Strange Scales

Машина была объята пламенем. Она просто лежала там, в окружении огня, пока Эдвард вырывал камни размером с валуны из береговой линии и разбивал их в пыль. Это продолжалось уже некоторое время. Он был таким с тех пор, как вернулся. Сначала Джейкоб смотрел на Эдварда глазами Сэма, когда тот врезался джипом в линию деревьев и пронёсся мимо него на пляж, а за ним, даже не оглянувшись на дымящуюся развалину, последовали Джаспер и Эммет. Потом он наблюдал глазами Сета, как Эдвард снова и снова отслеживал и отслеживал запах, в то время как какая-то механическая неисправность заставила машину загореться. Джейкоб уже потерял счёт тому, сколько раз и какими путями ходил Эдвард. Но все они приводили его обратно на прежнее место — на пляж. Её запах не шёл дальше этого места. И это сводило его с ума. Засыхающая кровь сводила его с ума ещё больше. — Белла! — Крикнул Эдвард через море. Алиса давно уже перестала плакать, теперь она просто смотрела, стояла и смотрела, как мраморная статуя с остекленевшими глазами на голубой горизонт. Джейкоб, наконец, присоединился к ним лично — вернее, к волкам, — когда Карлайл предпринял очередную тщетную попытку успокоить Эдварда. — Сынок, пожалуйста, — взмолился он, когда оранжевое пламя машины заплясало и засвистело, — давай просто поговорим об этом, подумаем. Мы могли бы… — Нет, Карлайл, — почти прорычал он, когда вода ручьями потекла с его мокрых бронзовых волос, он безостановочно входил и выходил из плещущихся волн, — каждый миг, когда я останавливаюсь, это ещё один миг, когда она в опасности! Я не могу остановиться, не могу! Если я это сделаю, она может… она может быть… Лицо Эдварда сморщилось, но лишь на долю секунды, а в следующее мгновение он исчез — белое пятно на фоне пейзажа. Джейкоб молча выбрался из зарослей папоротника на хрустящий сланец пляжа. — Эдвард уже проверил этот маршрут, — печально подумал Сет, сидя под сосной, — пятьсот пятьдесят два раза… — Я знаю, — подумал Джейкоб, — я тоже считал. — Эй, Брат! — Сет сел и завилял хвостом. — Я и не знал, что ты так близко. — Я пересёк границу Вашингтона около часа назад. Ты был слишком занят, чтобы заметить это. Их мысли улетучились, когда в голове промелькнуло до боли знакомое лицо — тёмные волосы, такие блестящие и красивые, эти шоколадно-карие глаза — Джейкоб даже не был уверен, чьё это воспоминание. Это мог быть любой из них. — Может быть, я что-то пропустил, пока бежал? — поморщившись, спросил Джейкоб. Возможно, он надеялся… — Нет, никаких новостей, никаких зацепок, ничего. Как будто она просто растворилась в воздухе… — Сет ошеломлённо покачал головой, и Джейкоб молча пошёл вперёд. Сэм был недалеко от берега, Лия и Эмбри стояли по бокам от него, пока он стоически наблюдал, как шесть вампиров спорят между собой. Их голоса были настолько быстрыми, что казались не более чем глупым вампирским жжужанием. Это было жутко. — Может быть, если мы позвоним Денали, — вмешалась Розали, — может быть, на этот раз они помогут? Лицо Карлайла окаменело. — Помнишь, о чём они просили нас в прошлый раз, Розали? Это не та цена, которую я готов заплатить, и ты тоже не должна. — Нам нужно расширить поисковую сеть, — добавил мужчина со шрамом, делая шаг вперёд, — и нам нужно больше людей для поиска, если мы хотим добиться большего прогресса. Сэм шагнул вперёд и фыркнул. — Мы полностью сотрудничаем с вами, — подумал он, — наша защита распространяется и на Беллу. Она всё ещё