Любитель ножей

      Необходимое здание оказалось за пределами города.       Ночь окончательно окутала многоэтажки, погрузив их обитателей в кратковременный сон, накрыла яркий свет фонарей своей чёрной мантией, чуть погасив их свечение. Светофоры не работали. Машина мчалась по пустым улицам, почти не замирая и не останавливаясь. На заднем сидении дремали девочка и старик, прижавшись друг к другу и закутавшись в накидку с большими бусинами, которая будто оберегала их.       Вель молча следил за дорогой.       В голове было пусто. Не хотелось думать ни о предстоящей встрече с Далисом, ни о том, как именно придётся пробираться в чужую цитадель.       Ещё несколько минут и два поворота — и машина наконец смогла остановиться на парковке перед величественным небоскрёбом. Вероятно, в нём было не меньше тридцати этажей… Убийца выключил зажигание и обернулся к своим пассажирам. Нина уже проснулась. Она первой выскользнула в промозглую ночь и помогла прадеду оказаться снаружи.       Парень вышел следом. — Каков план? — девочка отряхнула окончательно испорченное розовое платье.       Убийца вздохнул. Он подумал, что у него до сих пор нет номера телефона Далиса, хоть они уже столько времени провели вместе… Не до этого было. Существуя словно бы в разных реальностях, после разделения их отношения ничего не стоили.       Войти через главный вход или же отыскать в правилах лазейку?       Вель махнул своим соратникам рукой, указывая ждать, и двинулся к дверям. Раздвижные стеклянные створки послушно разъехались, открывая перед ним молчаливый в ночи коридор. Странно, что было открыто… — Ты всё-таки пришёл, — сидящая на столе девушка в красном облизнула губы, — а я уже решила, что ума у тебя за последние годы прибавилось, Вель.       Она спрыгнула на пол.       Убийца достал кинжал и выпрямился, дружелюбно улыбнувшись. — Можешь сбежать, поджав хвост, или попросить меня сдаться, как тогда… Я подумаю над твоим предложением, — охотница приближалась.       Её каблуки со звоном касались поверхности пола, но парень не позволял вводить себя в заблуждение — даже на шпильках эта леди была опаснее разъярённого льва, когда всерьёз принималась за дело. И в этот раз… Ему явно удалось разозлить охотницу.       Она метнулась вперёд.       Красное застыло перед глазами парня, и исключительно инстинкт позволил плавно уйти вниз, не лишившись головы в первые секунды боя.       Противница была дезориентирована и абсолютно не готова ко второму удару: слишком многое поставила на первый. Вель снизу, выпрямившись, словно пружина, ударил её кулаком в челюсть. Девушка пошатнулась. Правда, тут же взяла себя в руки и ринулась вперёд, пытаясь зацепить соперника ножом…       Лезвия столкнулись в сантиметрах от глаз Веля. — Мне следует признать, что ты неплох, мальчик, но всё ещё недостаточно хорош, чтобы называться убийцей!       Леди в красном с силой надавила на оружие, вынуждая парня обороняться, а затем резко отскочила, ушла вправо и будто бы наугад метнула свой нож…       Вель прекрасно знал, куда она целилась.       Он взмахнул своим кинжалом, отбивая лезвие, и то смогло лишь разрезать рубашку и чуть оцарапать бок парня, пустив кровь, но не добравшись до органов. Эта девушка всегда играла именно так, не изменяя своим старинным привычкам. — Ты считаешь себя лучшей только из-за того, что мы никогда нормально не сражались? — убийца улыбнулся, отпихнул упавший нож ногой и двинулся вперёд. — Пошёл к чёрту!       Она ждала его.       Как только парень сделал ещё один шаг, красное платье выскочило из-за угла и ринулось вперёд, прямо на него, не боясь ни поражения, ни смерти.       