Save your tears

Сторибрук. Наши дни. —Венди. —Мисс Дарлинг, Вы слышите нас? —Она не отвечает. —Она просто не слышит нас. —Пульс в норме. Венди почувствовала кожаное кресло под собой, которое начало неприятно шуршать, стоило её ногам вздрогнуть от испуга. Она видела перед собой совершенно незнакомых людей. Они пялились на неё, будто перед ними сидела не девочка, а ещë неизученный гибрид животного. Белые халаты слепили в лицо, пусть освещение было средним. Один из врачей, что наблюдал за капельницей, постучал по прозрачному пакету, содержащий успокоительное, и тогда по длинной трубке жидкость пошла быстрее. Венди вытянулась в кресле и что-то невнятно промычала, когда ощутила в своей левой руке катетер, с помощью которого успокоительное проникало внутривенно. —Вы вообще уверены, что ей стоит увеличить дозу антидепрессантов? Во-первых, она ребёнок, а во-вторых, если Вы не заметили, она и так не может связать и трех слов, — женский голос звучал очень близко к Дарлинг, будто она говорила это ей на ухо, но это было далеко не так. —Нам настоятельно рекомендовали держать ее под ними, — отозвался тот самый врач у капельницы. —Этот специалист имеет хотя бы среднее медицинское образование? — злобно прошептала медсестра. — да и с каких пор мы не выполняем свою работу, а слушаем кого попало? —Довольно, коллеги, — этот голос принадлежал доктору Вейлу. — Девочка уже очнулась. Решайте свои разногласия за пределами этого кабинета. Не создавайте условия повышенной тревожности при пациенте. В кабинете настала тишина, и как поняла Венди, тот писк, который звенел у неё в ушах был вовсе не галлюцинацией, а систематической работой приборов. Голова гудела и трещала по швам, а веки с каждым разом тяжелели. На какой-то момент она поддалась панике, но успокоительное подействовало вовремя. —Ты в безопасности, — ровным голосом сообщил Вейл, присаживаясь на корточки напротив Дарлинг. — как твои самочувствие, Венди? Ничего не болит? Девушка отрицательно покачала головой, контролируя взглядом мертвую точку на полу. Она чувствовала пустоту внутри себя, а от того неуверенность перед людьми. —Хорошо, — все так же спокойно продолжал он. — ты хорошо помнишь то, как сюда попала? Венди резко подняла голову и взглянула на Вейла. Он смог подметить, что сосуды под сетчаткой глаза воспалились, выдавая белый цвет склеры за красный цвет. Казалось, она не спала всю ночь. Реакция девушки была неоднозначной, и Вейл не понял причины. Может, Дарлинг обидело то, что её принимают за сумасшедшую? Нет, дело совсем не в этом. Она не помнит, что натворила после пробуждения и почему оказалась в больнице. —Не переживай, это нормально, что ты не можешь ответить, — он хотел положить свою ладонь на её руку, чтобы успокоить, но Венди дернулась и вновь отрицательно покачала головой. — помнишь? Ты в безопасности. Вейл выпрямился и подхватил со стола планшет, чтобы отметить кое-что в бланке. —Насколько я знаю, твои близкие были встревожены твоим поведением. Ты проснулась, затем они услышали, как ты зовешь кого-то на помощь, — он медленно кивнул Венди, чтобы с её слов подтвердить этот факт. —Да... — прохрипела Венди, переводя взгляд на катетер. Игла чувствовалась при каждом движении руки, и тогда она решила, что её надо снять, но девушку остановила медсестра. —Молодец. Ты уже разговариваешь с нами, — приободрил её Вейл и продолжил. — С тобой произошло что-то неладное. Ты бредила. —Он! Он убьëт меня! Он ненавидит меня! — голос надрывается, как последний раз, и Венди не понимает, что кричит на всю квартиру. — я не хочу, нет... Пожалуйста! Руки сжимают пушистые волосы у корней, пока Киллиан пытается ухватиться за плечи Дарлинг, чтобы остановить её. —Я не хочу умирать! — она сваливается с кровати, подтирая нос от слёз, а затем ползёт к окну, чтобы впустить в комнату свежий воздух. — пожалуйста... Нет! В этот момент Киллиан резко хватает её на руки, а затем просит Голда поторопиться. Наконец мужчина вбегает в комнату и, несмотря на то, что Венди сильно брыкалась, не давая прикоснуться к себе — всё же закапывает ей что-то в глаза. Её попытки сопротивления постепенно ослабевают, а голос становится заторможенным. —Вы... Не понимаете, — последний слог она выдыхает, — вы... Вы. Киллиан аккуратно опустил Венди на пол, когда она закрыла глаза и уснула. Голд закрутил склянку с содержимым, а затем убрал её себе в карман. —Здесь потребуется много успокоительного, — подметил он, переводя оценивающий взгляд на пирата. — очень и очень много. —Не волнуйся. Сейчас твоë состояние стабилизировалось, — замечая за Венди её реакцию на произошедшие, продолжал Вейл. Она полностью лишилась контроля над собой. Возможно, это был побочный эффект о котором Голд умолчал. Но что обычно бывают с людьми, которые через пару десятков лет вспоминают, кем они были на самом деле? Сложно сказать. —Он придёт за мной, — выдохнула Венди и закрыла глаза. — обязательно придёт. Он ненавидит меня за то, что я сделала с ним... —О ком ты говоришь? — мягко спросил доктор Вейл. — скажи, может я чем-то смогу помочь. Венди подняла взгляд на врачей, что до сих пор стояли перед ней. Она все думала — знают ли они таких, как Пэн? Наверняка им никогда не приходилось сталкиваться с жестокими людьми, для которых чья-то жизнь не стоит и мизинца. —Его имя Питер Пэн, — сжав ручки кресла, ответила Венди.

