Loving you is a losing game

За эту неделю ничего не изменилось. Гермиона все так же прилагала огромные усилия, чтобы не смотреть в сторону Малфоя и его невесты. И хоть говорят, что время лечит, но девушка точно уверена, что ее рана на сердце все еще такая же уродливая и кровоточащая, вот только Гермиона научилась с ней жить. Время не лечит, оно помогает привыкнуть. По ночам к гриффиндорке вернулись ее кошмары. В одних из них, как и прежде, Драко падает с Астрономической Башни, разбиваясь насмерть. Это все так же ее самый ужасный сон, после которого Гермиона просыпается в холодном поту, но к нему добавился и еще один. В нем уже сама Гермиона стоит на краю башни, держась за руку Драко. Парень крепко сжимает ее, с немой мольбой в глазах. Гермиона уже поддается навстречу ему, как тут его лицо перекашивается надменной и брезгливой ухмылкой, а из-за Малфоя выходит Марианна, нежно обвивая его шею. Гермиона последний раз взглядывает в серые глаза, перед тем как Драко отпускает ее руку, и девушка летит вниз. Гермиона потрясла головой, чтобы отогнать от себя воспоминания ее кошмаров, и продолжила ковырять салат вилкой. — Ты поешь сегодня или нет? — Спросил Невилл, сидящий справа от нее. — Я ем, — рассеяно ответила девушка. — Ты уже пятнадцать минут сортируешь ингредиенты салата, — хмыкнул парень. Гермиона только сейчас обратила внимание, что за все это время она разложила по кучкам все овощи на своей тарелке. Девушка перевела взгляд на Невилла и натянуто улыбнулась другу: — Что-то нет аппетита. — По-моему, у тебя его нет уже неделю, — пробормотал Невилл, подозрительно прищурившись, и отвернулся к Симусу. Гермиона тяжело вздохнула. Невилл прав: в последнее время она вообще перестала есть, отчего, если еще учитывать постоянные нервные срывы и переживания, девушка очень сильно похудела. Ее ребра начали некрасиво выпирать, щеки впали, а под глазами появились темные круги. Гермиона никогда не была полненькой, но сейчас она походила скорее на скелет, плотно обтянутый кожей, чем на молодую девушку. С огромными усилиями, она все-таки занесла вилку с наколотым кусочком мяса в рот, и заставила себя поесть рассортированные овощи, некогда бывшие салатом. Взгляд Гермионы мимолетом пробежался по залу, привычно остановившись на слизеринцах. Это уже была ее традиция — искать ЕГО глазами. Просто девушке так было спокойней. Точнее, раньше было…. Тогда, заметив платиновую макушку Драко, настроение Гермионы становилось намного лучше, а внизу живота разгоралось приятное пламя разнообразных чувств, когда слизеринец тоже смотрел на нее. Их общение, некий «немой диалог», который понимали только они, был для Гермионы словно глоток свежего, морозного воздуха. Взгляд Малфоя вызывал у Гермионы приятное волнение и некую эйфорию, разливавшуюся по телу теплом. Сейчас же гриффиндорка, как могла, старалась избегать появления Малфоя в поле ее зрения. Она учится жить без него, а с этой отвратительной болью, что он ей принес, так что пускай перестанет мозолить глаза со своей болгаркой! Как ни странно, первое, на что Гермиона обратила внимание, был далеко не Малфой. То, что она увидела, не могло не вызвать у нее легкую улыбку: Забини обнимал за талию Дафну Гринграсс, пока та весело щебетала ему что-то на ухо, все ближе прижимаясь к мулату. Забини рассмеялся и поцеловал Дафну в щеку. Блейз, заметив взгляд Гермионы, поднял голову и посмотрел прямо на нее. И только сейчас гриффиндорка увидела, насколько слизеринец был счастливым. Блейз весело подмигнул Гермионе и девушка еще шире заулыбалась. Хоть кому-то сейчас хорошо. А уже следующий миг Гермиону прошибло током. Ее глаза переметнулись на человека, сидящего справа от Забини, который опалял ее взглядом ледяных глаз, и улыбка медленно сползла с лица девушки. Малфой буравил ее злым взглядом, сжимая в руках бокал тыквенного сока. По телу девушки пробежал табун мурашек, а в груди