человек. Карлайл пристально посмотрел на него и вздохнул. — Мне очень жаль, Сэм. Без Эдварда здесь, я понятия не имею, что ты говоришь. Сэм только кивнул в ответ, огорчённый. Джейкоб не хотел слушать, что они говорят, и ни одна пиявка не обратила на него внимания, пока он пробирался мимо. Сэм слегка кивнул в его сторону, и по мыслям Эмбри он почувствовал жалость. Он не обращал на них внимания, глядя только на отметку впереди на берегу. Тёмное пятно выделялось, как обвинение, тёмно-красное на гальке. Джейк фыркнул. Да, этого нельзя было отрицать — кровь принадлежала Белле, он знал это и раньше, но хотел сам осмотреть её, понюхать, увидеть. И тогда он понял, что какая-то часть его разума надеялась, что это было не по-настоящему, что кто-то ошибся, но нет. Белое пятно со свистом пронеслось мимо него, разбрызгивая камешки в противоположном направлении. Джейкобу даже не нужно было принюхиваться, чтобы понять, что это Эдвард. Раздался рёв, пугающе громкий, и всемогущий грохот! — Эдвард, пожалуйста, — сказал Карлайл, хотя и не очень громко. Последовал ещё один удар, ещё больше валунов рассыпалось в пыль. Дерево было вырвано с корнем; земля летела песчаной аркой в пятьдесят футов высотой. Кора превратилась в щепки, камень — в пыль. И всё же он не остановился, не выказал никаких признаков успокоения. Разрушения продолжались. — Наконец-то он показал, какой он на самом деле монстр, — рассеянно подумал Джейкоб, — а Беллы рядом нет. Когда хаос утих и пыль улеглась, Эдвард стоял среди обломков, тупо глядя на свои грязные руки. Он смотрел на них так, как будто не знал их, как будто не мог понять, что он видит. Он моргнул, и смятение рассеялось. Затем он повернулся к сестре. — Элис, ты должна была что-то увидеть с тех пор, как это случилось, — резко сказал он, шагнув к ней с яростными чёрными глазами. Эти глаза холодели, как тёмные пустоты, одновременно пугающие и бесконечные. — Что-нибудь, — продолжал он, — что угодно, мельчайшая деталь, неясная вспышка? Под такой отчаянной яростью его сестра, казалось, съёжилась. — Я…я…я не знаю. — Что значит — не знаешь?! — потребовал он. Эти чёрные глаза горели, пронзая её насквозь. Мелькнула белая вспышка, и рядом с ней появилась ещё одна пиявка — та, что с медово-белыми волосами и бесчисленными шрамами. Он стоял наполовину перед Элис, как будто хотел защитить её. Тут Джейкоб вспомнил, что это был приятель Элис, Джаспер. — Эдвард, — сказал он, рыча. Эдвард, казалось, даже не замечал его. Его горящий взгляд был прикован к Элис. — Я просто не знаю, — простонала Элис. Дрожа губами, она упала на колени. — Здесь всё чёрное. Кромешная тьма, это как… это как… — она, казалось, боролась, не находя слов. Джейк никогда не видел вампира таким потерянным. У них всегда на всё хватало выдержки. Наконец маленькая пикси посмотрела на Эдварда, общаясь только глазами. — Нет, — выдохнул он. — Даже не думай об этом. Покачав головой, Эдвард отступил назад, снова и снова. — Что? — Джейкоб нахмурился. — О чём она только думала? — Нет! — рявкнул Эдвард. — ОНА НЕ УМЕРЛА! И он снова исчез. Отдалённый треск означал, что ещё одно дерево вырвано с корнем. Рычание, грохот… Когда Джаспер тихо опустился на колени рядом с Элис, она опустила голову, уткнувшись лбом в песок и загребая его ногтями, задыхаясь от беззвучных рыданий. Джейкоб был в растерянности. Вокруг него так же неловко переминались с ноги на ногу другие оборотни. Вампиры не должны быть людьми, у них не должно