На самом деле не так-то просто быть второстепенным героем.

Будучи бесцеремонно схваченным Сюань Лином и отправленным на вершину Небесного Клинка, Суй Юань обдумывал, как ему сбежать. Он оставался на вершине до тех пор, пока не прибежал лидер секты, получивший известие от Сюань Лина. Услышав из уст Лю Минхуэя рассказ о случившемся, а также о его желании вернуться на главную вершину, чтобы восстановить силы, лидер секты вздохнул. — Поскольку младший брат Сюань Лин хочет, чтобы ты остался здесь и возьмет на себя хлопоты о твоем культивировании, ты должен принять этот редкий шанс! Видя неодобрение своего мастера по поводу его просьбы вернуться, Суй Юань хотел в отчаянии биться головой об стену. — Ученик… не смеет беспокоить старейшину Сюань Лина… Слабая улыбка тронула губы лидера секты, рука успокаивающе погладила Суй Юаня по голове. — Мастер понимает, что ты — заботливый ребенок, но младший брат Сюань Лин лично просит тебя остаться здесь на некоторое время и подчеркнул, что ты не доставишь ему хлопот. Поскольку все рассуждения уже в открытую изложены, Суй Юань, естественно, не мог продолжать возражать. Он дал своему учителю устное согласие. В глубине души он поклялся быстро восстановиться в пике Небесного Клинка, чтобы как можно скорее уехать. Успокоенный лидер секты поглаживал бороду, поглядывая на Шэнь Цзяи, которая в данный момент наводила порядок в комнате Лю Минхуэя. Сверкнув глазами, он со смехом сказал: — Поздравляю с быстрым вступлением в стадию формирования ядра. Ты достойна быть учеником младшего брата Сюань Лина. Переполненная благосклонностью, Шэнь Цзяи быстро и почтительно поклонилась. — Лидер секты преувеличивает. Окинув взглядом Шэнь Цзяи с головы до ног, глава секты перевел взгляд на Суй Юаня. — В течение этого периода времени я побеспокою тебя, чтобы позаботиться о Минхуэе. — Старший брат Лю помогал этой ученице бесчисленное количество раз. Эта ученица делает только то, что должна, — смиренно ответила Шэнь Цзяи, посылая Суй Юаню мягкую улыбку. Удовлетворенно кивая головой, лидер секты еще немного беседовал с Шэнь Цзяи, прежде чем позволить ей вернуться к своей работе. Когда она ушла, он обратился к Суй Юаню: — Что ты чувствуешь к этой девушке, Шэнь Цзяи? — Младшая сестра Шэнь от природы хороша, — похвалил Суй Юань, слегка озадаченный тем, почему одна эта фраза вызвала нежную улыбку его мастера. Так нежно, что его скальп быстро онемел. — Минхуэй, ты всего в полушаге от стадии зарождения души. Задумывался ли ты когда-нибудь о том, кого бы хотел видеть своим партнером по совершенствованию? Суй Юань замер. Его глаза слегка расширились от шока. — Ученик… никогда об этом не думал. — Как насчет того, чтобы поразмыслить об этом? — добродушно спросил лидер секты. — Я чувствую, что Шэнь Цзяи не так уж плоха. Независимая и непреклонная, но все еще сохраняющая мягкий нрав. У нее хороший потенциал. Будучи в состоянии войти в стадию формирования ядра в таком молодом возрасте, она, безусловно, сможет пройти тот же путь вместе с тобой в качестве партнера по культивированию. Я вижу, что между вами существует искренняя дружба. Если у тебя есть намерения по отношению к ней, мастер будет готов обсудить этот вопрос с младшим братом Сюань Лином. Как только ты достигнешь стадии зарождения души, я устрою для вас двоих церемонию, как ты на это смотришь? Каждое слово, слетающее с уст старейшины, звучало очень отчетливо, и чем дольше Суй Юань слушал, тем сильнее покрывался холодным потом. Даже если сюжет начал сходить с ума, он не должен попасть в такую неразбериху прямо в самом начале, ах! Главная героиня никогда не брала партнера по совершенствованию! Даже если она это и сделает, то точно не выберет злодейского второстепенного персонажа! Конечно, он также знал, что у лидера секты есть свои собственные мотивы. Во-первых, потенциал Шэнь Цзяи очень хорош. Нельзя позволять плодородной воде течь в другое поле[1]. Вместо того чтобы позволить кому-то другому поживиться, лучше связать