Любитель ножей

      «Мастерскую» они услышали издалека.       Хлипкий то ли сарай, то ли гараж оглашал район музыкой, от которой некоторым определённо захотелось бы повеситься: тяжёлые ноты, казалось, могли сбить человека с ног и усадить на асфальт. — Вы же на разборки пришли? — невысокий парень, местный главарь и тот самый человек, который до того наблюдал за ними из засады, преградил путь к двери.       Несколько его товарищей агрессивно ощетинились, но «хозяин» поднял руку вверх. — Ага, — Вель заглянул незнакомцу в глаза, — нужно кое-что обсудить. — Ну, я не в своё дело не лезу, вы не подумайте. И он не совсем член банды, так что я вежливо закрою глаза на побои, синяки и лёгкие травмы. Без обид.       Невысокий парень широко улыбнулся. У него была абсолютно не запоминающаяся внешность, такая же, как и у сотен других обитателей этого удручающего места. И тем не менее… Управлять у него выходило неплохо.       Убийца наблюдал, как компания удаляется прочь. С этого ракурса они уже не выглядели такими угрожающими, как раньше, когда выглядывали из темноты посёлка. Теперь это была просто местная шпана. Не больше и не меньше… — Готов? — Далис коснулся его руки.       Вель кивнул.       Он приблизился к двери и толкнул её — не заперто. А из-за музыкального грохота владелец вряд ли услышал бы нападение даже большого вооружённого отряда.       Внутри помещения царил полумрак. Освещена была лишь импровизированная сцена, являющая собой невысокий деревянный помост, сколоченный то ли впопыхах, то ли полным идиотом. На ней находились трое. Один из парней, совсем ещё пацан, стучал по барабанам, совершенно не попадая в ритм, вокалист уныло завывал слова, которые из-за общей какофонии было не различить… И только парень в чёрном с гитарой вытягивал мелодию.       Не задерживаясь у входа, убийца в тени проскользнул ближе.       Сюда бы верёвку или нить — можно было бы подвесить парня к потолку и понаблюдать, как он будет стонать и извиваться, дёргая ногами в воздухе.       Наконец он отыскал то, зачем пришёл. Ударив по щитку электроэнергии локтем, Вель вмиг утопил помещение в тишине и темноте. Фонфорт спокойно вышел в проход, направляя пистолет в сторону исполнителей. В серебристом свете луны он мог сойти за охотника на вампиров или экзорциста, длинные рыжие волосы развевались на ветру, но поза выглядела непоколебимо. — Мне нужен только Микаэль, остальные могут уйти, — владелец отеля перевёл дуло в сторону парня в чёрном. — А я не Мика! — испуганно вскрикнул тот каким-то девчачьим голосом.       Вель бесшумно подошёл ближе, точным ударом в висок отключил барабанщика, затем мягко, буквально по-дружески приобнял вокалиста… Тот медленно сполз на пол. Оставался исключительно гитарист, дрожащий, казалось, всеми частями тела.       Далис опустил пистолет, приближаясь.       И тут смельчак решил воспользоваться моментом — бросил гитару на пол, ринулся назад… Убийца был быстрее. Он схватил Мику за запястье, рывком подтащил к себе, наконец вытащил кинжал и совсем мягко очертил горизонтальную линию вдоль вен чужой руки.       Микаэль взвыл.       Кровь небольшими красными капельками выступила вдоль аккуратного пореза… Вель пнул парня под колено, и тот рухнул на пол. Отступать Микаэлю было уже некуда: над головой искрился щиток, с обеих сторон подступали пугающие незнакомцы, видеть которых позволял свет из окон. — Я ничего не крал! Клянусь, я только сбываю, ни грамма себе не присвоил!.. — он инстинктивно закрывался руками, ожидая ещё ударов.       Фонфорт взял убийцу за руку, глядя на идеально вписавшийся в ладонь кинжал. Тот был ярким пятном даже в темноте… Владелец отеля наклонился к Велю и прошептал: — Я и не думал, что ты так сексуально убиваешь людей.       