× × ×

—Чëртовы засранцы! Пэн метнул кинжал в стену с такой силы, что в деревяшке образовалась узкая трещина. Она прохрустела вдоль, но Питер этого даже не заметил. Он был вне себя от ярости. —Венди, моя маленькая Птичка, — чуть ли не всхлипнув, произнес юноша и осел на пол. Они лишили его любимой подруги, оставив в живых ту, что бесстрашно противостояла Пэну, сговорившись с шайкой пиратов. Он всë ещё помнил тот день, когда для Венди Дарлинг все закончилось, а для его нездоровой любви всё только начиналось. О такой любви часто пишут в книгах, и когда читаешь — мурашки бегут по коже. Питер любил испытывать их и никогда не привыкнет к ним. —Тебе пора подняться с пола и взглянуть правде в глаза, — послышался голос откуда-то сверху. Питер усмехнулся, шлепнув рукой по полу. —И что дальше ты прикажешь делать, Тень? Может, потом мне стоит отправиться на чаепитие к Шляпнику? Ах, нет, Боже, правый, может стать феей и пойти исполнять желания? Чем мне не дело? —Прекрати поясничать, — предупредила Тень, опускаясь рядом с юношей. — ты кое-что забыл. Наша цель, помнишь? Сердце истинно Верующего. Остальное забудь. Оставь этого грязного пирата, и эту бесполезную девчонку. —Не смей называть её так, — прошипел Пэн, вставая на ноги. — ты и понятия не имеешь, кто она такая. —Ты в этом уверен, я так полагаю? Ладно. Она та, кто предал тебя. Она та, кто смотрела сквозь тебя, пока ты сглатывал собственную кровь, чтобы не захлебнуться. Она та, кто мог лишить тебя целого острова, если не я! Питер отвёл взгляд, обдумывая слова Тени. —И она всë еще жива, — напомнило существо. — тебя это устраивает? —Да, — ответил Пэн. — я хочу, чтобы она жила... До определённого момента. —О чем это ты? Питер усмехнулся, поднимаясь на ноги, а затем одним резким движением руки он достал кинжал. —Я хочу знать конкретно, что она из себя представляет сейчас. Боится ли меня, — Пэн направил лезвие на теплый свет и целенаправленно вспомнил, как именно по нему, вдоль деревянной рукоятки струилась кровь Дарлинг. На какой-то момент юноша погрузился в свои воспоминания. Он вспомнил, как Венди пыталась украсть у него этот предмет, а потом сильно об этом пожалела. Как возбуждающе она выглядела, привязанная к кровати, испуганная и измученная... Он всегда оставлял самое приятное напоследок — когда лезвие впечатывалось в нежную кожу, то Пэн мог поклясться, что слышит, как она трещит. Такая хрупкая, как хрусталь. Венди резко выгибала спину от боли в который раз, жмуря глаза. Она не видела этому конца. Несмотря на то, что пытка была лишь одна из тех немногих, Дарлинг не могла понять, как Пэн понимает, что пора заканчивать. Как он останавливается? Кровь бежала импульсивно, стекая на простынь. Последнее, что делал Питер, когда завершал наслаждаться — проводил испачканной в крови рукой по своей щеке и с полученной эйфорией отклонял голову в бок. Создавалось впечатление, что Венди больше нигде не увидит человека столь ужаснее, чем Пэн. —Ты меня слышишь? — возмутилась Тень, подмечая, как Питер тянется к своей щеке. — говори со мной. —Я хочу видеть её страх, — наконец продолжил он. — видеть ее стыд, её гнев. О... Я так хочу видеть её... Её обнаженные плечи, спину. Тень видела безумие в глазах Пэна. Он был увлечен другим — совсем не тем, чем надо. —Сердце, — напомнило существо, наконец отводя пристальный взгляд от юноши. Лишь благодаря этому Тень смогла увидеть пустую бутылку рома, что не до конца закатилась за кровать. — я и забыл, как ты любишь снимать напряжение помимо случаев с Дарлинг. —Я чувствую себя прекрасно, и только так могу мыслить, Тень. Будь уверена, все под контролем, и сердце тоже. —Да неужели? —Я отправил Феликса контролировать Грега и Тамару. Они заберут Генри... И Венди тоже.