быть человеческих эмоций, не говоря уже о том, чтобы выражать их так бурно… и видеть, как они делают это сейчас, было не более чем странно. Лиа зарычала, ей не нравилась эта неопределенность. Пол зашаркал ногами; в его мыслях явно чувствовалось замешательство. Разум Сэма был просто логистическим, пытаясь оценить ситуацию и то, как она может быть разрешена. Он попытался, но безуспешно, придумать какой-нибудь способ вернуть Беллу… невредимой. Джейк вздрогнул, тщетно пытаясь отгородиться от безнадёжных мыслей Сэма. Ещё один рёв, ещё один раскат грома… и утёс рухнул в море. Все замерли, уставившись на него. Весь этот долбаный утёс! Камни, грязь и обломки рухнули вниз с неестественным рёвом, унося с собой несколько деревьев, пока лавина нарастала. Они столкнулись с тёмным прибоем, и море вспенилось там, где они упали, образовав приливную волну, которая выплеснулась на сланец и их ноги. Все стояли совершенно неподвижно. Эдвард только что оторвал кусок от ландшафта Ла-Пуш. — Ух ты, — подумал Джейкоб в каменной тишине, — ну это уже перебор. Эдвард внезапно оказался перед ним — пылающие чёрные глаза впились в него с такой яростью, что прежде чем Джейк успел подумать об этом, он отшатнулся и упал на корточки. — А как, по-твоему, я должен реагировать, пёс?! — прорычал Эдвард. — Может, мне смиренно сидеть и просто смотреть, как безмозглый идиот? Считаешь ли ты, что то, что ты делаешь, приведёт к каким-либо лучшим результатам?! — Эй... — Я думал, ты любишь её, — его голос стал язвительно холодным. — Судя по тому, что я слышу в твоих мыслях, вряд ли тебя вообще волнует её исчезновение! — Эй, подожди секунду... — Я и раньше ошибался. Теперь я это понимаю, — он кивнул, почти торжественно, но его губы скривились, обнажив смертельно острые зубы. — Я бы никогда не допустил даже мысли о том, чтобы отойти в сторону ради такого, как ты. Ты думаешь, что мог бы дать Белле лучшую, чем я, жизнь, но ты не заслуживаешь её, никогда бы не смог, даже через миллионы лет, ты, безмозглый ублюдок! — Эдвард! — ахнула Эсме. — Я ЛЮБЛЮ ЕЁ! — прорычал Джейкоб, поднимаясь к его лицу. — ТЫ ЭТОГО НЕ ПОКАЗЫВАЕШЬ! — взревел Эдвард, вне себя от ярости. Он хотел драки, Джейкоб это чувствовал. И будь он проклят, если тоже этого не хотел. — А ПОЧЕМУ ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО Я ЗДЕСЬ? — рявкнул в ответ Джейкоб, обнажая собственные зубы — они были такими же острыми, ещё острее! — Неужели ты думаешь, что я вернулся только для того, чтобы посмотреть на твоё самодовольное блестящее лицо?! Чёрт возьми, пиявка, я просто с ума сходил, глядя на всё это глазами Сета! Ты не единственный здесь, кто любит Беллу! Мысленно Джейкоб кричал. Другие волки слышали это достаточно хорошо, но за пределами их стаи всё было тихо. Джейкоб тяжело дышал, пытаясь взять себя в руки и оглядываясь по сторонам. Все уставились на него, на Эдварда, на них обоих. Но никто из них не встал между ними. Никто не зашёл так далеко, чтобы шагнуть вперёд. Даже Карлайл или Сэм. Они все выглядели… потерянными, оборванными, избитыми… Обычно безупречная Розали превратилась в мокрое месиво, лицо было перепачкано морской солью, волосы растрёпаны. Эммет стоял рядом с ней, сжимая и разжимая кулаки, как будто хотел сражаться, но не видел врагов. Эсме беззвучно всхлипывала сухими слезами. Карлайл смотрел на него остекленевшими глазами. Элис всё ещё лежала на песке, её щёки были покрыты пылью, а в волосах торчал пучок травы, в то