Даунтаун 99

Офицер Спрингер проводил уходящую обедать подругу взглядом и, встав из-за стола, попутно хватая рукой куртку, прошел неспешно, даже лениво, на парковку, где в служебной черной машине уже сидел готовый ехать вместе с ним напарник по имени Джонси, страдающий (скорее, его последствиями) от лишнего веса. Вообще он не должен был отвлекать офицера от работы, но вечер вторника без хорошей компании превращается настоящую в пытку. Вот кто из наших еще может заехать в любое кафе в любое время суток, чтоб не получить нагоняй, что из офиса свалил? А вот про еду он вовремя вспомнил… Джонси уже ожидал (хотя, по мнению Конни, скорее ныкался) своего напарника с забитым привычно по самое «не хочу» ртом. — Это вообще вкусно? — парень с искренним интересом рассматривал некое подобие вегетарианского сэндвича у напарника в руках, упершись локтями в оконную оправу. — Эм… не особенно, но жена злится, если я ем нездоровую пищу, вот я и пытаюсь… — голос его звучит жалко, будто сэндвич этот не был лишь закуской после съеденного — Спрингер видел собственными глазами — в перерыве толстого куска мясной пиццы из стоящего неподалеку фургона. — Моя кошка иногда злится и тогда ей нужно почесать пузо, — перебил его Конни, явно не осознавая всю ситуацию этой жестокой семейной жизни и попутно закидывая в рот жвачку. — Может, попробуешь? — Моя жена не кошка! — возмущенно ответил ему Джонси, и если бы мог, то впечатал бы этот самый сэндвич в панель. Не потому, что действительно зол, а потому что не шибко доедать его хочет, но он прекрасно знает, что вытирать тоже придется самому. — Ну это же не значит, что не сработает, — тот в ответ лишь жмет плечами беспечно, и отчего-то представляя напарника, чешущим плоский живот своей жены с модельной внешностью. Он иногда задумывался, как такой габаритный мужчина, как он, мог стать парой для такой спички, как Кристин, но спросить так и не решился, ведь, как говаривал Жан, в человеке главное душа, а не число на весах. Протянув с понимающим видом напарнику припрятанные салфетки из бардачка, Конни, вылезая из окна и выпрямляясь на месте, достал телефон: три пропущенных от семьи, один от арендодателя и девять с лишним сообщения от сестры в инстаграме. Написав матери, что перезвонит завтра за обедом, парень смахнул звонок хозяина квартиры и открыл диалог с младшей сестрой. Снова мемы… Хотя её мемы — это новая степень искусства, разве что Жан со своими извечными ремарками переплюнуть может, да и то не факт. Настрочив «Вечер кино сегодня без меня, зато завтра обед в кафе в силе. Сорри, с меня кофе», офицер убрал телефон обратно в карман и снова просунул голову в окно машины. — Сегодня дежурство в районах Баллард и Стивенс и я отлично знаю, что ты никуда ехать не хочешь, да? — Спрингер ухмыльнулся и похлопал по крыше темно-синей хонды. — Сегодня в офисе вместо меня посидишь, отдыхай. А еще Кристин привет. И, не дожидаясь ответа, открыл переднюю дверь, выпуская благодарного мужчину и садясь за руль в ожидании другой напарницы, что обещала появиться с минуты на минуту и разбавить скуку лучшего друга. Пока Конни разбирался со своим увесистым приятелям, Саша успела достать из холодильника пакет, на котором была приклеен липкий стикер с ее именем и фамилией и второй рукой шустро написать кривое «подоижд меня, я поеду с тобоц». Контейнер был ярким: желтеньким, со старой, потемневшей наклейкой не менее желтого дракона из мальчишеского набора, украденного когда-то у сами-знаете-кого. Браус разогрела припрятанные с утра бутерброды в микроволновке, чтобы расплавить сыр и чуть подсушить размокший от соуса хлеб, сложила их обратно и козочкой доскакала до патрульной машины, где ее терпеливо дожидался Спрингер. Хлопнув дверью, Саша поставила пакет на колени, стараясь не думать о том, что за такой звучный хлопок Жан бы уже ударил по рукам. К счастью, Жана сегодня тут нет и можно было делать все, что душе угодно, не опасаясь чужих высказываний (впрочем, она их все равно из раза в раз успешно игнорировала). — Двигай, — скомандовала она бодрым тоном. — Ты щас будешь жеваться или до первой стоянки подождешь? Бутерброды были с горчичным соусом, вкусной папиной колбасой, листом салата и сыром в три ломтя. Саша как знала, что придется делиться, хотя страшно это не любила, поэтому взяла с запасом. Улыбнувшись подруге и убрав телефон, парень буднично пристегнул девушку, даже не надеясь на то, что она выпустит контейнер с едой из рук. — Отлично, только не смей ноги на бардачок закидывать, как в