Вель понимал это чувство. Казалось, так давно, когда в его жизни не существовало Далиса, ему тоже было плевать, останется ли он в живых или пополнит список павших. Тогда никто не смел останавливать его. Ничего не мог запретить. Но теперь, позволив слабому человеку присматривать за собой, парень чувствовал себя как никогда хорошо. У него появился страх умереть. А чем сильнее это чувство, тем больше жажды жизни и стремления побеждать.       Парень отбросил кинжал и толкнул нападавшую руками. Охотница вздрогнула. Она не ожидала отпора, поскольку убийцы их школы были приучены уходить от атак, а не противостоять им. — Остановимся? — тихо предложил Вель.       Он уже держал девушку за обе руки, не позволяя пошевелиться. — Чёрт, нет! — рванувшись в сторону, она не удержалась на ногах и рухнула на пол.       Охотница лежала на холодной поверхности, глядя вверх, на безмолвный потолок. Возможно, её впервые уложили на землю с подобной лёгкостью — Вель помнил буквально каждый приём своей бывшей наставницы, поскольку та оставила в его душе неизгладимый след.       Наблюдая за её тренировками, он всё думал, что именно делает не так. В чём ошибается?       Парень присел на корточки рядом с лежащей и протянул ей руку. — Унизить меня хочешь? — девушка накрыла глаза рукой. — Ты победил, ладно? Теперь пошёл к чёрту и никогда больше не показывайся там, где мы могли бы увидеться…       Она тихо всхлипнула.       Всё это время, пока Вель был пленником чужого мастерства, девушка считала себя лучшей. Единственной. Для неё не существовало окружающих, новых техник и простых радостей. Как теперь понял убийца, любой человек может сражаться достаточно яростно, если у него есть причина вступать в бой и побеждать.       Парень погладил едва знакомую ему девушку по голове, на которую равнялся почти всю свою жизнь в качестве убийцы, и поднялся. — Не уходи… Прошу. Останься, Вель, мне так не хочется блуждать в темноте, а ты будто что-то понял, — она схватила его за штанину. — Прости. — Что в тебе такого? Почему я не могу тебя победить?..       Он остановился у выхода и махнул своим спутникам. — Я нашёл причину сражаться, — парень невольно положил ладонь себе на грудь, ощущая, как приятное тепло расползается по всему телу, заполняя трещины и сглаживая сколы в его потрёпанной душе. — Человека, ради которого готов даже самим собой не быть… Понимаешь, это словно наркотик: один раз попробуешь и уже не можешь остановиться, пока не убедишься, что он твой окончательно.       Девушка медленно села, потирая ушибленные места. Сражаться она не собиралась, но подняла свой нож и чужой кинжал, а затем протянула оружие убийце.       Вель кивнул и снова убрал кинжал. — Глупая я, — тихо сказала она, — ты ведь готов был и меня любить.       Парень ничего не ответил. Всё случилось так, как случилось, и он даже представить не мог, как могла бы сложиться его жизнь, если бы в первый раз его не оттолкнули, не указали на место и правила этой игры.       Тогда он много что усвоил.       Быть может, в начале своей карьеры Вель и хотел вернуться, попробовать снова сойтись с первой в топе, но затем эта идея более не тревожила его. — Послушай, я на самом деле…       Девушки уже не было. Она ушла, растворившись в темноте, словно бы никогда и не стояла здесь, звеня своими каблуками по плитам пола.       Вряд ли они когда-нибудь увидятся снова.       Вель взглянул на свои пальцы, понимая, что, перестав быть убийцей, потеряет нечто, что долгое время склеивало куски его души и личности вместе.       Словно протез, из которого он теперь вырос и который необходимо заменить. — Дяденька Вель! — Ника подпрыгнула, разогналась и повисла на парне. — Я уж думала, ты решил сам наверх идти.       