время как Джаспер суетился рядом, полностью сосредоточив на ней своё внимание. А вокруг них расхаживали волки, нервы которых были измотаны до предела. — Ты здесь не единственный, кто любит Беллу, — повторил Джейк и добавил: — И я тоже. Внезапно энергия покинула его, и он снова опустился на землю. Позади себя Джейк услышал звук удара камня о гальку. Эдвард упал, скорчившись на сланце, закрыв лицо руками и застонав. Это было ужасно — длинные волнообразные движения животного в агонии. — Я никогда не видел его таким, — мрачно подумал Сет. — Как будто его миру пришёл конец. Словно по какому-то неслышному сигналу, карамельно-рыжая Эсме приблизилась медленными размеренными шагами, как будто она приближалась к дикому животному, которое в любую секунду может убежать или ударить. Она была единственной, кто осмелился приблизиться к нему, и её материнский голос звучал нежно. — Эдвард, дорогой Эдвард, у тебя нет монополии на любовь к Белле, — сказала она. — Мы все знаем, как сильно ты её любишь. С этим не поспоришь. Она — твой мир, я знаю. Но мы, все мы здесь, тоже её любим. Лия недовольно фыркнула, но вслух ничего противоречивого не сказала. Вместо этого она отошла к берегу, а Эсме опустилась на колени и обняла Эдварда. — А это что такое? — спросила Лия, шмыгая носом в пурпурно-сером сланце. Сэм подошёл к ней и смотрел, как вампиры утешают своих. — Просто рыбья чешуя, — фыркнул он, — ничего особенного. — Она странная, — нахмурилась она. — У неё нет никакого запаха. — Некоторые странные на вид рыбьи чешуйки едва ли являются нашим приоритетом номер один прямо сейчас, Лия, — голос Сэма был полон раздражения, и Джейкоб почувствовал боль Лии, когда вожак сделал той выговор — неважно, как хорошо она это скрыла. Фыркнув, она повернулась. — А теперь, — продолжал Сэм, обращаясь к остальным, — мы должны позаботиться о наших собственных границах. В этом регионе явно существует какая–то угроза, и пока мы будем помогать в поисках Беллы, — Джейкоб почувствовал вспышку безнадёжности, которую Сэм не озвучил, — мы должны защищать своих. Я предлагаю двойную смену, четыре волка патрулируют всё время, два - дополнительно дежурят. Пол, ты будешь… Джейкоб проигнорировал остальное, позволив словам Сэма захлестнуть его подобно приливу, который медленно смывал остатки крови Беллы. Он не чувствовал, что Белла мертва. То, о чём косвенно думали остальные. Он не мог в это поверить. Он не хотел в это верить. Если бы она… он бы как-нибудь узнал… Джейк посмотрел на Эдварда и увидел его тёмные глаза. Эдвард тоже это знал. Конечно, он был зол… но он не был обезумевшим. Если бы Белла ушла, действительно ушла, он был бы в отчаянии. Эдвард едва заметно кивнул. Джейк почти почувствовал облегчение… почти, ведь Беллы всё ещё не было рядом. И как, скажите на милость, они могли выследить её, не имея никакого следа? Как будто Эдвард прислушивался к его мыслям — и, вероятно, к безнадёжным мыслям других, — его мучительные стоны усилились, и он ещё глубже свернулся калачиком. — Чёрт возьми, он выглядит почти так же плохо, как Белла, когда он ушёл. Мысли Сета не помогли. Во всяком случае, стоны только усилились. После неопределённого — и действительно неловкого — момента, Сэм поплёлся в лес, вынырнув через несколько минут в обрезанных джинсовых шортах и проводя загорелой рукой по своим коротко стриженным волосам. — Сэм, — сказал Карлайл, одновременно приветствуя и спрашивая. — Было слишком трудно говорить иначе, — сказал