больно кольнуло. Драко еще буквально секунду смотрел на нее, а затем отвернулся к Марианне. Гермиона выдохнула, когда ребра впились в свежую рану на сердце. Она даже не заметила, как задержала дыхание. Девушка подхватила сумку со скамейки и повернулась к друзьям: — Вы идете? Через три минуты начнется урок. — Гермиона, — досадливо простонал Симус. — Дай доесть! — Ты хуже моего брата! — Одернула парня Джинни, скривив носик. — Пойдем, Гермиона. Уизли запихнула последнюю булочку в рот и взяла подругу под руку. — Подождите меня, — попросил Невилл, складывая свои вещи. После Истории магии у Гриффиндора был смежный урок Травологии со слизеринцами. Гермиона шла вместе с Невиллом и Симусом в теплицы профессора Стебль, уткнувшись носом в шарф, плотно окутывающий ее шею. Финниган шагал впереди их всех, возмущенно причитая на счет домашнего задания: — Она опять задала нам огромный доклад по этой… — Он замялся, нахмурив брови. — Как ее? Теркакула? Теракуна? — По ядовитой тентакуле, — поправил его Невилл. — Именно, — воскликнул Симус. — Я весь день пытался найти про нее хоть какую-то информацию. Перешарил всю библиотеку. — И что? — Я ничего не нашел! Ни словечка! — В какой секции ты искал? — Кустарники и деревья. Невилл громко цокнул и неодобрительно покачал головой: — Надо было искать в бобовых растениях! — Я-то откуда знал! Меня не было на прошлом уроке. Невилл промолчал, лишь закатив глаза. Травология всегда хорошо у него получалась и была любимым уроком. Парню нравилось возиться с этими растениями, исследовать их свойства и применения. Невилл даже думал идти на учителя Травологии, когда война закончится. Некоторое время друзья шли молча, каждый думая о своем, пока странный шум не привлек их внимание. Возле теплиц столпились ученики и кричали что-то неразборчивое. Гермиона пыталась прислушаться, но у нее не получалось ничего понять, так как слишком много голосов смешалось в одну какофонию. Только когда какой-то пуффендуец немного отошел в сторону, Гермиона увидела в центре всего этого столпотворения белоснежную макушку.

***

Драко был очень зол. Он с самого утра внимательно наблюдал за Блейзом. То, что его лучший друг за завтраком так игриво подмигнул Грейнджер, было просто за гранью его понимания! Абсурдность той мысли, что закралась ему в голову, была просто максимальная, но Драко ничего не мог сделать, чтобы не думать об этом. То, что Драко пока отошел в сторону, ничего не меняет, и Грейнджер все еще остается его. Конечно, Драко понимал, как сильно оскорбил ее тогда, но что ему надо было делать? Все-таки гордость — отличительная черта каждого гриффиндорца, и Грейнджер в частности. Поэтому, надавить на нее было лучшим решением, чтобы Гермиона не стала задавать вопросы. Драко прислонился к дереву и стал ждать, пока Забини удосужится прийти на урок. Благо, Фарлоу не ходит на Травологию, а значит — он может отдохнуть от ее назойливости. Драко, конечно, мог наорать на нее, как сделал это в Башне Старост, когда напился, но он хотел, чтобы Грейнджер видела его вместе с Анной и не смела подходить. Малфой понимал, что гриффиндорка смышлёная и начнет о чем-то догадываться, если дать ей повод усомниться в его словах на Астрономической Башне. Наконец, Драко увидел Блейза, который медленно приближался к теплицам. Странно, что Гринграсс не с ним. Похоже, они каким-то чудом сошлись, и целое утро не отлипали друг от друга. Но как объяснить то подмигивание Грейнджер и ее улыбочку. Сильно ей весело? Пока Драко рвет себя на куски за слова, которые наговорил ей, Грейнджер улыбается Забини! Может, те ее слова о любви и не были правдой? А что если она переспала с Блейзом? Предложила ему свои грязнокровные услуги взамен на защиту, которую раньше ей предоставлял Малфой. Челюсти Драко автоматически сжались, цокнув зубами, и парень окликнул лучшего друга. — Забини, — Блейз повернул голову и мысленно страдальчески