Хоку многозначительно посмотрел на убийцу, но тот лишь покачал головой, мол, ничего необычного, с охраной справился. — Куда я без вас, — Вель зевнул, — пойдём.       Лифт словно бы только их и дожидался.       Двери закрылись, и кабина мягко двинулась вверх, разрезая пространство. Убийца прислонился спиной к стене. Насколько сильно охраняли это место и со сколькими ещё наёмниками придётся сразиться до того, как впереди покажется фигура Далиса?       Он бросил короткий взгляд в сторону Ники.       Девочка придерживала старика и молча смотрела прямо перед собой, будто бы могла видеть сквозь створки лифта. — Я догадываюсь, где они встречаются, — тихо объяснила она, — но вряд ли дядя Виллион будет рад нашему появлению…       Она замялась, и старший Фонфорт положил руку ей на плечо. — Позволь старшим разобраться. — Прадедуля… — Нина развернулась, глядя на старого, но вовсе не немощного мужчину. — Не умирай. Пожалуйста, они ведь начнут сражаться из-за твоих денег, пока не перебьют друг друга, — она закрыла глаза ладонями, растирая капельки слёз.       Убийца опустил голову. — Если ты можешь хоть что-то сделать, то… Пожалуйста, — девочка крепко-крепко сжала чужую ладонь, — бабушка тоже с нами, — она коснулась крупных бусин по краю накидки и улыбнулась сквозь слёзы, застилавшие глаза, — прадедуля, мы просто не можем так сдаться!       Вель закрыл глаза, позволяя мыслям раствориться. Это было не его дело. Да и что мог убийца сделать с болезнью, совладать с которой не смогли лучшие врачи, к которым Хоку Фонфорт уже обращался? У него были деньги, но средства не всегда могут помочь.       Парень запомнил этот урок ещё до того, как стал убийцей.       Семья Далиса. Люди, которыми тот, возможно, очень дорожил… Будь Вель всесильным, он бы обязательно помог каждому представителю странноватой семейки Фонфортов.       Кабина лифта плавно остановилась. Убийца открыл глаза.       Двери разъехались в стороны, и он, не медля более ни секунды, вырвался на этаж, словно тигр, которому мгновение назад даровали свободу. Было пусто. Ни одна живая душа не встречала их, словно бы вся охрана невероятно высокого небоскрёба держалась на единственной девушке в красном платье внизу.       Парень двинулся дальше. Его встречали исключительно двери и красный ковёр под ногами — ни одного охранника.       Вель подозвал своих спутников. — Куда теперь? — Вот эта дверь, — Ника указала рукой в сторону достаточно крепкой позолоченной двери. Такая могла служить и воротами в крепость… — Будьте тут, — убийца бесшумно двинулся ко входу.       Он скользил по ковру, затем на секунды остановился, разглядывая замок. Затем положил ладонь на ручку и мягко надавил, открывая проход: дверь чуть скрипнула, поддаваясь на усилие, и когда парень отворил её — на него смотрели две пары глаз.       Просторная комната утопала в полумраке.       Освещён был только стол и кресло, к которому кожаными ремнями привязали Далиса. Некоторый свет проникал из окон, занавешенных жалюзи. Но даже так убийца прекрасно видел человека, из-за которого им пришлось столько побегать…       Виллион Фонфорт. Тот, кто больше всех желал заполучить деньги ещё даже не покойного Хоку.       У незнакомца были светлые волосы, а причёска чем-то напоминала манеру Далиса собирать хвост. И этот внешне симпатичный человек держал в руке нож, вполне чётко направляя его в сторону своего пленника. Теперь парень заметил отметины. Следы порезов и другие, более замысловатые свежие раны, видеть которые позволяло отсутствие рубашки… — Приветик, Вель, — Далис улыбнулся, приподнимая голову, — как у тебя дела?       