Сильмариллион: три жизни Феанора или на те же грабли

После веселого и познавательного рассказа Феанора хоббиты отправились на боковую. В камине догорал огонь. Эльф уставился в пламя и сам не заметил, как заснул… *** Феанора разбудил крик о пропаже пони. Выяснилось, что у хоббитов были пони. Куруфинвэ ужасно сочувствовал (вообще нет) потере и был бы очень рад проспать еще часов двести. Или триста... Ага, да счас. Через несколько часов им указали на дверь Ну, они и пошли. Никто не спрашивал, по какой причине Феанор пошел с ними. Феанора, в прочем, тоже никто не спрашивал. Поиски пони Куруфинвэ проспал пропустил. Провожали их веселую компанию всем Пригорьем. Слух о том, что Бродяжник «нанялся загадочным хоббитам в провожатые» и не менее интересный слух о каком-то подозрительном эльфе, идущего вместе с теми же самыми загадочными хоббитами (а так же Бродяжником) разлетелся по всей деревне в мгновение ока (какого именно, мы не уточняем). Веселая процессия, состоявшая из Четырех хоббитов, одного Арагорна, недовольного эльфа и одного полудохлого пони направлялась «на выход» из пригорья.Они шли мимо дома так называемого Осинняка, а изготовитель Сильмариллов брезгливо рассматривал полусгнившие, испещренные непечатными фразами доски забора вышеупомянутого гражданина. Над забором высунулась чья-то уродливая морда, хриплым, режущим слух голосом начиная нести какую-то тарабарщину. Феанор поморщился — внутри все сжалось от отвращения. Причем определить тип этого мерзкого создания Король Нолдор ни за что бы не взялся.  — Это что, новая порода гоблинов? — с умным видом поинтересовался Фэаноро. Сэм закашлялся, поперхнувшись очередным яблоком, а Фродо сочувствующе похлопал садовника по спине, Арагорн же посмотрел на перворожденного взглядом а-ля «Это сейчас шутка была, или ты реально дебил?». Куруфинвэ хмыкнул и отвернулся, но буквально через несколько секунд вздрогнул, когда над его макушкой просвистело откушенное яблоко Сэма. Зато вот Осинняку повезло меньше и оный фрукт угодил ему по носу. Разразившись парочкой наигрязнейших ругательств, какие только имелись в лексиконах самых отпетых негодяев Средиземья, скрылся за своим столетним забором. Интересно, он эти словечки с забора своего вычитал, или их там написали, наслушавшись речей хозяина сооружения? Что-то Феанору подсказывало, что последнее ближе к истине. *** Фэаноро пнул очередной несчастный камушек и снова тяжело вздохнул. Они уже который час шатались по этому проклятому Тракту — толпа зевак, видите ли, все никак не хотела отставать от них и валить домой, им, видите ли, очень интересно, что еще с ними за Долговязый — как прозвал Куруфинвэ этот жалкий народец, — и с чем его едят. С рукоприкладством! И если бы рядом не было этого дурацкого Нудяжника, то Фэаноро бы уже показал наглецам, что такое Величайший Эльф Всея Арды. Ну вот правда, сколько можно? Вот в его времена короли путешевствовали с персональными переносными хоромами, ездили на лошадях, ели отменную оленину, пили только лучшее вино, спали в кроватях, не то что нынче — этот Арагорн, сын Араторна вроде как тоже король, а смахивает на бомжа. А по аромату от них всех уже исходящему, их вообще надо постараться, чтобы с орками не перепутать. *** День клонился к вечеру, когда толпа настырных провожающих начала потихоньку рассасываться. Им что, совсем делать было нечего, кроме того, как целый день таскаться за какими-то бродягами? Впрочем, от части, Куруфинвэ их мог понять — Нудяжник, видимо, не подумал как-то, что таскаться весь день туда-сюда по Тракту НЕМНОООООГО странновато — Арагорн не хотел уходить слишком далеко по открытой дороге, потому что тогда по ней пришлось бы пройти весь путь до конца, т.к. немного дальше лес стоял стеной, и сворачивать по-просту было уже негде. Феанор с негормким шипением потер синяки — под конец, некоторые особо одаренные отроки принялись кидать в них яблоки, пытаясь привлечь к себе внимание. Уже потом Великий Мастер додумался поразвлекаться со своей перворожденной меткостью, рассекая фрукты мечом на лету. Сэм же бегал кругами и подбирал половинки яблок, запасливо складывая их все в свою дорожную сумку. Параллельно на протяжении последних нескольких часов все хобиты в один голос ныли, что пора бы уже остановиться перекусить. Фэаноро, к слову, был с ними полностью солидарен. Он, между прочим, завтрак тоже проспал, спал как-никак первый раз за последние несколько тысячелетий. Так что, фактически, Король Нолдор маковой росинки со вчерашнего вечера в рот не брал… *** Феаноро остервенело хлопнул себя по предплечью — он уже готов