застонал, увидев друга в состоянии злее Снейпа, когда тот смотрит на Поттера. Блейз с опаской подошел к Драко. — Что-то случилось? — осторожно поинтересовался мулат. — Какого хрена это было за завтраком? — без предисловий спросил Драко, скрестив руки на груди. — Ты про что? — Не делай из себя идиота, Забини, — прорычал Малфой, окинув друга раздраженным взглядом. — Я про ваши гляделки с Грейнджер. — Салазар…. — устало протянул Блейз, проведя рукой по лицу. Забини сразу уловил нотки ревности в словах друга и это ему очень не понравилось. — Ты серьезно, что ли? — Тогда, будь добр, объясни мне, что это, блять, было! — начал вскипать Драко. — Она помогла мне, ясно? — Малфой вскинул бровь, ожидая продолжения. — Неделю назад я встретил ее в коридоре на первом этаже после отбоя и… — После отбоя? — возмущенно воскликнул Драко. — Почему она шлялась по коридорам так поздно? — Я откуда знаю! Спроси у нее. Я не буду нянькой еще и для твоей Грейнджер. — Она не моя, — грубо отрезал Малфой, хотя в его глазах Блейз уловил неприкрытую тоску. — Ну и что дальше? — Я сначала не понял, кто передо мной, но потом узнал Грейнджер, и она была…. — Блейз замолчал, мысленно ругая себя за высшую степень кретинизма. Рассказать Малфою о пьяной Грейнджер и стать тем, на ком он выплеснет свое негодование?! Нет уж, увольте! — Какой? — прищурился Драко. — Забини! — Немного…. — Блейз судорожно пытался придумать более подходящее слово. — Немного выпившей. — В каком смысле «выпившей»? — вкрадчиво переспросил Драко, и его глаза посуровели настолько, что Блейз предпочел бы посидеть на собрании с Лордом, чем сейчас стоять возле лучшего друга. — А какое есть еще значение у этого слова? — Насколько? — Драко прикрыл глаза и постарался выровнять дыхание. Все его естество кричало о необходимости пойти и наорать на эту дуру за ее идиотские, необдуманные поступки. Мало Грейнджер было Монтегю? Ей еще захотелось? Да любой мог воспользоваться ее состоянием в темном, безлюдном коридоре. Малфой бы уничтожил Грейнджер за такую непроходимую глупость! Но ему нельзя к ней подходить. Он не может. — Она еле ногами передвигала, — как можно тише и быстрее сказал Блейз. — Блять…. — Драко закинул голову назад и шумно выдохнул. — Что в ее кудрявой башке твориться?! — То ли у Блейза, то ли у себя или самого Мерлина спросил Малфой. — Ладно, что было дальше? — Мы разговорились, — пожал плечами Блейз, лениво рассматривая свои ногти. — Разговорились, — пренебрежительно фыркнул Малфой. — А что такого? Как оказалось, Грейнджер довольно интересный собеседник, хоть я и не понимал половину тех слов, что слетали с ее заплетающегося языка. Ты же знаешь, я никогда не относился плохо к магглорожденным. — Да, я помню. Твоя няня была одной из них, — Блейз кивнул. — Что потом? — Она дала мне достаточно дельный совет. Даже пьяная — Грейнджер умна и проницательна, как черт. Потом я ушел. — Ты ушел?! — Драко пронзил друга обозленным взглядом. — Какого хрена ты ушел и оставил ее одну? — Я похож на сторожевого пса Грейнджер? — А если бы с ней что-нибудь случилось?! — Знаешь, Драко, — Блейз сдвинул брови на переносице и скрестил руки на груди, — какая тебе разница? Не ты ли кричал, что ненавидишь ее? — Забини, лучше закрой рот, — предостерегающе покачал головой Малфой. — Нет, слушай, с какой стати ты устроил мне сцену ревности, если тебе плевать на Грейнджер? Ты ее бросил и скоро женишься на Фарлоу. Тебе должно быть похер, где она, что делает и с кем …. — Она только моя, — сквозь зубы прорычал Драко. — Была, есть и будет только моей. Всегда. — Грейнджер мне ничего конкретного не сказала, но упомянула, что ты воспользовался ею, — абсолютно спокойно продолжал Блейз. — Она не твоя, Драко, смирись! Твоя ревность уже не к месту, и Грейнджер в праве быть с кем захочет. Ты променял ее на болгарку, а теперь живи с тем, что Грейнджер трахает кто-то другой. — Ты