Это заставило его покраснеть.       Сил отвечать не было совершенно, но Далис и не ждал ответа: он переместился куда-то в темноту, мгновения что-то делал, а затем принёс горящую свечу. Она позволила различать чуть больше деталей. — Ты же в курсе, кто такая Линда? — вежливо, но с нажимом уточнил Фонфорт.       Микаэль явно собирался отнекиваться до последнего. Яростно замотав головой, парень ещё больше сжался, пытаясь стать частью стены.       Убийца опустился на колени, будто бы дружелюбно протянул руки… В этот раз кинжал прорезал чёрные джинсы, слегка впиваясь в плоть ног парня. Прикосновения тому явно пришлись не по душе: Мика взвыл, самостоятельно затыкая себе рот рукой. Обитатели подобных районов могли явиться разве что добить его. — Знаю… — почти плача, ответил он. — И какого чёрта ты сделал с ней? — пусть Далис и старался говорить ровно, голос всё равно предательски дрогнул. — Нравится, когда девушка не может ничего сделать? А сам не хотел оказаться на её месте?!       Не удержавшись, ботинком он пнул парня в живот. Тот болезненно скрючился и закашлялся, не решаясь более поднять голову. Далис снова задал вопрос: — Разве ты не любил её?       Мика не стал отвечать, и тогда доброжелательный ярко-красный кинжал вонзился ему в плечо, плавно, словно тело парня было мягким и податливым маслом. Из горла вырвался только беспомощный стон. — Какое вам дело, любил или нет… — Микаэль обхватил себя руками, пытаясь унять дрожь. — Мне просто стало интересно, — холодно произнёс Далис, ботинком прижимая голову гитариста к полу, — о чём думают подонки вроде тебя. Что может быть достаточной причиной для того, чтобы настолько ранить любимого человека? Если любил, то… Мог просто спросить. Разве она бы тебе отказала, мразь?!       Его голос сорвался на крик, а затем смолк. В тишине сарая тихо-тихо, стараясь излишне не шуметь, тлела свеча, колыхаясь из-за порывов ветра и голосов.       Вель коснулся рукояти кинжала в плече Микаэля, затем всадил лезвие чуть глубже. Он придвинулся ближе, почти что нежно приподнял голову гитариста, а затем ударил — кулаком, а не оружием, как поступал обычно. Вероятно, синяк под правым глазом у гитариста останется надолго… Теперь убийца понимал, почему остальные так любили бить руками: это оставляло и на собственном теле горящие следы, напоминало, что было сделано и почему. — Знаешь, для полного комплекта тебе не хватает какой-нибудь психологической травмы. Хочешь отрубленный палец на руке или на ноге? Можно оставить ожог на память где-нибудь… — Фонфорт улыбнулся, очевидно намекая на определённое место.       Гитарист медленно сел.       Вель догадывался, что перед глазами у него всё плыло, но страх вынуждал совершать ещё какие-то движения, требовал спасаться, пока это ещё, как он думал, было вообще возможно… — Она мне нравилась. Красивая, — Мика всхлипнул, — умная, нежная, такая внимательная… Часто сбегала из дома, приходила сюда, слушала эти идиотские песни, а когда внезапно призналась, я просто…       Его объяснения, расплывчатые и туманные, не могли раскрыть истину. Но чувства, настоящие и всё ещё причиняющие боль, были. — Ты сам расставил всё по местам. Доказал, что всего лишь дрожащий перед женщиной слизняк из трущоб. И никакие чувства не оправдывают тебя, — Далис поставил свечу на пол и приблизился, — мы бы убили тебя. Но смерть — это чертовски милосердно для насильника. За тобой явятся полицейские, те, которых ты считал своими друзьями: я заплачу им столько, что они будут воротить от тебя нос.       