ее со своим любимым учеником. Во-вторых, Сюань Лин — праведный человек. Независимо от того, какие двусмысленные чувства он испытывает к Шэнь Цзяи, все это будет отброшено в тот момент, когда она выйдет замуж за кого-то другого. Таким образом, он мог убить двух зайцев одним ударом. Поэтому старейшина прилагал такие усилия. И все же, как бы хорошо это ни было продумано, он не мог заставить не желающего дать согласие. Прежде чем Суй Юань, побледневший от страха, хотел отказаться, холодный, монотонный голос прервал разговор между мастером и учеником. — Я этого не одобрю. Выражение лица лидера секты застыло, когда он повернулся, чтобы посмотреть на Сюань Лина, вошедшего в комнату. Его лицо застыло в своем обычном холодном выражении, но можно заметить, как подавляемые эмоции перекатывались под безразличной поверхностью. Никогда еще лидер секты не видел такого выражения на лице Сюань Лина. Его подозрения относительно чувств Сюань Лина к Шэнь Цзяи только что подтвердились, и они не так поверхностны, как он первоначально полагал. — Младший боевой брат… — начал лидер секты, надеясь успокоить другого старейшину, но его перебили. — Старший боевой брат, на это предложение я не соглашусь. Лидер секты тяжело вздохнул. — Тогда пусть будет так. Однако, младший боевой брат, не забывай, что ты практикуешь безжалостное искусство меча. Сильные эмоции разрушат тебя… ты уже приближаешься к бессмертному вознесению, и каждый шаг требует предельной осторожности. Один маленький промах — и ты обречен на вечное проклятие! Сюань Лин отвел взгляд от лидера секты, прежде чем медленно заговорить. — Естественно, я в курсе. Не утруждай себя, старший боевой брат. — Пока ты это понимаешь. — беспомощный перед лицом упрямства Сюань Лина, лидер секты мог только снова вздохнуть и кивнуть. Взгляд упал на Суй Юаня, который не мог полностью скрыть свое ликующее сердце. Он внутренне размышлял о том, что почти втянул этого ребенка в беспорядок. В случае, если бы он пострадал от Сюань Лина, то он, как мастер, не выполнил бы свой долг. — Я пока оставлю это дело. Минхуэй, отдыхай и поправляйся. Я верю, что ты не доставишь младшему брату Сюань Лину хлопот. Когда разговор закончился, атмосфера снова стала легче. Вставая со стула, чтобы уйти, мастер тихо успокоил Суй Юаня. — Мастер знает, что ты всегда относился к Шао Пэйюаню из секты Небесного Элемента как к сопернику. Теперь, когда он вступил в стадию зарождения души быстрее тебя, твое сердце наполнилось обидой. Однако помни, что переход на следующую ступень также зависит от воли небес. Чем ты нетерпеливее, тем сильнее твое психическое состояние будет нарушено, что приведет к более трудному прогрессу. Щеки Суй Юаня вспыхнули, и он тихо пробормотал: — Учение мастера ценно, ученик знает, что неправ. — Это все, о чем я прошу. Спокойно культивируй. Учитель будет ждать того дня, когда ты вступишь в стадию зарождения души, — нежно усмехнулся глава секты, похлопывая Суй Юаня по плечу, прежде чем выйти из комнаты. Суй Юань выдохнул, а затем заметил, что Сюань Лин все еще стоит у его постели. Несколько сбитый с толку, он спросил: — Старейшина Сюань Лин, вы что-то хотели? Опустив веки, Сюань Лин сел на край кровати, поднял руку и прижал тонкие пальцы к запястью Суй Юаня. Как только знакомая струйка ледяной энергии потекла по его меридианам, Суй Юань понял, что другой помогал ему исцелиться, и закрыл глаза. Его подсознание задержалось в золотой сердцевине на целую неделю, пока он расправлял силы и убеждался, что все блокировки медленно рушатся. Когда он в следующий раз открыл глаза, первое, что заметил, — это несколько бледное, чем обычно, лицо Сюань Лина. — Старейшина Сюань Лин, вы…? — Суй Юань хотел спросить, но мужчина просто достал из-под мантии нефритовый флакон и сунул ему в руки. Юноша тупо смотрел на него. Еще одна бутылка дорогих таблеток из нефритового жемчуга стоимостью в пятьсот очков. Хотя Суй Юань жаждал этого, его кожа недостаточно толстая, чтобы он мог легко принять