Новый знакомый из семейки задумчиво вышел вперёд, пальцами поигрывая со своим ножиком. — А ты всё так же за каждой юбкой гоняешься, милый названный братец. Или мне следует сказать, что в этот раз твой выбор пал на совсем уж неудачного кандидата? Ты знаешь, в высших кругах принято платить убийцам деньгами, а не телом.       Владелец отеля дружелюбно улыбнулся.       Он ничего не ответил, будто бы не посчитал вопрос стоящим того, чтобы открывать рот, и Виллиона это чертовски злило. Просто выводило из себя. — Послушай, убийца, — новый знакомый протянул свободную ладонь, — не хочешь на меня поработать? Я буду платить. Хорошо платить, в конце концов, я Фонфорт и деньги у меня имеются.       Мысленно Вель рассчитывал, как именно следует спасать своего нерадивого суженого, который собирался вести переговоры, но оказался заложником своего оппонента. — А у меня появилась забавная идея… — Виллион приблизился к Далису и улыбнулся, чуть приобнимая беспомощную жертву. — Давай я расскажу ему, насколько не разлей вода мы были в детстве? Тебя Вель зовут, парень? Иди сюда. Одна история ещё никого не убила.       Убийца не сдвинулся с места. Он погладил рукоять своего кинжала, но не расчехлил оружие, только немного выпрямился, позволив стойке выглядеть более расслабленно. — Знаешь, в доме было много детей. Действительно много, поскольку Далис постоянно оставался где-то позади, не мог продемонстрировать свой уникальный талант, путь и учился на отлично. Ему было скучно с нами. Можно сказать, никто не мог его развеселить ни своими историями, ни знаниями. И тут мне повезло завоевать его внимание! — Это глупая история, — Далис дёрнулся, но это не слишком помогло. — Вель!       Парень кивнул, собираясь атаковать, но Виллион взмахнул руками, демонстрируя открытые ладони. По крайней мере, насчёт истории этот человек не врал ни секунды.       Пришлось опустить руки.       А владелец небоскрёба тем временем продолжал: — Далис такой душка, просто прелесть. И когда он всецело сосредоточился на мне, чтобы заявить, что я скучный… Я его поцеловал. Он был такой мягкий, податливый, а на вкус словно спелая вишня — невероятный. А затем я испугался и сбежал. Но Далис нашёл меня сам, отыскал в одном из потаённых мест большого дома, повалил на траву в кустах, и мы…       История откликнулась в теле убийцы. Он почувствовал, как чуть краснеют щёки, чего ни за что не увидят в этой темноте, но сама идея… Благодаря рассказу парень словно бы увидел маленького одинокого Далиса.       Настоящий же владелец отеля молчал, опустив голову.       Виллион приблизился к тому, улыбнулся и, продолжая играть, чуть коснулся чужих губ. Затем уже серьёзно поцеловал парня, не позволяя тому ни отстраниться, ни говорить.       Убийца вытащил кинжал. Мгновение он смотрел на остро заточенное лезвие, а затем в одно движение оказался рядом, оттащил едва знакомого парня за воротник и бросил на пол, остановившись между ним и Далисом. — Чего? Ревнуешь? Этот парень принадлежит мне, убийца. Сколько бы раз он ни уходил, снова возвращается, пытается понять, почему я такой привлекательный и…       Вель молча шагнул ближе, к сидящему на полу парню.       Виллион замолчал.       Казалось, только теперь этот человек понял, в какой опасности находится рядом с наёмным убийцей, но сделать уже ничего не мог. Они смотрели друг на друга. Всего несколько секунд, а затем в помещение ворвалась Ника, игнорируя требование Веля оставаться снаружи. Девочка сжимала в руках какую-то ржавую трубу… — А ну ни с места! — выкрикнула она.       И только затем обвела взглядом всех присутствующих, не совсем понимая, что именно происходит.       Убийца выдохнул.       