На лице Микаэля уже не было страха, только искренний ужас. Кровь сочилась из ран, и парень явно балансировал на грани потери сознания… Скучные людские тела ломались чертовски быстро. — Задавай свои вопросы, — наконец произнёс Фонфорт, в последний раз с силой пнув парня. — Пока от него хоть что-то осталось.       Мика сжался, ожидая ещё более жуткого допроса… — Помнишь парня по имени Вель? — убийца отодвинулся, задумчиво касаясь своей руки в районе горящих костяшек.       Гитарист не сразу отыскал ответ. Он явно сосредоточенно рыскал в своей памяти, не желая заполучить ещё больше не весьма приятных увечий.       Спустя минуты он кивнул. — Я хотел стать полицейским, как моя родня. Но самому экзамен было не сдать, вот я и попросил того парня помочь с подготовкой: он уже учился и неплохо, кажется, справлялся… Получил отказ.       Парень кивнул в сторону стола, умоляюще глядя на Далиса: — Подайте сигаретку, а… Я, может, помру, а курить чертовски хочется.       Владелец отеля презрительно бросил пачку на пол, зажигалку же передал в руки убийце — тот в несколько движений справился с механизмом и подкурил зажатую между губ Мика никотиновую палочку.       И тут же отодвинулся: снова дышать неприятным на вкус дымом вовсе не хотелось. — Ну, и с тех пор продаю разные вещества… Иногда сам варю. Ничего серьёзного, просто глупая мечта мальчишки, который, к тому же, теперь та ещё мразь.       Этот парень точно никуда не отлучался. Жил в сарае, пел песни, дружил с сестрой убийцы, но самого парня успешно выбросил из памяти, явно не обвиняя ни в каких грехах. Говорил Микаэль спокойно, словно сотню лет назад отпустил ситуацию и простил всех её участников. — Вызовешь скорую? — тихо спросил Вель. — Конечно, — Фонфорт хмыкнул. — Развлекайся.       Убийца потушил свечу. Затем в один прыжок придавил Микаэля к полу, невольно вдыхая дым его сигарет. Если бы тот отчётливо видел глаза нападавшего, точно бы взвыл от ужаса, но сейчас гитарист лишь уныло курил, словно попрощавшись и со своей жизнью сразу.       Несколько точных ударов в живот.       Болезненных, но таких, чтобы не задеть органы — всё-таки обещание не убивать до сих пор было в силе.       Мика невольно выпустил изо рта сигарету и хрипло застонал: тлеющее «последнее удовольствие» откатилось далеко в темноту и вмиг погасло. Теперь они точно находились в полной тьме, разве что свет взошедшей луны чуть оттенял силуэты присутствующих.       Вель поднялся, отряхнулся. Вместе с Фонфортом они вышли на пыльную улицу, полную таких же мелких и хлипких домов, жители которых, в основном, навсегда так и останутся мелкими воришками и торгашами. — Далис… — убийца протянул руку, и владелец отеля мягко взял её в свою. — Что-то не так?       На них никто не смотрел.       Пусть этот район и был достаточно оживлённым в ночное время суток, подглядыванием никто не баловался — все шторы были сдвинуты и ни один заинтересованный глаз не высовывался сквозь заранее подготовленные щели.       Они были одни. — Ты так говорил с тем парнем… Это ведь всё ещё чересчур личное и болезненное воспоминание. У тебя всё в порядке?       Некоторое время Фонфорт молчал. Он до сих пор крепко держал ладонь Веля и шёл рядом с ним, но мыслями явно пребывал очень далеко от этого места. — Я был единственным из учеников, кому легко давались почти все предметы. Было так просто и понятно, что даже скучно — я не особенно старался, но всё равно получал достаточно высокие баллы. А ещё мама умерла… Мне было почти что плевать на происходящее вокруг. Дети и до того часто приставали по пустякам, но я гнал их прочь, а когда перестал — они внезапно обнаглели и стали зажимать меня по углам. Всегда трое или больше, сильнее и старше… Откуда взять силы сопротивляться?       