труп, Забини, — с этими словами Драко ударил Блейза по лицу, наверняка сломав ему нос. Забини отшатнулся, громко выругавшись. Мулат не успел опомниться, как второй удар пришелся ему под дых и он свалился на землю. Подняв на разъярённого друга хитро прищуренные глаза, Блейз продолжал его подначивать: — Давай, Драко, ударь меня еще! Только это не изменит того факта, что теперь она стонет далеко не твое имя. Нижняя губа Малфоя дрогнула от злости. Он поднял Блейза за лацканы пиджака и приблизил к своему лицу. — Сукин сын, — прошипел Драко. — Согласен, — криво усмехнувшись, ответил Забини, после чего получил третий удар по лицу. Вокруг уже столпились люди, но Драко было плевать. Некоторые делали слабые попытки подойти и остановить бойню, но под стальным прицелом серых глаз возвращались на место. Зачем Блейз его провоцировал, Драко не понимал. Да кто поймет этого Забини! Мулат даже не пытался от него отбиваться, лишь немного прикрывал руками голову. Драко замахнулся для очередного удара, но надрывной крик его остановил. — Малфой! — Драко обернулся на звук. Напуганная, но злая до чертиков, Грейнджер пробилась сквозь толпу и стояла в пару шагов от него. Она в ужасе переводила широко распахнутые глаза с Драко на побитого Забини. Все вокруг замолчали. Оглушающая тишина давила на Малфоя и Гермиону, создавая дикое напряжение между ними. — Что ты наделал? — прошептала гриффиндорка, осуждающе качая головой. Все что я делаю, ради тебя, идиотка! Только ради тебя Грейнджер пронеслась мимо Малфоя, оставляя за собой шлейф легкого аромата корицы. Драко сжал кулаки, чтобы унять желание прикоснуться к гриффиндорке. Мерлин, как он истосковался по ней! А ты скучаешь, Грейнджер? Девушка опустилась на колени рядом с Блейзом, усердно отхаркивающего кровь, и беспокойно оглядела его повреждения. Не вставая, она повернула голову и громко крикнула: — Вызовите же кто-нибудь мадам Помфри! Никто так и не пошевелился, продолжая ошарашено наблюдать за действием. Ну конечно, не каждый день видишь мордобой между Слизеринским Принцем и его лучшим другом, и уж тем более то, что именно гриффиндорка смогла унять это. Возможно, пойдут какие-то слухи, но вряд ли Волдеморту будет интересно слушать про школьные драки, а мнение остальных наблюдавших Драко не волновало. — Малфой! — крикнула Гермиона. — Он же твой друг! Драко уже хотел ответить ей что-то едкое, чтобы она, наконец, закрыла свой очаровательный ротик и перестала возбуждать его своим я-такая-злая-и-разъярённая-фурия видом, но строгий голос Снейпа его оборвал. — Достаточно, мисс Грейнджер! Мадам Помфри уже идет, ваша помощь больше не нужна, — Гермиона бросила недоверчивый взгляд на директора, но тот красноречивым взмахом руки дал понять, что ждет выполнения его распоряжения. Девушка поднялась и засеменила к гриффиндорцам. — Все по кабинетам, — приказная интонация в голосе Снейпа никогда не подводила — ученики начали расходиться по своим аудиториям. Тогда бывший зельевар повернулся к Драко. — Мистер Малфой, в мой кабинет. Живо! Снейп размашистым шагом рванул в кабинет директора. Удостоверившись, что мадам Помфри уже помогает Блейзу и залечивает его раны на лице, Драко пошел за крестным. — Что за детский сад вы устроили с мистером Забини? — сурово спросил Снейп, когда Драко сел на стул напротив крестного. — Не удержался, чтобы не врезать по его самодовольной роже, — саркастично ответил Малфой — Я же как-то выношу вас семнадцать лет, — фыркнул Снейп. — И какое у меня будет наказание? — проигнорировав последнюю реплику крестного, лениво спросил Драко. — Думаю, у вас есть дела гораздо важнее натирания кубков. Завтра собрание с Лордом. Кадык Малфоя дернулся, когда он нервно сглотнул. — Давно Лорд не устраивал собрания, — Драко постарался сказать это как можно беспечней, учитывая ужасные мысли, закравшиеся в его голову. — Когда именно? — В одиннадцать часов ночи начало. Приходите