× × ×

—Почитайте что-нибудь еще, — тихо попросила Венди Мэри Маргарет, которая сидела рядом с её больничной кроватью. — когда слушаешь все эти сказки, кажется, можешь найти решение своих проблем. Даже если это иллюзия, мне все равно становится легче.. —Конечно, — улыбнулась Снежка, перевернув страницу. — как насчёт сказки о Спящей Красавице? Венди одобрительно кивнула и попыталась улыбнуться в ответ, но все мышцы стали словно неконтролируемой жидкостью, из-за чего было трудно совершать обычные движения. Говорить тоже было тяжело, но Дарлинг находила в себе силы. В палату зашёл Дэвид и Реджина. Они поискали глазами Снежку, а когда нашли, тихо подозвали её к себе, чтобы не нарушить покой больного. Женщина успела заметить этот жест, и перед тем как выйти к ним, попросила Венди её немного подождать. —Что-то случилось? — встревожилась женщина, переводя взгляд то на Реджину, то на Дэвида. —Есть новости: хорошие и плохие, — ответил Нолан, доставая какие-то фотографии из кармана. — в Сторибрук рано утром прибыла машина из Бостона. —Проверили номера? —Да. —Хорошо... Но что это значит? —Дослушай хотя бы, — возмутилась Реджина. —Мы не знаем, кто эти люди, и как они попали сюда, но это явно не к добру. Сегодня утром они прибыли, а уже вечером взломали будку на пляже, чтобы созвониться с кем-то без прослушки. —Они могли дождаться, когда её откроют... А что насчёт хорошей новости? —Мы с Эммой смогли засечь их. Они промелькнули на камере видео наблюдения в магазине, хотя было понятно, что они не особо хотели светиться, — Дэвид наконец протянул фото Снежке. — повторюсь, мы не знаем, чего от них ожидать, и что они забыли в городе, поэтому нам надо их найти. —Вы уверены, что это не туристы...? — вглядываясь в фото, спросила Снежка. —Туристы, которые забрели в наш город, что защищен заклинанием, просто проходили мимо? Что за бред? — Реджина отошла назад, немного заглянув в палату. — им кто-то помог это сделать. —Не трогай Венди, — вздохнула Снежка. — она здесь точно не при чем. —Тогда кто и зачем?

× × ×

—Что будем делать? — перебирая старые газеты, которые захламили машину, Грег наконец нарушил тишину и взглянул на Тамару. —Ждать одного человека, — постукивая рукой по рулю, ответила женщина и огляделась через лобовое стекло. — он сейчас должен подойти. Дверь заднего сиденья резко распахнулся, и в салон буквально ввалился Феликс, скидывай с себя капюшон. Грег и Тамара резко обернулись, уставившись на юношу, когда тот пытался быстро закрыть за собой, чтобы его никто не увидел. —Мы не таксуем, — отвернувшись, сообщила Тамара. —Какая жалость, — ответил Феликс. —...была бы, если я пришёл за этим. Я от Пэна. —Серьёзно? Мне казалось, ты должен был выглядеть старше, — усмехнулся Грег, уставившись на Феликса. —Может быть. Тамара пожала плечами, а затем закатила глаза. —Тогда говори, что нам делать! Когда брать этих двоих? Повисло молчание, прежде чем Феликс ответил: —Месяц. Дайте им обоим месяц. Пэн просил для кое-кого... Он считает это воспитательным моментом.