Они прошли «пост» у выхода из трущоб, когда мимо промчалась мигающая всеми цветами радуги белая машина скорой помощи. Торопилась спасти жизнь… Сюда часто их вызывали. — В тот день было холодно. Мне пришлось остаться в школе допоздна, чтобы сдать домашнее задание, которое одноклассники утопили в туалете… Они ждали меня у выхода. Я совсем не ожидал, что в тёмном подвале кроме побоев дети придумают что-то ещё. Но когда они начали снимать штаны… Страшно не было. Мне не привыкать, мир никогда не демонстрировал свои лучшие стороны, но боли я всё-таки побаиваюсь и… — он вздохнул, не обнаружив в кармане привычной пачки сигарет.       Убийца слушал, почти затаив дыхание и лишь иногда, боясь спугнуть желание Фонфорта рассказать обо всём, осторожно вдыхал и выдыхал прохладный воздух. — Им понравился мой страх, и они окончательно решили причинить мне как можно больше боли, чтобы я дрожал от ужаса, кричал и плакал, зная, что никто не услышит, — владелец отеля внезапно повернулся к Велю: — ты ждёшь рассказа в подробностях? Чёрт, да я и от самих воспоминаний могу возбудиться, даже описывать ничего не нужно.       Они остановились.       Это произошло инстинктивно, словно каждый нуждался в этом именно в этом мгновение, а затем убийца прижался к Далису, коснулся его губ… Он закрыл глаза и безудержно целовал любимого.       Фонфорт ладонями сжал ягодицы парня, затем сместил руки чуть выше, коснулся спины… Они утопали друг в друге.       Переплетения губ, прикосновения языков, попытки присвоить другого человека, сделать исключительно своим не только его тело, но и чувства, эмоции, память… Забрать всю боль и разделить поровну. Чтобы ни один из них не чувствовал себя более одиноким. — Вель, я люблю тебя, — прошептал Далис, наконец отпуская убийцу. — Я тебя тоже люблю, — выдохнул парень.       Пришлось резко отойти с дороги: «скорая» теперь ехала обратно. Уже без сирен — Мика остался не в таком и ужасном состоянии, как они ему обещали… Но урок он запомнит надолго.       В конце концов, Вель всегда был готов принять подобный заказ. — Ещё домой идти… — владелец отеля поморщился. — Может, мне купить у кого-то из местных машину? Здесь чересчур бесконечные дороги, чтобы столько ходить пешком.       Убийца невольно улыбнулся. — Смейся, — фыркнул Фонфорт. — А я покупаю машину.       Знакомое здание встретило их приглушённым светом из окон кухни. Ключей не было, но и калитка, и дверь дома были открыты, дожидаясь их возвращения… У порога Вель замер и осмотрел себя. Капли крови могли остаться на одежде или обуви, а ему вовсе не хотелось беспокоить ни родных, ни местных жителей. Никаких следов. Всю красную жидкость Мика трусливо оставил при себе…       Далис открыл дверь и первым переступил порог.       Мгновения они тихо снимали обувь, затем на кухне послышались шорохи. Линда вышла в коридор в толстовке не по размеру и широких штанах и замерла, глядя на вернувшихся парней. Вероятно, она ожидала чего-то большего. Синяков, сломанных конечностей или труп, который они притащат с собой. — Местные не продают какие-нибудь автомобили? — Фонфорт оставил обувь в покое и тихо прошёл по коридору вперёд.       На кухне спала Тиф. Женщина тоже ждала их, но уснула, и теперь равномерно вдыхала и выдыхала воздух, лёжа на гладкой поверхности стола. — Я… не знаю, — девушка явно опешила от подобного вопроса.       Убийца закрыл калитку, затем — замок на внешней двери и снова вернулся в дом. — Пойдём спать? — Вель посмотрел на владельца отеля.       Тот едва кивнул.       