Доказать невиновность

      Гарри никогда не чувствовал подобного, даже не предполагал, что поцелуй может приносить такие эмоции. Их губы будто бы исполняли известный только им двоим танец. Всё было страстно, как в аргентинском танго, но в то же время легко и нежно, как при венском вальсе. Но самым необычным для Поттера стало то, что впервые он не доминировал в поцелуе, а подчинялся, полностью отдаваясь губам Северуса.       Не хотелось ни думать, ни останавливать происходящее, хоть волшебник и прекрасно понимал, что всё это неправильно. Он не должен целоваться с мужчиной, тем более, если этот мужчина — его бывший преподаватель, а ныне — коллега и, вроде как, друг… Это надо было прекратить!       Первым взял себя в руки, конечно же, Северус, собрав воедино все свои силы и поборов наисильнейшее желание. Он медленно отстранился от губ Поттера, с трудом сдерживаясь от соблазна прильнуть к ним вновь.       — Простите, Поттер, — охрипшим голосом принёс извинения Северус — Больше такого не повторится.       Чёрная мантия резко взметнулась в воздухе, а её обладатель, быстро развернувшись, растворился в темноте ночных коридоров, как призрак, оставив Поттера одного.       Возможности проанализировать произошедшее у Гарри не было, потому что внезапно появившееся чувство всепоглощающей пустоты сдавило его грудную клетку. Поттер несколько мгновений стоял на месте, не двигаясь, и мир вокруг него как будто бы замер. Сердце всё ещё бешено билось, как будто он отыграл целый турнир в квиддич.       В голове крутился лишь один вопрос, на который волшебник вряд ли когда-нибудь получит ответ:       «Зачем? Зачем? Зачем? Зачем Северус разрушил только зародившуюся дружбу?!»       В конце концов отойдя от пережитого потрясения, Гарри на ватных ногах отправился к своим покоям, попутно используя чары для украшения коридоров к празднику.

***

      — Судя по тому, что нам не удалось найти никаких следов ни в баре, ни в Аврорате, мы ищем не то, что нужно, — рассуждала Гермиона, перебирая так называемые «улики» по их расследованию, — И всё же, я думаю, что тут замешано зелье. Только вот какое? — волшебница не замечала ни того, что Гарри её совсем не слушал, ни его подавленного состояния, потому что была слишком увлечена подкинутой ей загадкой, — Насколько я знаю, такой эффект потери памяти признанные зелья не дают, а запрещённые мало кто возьмётся изготавливать. Для этого нужен очень сильный зельевар. Может поговорить со Снейпом? Как думаешь? — девушка наконец-то повернулась в сторону Поттера и тут же отвлеклась от своих мыслей, — Гарри, что-то случилось? Ты выглядишь очень бледным…       — Всё в порядке, Гермиона, я просто очень устал, — говорить о произошедшем в коридоре Гарри не планировал, так как не считал это тем, чем можно с кем-то свободно поделиться. Лучше уж он обдумает всё сам, не подвергаясь чьему-либо влиянию.       — Я тогда, наверное, пойду в свои покои, — волшебница немного покраснела, посчитав себя ужасно бестактной, — А ты ложись спать. И не вздумай садиться за проверку заданий, а то потом уснёшь прямо за рабочим столом, как в прошлый раз. Тебе повезло, что я в тот день осталась у тебя в комнатах, чтобы помочь с проверкой работ, а то боль в спине наутро была бы тебе обеспечена!       — Как скажешь, — улыбнулся Поттер и, пожелав подруге спокойной ночи, скрылся за дверью ванной комнаты.

***

      Холодная вода стекала по рельефному телу. Капельки снова и снова падали на мокрые, прилипшие ко лбу волосы, там и начинали свой путь вниз, огибая препятствия в виде множественных шрамов, полученных на работе. Они спускались по ключицам, торсу, накачанным бедрам, после чего опускались на холодную плитку пола, навсегда пропадая из виду.       Гарри стоял, подставив лицо под струи воды, пытаясь отключить назойливые мысли, расслабиться, только ничего не получалось. Воображение продолжало подсовывать всё более яркие воспоминания о властных губах профессора.       «Просто друзья. Просто друзья. Просто друзья», — отчаянно повторял про себя Гарри, наказывая себе поверить в это.