сюда в половину. Драко сухо кивнул. — Я могу идти? — Идите, мистер Малфой. И хоть еще раз я увижу вас с мистером Забини в очередной потасовке! — строго сказал бывший зельевар. Драко хмыкнул и поспешил удалиться и направился в подземелья. Там его, конечно, ожидает длинная тирада Пэнси, хотя, наверное, она и сама сейчас не прочь врезать Забини из-за Гринграсс. Драко назвал пароль от гостиной и зашел внутрь. К его удивлению, на диване сидел уже совершенно здоровый и подлатанный Блейз в окружении Дафны и Тео. Другие слизеринцы лишь украдкой посматривали на них, но подходить ближе не решались. Драко прошел к Блейзу, ловя на себе любопытные глаза шушукающихся одноклассников. Малфой одарил какого-то третьекурсника убийственным взглядом, и он, вздрогнув, отвернулся. Блейз, заметив друга, что-то шепнул Дафне. Слизеринка поднялась с дивана, взяла за локоть Тео и отошла вместе с ним в сторону. Проходя мимо Драко, Тео доброжелательно кивнул, а блондинка недовольно поджала губы. Малфой опустился на диван рядом с Забини, закинув ногу на ногу. — Зачем ты это сделал? — спросил Драко, внимательно всматриваясь в лицо Блейза. — Хотел показать тебе. — Что? — Какую ошибку ты совершил, бросив ее. Она тебе небезразлична, в чем я сегодня убедился на собственной шкуре и дал понять тебе. Драко ничего не ответил. Несколько минут они просто молчали, глядя на искры пламени и слушая треск дерева в камине. Это было не то неловкое молчание, которое возникает между людьми, когда им не о чем говорить. Наоборот, так они общались, так они извинялись друг перед другом. — Это ради нее, — будто со стороны Драко услышал свой, тихий, хриплый голос. — Люциус шантажировал меня ее жизнью, а она не должна пострадать из-за меня. — Она уже страдает, дружище. — Но она хотя бы жива. И пока я исполняю свои условия договора, Люциус ее не тронет. — Помолвка тоже часть договора? — Драко медленно кивнул. — Она сказала тогда, — Малфой нахмурился и почистил горло. — Сказала, что любит меня. Блейз изумленно посмотрел на друга, не ожидая такого откровения. Как же Грейнджер сильно влипла! — Чем я заслужил ее любовь, Блейз? — его шепот практически слился с шумом потрескивающих бревен в камине, теряясь в стенах гостиной. — Я сделал ей столько плохого и непростительного. Я изнасиловал ее, — еще тише. Но Блейз услышал. Малфой специально говорил так, чтобы только он и слышал. Забини недовольно поджал губы, но ничего не сказал. Конечно, он знал, что Драко временами может быть очень грубым и довольно жестоким, и сам Забини не ангел, но он никогда бы не подумал, что Малфой способен на такое. И, тем не менее, Блейзу было интересно узнать, при каких обстоятельствах это случилось. Драко, будто прочитав его мысли, невесело усмехнулся и продолжил: — Это был мой первый штурм с Лордом, после него я был очень злым и сильно напился. А когда встретил ее в коридоре — сорвал весь свой гнев на ней. — А она была… — Забини замолчал в надежде, что Драко сам поймет, о чем он. И Малфой понял. — Девственницей. Да. Я ее унижал, кричал на нее и один раз чуть не задушил, а она все терпела и прощала, — Драко потер переносицу и устало выдохнул. — Когда вышел выпуск «Пророка» с новостями про бордель, она так испугалась. И именно в тот день я пообещал, что с ней ничего не случиться. — А ты не думаешь, что она имеет право сама выбирать быть с тобой или нет? Даже под угрозой смерти. — Нет, — резко отрезал Драко. Забини промолчал, не желая спорить с другом. Если Малфой так решил — значит так и будет, и даже Блейз переубедить его не сможет. — Как тебе вообще пришло в голову разбивать это божественное личико? — пытаясь развеять повисшее в воздухе напряжение, весело подмигнул Блейз, указывая на свое лицо. Похоже, он не сердится, что очень хорошо, потому что лишиться еще и лучшего друга, Драко сейчас хотелось меньше всего. Малфой улыбнулся Блейзу и похлопал его по плечу.