Ещё минуты понадобились, чтобы перенести мать на кровать, затем снова спуститься на кухню — общим решением было перекусить хоть что-нибудь перед сном. Прогулка оказалась внезапно длительной и изматывающей. Да и много чего случилось: Вель даже подумал, что за последние сутки узнал о Далисе больше, нежели за всё предыдущее время совместной жизни. — Вы и правда были у Мика? — Линда, следующая за ними, тоже осталась на кухне. — Ходили к нему, — кивнул Фонфорт, наблюдая, как убийца с впечатляющим рвением потрошит холодильник. — А ты хотела, чтобы вызвали полицию?       Он требовательно протянул открытую ладонь в сторону убийцы.       Спустя мгновения тот вручил ему достаточно съедобный бутерброд из почти всего, что можно было отыскать в холодильнике. Не разглядывая содержимое, Далис откусил значительный кусок. — Так вот… Если хотела, это ещё произойдёт, но придётся сходить в участок, пообщаться с местными. Вы ведь зафиксировали показания доктора?       Девушка кивнула. Она всё мялась у входа, будто чувствуя себя лишней рядом с ними…       Владелец отеля вздохнул.       С чего бы ей наслаждаться чьей-то болью, особенно если тот человек действительно нравился Линде? Но Микаэль сам сделал продолжение невозможным. Исключительно полный идиот, коим гитарист и оказался, не станет спрашивать разрешения. Напускная смелость, осознание силы… Стоили ли те минуты всех последствий? — Ты что-то ещё хотела? — он доел бутерброд и обернулся к убийце: тот уже заканчивал с их массовым изготовлением и укладывал хлеб на поднос.       Линда опустила глаза: — Хочу с ним увидеться.       Вель закашлялся. Не то чтобы подобное было совсем уж невозможным, но после того, что они с Далисом устроили, вряд ли Мика будет рад их видеть…       Фонфорт взял с подноса ещё один бутерброд и принялся задумчиво хрустеть свежими огурцами. — Зачем? — убийца бросил нож в раковину и принялся убирать со стола. — Ну… — она мяла в руках край толстовки. — Мы долго общались. Я хотела ещё раз посмотреть на него. Тогда было так страшно, что мне казалось: дальше ничего не будет. Я просто в то же мгновение умру и не придётся беспокоиться о последствиях, моих чувствах и ещё сотне мелочей. А теперь всё так… неопределённо.       Вель посмотрел на Фонфорта.       Пальцами тот чуть сжимал поверхность стола, но не двигался и за новым бутербродом тянуться словно и не собирался. Всё это напоминало ему о прошлом. Собственном не слишком приятном опыте, о котором столько лет владелец отеля предпочитал не вспоминать. — Ты ждала, чтобы убедиться, что он умер, — тихо проговорил Далис, — страшно было? Беспокоилась о будущем своего насильника? Или, может, ты была не настолько против, как сказала нам?       Убийца мягко коснулся его ладони и потянул к себе: — Не нужно. — Он признал, что это случилось… Линда, ты можешь пойти и увидеться с ним, если хочешь этого, но я бы не рекомендовал это делать.       Девушка ничего не ответила, только ринулась наверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Сбилось дыхание… Плакала, вероятно. Оплакивала собственные чувства, которые внезапно принесли вполне ощутимую физическую боль. Идти в любом из направлений было слишком страшно, и она зависла ровно посередине. Не решаясь сделать ни шага.       Убийца взял поднос, отпустив руку владельца отеля. — Слишком, Вель? — Немного, — парень вздохнул, — она совсем ребёнок, куда ей разбираться с подобными проблемами… — Пусть лучше дружит с насильником? — Далис… Порой это не совсем так, — убийца посмотрел на него, на сжатые в кулак руки. Всё-таки чересчур личное. Не следовало впутывать его, позволять вспоминать о прошлом и утопать в той памяти, теперь пожирающей парня изнутри. — Ей это необходимо, чтобы понять, как поступить дальше.       