был загрызть себя самостоятельно, лишь бы больше не слышать писк кровопиец, или, по Сэмовой версии, кровопросцев. Свободной рукой эльф поймал брошеное Сэмом яблоко и под раздраженное фырканье соотрядников захрустел фруктом. Уже которые день они со Скромбджи (у Сэма ведь такая фамилия?!) действовали на нервы своим товарищам по несчастью задушевным поеданием неиссякаемых яблочных запасов толстого полурослика. Элессар лишь скрипел зубами, но не говорил ни слова. С Сэмом, к слову, Куруфинвэ спелся больше всего — у хоббита всегда была еда. А еще они оба не до конца доверяли так называемому «бродяжнику»… Компания, состоящая из квартета «The Shir durka», Нудяжника и Величайшего эльфа всея Арды продвигалась все дальше по болотам. Тредий день по хлюпающему аду клонился к вечеру. Куруфинвэ крайне безрадостно разводил огонь. До перворожденного долетел обрывок разговора Фродо (или кто он там, эти ваши полурослики так похожи…) и Бродяжника. Услышав о том, что они видят выспыки огня на востоке, Эльф поднял брови. Чего только не увидишь. Феаноро, например, недавно розового кролика с птичьим клювом видел… *** В рассветных сумерках они двинулись дальше. Феаноро было ужасно скучно. Тащиться в компании 5 подозрительных типов (каковым, кстати, Куруфинвэ видимо являлся), непонятно куда, непонятно зачем… Судя по видневшейся впереди горе, куда-то они уже почти притащились. По словам Нудяжника, сие видение именовалось «гора Заверть». Около полудня они окончательно достигли горы. Было решено разделиться. Бродяжник-Нудяжник, Фродо и Мерри, тот заика, пошли наверх, а Куруфинвэ и оставшиеся хоббиты развели костер, планируя впервые за последнюю неделю наесться досыта. Пару минут они поочередно пытались воспламенить хворост. Причем если хоббиты трудились посменно, передавая огниво из рук в руки, то Феанор работал без перерывов, усердно сверля кучу веток своим пламенным взглядом, ибо разжечь огонь в кузнице — это пожалуйста, но вот во время похода розжигом, как кораблей, так и костров занимались подданные. Наконец, под восхищенные охи и ахи Мерри и Пиппина, из-под умелых рук толстячка посыпались искры. Когда жилистое мясо какой-то подозрительной даже в разделанном виде птички было снято с огня раздувшимся от осознания собственного превосходства в кулинарном деле Сэмом, а Мэрри с Пином уже было набросились на еду, из-за угла с диким воем вприпрыжку выбежал Фродо и бросился в полыхающий костер. Феанор подавился водой, коей запивал мясо, чем, возможно, и спас полурослика.от мучительной смерти — Фродо облило питьем Великого Мастера с головы до ног. Еще пару минут компания пыталась понять, что с перепугу несет этот мокрый злой идиот. Потом наконец бессвязный вой сложился в слова. К ним, видите ли, скачут на конях летающие плащи. Фэаноро хмыкнул — совсем кучерявого беднягу глюки доканали. Ну скачут и скачут, вот пусть и дальше скачут. Когда Куруфинвэ высказал невысоклику все, что он о нем думает, добавив, что, мол, война войной, обед — обедом, Фродо снова начал махать руками и нести какой-то несусветный бред про необходимость сражения. Как рассказывал потом за очередной порцией яблок Феанору Сэм, дальше творился вообще какой-то треш. Они доблестно пытались защитить своего непутевого дружка, но тот пропал. А потом Бродяжник начал бегать по кругу с факелом в руках, причем назгулы взярали на него а-ля «Ну и что нам с этим делать? По-моему, тут и без нас достаточно постарались». Ну в общем, порешили они на том, что лучше пойти посоветоваться с начальством, куда этого придурка — сразу в дурку или еще понаблюдать немного, — и свалили. Конец трагедии Фэаноро, впрочем, застал и сам. Кучерявый появился в какой-то луже, зачем-то зовя Элберет Гилтониэль — лучше бы у Мандоса помощи попросил, честное слово. Ну его залатали по-быстрому, сели на коней и по цокали в Раздол. ( – Так, стоп. Эээ, автор. А откуда кони? И Феанор где пропадал?  — В смысле откуда кони? Их же Феаноро…) А мудрый, наученный опытом Куруфинвэ, пока его соотрядники там не пойми что из себя строили, поступил рациональнее. Арагорн повернул голову, услышав легкое покашливанин за спиной, и… чуть не столкнулся носами с черной лошадью, от которой еще к тому же злом несло за километр. Под руками странника испуганно пискнул Фродо, рану которого Бродяжник только что обработал. Рядом с пятью животными, насмешливо склонив голову, возвышался Фэаноро.  — Это что? — сквозь зубы поинтересовался Арагорн.  — Лошади.  — Я заметил. Ты что, увел лошадей у назгулов, пока мы с ними сражались?  — Я король, не все же время мне пешком по болотам таскаться!