Девочка в потрёпанном розовом платье бегом ринулась к сидящему на полу парню. Она выронила трубу, опустилась на колени… Сцепила руки в замок на груди, будто удерживая себя от объятий. — Дядя Виллион, — серьёзно выдохнула Ника.       Далис хмыкнул: — Раз уж ты решил копаться в прошлом, простишь мне то, что я сейчас скажу? Возможно, ты всё это время был не в курсе, но эта девочка — твоя дочь, о которой её мать так и не решилась тебе сообщить.       Сидящий на полу Виллион резко подскочил, но Вель удержал его и одним толчком вернул в предыдущее положение. — Ты врёшь, — заскрипел зубами тот. — Дядя Далис говорит правду, — Ника смотрела в пол. — Мама просила передать это, отправляя меня сегодня… Ей совсем плохо.       Убийца ощущал себя лишним в семейном разбирательстве, а потому, отобрав у Виллиона всё, что можно было считать оружием, он подошёл к связанному Фонфорту. Опустился на колени. Выудив кинжал, парень осторожно, почти не глядя на Далиса, разрезал верёвки и кожаные ремни, которые крепко стягивали тело пленника.       Одна за другой они падали на пол.       Где-то на фоне говорили девочка и её отец, но Вель не пытался слушать. — Ты в порядке? — владелец отеля выдохнул и, как только заполучил свободу, со стула сполз в объятия убийцы.       Он дышал равномерно и глубоко, словно бы не только что вырвался из смертельной опасности быть не то убитым, не то изнасилованным. — Это я должен спрашивать, — прошептал Вель, прижимая к себе Фонфорта.       Тот хмыкнул.       Было темно и тепло, словно бы мир сжался до размеров одного хрупкого человека и теперь от всей души, искренне и бескорыстно обнимал убийцу. Не хотелось двигаться. Достаточно было и того, что он находился рядом, касался его и молчал.       Словно бы всё, что случилось до этого, произошло именно ради сегодняшней ночи. — Хоку сказал… Наследство достанется тебе. — Знаю я, — Далис отстранился и чуть улыбнулся, глядя на парня, — всегда он так. Если бы присвоил Виллиону, семья бы точно развалилась, а я ведь изгой, так что… А где он? — Чёрт, — выдохнул убийца.       Он подскочил на ноги, собираясь рвануть в коридор, но Фонфорт требовательно потянул за рубашку: — Одного не пущу.       Вель улыбнулся.       Парень осторожно взял владельца отеля на руки, прижимая к себе, словно ребёнка. Но тот, казалось, совершенно не был против. Далис уткнулся лицом в грудь убийцы, игнорируя окружающий мир ровно до того момента, как они оказались в коридоре.       У самой двери, прижавшись к косяку, сидел Хоку. Выглядел он неважно.       Старик плотно закутался в свою накидку и мелко дрожал, глядя куда-то сквозь противоположную стену… Вель помог сесть Фонфорту и сам устроился на полу рядом. — Ты, Далис? — тихо спросил мужчина, когда ладонь владельца отеля отыскала его руку. — Да, — казалось, в этот короткий ответ он вложил всё. И надежды, которые на него возлагали, и раскаяние за тот образ жизни, который он вёл, и гордость своими достижениями, и грусть от неприятно колющего предчувствия.       Вель, не сдержавшись, зевнул.       Хоку растянулся в улыбке и на ощупь отыскал чуть подрагивающие ладони убийцы. — Лучшего конца я и не желал. Вы двое, хоть я и не видел вас вместе, точно сможете перевернуть этот закостенелый мир семейства Фонфортов. Оберегайте друг друга. Пусть в трудные моменты, когда решение проблемы будет утопать в домыслах, вы будете идти вперёд только рядом, держась за руки… — Обещаю, — тихо произнёс Далис.       За эти дни он словно бы стал другим человеком. Наигранная наглость, которой были приправлены все его действия, растворялась вместе с привкусом сигаретного дыма. Да и смотрел он иначе. Вель невольно задерживал дыхание, когда блестящие глаза уделяли ему крупицы своего внимания.       