прошлый раз, — офицер завел машину, старательно игнорируя воспоминание о том, как капитан Аккерман заставил оттирать чужие следы ног от лобового стекла. А еще те несколько случаев (к счастью, не их), когда, после резкого торможения, ноги девушек оказывались сломанными подушкой безопасности, которая бомбой взорвалась перед лицом после неудачного столкновения с природой. Повторять их судьбы не хотелось, даже при всем его профессионализме. — И это, ныли, что в Балларде беспорядки, давай туда? — Вообще я планировал сначала в Стивенс, а потом только в Баллард, но можно начать и с конца. Просто на кольце щас будем крутиться… — он чуть нахмурился, представляя, какой может оказаться трафик в час пик. Машина выехала с парковки и проехала мимо участка, откуда парень сразу повернул на пересечение улиц, выезжая на главную дорогу. — Что хоть твои ушки услышать-то успели? Если что-то из офиса начальства, то забудь нафиг, себе дороже будет, сама ведь знаешь… — прямиком к начальству доходили только самые тяжелые и неприятные новости, которые они редко доверяли кому-то ниже сержанта, только если эти самые сержанты уже заняты по другим заданиям. Саша в ответ на это промычала что-то невнятное про митинги, но, когда Конни, остановившись перед светофором, взял в руки в рацию со словами «ща, погоди», решила продолжить молча жевать сэндвичи. — Это офицер Спрингер, запросы вызовов по Северному Баллард имеются? Конни по рации обрадовали: слухи от Саши или оказались ложными, или там уже все само собой рассосалось, но она услышала только лишь четкое «нет» в конце. Смазано затанцевали ядреными вывесками придорожные магазинчики — в городе собирались неспешно сумерки, темнело. Спрингер спокойно вел машину, крем глаза наблюдая за окружающей природой в рамках городской суеты в окно, а Браус обыденно копалась в телефоне в поисках того, что хоть как-то могло разбавить их скучный вечер, будь то музыка, новое видео на канале любимого блогера, дедушкины анекдоты или что-то в этом роде. Уже не и надеясь ни на что, он решил в очередной раз перепроверить рацию, но прежде, чем он вообще успел подключиться к полицейской волне, мимо них, превышая допустимую скорость движения в городе, пролетел мотоциклист. Кажется, работа нашла их сама. — Совсем одурели, — прокомментировала недовольно Саша, — сегодня только втор… А через секунду по поднятой рации передали, что совершен, во-первых, угон байка из местного магазина, прямо как в какой-то ГТА, а во-вторых, что преступник движется по главной дороге и вооружен пистолетом. Лицо у нее вытянулось, а глаза округлились, и Браус, дернув рукой, указала вслед тому засранцу на колесах, мол, черт возьми, это же наш пассажир! — Офицер Спрингер, веду преследование, — сообщил в трубку он и, не дожидаясь слов подруги, резко развернул автомобиль на девяносто градусов, с трудом вписавшись в поворот, прямо как Саша вписалась в дверь авто, выронив кусочки хлеба себе под ноги и мысленно помолившись всем богам, что та была пристегнута еще до начала погони. Ведь, поверни он так без пристегнутых ремней, рассчитывать можно было бы на аварию внутри автомобиля. Включив сначала мигалку, а потом и сирену, Конни гнал машину с неимоверно быстрой скоростью, лихо обгоняя обычных граждан и мельком подумывая о том, чтобы в следующий раз выпросить себе мотоцикл, чтобы кататься на нем также виртуозно и также быстро, как их парень. Едва приблизившись к постоянно удаляющемуся мотоциклу, Спрингер принял решение любой ценой обогнать соперника и перегородить ему дорогу. Браус в свою очередь поддержала предложение, сославшись на то, что «Живым его взять лучше, чем соскребать с асфальта». Выполнив только что придуманный план, который по «гениальности» в принципе не уступал тем планам, которые обдумывались неделями, Конни заблокировал дорогу, остановив машину прямо перед мотоциклом, хозяину которого, во избежание ДТП со смертельным исходом, пришлось свернуть прямо на обочину. Выйдя из машины, офицер обратился к водителю, предварительно взяв на прицел: — Руки вверх, чтоб я их видел! И брось оружие на землю! — офицер, вытащив свой собственный ствол и наставив на угонщика, многозначительно кивнул напарнице. Парень, слезший с угнанного байка, был вынужден снять шлем, причем с помощью офицера Браус, которая, отобрав липовый ствол, торчавший глупо из-за ремня, с удивлением и некоторым восхищением отметила, насколько тот был похож на актера по имени Крис Хемсворт. Такого и арестовывать было жалко, ведь, кто знает, что с таким