***

В пол-одиннадцатого ночи Драко прибыл в кабинет Снейпа в Пожирательской мантии. Он лениво развалился на кресле, потягивая огневиски крестного. Снейп недовольно ворчал что-то про «малолетний алкоголизм», пока заполнял бумаги с графиками для Лорда. За окном снова шел дождь. Весна продолжала приносить лишь пасмурные и влажные погоды, не пропуская солнце. Драко усмехнулся, когда вспомнил, как Грейнджер открыла в его комнате шторы, лишь бы озарить ее яркими лучами. Слизеринец пригубил глоток огневиски и взглянул на часы. Они показывали без пятнадцати одиннадцать. Малфой недовольно вздохнул и обратился к Снейпу. — Почему мы не идем? — Ждем, — отрезал Снейп, не поднимая головы. — Позволь узнать, кого или что? — паясничал Драко. — Кэрроу. — Они тоже будут присутствовать на собрании? — брезгливо выплюнул парень — Сегодня будут абсолютно все, — Снейп посмотрел на крестника, склонив голову. — Не забывай про стену. Ответ Северус так и не услышал, так как в кабинет вошли Алекто и Амикус, усердно споря между собой. — Идиот безмозглый! — прошипела Алекто своим противным голосом и прищурила маленькие глаза. — Бешеная сука! — не остался в долгу Амикус. Сестрица Кэрроу зарычала и плюхнулась на стул напротив стола Снейпа. Драко закатил глаза, снисходительно наблюдая за двумя Пожирателями. Салазар свидетель, иногда Малфою казалось, что Крэбб и Гойл умнее Кэрроу, а Долгопупс намного смышленее. И где только Лорд находит таких тупиц? — Когда отправляемся, Северус? — спросила Алекто, руками зализывая торчащие прядки волос в строгую прическу. — Ждали только вас, — бесцветным тоном отозвался Снейп. Только тогда Кэрроу покрутились по сторонам и наткнулись на Драко, сидящим в самом темном углу комнаты. — Малфой-младший, — то ли с отвращением, то ли с призрением поздоровался Амикус. Драко это не удивляло. Если этот урод настолько тупой, что не в состоянии справиться с элементарными заданиями Лорда, то ему остается только завидовать «продвижением» более младшего поколения Пожирателей. Драко сухо кивнул Кэрроу и, отставив бокал огневиски, поднялся с кресла. — Давайте быстрее, — кинул он и взял жменю летучего пороха. Четко произнеся «Малфой-мэнор», Драко переместился домой. Ну, или в то место, что когда-то называлось его домом. Малфой заклинанием очистил мантию от сажи и стал дожидаться Снейпа. Он прибыл буквально через пару секунд, а после него двое Кэрроу. Они прошли к главному залу, где обычно Волдеморт проводил собрания. Снейп не врал, когда говорил, что сегодня будут абсолютно все. За столом уже сидели старшие Пожиратели, а по-над стенкой стояли новые ПСы. Лорда еще не было, поэтому в зале стоял невероятный гул. Кэрроу быстренько убежали на свои места, распихивая новичков на своем пути, а Северус с непроницаемым видом прошел за свой стул рядом с Долоховым. Драко огляделся в поисках родителей, но так их и не нашел, зато увидел Беллатрису, которая неспешно приближалась к нему. Малфой мысленно вздохнул. Ненависти к Беллатрисе он не чувствовал, скорее, ему было ее жаль. Она так слепо верила Волдеморту, что потерялась в этом беспрекословном подчинении. Мама рассказывала, что Белла очень любила Тома раньше, и ее чувства до сих пор не охладели. — Драко, — кивнула Беллатриса. — Здравствуй, тетя, — вежливо ответил Драко. — Не знаешь, где мама с отцом? — Я их