схватил её за волосы и потянул назад, заставляя её взглянуть ему в глаза. С ужасом он увидел, что в её взгляде всё ещё горит огонь. Это разозлило его ещё больше. — Мы покажем тебе, что значит настоящая боль! — крикнул он, и с этими словами одним резким движением отрезал ей несколько пальцев на правой руке. Она закричала, но не от страха — это был крик ярости. Она стиснула зубы, чтобы не выдать слабость, и, несмотря на ужасную боль, её глаза не потухли. — Вы думаете, что можете меня сломать? — произнесла она, её голос стал тихим, но полным ненависти. — Я не ваша жертва, я — ваш кошмар! Джон, наблюдая за этой сценой, Один из одичалых, не в силах сдержать свою жажду мести, подошёл ближе, его глаза горели безумным светом. Он схватил её за лодыжку и, с безжалостной жестокостью, отрезал ей ногу. Она закричала, но это был не просто крик боли — это был крик отчаяния и ненависти. — Ты не сможешь убежать от нас, — произнес он, смеясь, как будто это было забавное представление. Другой одичалый, увидев её страдания, подошёл ближе, и в его глазах блеск безумия. Он схватил её за голову и, с силой, выдавил ей глаз. Её крик раздался по всей округе, резонируя в воздухе, как будто сама природа отозвалась на её страдания. Джон, наблюдая за этим ужасом, почувствовал, как его желудок перевернулось. Тошнота накатила на него, и он едва сдерживался, чтобы не выбежать на помощь. Он не мог поверить, что такое происходит на его глазах. Внутри него бушевала ярость, но он был парализован от ужаса. Одичалые, разъярённые и жаждущие мести, взяли ножи с блестящими лезвиями, которые отражали тусклый свет. Они начали отрезать куски кожи и мяса, не обращая внимания на её крики и страдания. Каждый раз, когда нож касался её тела, она чувствовала, как её мир сужается до боли, но в её глазах не было страха — только ненависть и решимость. — ты сдохнешь тварь! — орали они, их голоса были полны ярости и отчаяния. Она же, несмотря на ужас, улыбалась. Эта улыбка была не просто жестом, это было проявление её внутренней силы. Она понимала, что они не смогут сломать её дух, даже если они отрывают от неё куски плоти. Джон, наконец, пришёл в себя, его сознание прояснилось, и в нём вспыхнула ярость. Он закричал, его голос раздался, как гром в тишине: — Прекратите это! Его слова, наполненные отчаянием и гневом, эхом разнеслись по лесу. Он смотрел на тело девушки, изуродованное и растерзанное одичалыми, и сердце его сжалось от боли. Каждый кусок её кожи, каждый след крови был для него как удар в грудь. Он не мог оставаться в стороне он должен покончить с этим. Одичалые, охваченные безысходной злобой, остановились, их глаза полыхали ненавистью и отчаянием. Они хотели чтобы это чудовище сдохло, но понимали, что всё было напрасно. Им придётся смириться с ужасной реальностью — их малыши мертвы, и никакие действия не изменят этого. Джон, подойдя ближе к девушке, увидел, как её глаза всё ещё светятся внутренним светом, несмотря на страдания. Он опустился на колени рядом с ней, и в его голосе звучала тревога: — У тебя есть последние слова? Она посмотрела на Джона, и в её глазах мелькнуло что-то большее, чем просто страх. Слабая улыбка коснулась её губ, и она произнесла, словно пытаясь удержать последние мгновения жизни: — Не о чем не жалею... Её голос звучал нежно, как будто она пыталась успокоить его. Она словно вспомнила о чем-то важном, о ком-то, кто был ей дорог. обнажил меч. Он пронзил её сердце, и в этот момент мир вокруг них словно замер. Она произнесла имя, и это было её последним вздохом. — Эдвин...