Грань

      Утро девушку встретило лёгкой тошнотой и головокружением…       Сначала, всё происходящее накануне казалось лишь страшным сном, но влажная и мятая одежда на полу возле кровати говорила об обратном…       Глубокий вдох и выдох… и ещё череда вдохов и выдохов, прежде чем пульс устаканился…       Мия повернулась на бок, на подушке мужа лежал какой-то конверт… Девушка села на край кровати внимательно рассматривая находку… не найдя никаких надписей она пришла к выводу, что он адресован ей… Мия аккуратно разорвала желтоватый конверт, чтобы не повредить содержимое… в нём оказался небольшой листок бумаги, на котором лёгким каллиграфическим почерком были выведены буквы… Она всмотрелась в шрифт, некоторые буквы подрагивали, сходя с ровной линии. Девушка будто прочувствовала всё то, что ранее происходило с её мужем. Мия провела кончиками пальцев по пляшущим буквам, по щеке невольно прокатилась хрустальная слеза, на выдохе с губ сорвался тихий шёпот, почти стон: — Виктор… что же с тобой происходит?       Она прикусила губу смахивая слезу, шмыгнула носом пытаясь, успокоиться. «Так… письмо!»       Девушка чуть сжала письмо, немного сминая бумагу под пальцами, в голове начал звучать голос Виктора, будто она слышала его мысли, когда он его писал… «Доброе утро, милая!       У меня не поднялась рука прервать твой сон. Позволь мне, тебя заменить. Я съезжу в больницу к Фоллу. Мне сообщили, что у него есть улучшения, поэтому вечером его переведут в другую клинику под наблюдение лейкотропа.       Завтрак ждёт тебя на столе. Прошу, останься сегодня дома, и постарайся не волноваться, я улажу все тонкости.»       Она сделала глубокий вдох, собирая всю ту кашу в голове воедино, сложила письмо пополам: — Ты прав Вик… мне стоит отдохнуть, хотя бы не ради себя, а ради нашего ребёнка…       Пускай говорить и осознавать это сейчас было очень тяжело… но еле слышимое, звонкое биение маленького сердечка подтверждало этот уже не такой невозможный факт…       Девушка отложила конверт и письмо на кровать рядом с собой… поднялась… В голову ударил какой-то гул, к горлу подступила невообразимая тошнота. Мия зажмурилась, тряхнув головой обратно опустилась… Этот купол дискомфорта начал понемногу спадать. Девушка прислушалась к себе, к какому-то внутреннему голосу, который говорил ей, что следует делать, а что нет: — Так… я поняла не так резко… Хорошо…       Сейчас девушка поднялась уже не так резко, тошнота присутствовала, но не такая сильная…

***

      Мия накинула лёгкий, белый шёлковый халат спустилась в низ…       На столе лежало несколько ресторанных блюд на выбор, и стоял маленький белый чайник с заранее засыпанным туда, видимо далеко не случайно подобранным Виктором, чаем… На журнальном столике в гостиной лежал её заботливо заряженный телефон. Девушка наизусть набрала родной номер…       Гудки… и вот в ответ прозвучал тихий, бархатный, ледяной, отстранённый и какой-то измученный голос: — Виктор Ван Арт, чем могу быть полезен?       От его голоса пробрало до костей, по телу пробежалась лёгкая дрожь, появилась обеспокоенность: — Привет Вик…       Быстро и вежливо он бросил кому-то: — Я прошу меня простить…       Голос мужчины сразу же стал более плавным, мягким и тёплым: — Здравствуй, девочка моя. Как ты себя чувствуешь?       Мия чуть хмыкнула, но последнюю фразу она произнесла с нескрываемой тревогой: — Привет, всё хорошо. С тобой что?       Мужчина тяжело выдохнул, было понятно, что вопрос не воодушевил и отвечать на него Виктору не сильно хотелось, но лгать жене он не стал впрочем, как и погружать в подробности: — Не бери в голову…       Сердце замерло на пару секунд… она не стала уточнять или выпытывать ответ, даже по голосу было слышно, что точно ничего хорошего не происходит: — …Ладно, как скажешь.       Даже через трубку в ней чувствовалась обеспокоенность, и полагать, что она оставит всё так как есть, и дождётся вечера, было бы очень глупо: — Мия, я не хотел бы обсуждать подобную тему по телефону, давай я приеду домой, и мы продолжим этот диалог…       Глубокий вздох, затем тихий, робкий, дрожащий ответ: — Хорошо… Вик… ты.       Она замерла, так и не закончив мысль… Девушка сидела в совершенном непонимании себя, его, происходящего и уже не помнила своего вопроса… Поняв её замешательство Ван Арт произнёс: — Я в больнице. Как и… говорил, у Фолла есть улучшения, но в сознание он не приходил.       Мия очнулась, будто ниточка на руке кукловода натянулась, начиная спектакль: — А… Саманта? Ральф приехал? — Саманта с Хелен сейчас у Фолла, Ральф, пытается найти отправителя письма, но как я понял, попытки четны.       Молчание провисело несколько секунд: — Ладно… я надеюсь ты мне всё объяснишь когда приедешь. Будь осторожен!       Пускай по голосу этого было и не понятно, но девушка точно знала, что сейчас вампир улыбнулся: — По-моему, это мои слова…       Девушка слегка хихикнула: — Сегодня я перепутала партии!       Его голос стал ещё чуть тише, более завораживающим: — Пусть будет так… береги себя.       В голову свистящей стрелой прилетела лишь одна мысль… «Что это значит? Он прощается?..»       Дурные мысли сразу же полезли в голову: — Вик…       От такого напора голос Ван Арта стал еле заметно озадаченным и взволнованным: — Я здесь! Что-то не так?       Все мысли и предостережения как рикошетом вылетели из головы: — Нет… всё хорошо я…       Она резко замолчала, понимая, что никак не может объяснить произошедшее: — …Будь осторожен!       Вампир как будто и без объяснений всё понял: — Хорошо… не волнуйся.       Этот малоинформативный разговор вызвал бурю эмоций… кажется, это всего лишь его голос, но лишь от голоса дыхание захватывает так, что сердце перестаёт биться… Что с ним происходит на данный момент? Что он скрывает?       Он человек… нет, вампир, перевернувший всю её жизнь с ног на голову… Чтобы было с той студенткой журналистского факультета, если бы она не пошла на тот маскарад? Не увидела его тёмные…совершенно космические глава через разрезы серой маски? Если бы не услышала этот гипнотический голос, который сейчас стал настолько родным…       Он поддерживал и помогал ей всё это время, даже когда испытывал… отвращение, хотя уже тысячу раз извинялся за это… Настала пора сравнять счёт… Всё чего сейчас хотела она, это чтобы всё встало на свои места, стало как раньше…       Но как раньше… уже никогда не будет…