Убийца невольно почувствовал себя у алтаря.       Это было так похоже на свадебную церемонию, что и он, отбросив всякие сомнения, тоже ответил: — Обещаю. — Благословляю вас, — Хоку улыбнулся, — и бабушка Мелинда тоже… Не забывайте, что пообещали старику всегда быть вместе.       Старший Фонфорт прислонил голову к холодной стене и закрыл глаза, позволяя телу наконец расслабиться. Ещё секунды — и его пальцы, до того крепко сжимавшие руки Далиса и Веля, неторопливо распрямились.       Стояла тишина.       Ничего не нарушало этого полного и абсолютного отсутствия звуков, пока Далис, шумно вдохнув воздух, не повернулся к убийце: — Эй, ты собираешься здесь до утра сидеть?       Парень поспешно утёр блестящие в уголках глаз капли. — Всё в порядке, — Фонфорт тяжело улыбнулся, — он был хорошим человеком, Вель. Из тех, по кому совершенно не стыдно лить слёзы…       В коридор вышла Ника.       Она опустила голову и долго стояла, глядя на улыбку, навсегда застывшую на губах прадеда.       Вель почти не знал этого человека. Они встретились только ради того, чтобы он оборвал его жизнь, как делал это сотни раз до этого, и не должны были знакомиться, сбегать через окно и говорить о личном. Хоку одобрил брак с Фонфортом. Его последними словами было требование не бросать владельца отеля…       Следуя наставлению, убийца лёг на пол, положив голову на колени Далису.       Тот улыбнулся, прикусив губу. — Вообще-то это я здесь пострадавшая сторона, Вель, — хриплым голосом произнёс он. — И я никогда не приходил к нему. Сбежал, боясь ответственности, а затем так и не решился вернуться… — Хоку знал нас всех, — в дверях показался Виллион. Он всё ещё выглядел слегка подавленно.       Ника не произнесла ни слова. Она громко всхлипнула, а затем, не сдерживаясь, расплакалась, и её беспомощный крик эхом разнёсся по этажу, проник в шахту лифта, растворился в далёкой темноте. Сжимая руки в кулаки, девочка плакала.       Убийца закрыл глаза.       Он бы зажал уши ладонями, если бы не чувствовал то же самое. Это была первая смерть, которая действительно задела его, заставила задуматься о том, что всё-таки останется после… — Вель, — Фонфорт чуть потряс парня за плечо.       Тот сел и выпрямился: — Далис? — Вообще-то мне бы в больницу, — владелец отеля неловко улыбнулся, — разберёшься дальше сам?       И до того, как парень успел хоть что-то ответить, Далис, пошатнувшись, потерял сознание. Короткий рывок — убийца не позволил ему упасть на пол. Им и правда следовало начинать действовать, вызвать скорую, чтобы зафиксировали смерть старшего Фонфорта…       Виллион, неловко касавшийся плечей Ники, понятливо кивнул и протянул убийце телефон.       Они спустились вниз.       Ника осталась с Далисом и Хоку, а убийца и хозяин небоскрёба вышли наружу, в приятную прохладу ночи. Виллион, отыскав зажигалку, закурил. — Это ты приучил Далиса курить? — Может и я, — он хмыкнул, затягиваясь, — знаешь, когда всему миру плевать на тебя, а ближайшие «родственники» — те ещё мрази, нужно как-то бороться со стрессом.       Убийца едва кивнул.       Ветер касался его волос, кожи и уносился прочь вместе с остатками лета. — Ты прости уж, — Виллион развёл руками, — мне нужны были эти деньги. Кровь из носа… А ещё как только понял, что у Дали теперь есть кто-то, кого он любит, такая злоба взяла. Как будто он меня предал. Дурак, а? — Я напишу заявление, — пробурчал парень. — Может, обойдёмся денежной компенсацией? — немного опешил хозяин небоскрёба. — А поцелуй? — Чёрт, — Виллион рассмеялся, — действительно, придётся мне пойти под суд за несколько поцелуев.       Вель дружелюбно взмахнул кинжалом, и парень поспешно замолчал.       Скорая уже подъезжала.