Сэм, — и я думаю, что нам всем нужно сесть и обсудить это. Каким-то образом с этим заявлением напряжение, казалось, спало. Сэм, волки, Карлайл и весь его ковен, кроме Эсме и Эдварда, сбились в свободный круг и начали обсуждать варианты — как бы туманны они ни были. Джейк не присоединился к ним. Вместо этого он наблюдал, как Эсме пытается утешить Эдварда на каменистом песке. Её изящное лицо было таким добрым и любящим. Она действительно была похожа на его мать, а он на самом деле был похож на её сына… это было жутко. Она даже ласково шептала ему на ухо, обнимая его и гладя по волосам. — Не Италия, не Италия… — казалось, она бормотала что-то в непрерывном цикле. — Пожалуйста, только не Италия, только не это… — Я обещал Белле, что больше никогда этого не сделаю, — проскрежетал он в ответ и быстро добавил: — Не без доказательств. В какой–то момент Джейк решил нырнуть в кусты и переодеться — к счастью, у него была пара шорт, поношенных, но пригодных для носки. Остальные болтались взад и вперёд, обсуждая различные варианты, каждый из которых походил на тупиковые маршруты. Джейк не обращал на это внимание. Он не мог себе этого позволить, если хотел остаться в здравом уме. Через некоторое время остальные разошлись; Сэм и волки патрулировали периметр группами по двое или трое, ища любые зацепки, а Карлайл и его ковен, ну… из того, что Джейк едва расслышал, было похоже, что Эммет и Розали должны были искать далеко на юге, в то время как Джаспер отправлялся с волками на север. Карлайл и Элис должны были вернуться домой и сделать несколько важных телефонных звонков. Когда все начали расходиться, Карлайл повернулась к Эсме и Эдварду. — Эдвард, — сказал он ласково и понимающе, — пожалуйста, сынок, вернись с нами в дом. Его уговаривающий тон ничего не дал. Эдвард не собирался сдаваться в ближайшее время. — Кто-то должен остаться здесь, — наконец пробормотал Эдвард так тихо, что даже Джейку с его обостренным чувством было трудно уловить это. — На всякий случай… она… Белла может… Никто не знал, что на это ответить. Поэтому никто ничего не сказал. Через некоторое время Карлайл вздохнул, выглядя более усталым, чем любой вампир имел право, и с тревогой посмотрел через плечо на линию деревьев. — Я останусь с ним, — сказала Эсме. — Ты иди, а мы вернёмся, когда сможем. — Хорошо, любимая, — с явным облегчением сказала Карлайл, — но постарайтесь сделать это как можно скорее. Мне не нравится оставлять вас здесь… с тем, что может быть на свободе, — он встревоженно покачал головой, а его глаза скользнули по горизонту. Там не было ничего, кроме чаек. — А как насчёт тебя, Джейкоб? Не хочешь вернуться со мной в дом и помочь нам там? Джейк вздрогнул, удивлённый вопросом. Глядя мимо него, он заметил, что все остальные уже ушли: ковен и стая. Вот и вся команда — они оставили его с кровососами без всякой задней мысли. Ну, по крайней мере, они были заинтересованы в возвращении Беллы. — Э-э… пожалуй, я останусь здесь с этими двумя. Сторожить. Джейкоб видел удивление на лице Эсме, даже он сам был удивлён. — Как пожелаешь, — кивнул Карлайл, — но знай, что ты всегда желанный гость в нашем доме, Джейкоб. Прежде чем Джейк успел ответить, налетел порыв ветра, и Карлайл исчез. — Ему не терпится разобраться в поисках Беллы, — подумал Джейк. — Что ж, это только к лучшему. — Он знает, что если потеряет Беллу, то потеряет и меня, — произнёс хриплый голос. Это было совсем не похоже на обычную музыкальную