***

      Выйдя из ванной комнаты, Гарри заметил лежащее на круглом деревянном столе письмо, принесённое, судя по всему, эльфом.       Ещё не распечатав конверт, волшебник уже знал, от кого ему пришло послание и чего стоит от этого ожидать. Подпись «Джиневра Молли Уизли» говорила сама за себя.       «Мне кажется, мы уже всё обсудили, Поттер. Не думаю, что стоит вновь к этому возвращаться. Ты сделал свой выбор, предав меня, а я сделала свой — забыв тебя».       Не задумываясь, Поттер бросил письмо в бушующие языки пламени камина.       Джинни волновала его сейчас меньше всего.

***

      Утром следующего дня за завтраком профессора не сказали друг другу ни слова, как будто и не было между ними тех дней, когда они были, можно сказать, друзьями.       Нет, они не вели себя, как враги, но между ними всё равно царила атмосфера недосказанности. Снейп не пытался заговорить и вёл себя, как в прежние годы — холодно и отстранённо. Гарри даже на минуту показалось, что ему приснилась вся их дружба, их поцелуй.       И остальные преподаватели также не отреагировали на явно ухудшившиеся отношения волшебников. Видимо, уже смирились с тем, что дружба между такими разными магами невозможна.       А Гарри… Гарри для себя решил, что вернуться к нейтральному и чисто формальному общению с Северусом будет лучшим вариантом. Их дружба навсегда разрушилась в тот момент, когда они вместе перешагнули черту.

***

      Хэллоуин в Хогвартсе проходил в лучших традициях! Украшенные коридоры создавали чарующую атмосферу пугающего праздника и радовали детей, у которых даже уроки в честь такого повода отменили! Студенты бегали по замку в подготовленных заранее нарядах (хотя дети маглов и школьную форму факультетов приняли бы за полноценный костюм!), пугали своих друзей и некоторых учителей (которых хотя бы не боялись до смерти), и поедали вкуснейшие сладости, которые успели получить во время завтрака и обеда в Большом зале.       Учителям в этот день тоже было не до скуки. Приходилось быть в несколько раз бдительнее, чтобы уследить за шаловливыми студентами и избежать нежелательных и опасных ситуаций. Ещё и в Хогсмид некоторых преподавателей отправили, чтобы студенты выпускных курсов развеялись, отдохнули от учёбы и перманентной подготовки к предстоящим экзаменам.       Гарри тоже решил не засиживаться в четырёх стенах и присоединился к тем, кто отправился в Хогсмид. Альбуса и Скорпиуса он, конечно же, взял с собой (ну и пусть туда ходят только студенты с третьего курса, это всё же его сын и сын Малфоя).       Хогсмид к Хэллоуину тоже подготовился основательно. Все дома и магазинчики были украшены яркими гирляндами, излучающими ослепительный оранжевый цвет, говорящими тыквами со страшными рожицами и магической паутиной. Атмосфера в деревушке была ужасающе прекрасной!       Альбус и Скорпиус, впервые оказавшись в Хогсмиде, смотрели на всё вокруг восторженными глазами. Им хотелось обойти все магазинчики и побывать везде, где только можно. К их счастью, Поттер был совсем не против, поэтому с радостью вёл их туда, куда они хотели. Делал он так не только от большой любви к детям, но и из-за желания скрыться от пугающе спокойных глаз Северуса.       Поттеру было тяжело от осознания того, что они не могут общаться как раньше, не имеют возможности говорить на любые темы и наслаждаться общением друг с другом. Всё это навсегда осталось в прошлом, потому что поцелуй, который никак не хотел выходить из головы, завёл обоих волшебников в тупик. Его план общаться в формальном стиле рухнул в тот момент, когда он осознал, что просто не может заговорить со Снейпом. Они ведь не могут сделать вид, что ничего не было и продолжить жить, закрыв на всё глаза. Это просто невозможно! Северус же не просто так поцеловал, и Гарри не просто так ответил на поцелуй! Всему виной были неизвестные чувства, в которых, по-хорошему, им не помешало бы разобраться.       Весь день Гарри чувствовал себя не в своей тарелке. Совесть, разум и сердце спорили между собой, не в силах определить правого. Разум говорил, что общение с Северусом лучше прекратить, от греха подальше. Кто знает, чем всё это в дальнейшем может обернуться. Да и общаться как прежде с тем, кто терпким поцелуем сжимал его губы, было бы сложно. Совесть не переставала думать о том, что у Поттера даже права на поцелуй со Снейпом не было. У него же есть жена (пусть и бывшая), сын. Какие к Мордору поцелуи с мужчиной?! А сердце… сердце не хотело отпускать Северуса и бешено билось при одной только мысли о приятных мгновениях страстного поцелуя с профессором.       — Пап, ты купишь мне шоколадную жабу, сдобный котелок и съедобную Чёрную метку? — увидев на витрине Сладкого королевства интересные волшебные сладости, спросил Альбус, умоляющим взглядом взглянув на отца и тем самым оторвав его от гнетущих размышлений.       — Конечно, куплю! А ты, Скорпиус, что будешь?       — То же самое, что и Альбус! — радостным голосом ответил Скорпиус и, получив от Гарри купленные сладости, широко улыбнулся, — Большое спасибо!       — Да, спасибо, папа!       — На здоровье! — произнёс Поттер, расплатившись за вкусности, после чего повёл детей в очередной магазинчик.

