недельное безумие

март на третьем курсе вагановки выдался очень сочным на тренировки, а именно на предстоящие выступления в театрах - разбросанных по всему петербургу - на которых будущие танцоры должны себя показывать перед комиссией, преподавателями и зрителями. и серёжа зачастил с опозданиями, что, впрочем, не было особо удивительной новостью: разумовский всегда и везде опаздывал. даже домой. под великую цоевскую классику, на которой росла вся их братва с площадки и детдома, олег шёл в михайловский, чтобы посмотреть на рыжего и наглого, как огромного кота, обитающего у них под крышей на чердаке, серёгу. как следует завернувшись в шарф, боясь заразить завтра на работе посетителей в магазине и получить за это выговор от администрации, брюнет спустился в метро. за кулисами жарко до невозможности: хотелось открыть все окна в холле настежь и спокойно посидеть на холодном полу, продуваемым сквозняком. как только танцоры здесь занимаются, да ещё и в гриме? они даже не жалуются! волков искренне этого не понимает. отойдя в самый дальний угол, юноша зажался в самом холодном углу класса, смотря, как в упор не замечающий его разумовский пытается натянуть на скосившейся куда-то в караганду пучок сеточкой, которую хочется подойти и разорвать за вчерашние догонялки по питеру в её поисках при этом чуть ли крича серёже "застегни пальто, мажор!". -давайте серёж, лиля, как повторяли, -хлопнула в ладоши хореограв, прогнав гримёра в другой угол к остальным танцорам колдовать над лицом. рыжий встал в позу, прикрыв глаза с накладными ресницами,-и-и-и, начали! - женщина запустила музыку, быстро, маленькими шажками подбежав и встав рядом с волковым, наблюдая за учениками. танцоры уже начали расходиться по домам(или куда они там пошли?), получив от хореографа и гримёра задание: спать, отдыхать и потом умирать через неделю на последних репетициях по полной. что ж, волков справится с двумя первыми задачами, потом пусть серый разбирается, он в этом профи. рыжик, сняв с себя пуанты и жилетку, приблизился к олегу, с хитрыми глазами, забыв выбросить ресницы. они оба стояли и смотрели друг у другу в глаза, выискивая ответы на какие-то вопросы. на какие - никто не знает. шершавые ладони легли на щеки с намалёванным румянцем, немного потянув на себя, несильно, нельзя его пугать. поцелуй вышел мягким, нежным и щекотливым от густых поддельных ресниц, от которых гадко несло клеем, но это ни капельки не испортило момент. хихикнув, серёга всё же отодрал фальш с отяжелевших век. -прости милый. -ничего.