что-то подобное без вопросов. Чувствуя себя немного неловко, он пробормотал: — Это… старейшина Сюань Лин, я недостоин этого… Сюань Лин не ответил. Окинув Суй Юаня холодным взглядом, как будто не хотел тратить время на объяснения, старейшина встал и ушел. Раз уж он дал его тебе, то оставь себе. Такой хороший товар. Это священная целительная панацея, понимаешь?! — в отличие от своего партнера, 5237 не имела понятия о смущении или стыде. — Если ты не используешь все в этом мире, просто передай мне, и ты сможешь использовать и в следующих мирах. Таким образом, таблетки не пропадут даром! Суй Юань молча смотрел на 5237, затем спрятал нефритовый флакон в свой межпространственный мешочек. Он намерен найти возможность вернуть его, или, по крайней мере, дать что-то равноценное взамен. В настоящее время ты играешь роль злодея. Что делать с этой честностью? — бормотала 5237 себе под нос в негодовании, но больше ничего не сказала, так как ее внимание полностью поглотилось следующими словами Суй Юаня. Насколько вероятна, по-твоему, возможность того, что Чжао Сихэ стал Сюань Лином? Он?! — 5237 запрыгала от шока. — Ты считаешь, что он может быть Чжао Сихэ? Суй Юань кивнул, несколько расстроенный. Хотя каждое его движение не вызывает никаких вопросов, и любое действие, отклоняющееся от сюжета, имеет правдоподобное объяснение, я все еще чувствую, что есть что-то странное. 5237 размышляла о прошлых событиях вместе со своим партнером, затем через некоторое время кивнула. Его отношение к тебе намного лучше, чем в оригинале. В конце концов, сценарий ясно показывает, что рядом с главной героиней Сюань Лин никогда не будет помогать другим, не говоря уже о том, чтобы привести кого-то на пик Небесного Клинка для восстановления сил. Он даже ввел свою духовную энергию, чтобы исправить твои меридианы, и дал тебе еще один флакон драгоценных нефритовых жемчужных пилюль. Кроме того, есть еще одна проблема. — нахмурился Суй Юань. — Ты помнишь описания в тексте о кошмарном звере Лю Минхуэя и хрустальном звере Сюань Лина? Ну конечно! — серьезно кивнула 5237. Тебе не кажется, что хрустальный зверь Сюань Лина слишком высокомерен и совсем не соответствует описанию? 5237 вздохнула от осознания. Вот именно, а! Он совершенно другой! Другими словами, если я смог заставить хрустального зверя замаскироваться под кошмарного зверя, он, естественно, сможет использовать кошмарного зверя в качестве хрустального зверя. — Суй Юань потер лицо рукой, тон его крайне подавлен. Значит… мы разоблачены? — пробормотала 5237. Ох, мы определенно разоблачены. И он, и я. Система предсказуемо пришла в замешательство. Значит, его решительный отказ в вопросе о браке с Шэнь Цзяи связан не с ней, а с тобой? Подумать только, я была вне себя от радости! Суй Юань молча успокаивающе погладил 5237. Так что же нам теперь делать? — он так гордился своими идеальными планами, но никогда не думал, что все было сломано с самого начала. Тупо уставившись в стену, он почувствовал, что у него закончились идеи. Как насчет того, чтобы покончить с собой, воспользовавшись возможностью сбежать, пока его нет? Суй Юань покачал головой, пробормотав что-то себе под нос. — Поскольку мне доверили эту роль, и я уже вошел в этот мир, то буду продолжать действовать. Я не сдамся на полпути только для того, чтобы избежать с кем-то встречи. Ладно, раз уж ты настаиваешь… — 5237 тоже не нравилась мысль о том, что миссия не доведена до конца. — Значит, ты собираешься признаться ему? Поскольку он ничего не сказал, я буду делать вид, будто ничего не знаю. Ты прав. Если вы оба признаетесь друг другу, он снова будет опрометчиво действовать. — 5237 одобрительно кивнула, доводя эту тяжелую тему до конца. Верно, — снова сказал Суй Юань, и тут его осенила другая мысль. — Мне все время кажется, что я про что-то забыл. Или просто кажется? Возможно? — неуверенно ответила система. — Но я также чувствую, что чего-то не хватает… Хрустальный зверь: «Вы забыли обо мне, идиоты! Эй!»