Фонфорт заставил себя очень медленно выпустить воздух. Он кивнул.       Они наконец потушили свет на кухне и вместе поднялись в свою комнату, не забыв прихватить поднос с едой. Конечно, бутерброды полноценным ужином назвать было сложно… Но на большее у одного не хватило бы желания, а у другого — терпения.       Расположившись на кровати и сбросив большую часть одежды, в молчании они принялись за еду. Как ни странно, простое блюдо оказалось достаточно вкусным и легко утоляло голод, а потому вскоре на подносе не осталось ни одного кусочка хлеба. — У тебя что угодно выходит вкусно, — Далис плюхнулся на подушки.       Вель улыбнулся.       Он отставил поднос в сторону, но, чуть подумав, и вовсе переставил на пол — не хватало ещё зацепить, если Фонфорту придёт в голову задействовать всю кровать. Тогда бы пришлось до утра спать на хлебных крошках. — Какие у нас планы? Мы посетили Микаэля, кто там ещё остался? — владелец отеля потянулся к планшету. — Завтра можно сходить к моей учительнице. Это рядом со старым районом, хотя школу могли и отремонтировать… — убийца тоже лёг, в мгновение оказавшись совсем близко к Фонфорту. — Давно я здесь не был. — Удобно помнить всё наизусть, — Далис погладил парня по голове.       Он отставил планшет.       Несколько минут они лежали молча, почти не касаясь друг друга и только обдумывая произошедшее сегодня. Посещение родного города Веля внезапно вскрыло много нового не о самом убийце…       А ничего ещё даже не закончилось. Всё ещё предстояло разобраться с Линдой, провести какую-то черту в этом деле, определиться с её «парнем». — Вель. — Я не сплю, — тихо ответил парень, переворачиваясь набок.       Владелец отеля долго ничего не говорил, и тогда убийца сам задал вопрос: — Когда мы только встретились и ты забрал меня к себе… Сразу планировал это?       Фонфорт задумчиво обратил взор внутрь себя. Тогда… Чертовски давно, настолько, что, казалось, это происходило то ли в другой жизни, то ли в параллельной вселенной с иными законами и правилами. — Мне показалось забавным устроить убийцу работать в магазин, — он усмехнулся. — А потом ты с такой лёгкостью представился мной, расправился с тем парнем… Попросил любить тебя. Моя шутка определённо вышла из-под контроля, тебе так не кажется?       Темнота комнаты способствовала разговорам.       Спать не хотелось совершенно, а последние чересчур насыщенные несколько дней только добавляли пищу для размышлений… — Ничего, что ты оставил браслет дома? — Да чёрт с ним, — Далис фыркнул. — Я плачу им достаточно, чтобы они вежливо не замечали подобные мелочи.       И правда. В этом небольшом городке на окраине мира казалось, что всё уже решено и кончено, но на самом деле расследование было в самом разгаре. В списке Веля значились ещё двое подозреваемых… Лучше бы с ними повезло больше, нежели с Микаэлем: тот даже позабыл о случившемся, совершенно не затаив злобу.       Убийца переместился чуть ближе и задумчиво лизнул щёку Фонфорта. — Что-то пришло в голову, Вель? — Нет… Ещё нет. Мы как будто находимся в каких-то метрах от ответа, но всё равно не можем его отыскать. Неприятное ощущение.       Далис пожал плечами: — Не чувствую ничего подобного. Зато у меня есть другое, не менее важное «предположение»…       Убийца вопросительно посмотрел на него. — Раз уж мы хорошо поработали, я подумал дать тебе выходной, но вообще-то всё ещё хочу тебя.       Вель облизнул губы, внезапно нависая над Фонфортом: — Разве я просил освобождение от занятий?       Тот хмыкнул, более не пытаясь размышлять.       Доводы и дискуссии пусть остаются для дневного времени суток, когда нет и секунды, чтобы насладиться друг другом.