не видела, но, должно быть, они скоро спустятся. Как сам? Я слышала, ты делаешь большие успехи. Темный Лорд доволен тобой, Драко, — Беллатриса вскинула подбородок и с гордостью осмотрела племянника. — Рад слышать, — скептично хмыкнул парень. — А теперь, позволь, я найду родителей. Беллатриса ухмыльнулась и, скользнув по Драко подозрительным взглядом, прошла на свое почетное место справа от Волдеморта. Люциус с Нарциссой появились через пару минут. Женщина, как и всегда, шла с непроницаемым лицом истинной аристократки, но Драко знал, как неприятно ей находится здесь. Заметив сына, Нарцисса легко толкнула Люциуса в его сторону. — Привет, Драко! — губы матери тронула еле заметная улыбка. — Мама, — кивнул парень. Его глаза скользнули на отца, наблюдающего за ним. Люциус обратился к жене: — Дорогая, не оставишь нас для мужского разговора? Нарцисса обеспокоенно посмотрела на сына, задавая немой вопрос. Драко ободряюще кивнул, и женщина пошла на свое место за столом. Люциус провел жену взглядом и повернулся к Драко. — Если ты собираешься опять твердить мне про женитьбу, то предупреди, чтобы я заранее ушел, — сказал слизеринец раньше, чем Люциус отрыл рот. — Нет. Я и так знаю, что ты не откажешься от сделки, — самодовольно изрек мистер Малфой. Он оглянулся по сторонам и, убедившись, что слишком близко к ним никого нет, продолжил. — Сегодня Темный Лорд будет выбирать кандидатуры для новых Пожирателей. Он хочет взять кого-то из Слизерина, так что, скорее всего, спросит у тебя подходящих людей. Упомяни Нотта-младшего. — Тео? — Люциус кивнул. — Его отец предложил мне немаленькую сумму только за то, что ты порекомендуешь Лорду его сына. Драко знал, что Тео вовсе не хотел становиться Пожирателем. Нотт-младший презирал своего отца за то, что тот был слишком занят делами Лорда и не смог уберечь мать Тео. Даже с Драко он стал более натянуто общаться после того, как увидел метку на его руке. Так что сейчас Малфой не собирается подставлять Нотта под огонь. — Нет, — беспрекословно отрезал Драко. — Я тебе не игрушка, отец, чтобы ты вертел мною, как тебе вздумается. — О, мы знаем, кто может тобой вертеть, — издевательски протянул Люциус. — Я все сказал, — Драко прошел к матери и сел рядом с ней. Вскоре к ним присоединился раздраженный Люциус. Только Волдеморт ворвался в зал, все Пожиратели замолчали и ссутулились под ядовитым взглядом змеиных глаз. Одна только Беллатриса чуть ли не в рот заглядывала Реддлу, смотря на него глазами, полными обожания и восхищения. Нагайна заползла на стол, мерзко высовывала раздвоенный язык и зловеще шипела. Гадкая змея! Волдеморт сел во главе стола и сложил руки в замок, оглядывая своих приспешников. — Приветствую вас, друзья мои! — Торжественно начал Реддл, скривив бескровные губы в уродливой ухмылке. — Сегодня я собрал вас всех в этом зале, чтобы провести отчет последних трех месяцев. Во-первых, мы неплохо очистили города от грязнокровок. Эти мерзкие твари сейчас на своих законных местах — в земле, среди такой же грязи, как и они сами, а отдельные особи — в борделях, — Пожиратели довольно закивали с озабоченными выражениями лиц. Драко про себя чертыхнулся. — Кстати, о последних. Крэбб, как дела со вторым борделем? Толстый, прямо, как и его сын, Крэбб-старший неуклюже подвелся и склонил голову в учтивом жесте. — Мой