От «А» до «Я»

Дом – Ма-ам! – ноет светловолосая девочка с забавным бантом на макушке. – Я хочу домо-ой! Хибари хмыкает, проходя мимо плачущего ребёнка и успокаивающей его матери. У Хибари Кёи нет мест, которые он мог бы назвать домом. И никогда не было. Ни собственную просторную квартиру, ни роскошный особняк – резиденцию Десятого босса Вонголы, ни школу, ни даже сам Намимори он за свой дом не считал. Дом – это место, куда ты должен возвращаться. Которое ты должен любить. И которое ты должен защищать. А само сочетание слов «ты должен» вызывает у Хибари ледяное бешенство, с последующим избиением того, кто эти самые слова произнёс, до смерти. Хибари Кёя слишком ценит свободу, чтобы зависеть от чего-либо. Он коротко стучится в дверь и, не дожидаясь ответа, заходит. Навстречу ему уже бежит Тсунаёши. – Хибари-сан! – солнечно улыбается он, а у Кёи странно ёкает сердце. – Спасибо, что согласились завезти документы ко мне домой. Хранитель облака фыркает. – Ещё один? Савада кивает. – Об этом доме никто не знает. Только вы, я и Реборн, наверное. Он всегда в курсе всего. Здесь можно отдохнуть от этой вечной суматохи. Кёя наклоняет голову. – Не многовато ли у тебя домов? – безразлично тянет он. Тсуна снова улыбается. – Смотря что вы подразумеваете под этим словом. Если считать сами здания – то да, много. Правда, не у меня – у семьи, – поясняет он. – А так... Их всего три. Хибари приподнимает бровь. – А в чём разница? Тсунаёши обводит рукой помещение. – Дом – это место, куда тебе хочется возвращаться, – произносит он, внимательно глядя на Кёю. – Это место, где тебе всегда тепло. А где ваш дом, Хибари-сан? – неожиданно спрашивает он. Хранитель облака пожимает плечами. Он не собирается отвечать, но слова сами срываются с губ: – У меня его нет. Кёя ждёт новые вопросы, восклицания, недоумения, но Тсуна лишь склоняет голову к плечу и негромко произносит: «Понятно». Хибари кладёт документы на маленький столик у стены и поворачивается, чтобы уйти. Тонкие пальцы обхватывают его запястье. – Хибари-сан, – окликает его Тсунаёши. – А со мной... вам тепло? Хранитель облака кидает на Саваду быстрый взгляд. Тсуна отчаянно краснеет, но упорно не отводит глаза. Кёя усмехается. У Хибари Кёи нет мест, которые он мог бы назвать домом. Хибари Кёя слишком ценит свободу, чтобы зависеть от чего-либо. Или кого-либо. Ключи, как обычно, под ковриком. Он так и не взял себе вторую пару, хотя Тсунаёши предлагал ему много раз. Он не хочет возвращаться сюда. Не хочет, но не может не возвращаться. Тихо щёлкает замок. Внутри темно, пыльно и холодно. Несмотря на то, что на улице – лето. Хранитель облака быстро пересекает знакомые до последней пылинки комнаты, останавливаясь перед тёмно-вишнёвой дверью. Коротко скользнув взглядом по золотистой табличке «Кабинет», он опускает вниз дверную ручку и заходит в комнату. В кабинете ничего не изменилось. Совсем. Всё такой же беспорядок на столе, всё так же накинут на спинку стула чёрный пиджак. Словно хозяин комнаты вышел из неё пару минут назад, а не лежит в гробу уже чёрт знает сколько дней. Хибари подходит к столу. Глаза цепляются за яркое пятно среди бело-чёрной документации. Кёя протягивает руку, выуживая из груды бумаг небольшую фотографию. – Хибари-сан, ну улыбнитесь уже! – Савада, отстань от меня, наконец! – Ну пожалуйста! Одна маленькая улыбка! Представьте, что откручиваете Мукуро голову... Вот! Так и замрите!.. Кёя усмехается, задумчиво проводя пальцем по глянцевой поверхности, и плотнее запахивается в пиджак. На улице – тридцатиградусная жара, а он почему-то мёрзнет. Мёрзнет уже чёрт знает сколько дней. Тихая вибрация телефона в кармане напоминает Хранителю облака, что на сегодня запланировано ещё много дел. Хибари откладывает фотографию и подходит к двери. – Зверёк, – тихо шепчет он, окидывая кабинет прощальным взглядом. – Возвращайся быстрее. Без тебя... холодно. У Хибари Кёи нет мест, которые он мог бы назвать домом. Зато есть человек.