***

      День, проведённый в библиотеке за тщательным изучением книг, принёс Гермионе неплохие результаты. Её теория с использованным зельем превратилась в нечто большее, чем простая догадка, и почти всё собралось в единое целое. Не хватало лишь пары пазлов для полноты картины. Хотя, зная Гермиону, она эти пазлы обязательно обнаружит и использует! Но и сейчас ей уже стали доступны некоторые очень занимательные факты.       Как оказалось, зелье частичного стирания памяти действительно существует. Только вот Министерство Магии строго настрого запретило его производство ещё полвека назад и пригрозило суровым наказанием за его изготовление или использование. Видимо, уже тогда все понимали, что использовать такое зелье будут чаще всего для незаконных дел. Кроме того, его состав довольно сложный, да и сварить его смогут лишь единицы. Так что то, каким образом семья Уизли смогла раздобыть его, для Гермионы было большой загадкой, которую она собиралась решить.       Также необходимо было доказать, что такое зелье вообще было использовано на Поттере. Но как это сделать? Прошло достаточно много времени и все следы давно уничтожились организмом.       Да и если ей всё же удастся убедить министров, что зелье было использовано, хватит ли этого для доказательства вины Уизли? Они же легко смогут списать всё на кого-то другого и выйти сухими из воды. Нет, тут всё не так просто. Нужны более весомые доказательства! Только вот где их взять?       Вопросов было слишком много, нерешённых задач ещё больше. Но Гермиона справится, обязательно справится. Иначе просто не может быть. Она не допустит того, чтобы Гарри повторил её судьбу, став жертвой этой семейки.       Покинув библиотеку под вечер, волшебница, как и планировала ранее, направилась в кабинет профессора Снейпа. Всё же, кто как не он сможет рассказать ей о зельях?       — Профессор, можно? — осторожно приоткрыв дверь в класс зельеварения, спросила девушка.       Подняв оценивающий взгляд на незваного гостя, Снейп сдержанно кивнул, позволяя волшебнице зайти на его территорию, после чего сказал:       — Мисс Грейнджер, не ожидал вас увидеть в моём кабинете после стольких лет. Чем могу помочь? — он отложил в сторону пергамент и чернила, сосредоточив всё своё внимание на гостье. Всё же, ему было интересно, по какому делу она решила потревожить его и не связано ли это с небезызвестным Поттером?       — Вы, конечно же, знаете о том, какая неприятная ситуация произошла с Гарри. Он потерял всё из-за того, о чём даже не помнит. Я очень хочу помочь ему, — Гермиона спокойно прошла по классу и присела на край первой парты, прямо напротив стола, за которым сидел Северус.       — Это всё замечательно. Но при чём тут я?       «Что ж, судя по тому, что ни о чём подобном девушка не обмолвилась, Поттер всё же не поведал подруге о своём ночном опыте» — размышлял Снейп.       — Я хотела спросить у вас про зелье, способное стереть память.       — И что же именно вас интересует, мисс Грейнджер.       — Можно ли его где-нибудь достать?       Отвечать на вопрос не хотелось совершенно. Снейп прекрасно знал, что гриффиндорка просто так не успокоится. Раз уж она взялась за дело, то наверняка доведёт его до конца. Этого он и боялся.       — Вы подозреваете, что Поттер лишился воспоминаний из-за зелья? — встав со стула, Снейп медленно обошёл стол, чтобы оказаться напротив Грейнджер. Он встал, скрестив руки на груди, тем самым показывая своё отношение к данному предположению девушки.       — Это одна из моих версий.       — При желании, мисс Грейнджер, можно достать всё что угодно, даже запрещённые законом зелья. Только как вы собираетесь доказывать, что оно было использовано на Поттере?       Девушка мягко улыбнулась и выразительно посмотрела на своего бывшего преподавателя.       — По правде говоря, это я тоже хотела узнать у вас. Можно ли как-то обнаружить следы использования данного зелья на человеке, если прошло столько времени?       — С чего вы вообще решили, что я буду вас консультировать в этом вопросе? — нервно процедил Снейп и, резко развернувшись, вновь вернулся на своё рабочее место, сев за стол. Если он сейчас всё расскажет, то может ненароком подставить себя. Девушка ведь обязательно всё поймёт! Но готов ли Северус так рисковать из-за этого мальчишки?       — Профессор, я знаю, что в последнее время вы с Поттером стали более близко общаться. По крайней мере, так было до того, как я приехала, — в этот момент сердце волшебницы кольнуло чувство вины, — Вам же не безразлична судьба Гарри, как и он сам! Вы столько лет спасали его, так, прошу, помогите и в этот раз вернуть его светлое имя!       Северус хотел убедить себя в том, что ему нет никакого дела до Поттера, что девушка не права. Только вот всё произошедшее за последнее время говорило об обратном. Этот несносный мальчишка никогда не вызывал у Снейпа равнодушие! Поначалу, от одного только взгляда на копию Джеймса Поттера у зельевара всё внутри закипало от злости и ненависти, потому что каждый день видеть отпрыска самого невыносимого гриффиндорца было ужасно тяжело. Ему не хотелось защищать мальчишку, не хотелось узнавать его получше, ведь в голове уже закрепился образ того, что он копия своего отца. И лишь изумрудные глаза заставляли прийти в себя и немного успокоиться, принося воспоминания о прекрасной Лили Эванс.       И так было до самой войны. Только после того, как Северус увидел Золотого мальчика в сражении, он понял, как ошибался, сравнивая его с Джеймсом. Гарри был другим, совершенно другим. В нём не было жестокости и цинизма, присущих его отцу, не было высокомерия. Тогда Снейп впервые проявил к нему уважение.       Окончательно мнение волшебника о Герое Британи поменялось совсем недавно, с приездом Поттера в Хогвартс. Оказывается, мальчик-который-повзрослел может вызывать у него светлые чувства. И поначалу всё было вполне терпимо: у Снейпа окончательно пропала ненависть и возник интерес. Ему просто стало приятно общаться со взрослым Поттером. Но чем больше времени проходило, тем сильнее он к нему привязывался. И желание поцеловать молодого профессора возникло не просто так…       Конечно, Поттер ему не безразличен!       — Да, следы зелья можно обнаружить. Для этого есть два способа, — вопреки голосу разума стал рассказывать Снейп, — Во-первых, из-за того, что зелье само по себе очень сильное, остатки следов его магии могут оставаться в человеке до двух месяцев. И, если вам повезёт, при правильной диагностике вы сможете их обнаружить. Во-вторых, среди прочих ингредиентов зелья в нём присутствуют кетамин, свойства которого усилены магией. Благодаря этому он впитывается в кровь человека и долгое время может находится в организме. Только вот обнаружить его достаточно сложно, — решив, что данной информации вполне достаточно для того, чтобы помочь Поттеру, Снейп не стал углубляться в подробности, прервав свой рассказ, — Это всё, что вы хотели узнать?       — Да, профессор, спасибо!

