Как превратить выпускной экзамен в конец света? Ответ - Наруто!

      Не успел Неджи крикнуть: «Ну, зачем?», как градус иррациональности происходящего пересёк все нормы допустимого.              Пространство вокруг Наруто исказилось и под его ногами возникла огромная скала. В воздухе левитировали длинная-предлинная цепь и не менее полутора десятков опасно выглядящих метровых штырей.              Да и с телом Наруто происходило что-то странное. Его руки и ноги с хрустом ломались, выгибаясь под странными углами. А затем на его теле возникла оранжевая… шерсть? Да… именно так… звериная шерсть. К тому моменту лица на Наруто уже не было. Так, какая-то страшная звериная морда с огромными острыми клыками, длинными лисьими ушами и хищным вертикальными зрачками в красных глазах.              Дети успели заметить, как промелькнул размытый силуэт какой-то женщины, стоящей к ним спиной. Та махнула рукой и вся зависшая в воздухе конструкция пришла в движение. Огромная скала врезалась зверю в спину так, что того распластало на ней. А затем штыри начали по одному пробивать зверю его конечности. И от звуков «Хрясь!» с которым штырь вонзался в живую плоть всех просто передергивало.              И вот, когда все лапы и все хвосты зверя были прибиты к огромной скале, вступила в действие цепь. Она туго обтянула все конечности огромного зверя, включая все его девять хвостов. Не оказалась забытой и шея зверя. Так что тот мог находиться только в одной позе.              https://drive.google.com/file/d/1x8wPYvMBpiEfawIZiNOpwMV-W77hp9sJ/view?usp=sharing              – Мито!!! – взревел зверь.              От его рёва дрожало само пространство. И находившиеся на расстоянии сотни шагов дети ощутили, как их сердца буквально вибрируют в такт этому устрашающему рёву.              Однако женщина вообще никак не отреагировала на этот рёв. Она молча повернулась спиной зверю, как к ничтожной мошке, не заслуживающей её внимания. И прежде чем её иллюзорный силуэт исчез, дети успели увидеть взрослую женщину лет тридцати с лицом исполненным собственного достоинства. Её ярко-красные волосы были стянуты в два пучка по бокам головы, с которых свисали две фуин-печати.              «Мито… Мито… Красные волосы… Фуин… Зверь с девятью хвостами… Была только одна Мито в истории нашей деревни...», – кое-кто из присутствующих догадался кто же эта такая Мито, что предстала перед ними. Но понимания того, что же сейчас происходит не было ни у кого.              А затем силуэт женщины бесследно растворился. И дети машинально перевели взгляд на распятого зверя. И тут же от них раздались вскрики боли.              – Ай… Ой… Ауч! – доносилось ото всюду.              – Не смотрите туда, – первым догадался о причинах Шикамару, – отворачиваемся и отходим. Не оглядываясь.              ***Несколько минут спустя***              – Это было… гендзюцу? – неуверенно предположила Ино.              Сейчас их компания стояла спиной к творящему… м-м-м… нечто… и пыталась склеить из осколков разбитую картину мирозданья.              – Разве гендзюцу способно передавать боль? – возразил Киба.              – И оно не только не развеивается, но я вижу активированным бьякуганом распятого огромного зверя… с девятью хвостами… – с отрешённым видом произнесла Хината.              Факт того, что её родной, надёжный и проверенный бьякуган, передаёт ей в голову то, чего не может быть… просто потому, что не может быть… сильно расстроил девочку.              – Тут речь скорее идёт не о передаче боли, а о передаче своих ощущений… – сделал кое-какие предварительные выводы Шикамару. – Но я не уверен, что такое гендзюцу есть… – задумчиво протянул он.              И с намёком посмотрел на Саске. Вот, мол, стоит член клана, каковой на гендзюцу собаку съел... Без обид, Киба… Без обид, Акамару…              Ощутив на себе шесть пар глаз, Саске немного подумал и решил поделиться со сверстниками, забывшими материал первого года академии, кое-какой информацией. Из библиотеки академии. Из справочника «Кланы деревни Скрытого листа».              – Да, есть такая техника… Цукиёми… – с некоторым усилием выдавил из себя Саске название ненавистной техники, – И, да… Она может передавать боль…              Тут Саске не стал выходить на рамки учебного материала, и опустил тот факт, что Цукиёми использовался членами его клана для пыток попавшихся им в плен врагов.              – И ощущения автора техники она тоже передаёт… – не стал уточнять, что в Цукиёми, наложенном на него Итачи, он ощущал, как своими руками перерезает глотки членам клана… А некоторые были его дальними родственниками… Двоюродными и троюродными братьями и сёстрами...              – И то, что развеять её нельзя – это правда… но не вся… – уточнил Саске, немного перейдя за грань написанного в справочнике кланов, – если автор техники того пожелает, то выход из Цукиёми становится полностью недоступным. А так, да… развеять её невозможно…              – Справочник «Кланы деревни», страница тридцать семь, – внезапно хлопнул себя по лбу Шикамару, – видел бы меня сейчас отец… ух, мне бы влетело!              И парень аж содрогнулся от объёма тренировок по развитию памяти, которые бы на него обрушились, если бы отец узнал, что Шикамару запамятовал о таких простых и общедоступных фактах.              – Хмпф! – иронично фыркнул Саске. Мол, если ты такой умный, то чего у меня спрашивал? Или может быть ты не такой умный, как о тебе все говорят?              Шикамару этот хмык полностью расшифровал, но полностью проигнорировал. Именно потому что он был умным. И ссора на ровном месте ему была совершенно не нужна.              – Рискну предположить, – задумчиво протянул Шикамару, – что время в Цукиёми не равнялось времени реального мира…              И с вопросом в глазах посмотрел на Саске.              – Семьдесят два часа в Цукиёми равняются одной секунде в реальности, – расщедрился на информацию Саске.              – Тогда… – поднял глаза к небу Шикамару, подсчитывая пропорцию, – у нас есть два часа… Располагайтесь кому где удобно… А я пока вздрем… эм… я хотел сказать, посмотрю на облака. Да, именно так!              – Два часа? – удивилась Ино, – Но почему?              – Потому что кое-кто сейчас в ускоренном темпе проживает семьдесят лет боли и одиночества… Не хотел бы я быть на его месте, – передёрнуло Шикамару.              Неджи было дёрнулся помочь другу, но от единственного взгляда на творящееся за его спиной, у того от боли подкосились ноги, и он упал на колени.              – Нам нужно… это… того… – заговорила Ино.              – Что? – устало вздохнул Шикамару, чувствующий, что сон… зачёркнуто.. созерцание облаков от него всё отдаляются и отдаляются…              – Нужно сообщить… э-э-в… в… э-э-э…              – И что мы скажем? – спросил Шикамару, – начиная устраиваться на земле. – Над нами висела огромная... на полнеба луна, но мы этого не замечали… потому что играли в… «Судебное заседание»… а потом главный подозреваемый оказался невиновен и превратился в Девятихвостого демона-лиса...              – … – дружно промолчали все окружающие.              Сказать им было нечего.              – И это после того, как наша репутация хоть как-то восстановилась после того случая двухлетней давности…              Окружающие тяжко вздохнули. Вспоминать то, как они фактически сошли с ума и участвовали в баталии, целью которой было уничтожение Наруто Узумаки было… тяжело.              – После второго такого случая репутация психов, периодически ловящих очень реалистичные массовые галлюцинации нам обеспечена… До глубокой старости…              Дураков или дур среди окружающих не было. Напротив, это были умные и талантливые дети, лучшие в своём поколении. И всем, кроме Неджи, было не наплевать на свою репутацию.              Ну, а с Неджи случай был особый. Сияющую, как бриллиант в сотню карат, репутацию человека, который «поколотил всех своих сверстников в клане, а затем, ничуть от этого не устав, переключился на всех забияк и хулиганов деревни, само собой поколотив и их», ничто не могло запятнать.              – Ах, да, – припомнил Шикамару, – вишенкой на торте будут наши обвинения в адрес Узумаки о том, что он дескать, украл у нас мышку и голубя… Да после этого не только нашу, но и репутацию наших кланов не отмыть… Ничем и никогда… И относиться к нам будут, как к несмышлёным детишкам, устроившим ссору в песочнице и побежавшим жаловаться взрослым…              – Но… но… он проник в клановые кварталы Яманака и Хьюга… – Ино попыталась найти хоть какие-то причины для поднятия паники и общедеревенской тревоги.              – А вот эту тайну нам стоит унести с собой в могилу. Потому что, если об этом станет известно в деревне… а им станет… то над нами будет смеяться не только вся деревня, но все пять элементальных стран. В самые защищённые резиденции глав кланов проник худший ученик академии шиноби за все семьдесят лет её существования… и сделав дело, скрылся незамеченным… И ведь никому не докажешь, что Наруто Узумаки сильно изменился за лето… – на словах «сильно изменился» интонации Шикамару стали такими задумчивыми, как будто его посетила некая догадка, – ведь все будут смеяться именно над нами…              Возражения закончились и дети начали прикидывать, как бы им скоротать эти два часа.              ***Два часа спустя***              – Значит так, – слово взял Шикамару, – отец давал мне почитать кое-какие отчёты… поэтому слушайте внимательно… В глаза Узумаки не смотреть, говорить вежливо, интонации использовать только мягкие…              – Ты что такое говоришь! – возмутилась Ино, – этот наглец должен получить заслуженное наказание за то, что он посмел украсть…              – Ино-тян, – устало вздохнул Шикамару, – это не мои выдумки. Это меры предосторожности, опытным путём выведенные после многих десятилетий обращения с теми, кого называют… джинчурики… сила человеческого жертвоприношения…              – Ты это о чём, Шикамару-кун? – не поняла Ино.              – А ты не поняла, Ино-тян? Наруто Узумаки – носитель Девятихвостого. Демон-лис запечатан в нём. Мы стали обладателями S-рангового секрета деревни. А те меры о которых я говорил только что… Давным-давно заметили, что, если носитель находится в состоянии стресса, то печать удерживающая биджу слабеет… И в окружающий мир может прорваться немного демонической жажды крови… Да так, что даже у взрослых шиноби появляется заикание и седина в волосах….              – Се-се-се-седина?! – начала заикаться Ино, – Помогите! Кажется, меня накрыло демонической жаждой крови и я се-се-се…              – Тебе показалось, Ино-тян, – успокоил её Шикамару.              И продолжил:              – И ближе, чем на десять шагов не подходим. В случае совсем уж сильного стресса, из носителя вырывается демоническая чакра. Для всего живого она ядовита. И даже малое её количество оставляет ожоги третьей, а то и четвёртой степени, шрамы от которых остаются до конца жизни... – закончил инструктаж Шикамару.              – Ой, я вспомнила, – захлопала ресницами Ино, – у меня дома чайник на плите стоит… Выкипел наверное, уже весь. Надо пойти снять с плиты… Ну, я побежала!              – Нет! – Шикамару решительно пресёк попытки к бегству со стороны Ино, – сперва мы мягко и вежливо поговорим с Наруто, убедим его отдать нам мышку и голубя… потом убедим его, что брать чужое нехорошо… вежливо попрощаемся… и только потом все побегут по своим делам. И вообще Ино-тян волноваться нечего.              – Да? Ты уверен?              – Абсолютно. Ни один забытый на два часа на плите чайник не способен столько протянуть. Так что спасать уже некого и нечего…              – Я не это имела в виду, – понурилась Ино.              А затем странное давящее на психику ощущение от творящего в сотне метров от них мистического… ритуала? ...прошло. И компания из восьми генинов выдвинулась к эпицентру магического бардака.              ***Наруто Узумаки***              Меня зовут… зовут… иголку под палец… не очень помогло… имя не вспомнилось, но в голове чуть прояснилось…              Тогда начнём с более простого. Это лапа… нет, это называется рука. И когти… нет, всё нормально… они и должны быть такими маленькими… это ногти…              Хвосты… мои хвосты… их украли… стоп! Не было у меня хвостов… И я не на четвереньках передвигаюсь… Да, вот так... выпрямиться…              Протянуть руку, нашарить зеркальце в волосах… Есть… Лицо человека… фу… Хотя почему «фу»… Я чело… Эм… Вряд ли обладателя чёрного сердца можно назвать человеком…              Системное сообщение. Запрос на обновление расы принят.              Системное сообщение. Идёт обработка запроса. 0%... 10%... 25%... 50% 100%. Обработка завершена.              Системное сообщение. Раса игрока Наруто из мира «Наруто ZX-14»…              Вспомнил! Я – Наруто Узумаки!              …«Человек, чакроюзер», ранее изменённая на «человек, культиватор Ци», изменена на «опасная духовная сущность, имеющая материальную оболочку».              Окей, духовная, так, духовная… Лично я вижу в этом кучу плюсов и ни одного минуса.              А вот и дети подтянулись. Интересно, смогу ли я выжать из этого представления ещё немного смеха? А то фантомные боли в конечностях… даже в несуществующих девяти хвостах… здорово давят на психику… И этой гадости… фантомной боли… не скажешь: «Боли – нет!»… Нет, эту боль я должен проглотить всю до мельчайшей капли… Не используя Семь Мудрых Вещей… Как я не использовал их за пролетевшие семьдесят лет… А то иначе никакого толка от проделанного не будет...              ***Вид со стороны***              – Мышь! Гоша! – негромко позвал Наруто.              И названные тут же откликнулись. Откуда-то с неба спикировал голубь. И даже скорость перед приземлением не стал сбрасывать. Потому что пышная шевелюра его хозяина служила ему отличным батутом. И это открытие Гоша сделал ещё много лет назад. И с тех пор старался приземлиться исключительно таким экстравагантным образом.              Мышь же по-старинке, одним движением запрыгнул на плечо Наруто. Кто-то возразит, что обычные мыши так высоко не прыгают. Ну, так и Мышь обычной мышью не был. Его ещё маленьким слепым мышонком купил Наруто Узумаки для проверки эффективности недавно открытой им целебной Ци. Целебная Ци оказалась выше всяких похвал. И подвергаемый бесчеловечным тренировкам Мышь регулярно исцелялся именно с помощью этой особой Ци. Да что там исцелялся… Он употреблял её на завтрак, обед и ужин! Так что ещё в далёкой молодости Мышь накостылял всем обычным мышам, смевшим бросить ему вызов. Потом Мышь ещё немного подрос… И встречные мыши-забияки с писком ужаса стали просто разбегаться прочь. После чего мышь переключился на крыс. И цикл повторился. И через некоторое время встречные крысы-забияки, пища от ужаса, драпали во все лопатки, едва завидев Мыша на горизонте. А потом настал черёд кошек… В общем, там долгая история, политая множеством кошачьих слёз. И вот уже Мышь начал присматриваться к собакам… как случилась печальная история, в результате которой он был вынужден переселиться к своей знакомой по имени Хината, а его настоящий хозяин куда-то пропал… На целых два года… А Мышь-то скучал! Ну, и само собой, некому было тренировать его и кормить замечательной зелёной вкусняшкой от которой тело растёт и наполняется силой… И сейчас всё это он пытался выразить своим возмущённым попискиванием.              – Будете моими тотемными зверьми? – задал странный вопрос Наруто двум своим питомцам.              – Курлы? – донеслось вопросительное из шевелюры мальчика.              – Пи? – аналогично отреагировал Мышь.              – Я превращу вас в демонических зверей. У вас в груди появится собственное Демоническое Ядро, в котором будет жить ваша душа. Это сделает вас сильными. И умными. И потенциал у вас будет о-го-го! От вас требуется лишь храбро сражаться. И тогда вы можете достичь звания тотемного священного предка… И от вашей поступи будут содрогаться горы!