× × ×

Вот уже месяц Венди жила в той квартире, постоянно проводя время с гостями, которые часто навещали её, чтобы она не скучала. Иногда ей хотелось покоя, чтобы в который раз убедиться, что весь этот кошмар закончился. В особые дни ей удавалось это сделать — воскресенье. Тогда все были заняты своими делами, а Дарлинг закрывалась в ванной, и, сидя в горячей воде, размышляла. Без одежды ей становилось легче открываться себе с новой стороны и думать над теми вещами, как взросление, и что же с ней будет дальше, после стольких лет пыток. Кошмары перестали её тревожить спустя этот месяц. Она стала больше улыбаться. Больше всех был счастлив Киллиан, ведь он уж как век мечтал увидеть эту улыбку. Боль прошлого постепенно утихала, но изредка возвращалась по вечерам. На утро же рассеивалась, как недавний густой туман. Никто не говорил Венди о визите Грега и Тамары, ведь не хотели её пугать. Это было правильным решением. Иногда девушка задумывалась о том, чтобы продолжить учёбу, но уже в обычной школе. В её время школы существовали разные, но в приоритете Дарлингов была академия юной леди, где будущих женщин обучали разным дисциплинам. Венди скучала по тем временам, когда без повода ужин в семье каждый день становился торжеством, когда родители брали её на светские балы, где знакомили девочку с интересными людьми, когда Мэри кружилась в новом платье у зеркала, а маленькая Венди мечтала, чтобы она выросла такой же красивой, как мама. Сидя у камина, Дарлинг перелистывала книгу по истории. Она уже прочла достаточно глав, чтобы понять, что пропустила за целый век. Какие-то события хотелось перечитывать до зубрежки, но Венди все никак не могла собраться с мыслями. Встав с пола, она решила попить горячего чая. Когда тот заварился, она ненадолго отошла в спальню, чтобы найти теплый плед. Когда он был найден, девушка вернулась на кухню и взяла в руки чашку чая. Неожиданно послышался скрип входной двери. Венди замерла с чашкой в руке. —Эмма, это ты? — неуверенно отозвалась она, аккуратно проходя к коридору. — Мадам Миллс? Венди высунула голову, чтобы убедиться, что никого дома нет и ей просто показалось. Настала гробовая тишина, которая сводила к дрожжи. Дарлинг опять замерзла. Она укрылась пледом, а затем отпила немного горячего чая. —Стоит вернуться к книге, — девушка оставила чашку на столе и двинулась к камину, но в глазах резко потемнело, а ноги подкосились от бессилия. Венди ухватилась рукой за стол, чтобы не упасть, но ей даже не хватило сил удержаться. Она рухнула на пол лицом вниз. Тошнота резко подступила к горлу, именно поэтому Дарлинг с большим усилием перевернулась на спину. Потолок плыл, как и все вокруг. Если пытаться долго вглядываться, то пойдут черные круги от которых болели глаза. Девушка совершала попытки подняться, хватаясь руками за ковер, но ничего не выходило. Даже пальцы не сжимались от бессилия. Было очень плохо. —Что... — она дрожала от холода и непонятной судороги. — что со мной?.. —Единственное, что я могу сказать тебе в этом случае... Услышав незнакомый голос, Венди медленно повернула голову к двери, откуда доносились быстрые шаги. Наконец в комнату кто-то зашёл, в затем стал походить к ней. Лица не было видно, но по голосу было ясно, что говорила женщина. —Что ты выпила кое-что еще помимо чая, — Тамара достала из под рукава пакетик с прозрачной жидкостью, а затем потрясла его у лица Дарлинг. —Кто... Кто Вы? — Венди жутко выдохлась, и Тамара знала, что ей тяжело говорить, ведь она погружалась в глубокий сон. —Не волнуйся за то, кто я. Ведь через пару часов это уже не будет иметь никого значения. Тамара улыбнулась, когда Венди стала потихоньку закрывать глаза.