Wake me up,when September...Starts

Нашей большой и дружной кампанией мы стояли под окнами Дашкиной квартиры и ждали Смирнову. В руках я держала волейбольный мяч. Да-да, именно. А что? Погода неплохая: солнце, птички, тепло, ветер, вечер, пятница – прямо по заказу, да и мне поиграть давно хотелось именно в команде, а то наш физрук всё с гандболом нас достаёт. Из нас всех отказывалась выходить только Смирнова. И вот, мы стояли и ждали, когда же она выйдет. Тут у меня в голове промелькнула идея, и я сказала Машке: - Слушай, а что, если Бульвар спеть? Нас много, будет громко. - Ну, давай, попробуем, - смеясь, ответила подруга. Я позвала ребят, до этого увлечённо изучавших очередную кошку, изложила им суть нашей идеи. Они согласились, и мы начали петь: I walk a lonely road, The only one that I have ever known, Don’t know, where it goes, But it’s home to me and I walk alone… Как только мы допели первую часть первого куплета, сетка в районе кухонного окна снялась, и выглянула Дашкина голова. - Что вы делаете? – с улыбкой спросила она. - Выходи! – крикнула я в ответ. - Блин, да не могу я! – ответила подруга. - Ну Дашк, выходи, давай! – протянула Маша. - Вы бы лучше ушли, а то папа грозится в вас кидаться начать. Тут мы с Машкой заржали. Билли, Майк и Тре удивлённо уставились на нас, но, когда мы им объяснили, в чём суть, гитарист и басист присоединились к нам, а Тре, крикнув что-то наподобие «Помогите!», убежал в сторону площадки. Поняв, что всё бесполезно, мы пошли к площадке, куда убежал Тре, а потом – в парк. - Ладно, сыграем два на три, - вздохнув, сказала я. – Ты не против? – обращаясь к Машке. - Нет, конечно, - ответила подруга. - Ребят, а вы хоть в волейбол играете? – спросила я ребят. - Нет… - протянул Билли. - А надо? – спросил Майк. - Нет, знаешь, мы в волейбол играть идём, конечно, не надо, - сказала я. – Ладно, основным приёмам научу. - И меня заодно, - добавила Маша. – А то после Кондратия вообще ничего не помню. - Хорошо. Мы переходили дорогу по пути к стадиону, где меня учили ходить на джамперах (Машка поймёт). Объясняю: на Яузе, прямо в начале парка, на Сухонке, если перейти дорогу, есть два стадиона: большой и поменьше. Там ещё парк аттракционов небольшой рядом. Вот туда мы и шли. Как раз на переходе у Маши зазвонил телефон. Она что-то радостно сказала в трубку, а потом почти крикнула нам, сбросив вызов: - Так, народ, быстро бежим обратно! Дашка выходит! Поскольку мы были на середине зёбры, то поворачивать назад было не особо удобно. Но мы ничего не боимся! Правила созданы для того, чтобы их нарушать! - Люди, вы, блядь, дебилы? – проорала я на бегу за ребятами. - Там Смирнова выходит! Какая разница? В общем, мы добежали до её дома, где ещё минут десять ждали подругу. Наконец, она вышла, и мы пошли обратно на стадион. - Интересно, мне одному показалось, что те девчонки с четвёртого этажа смотрели на нас, как на сумасшедших? – вдруг спросил Тре. - Какие девчонки? – удивлённо спросила его Сырка. - Мы когда пели, - начала я, - на нас, действительно, какие-то девчонки смотрели из окна четвёртого этажа. - А я не заметила… - протянула Машка. - Ну и похуй, - подытожила я. Мы наконец-то дошли до многострадального стадиона. Там выяснилось, что основные приёмы волейбола будем повторять все вместе. Ну, кое-как научились принимать мяч снизу и сверху (не все поймут), а вот с подачей началась полная жопа. Если девчонки ещё знали, как это делается, то ребятам пришлось объяснять. Одна я справиться не смогла, поэтому подключила Дашку с Машкой. Кое-как мы втёрли Билли, что гитара в данном случае не помощник, потому что это не настольный теннис; Майк понял всё практически сразу, поэтому проблем особых не вызвал; но Тре… Это отдельная история. Я стояла рядом с барабанщиком и показывала ему, как стоит подавать. Он, делая вид, что понимает, всё равно делал не так, как надо. Уже отчаявшись, я села на землю (точнее, резиновое покрытие), облокотившись о стенку (если это можно так назвать). Тре, не отступая, продолжал подавать, отчего и ребятам, и девчонкам приходилось часто бегать за мячом за пределы стадиона. И тут случилось невероятное: у Тре всё получилось! Он начал подавать правильно. Но счастье продолжалось недолго: он снова скосил. - Я всё вижу! – грозно проговорила я. – У меня теперь глаз много: четыре целых. - И две десятых, - закончила Даша. - Примерно так. - Чувствую, мы сегодня не поиграем, - протянул подошедший к нам Майк. - Это точно, - подтвердил Билли, закуривая. - Ну и ладно. Зато круто провели вечер, - улыбнулась Машка. - Это да… - протянула я. - Народ… - заныл Тре. – Может, что-нибудь попить купим? - Ага, виски, - съязвила Прокопченко. - Мечта… - прикрыв глаза, протянул басист. - Магазин рядом, можно сбегать, - сказала Сыра. – Кто пойдёт? Естественно, желающих не было, поскольку вызвался Тре. Майку не хотелось быть изувеченным от барабанщика, Билли придерживался той же стороны. А девчонок надо было оставить, чтобы был хоть кто-то адекватный в случае, если что-то случится. - Ладно, пойду я, - обречённо сказала я. На меня уставились два шокированных взгляда: Билли и Майка. - Тебе жить надоело? – наконец проговорил басист. - Отчасти да, отчасти нет. - Ты с ума сошла, - утвердительно сказал Армстронг. - Ну и пусть. Так идём или как? Тре тут же подлетел ко мне, и мы пошли к переходу, оставив охуевших Майка и Билли стоять с девчонками.