***

      Как оказалось, простые диагностические чары и изучение крови Поттера не дали почти никаких результатов. Только это произошло вовсе не из-за того, что следов зелья в организме Гарри уже не осталось, а потому, что волшебники просто напросто не знали, как их зафиксировать. Их способностей им хватило лишь на то, чтобы уловить небольшие следы магии зелья, но этого было недостаточно. Министерству магии такие доказательства не предъявить. Надо было придумать, как действовать дальше, пока зелье окончательно не покинуло организм.       Несколько дней Гермиона провела за изучением зелья и попытками отследить его возможные места появления и продажи. Для этого она даже встретилась с несколькими зельеварами, как подпольными, так и легальными. И, к счастью, эти встречи принесли ей результаты.       Вернувшись пятничным вечером в Хогвартс, волшебница вновь направилась в кабинет профессора зельеварения. Она наконец-то сложила все пазлы воедино.       — Профессор, я зайду?

***

      Целую неделю Поттер обдумывал сложившуюся ситуацию и пришёл к выводу, что дальше так продолжаться просто не может. Ему нужен Северус, нужно общение с ним. Удивительно, что за такой короткий срок они смогли так сильно сблизиться, что стали нуждаться в компании друг друга (Мысли о том, что нуждается Поттер не только в духовной составляющей Северуса, но и в кое-чём более физическом, волшебник старательно игнорировал).       Для себя Гарри решил, что он придёт к Снейпу и расскажет ему всё, как есть. А дальше будь как будет!       Он быстрыми шагами спускался в подземелья, проходил пустые холодные коридоры. И, когда Поттер наконец-то оказался рядом с дверью, ведущей в кабинет зельеварения, он услышал голос своей подруги.       — Это же вы, да? Вы приготовили то зелье, которым стёрли память Гарри?       О чём она говорит? Снейп не мог приготовить то зелье и ничего ему не сказать. Это бред!       — С чего такие выводы? — послышался спокойный голос Снейпа.       — Я поговорила с несколькими зельеварами Лондона и сложила воедино всё, что они сказали, — возникла небольшая пауза, во время которой, как думал Поттер, Снейп вопросительно вскинул бровь, — Зелье, способное стереть часть памяти, приготовить неимоверно сложно. Такими способностями, как мне сказали, обладают четыре человека в этом городе, один из которых — Гораций Слизнорт, а второй — вы. Также мне рассказали о том, что, по слухам, вы совсем недавно стали изготавливать зелья на заказ. Конечно, делали вы это анонимно, но кто-то всё же об этом прознал, благодаря чему слух распространился в определённых кругах. И мне, конечно же, сказали и о том, что после случившегося с Поттером вы не исполняли ни один заказ на зелья, — после этих слов вновь возникла пауза, — Конечно, я могу ошибаться…       — Отличная работа, мисс Грейнджер! — саркастично произнёс Снейп, — Это действительно я изготовил то зелье.