Лорд, он уже практически готов. Через три дня закончится стройка третьего этажа и можно завозить туда грязнокровок. — Сколько у нас подходящих пленников, Люциус? — Волдеморт стрельнул глазами в Малфоя-старшего. — Двадцать пять, мой Лорд. — Просто превосходно, — Реддл зловеще оскалился. — Второй вопрос, который я хотел поднять на сегодняшнем собрании, это пополнение наших рядов новыми солдатами. Я бы хотел рассмотреть кого-то из Хогвартса. Драко, может ты посоветуешь кого-нибудь достойного из Слизерина? Драко напрягся всем телом. Он чувствовал на себе пристальные взгляды Пожирателей, а в особенности — отца. Парню понадобилось не больше секунды, чтобы придумать подходящий ответ. Малфой точно знал, кто будет только рад вступить в ряды кровожадных убийц и насильников. Драко поднялся со своего места и почтительно кивнул Волдеморту. — Мой Лорд! Я наблюдал за двумя однокурсниками долгое время, чтобы понять, что они идеально впишутся в вашу армию. — Назови имена, мой мальчик, — довольно прошипел Лорд, поглаживая костлявыми пальцами Нагайну. — Эдриан Пьюси и Грэхэм Монтегю, — твердо произнес Драко, явственно ощущая прожигающий взгляд Люциуса на своем затылке. — Как всегда, великолепно, Драко! Я надеюсь, ты не ошибся на их счет, — продолжал Реддл. — Что ж, на этом собрание окончено, господа. Следующее проведем в Хогвартсе через день, — Волдеморт встал. Он еще раз осмотрел своих приспешников, остановив змеиные глаза на Кэрроу. — И я хочу, чтобы вы, Амикус и Алекто, привели на это собрание подружку Поттера. Пора ей выполнить свое истинное предназначение. Драко будто окатили холодной водой. Его внутренности были готовы вывернуться наружу, а сердце, казалось, вообще остановилось. Эта тварь хочет причинить боль Грейнджер! Драко не знал, что именно Лорд собирался делать с ней, но точно ничего хорошего. Хотя, исходов, определенно, будет не много. Грейнджер в любом случае не выйдет живой и невредимой после собрания. И возможно, смерть — это лучшее, чего она может ожидать, если попадет в лапы Пожирателей. Но Драко так не может, он не может без Грейнджер. Он обязан оберегать ее! Драко обещал это себе и ей. Он обязательно что-нибудь придумает. Грейнджер никогда не попадет к Волдеморту! Только через его труп.

***

Всю ночь Драко не сомкнул глаз, стараясь придумать, как уберечь Грейнджер. Он перебрал миллион вариантов, но каждый из них был хуже предыдущего, в каждом были недоработки, которые могли стоить им обоим жизни. Малфой выпил целую бутылку огневиски, в надежде заглушить вопли внутренних демонов о скорой гибели Грейнджер. Несколько раз Драко пытался забить на это дело и отправлялся в постель, но сознание услужливо подкидывало картинки предстоящего собрания, на котором Пожиратели насиловали, пытали и издевались над Грейнджер. Тогда Малфой вскакивал с кровати и снова думал, снова пил…. Так прошла почти вся ночь, пока в голову слизеринца пришла не совсем надежная, но единственная подходящая идея. И вот сейчас Драко идет по темному коридору Хогвартса. За окном уже восходит солнце, бросая на школу холодные ранние лучи, и свет от них постепенно наполняет коридоры. Жаль только, что ему не добраться до черной души парня, уверенно шагающего по направлению в единственное место, где может ожидать помощь. Лишь к одному человеку, который сможет ему помочь.