revelation

— Это совершенно идиотская идея, — ледяным тоном сообщила девушка, изящным движением закидывая ногу на ногу и выдыхая колечко дыма почти идеально ровной формы. — Ну конечно у тебя есть лучше, — язвительно пробурчал Диего, закипая подобно чайнику. Семейные собрания были ужасны, в основном. Эта странная во всех смыслах семейка определенно точно не могла поладить и прийти к одному решению. Взрывные характеры и лидерские качества некоторых индивидов не способствовали коммуникации, а суперспособности явно не предполагали мирного разговора. — У любого с каплей мозгов возникнут вопросы, а мы в кои-то веки не должны привлекать внимания, — Номер Восемь приподняла уголки губ в едкой улыбке, как это делает их отец, что, как знают все, так сильно ненавидят Диего и Лютер. Странную связь между Реджинальдом и Восьмой не мог не заметить даже слепой. Она не проявлялась открыто, словами — никогда. Всегда только жесты, поведение. Брюнетка, в силу возраста, переняла множество привычек мужчины. Никто никогда не видел, чтобы эти двое общались наедине, они могли спокойно сидеть в одной комнате, занимаясь разными вещами совершенно безмолвно. И казалось, для них нет места и общества комфортнее. — Говоришь, как отец, — сжав кулаки, произнес Диего с видом, будто это самое ужасное оскорбление. — Благодарю, Номер Два, — слегка склонив голову в бок, произнесла девушка, от чего мужчина зарычал. Перепалки были тем, по чему Пятый действительно скучал. Насмешки и комментарии, граничащие с жестокостью, в их семье считались обычным общением и очень часто выражали переживания братьев и сестёр друг за друга. Это не было нормой. Но в их жизни, в принципе, не было ничего нормального, так что это лишь ещё один плюсик в списке. — Почему бы вам не успокоиться? — в очередной раз повторила Эллисон, тяжело вздыхая. Такие собрания вызывали у неё головную боль и желание заткнуть всех поскорее. — Все вопросы к этому неуравновешенному. — Номер Восемь! — И это мне говорит истеричка? — Диего! В свете люстры опасно заблестела металлическая поверхность ножа, появившегося в руке мужчины. А температура в помещении уже давно начала потихоньку подниматься. Каждый из присутствующих был готов работать в команде, потому что с детства учился этому. Но никто почему-то не был готов признаться в этом. — Почему бы Номеру Два не заткнуться и не дать Пятому шанс рассказать план? — наконец скучающе произнесла девушка, рассматривая свой аккуратный маникюр. На неё тут же устремилось шесть пар глаз. — Пятому? — Очевидно, он знает, что делать, — Пятерка не удержался, чуть приподнимая уголки губ в неком подобии на улыбку. Он ни на секунду не сомневался в ней. — Это он предложил туда поехать, — в излюбленной манере закатив глаза, Харгривз продолжила, — а еще, ребята, если вы вдруг забыли, он вернулся из будущего. Объяснить, что это подразумевает, или сами справитесь? — Так… у тебя есть план? — несколько сконфуженно произнес Диего, переводя взгляд на брата. — Ага, — спокойно ответил подросток, отпивая кофе из кружки. — Тогда почему ты ничего не сказал? — Хотел посмотреть, что из этого выйдет. — Чудесно… — недовольно фыркнул мужчина, вызывая у Номера Восемь смешок, — и его мы должны слушаться. На некоторое время в комнате воцарилась тишина, прерываемая тихим стуком каблуков об пол. Где-то наверху мама убиралась в комнатах — В клуб? — наконец спросил Пятый, обращаясь непосредственно только к одному человеку. — С тебя маргарита, — с довольной улыбкой произнесла девушка, вкладывая руку в протянутую ладонь. Никому нельзя нарушать личное пространство Пятерки. Это незыблемое правило для всех, кто хочет остаться в живых. И как обычно это не касается её. Черт возьми, это просто нечестно. Диего тяжело вздыхает. Он так задолбался. Синяя вспышка озарила комнату, унося за собой двоих. — Дерьмо.