интонацию Эдварда. — Он потеряет нас обоих, и ему невыносима мысль об этом… двое детей в один день… почему ты остался Джейкобом? Повернувшись к паре, Джейк увидел, что Эсме наблюдает за ним с почти недоумённым выражением лица, но именно к Эдварду он обратился, прямо и без паузы. — Что бы ты ни думал обо мне, ты знаешь, что я тоже её люблю. Повисло молчание, такое долгое, что Джейк решил, что тот не обращает на него внимания. Ему было не наплевать на Беллу. Отнюдь нет! Просто… он не видел ничего, что мог бы сделать. Эдвард, Каллены и стая до него проверили и перепроверили всё, каждый маршрут. Выбора не оставалось, и Джейк чувствовал себя странно… бесполезным. Не то чтобы ему было всё равно. Молчание затянулось, а потом… — Да, — пробормотал Эдвард себе в руки. — Я вижу это по твоим мыслям. Я всегда мог это видеть. Как бы мне иногда этого не хотелось. Эсме тихо опустилась на колени рядом с ним, её золотистые глаза внимательно следили за сыном. Джейк глубоко вздохнул. — Тогда ты должен знать, что я останусь, и что, какая бы обида ни стояла между нами… это… — он с трудом верил в то, что говорил, но слова продолжали вырываться наружу, — …теперь это не имеет значения. Ни с тем, что случилось с Беллой. Эдвард медленно поднял голову, и впервые ему показалось, что он действительно его слушает. — Как ты с этим справляешься? — спросил Эдвард. — Я уже слышал твои мысли. Я знаю, что ты чувствовал, когда был уверен, что потерял её. Именно эти чувства и заставили тебя уйти. Именно из-за них ты обернулся волком в течение последних недель. Как ты справляешься теперь, когда жизнь Беллы в неминуемой опасности и никто из нас ничего не может сделать, чтобы изменить это? Джейк задумался, обдумывая услышанное. — Я думаю… я просто не позволяю этому заполонить всё, — он знал, что если сделает это, то всё будет кончено. Он был бы бесполезен… вероятно, так же бесполезен, как Эдвард, стонущий на песке. В мгновение ока Эдвард вскочил и выпрямился. — Я не имел в виду… — поморщился Джейкоб. — Ты прав, — сказал Эдвард, словно на него снизошло озарение. — Я ничего не добьюсь, поддавшись такому страху. Барахтаться бесполезно. Действие — это то, что нужно. Мне необходимо… — …нам необходимо, — перебил Джейк, и Эдвард резко поднял на него глаза. Джейкоб даже не вздрогнул. — Я останусь здесь, — решительно заявил он. — Белла — моя лучшая подруга, если не больше. И я останусь здесь, пока мы её не вернём. Эдвард едва заметно кивнул. — Пока мы не вернем её, — повторил он так тихо, что Джейкоб даже не услышал его. Он видел только движение губ, но этого было достаточно. В этих словах была убеждённость. — Эсме, — сказал Эдвард уверенным и сильным голосом, протягивая руку, — давай вернёмся домой. Схватив её за руку и подтянув к себе, он повернулся к Джейкобу. — Мы не оставим без присмотра ни одну аллею, лес или море, нанесенные на карту, мы не оставим ни один камень неперевернутым… чего бы это ни стоило, сколько бы времени это ни заняло, мы вернём Беллу. Другого выхода нет, — на мгновение его глаза остекленели, став чёрными и отстранёнными. И когда его губы снова сомкнулись на зубах, Джейк увидел под ними чудовище — кошмар, которым он действительно мог быть. — И да поможет Бог тому, кто её похитил, потому что когда я их найду… — Когда, — пробормотал Джейкоб, и в первый — и, вероятно, последний — раз они пришли к полному согласию, — мы найдём её. Соглашаясь, чёрные глаза Эдварда пронзили его насквозь.