красавчиком могут в тюрьме сделать? Однако работа есть работа и жалеть нельзя даже самых красивых, иначе все им будет сходить с рук. Задержание прошло едва ли короче протяжных следов от шин на дороге, но что поделать, оформлять придется уже позднее. Выкинув сэндвич к чертям в мусорку (у Браус аж слезы навернулись), Саша даже соизволила вытереть запачканный край сидения влажными салфетками, и только после посадить задержанного парня на заднее сидение. «Вот ведь лох голодный, а я ведь предлагала есть сначала, а не потом», — подумалось ей, когда она услышала урчание под ухом. — Заедем в мак? — предложила девушка ему. — У тебя киты поют. — Уволят нас, если узнают, я тебе отвечаю, — парень бурчал скорее от голода, чем от самой ситуации. Он знал не понаслышке, насколько трудно противостоять внутреннему зову, особенно когда этого не хочешь. — Еще и этот с нами… — он обреченно кивнул на парня в наручниках, явно намекая на то, что, по-хорошему, надо бы сначала с ним разобраться, и только после этого отправиться почивать. Проще говоря, избегая всех мелких деталей, уговоров, просьб, мольб и угрозы смерти, то Браус затащила Конни в мак. Да и в целом ситуация привычная, даже стабильная, в некотором роде, если бы не одно «но». Взбунтовавшийся то ли таким непрофессионализмом офицеров, то ли от взыгравшегося голода, то ли в целом от идиотизма ситуации, горе-угонщик сидел на заднем сиденье в наручниках и доедал острый твистер, пока девушка воевала с коробкой наггетсов, а сам Спрингер жевал чизбургер с двойным сыром, чуть ли не мыча домашней коровой от удовольствия. Домашняя корова, скорее всего, приходилась этим самым чизбургером, так что не помянуть ее было бы оскорблением чувств фермеров. — Если начальство спросит, почему мы так знатно про… задержались, то что мы им скажем? Покажем чек из макдака? Да нам его запихают сама знаешь куда и бантиком еще завяжут… — разочарованный (хотя, сложно было сказать по тому, с каким видом он уплетал свой бургер, то и дело слизывая кончиком языка соус с губ) своим положением дел, Конни только и вздыхал. — Передай колу, пожалуйста. — Да скажем, что попытался чего-нибудь… ммм, — она откусила кусок наггетса, измазанным в соусе барбекю, смешанного с чесночным, и состроила такую довольную гримасу, будто это было величайшим деликатесом, а не гастрономическим извращением, и оглянулась на хрустящего лавашем преступника за своей спиной. Конни в руки опустился стаканчик с колой, Саша же отпивала из своего ледяную фанту. — Ничего они нам не скажут, короче, не нуди. Будешь сырный соус к бургеру или я съем? Эй, будешь? — она вновь обратилась к задержанному. Через некоторое время Конни вдавил педаль газа, и они тронулись вместе с относительно довольным парнем в ближайший участок. Саша дернула уголком губ, взглянула в зеркало, чтобы увидеть его полные вины (ей так хотелось думать) глаза, и сразу же отвернулась. Сам виноватый, но хотя бы сытый. «Главное, что мы поели», — подумалось ей, когда они подъехали к участку. Капля соуса все еще светилась гордым и сытым напоминанием на ее подбородке. — Эй, ты! Не брыкайся, ладно? Отработай свой твистер! — она вдруг пригрозила ему пальцем. — Конни, ты там дожевался? Спрячь под сиденье, а то еще заглянут, а мы тут жрем… Почти всю дорогу офицер вспоминал весомые аргументы Браус и не мог припомнить ни одного, что только добавляла ироничности во всю эту ситуацию. Останавливаясь на служебной парковке и убирая пакет с мусором, Конни вытащил ключи и вышел из машины. — Ну 20 минут назад тебя это особо не смущало, да и, — парень повернулся в сторону девушки и заметил пятно на лице. — И ты нас спалишь гораздо быстрее, мисс «Я-точно-знаю-что-это-разрешено-во-время-работы-поэтому-оплачивай-давай-и-соус-не-забудь», — он краем куртки стер яркое пятно на лице девушки, а после, открыв заднюю дверь, вывел преступника на пути к заточению. — Браус, иди вперед, двери хоть пооткрываешь. Саша утерлась еще раз ладонью, с грустью в глазах провожая каплю соуса, оставшуюся на мужской куртке, и шмыгнула носом на пути к главному входу в отделение полиции. Толкнув двумя руками тяжелую двери, она с гордым видом пропустила вперед напарника вместе с задержанным, тут же обогнав их и подойдя к сидевшему у входа дежурному, передавая парнишку на попечительство окружного офицера, чтобы поскорее закончить всю эту мороку и вернуться в машину. Мотоцикл, кажется, так и остался одиноко валяться на одном из перекрестков шумного Балларда. Им, кажется, снова придется рваться в погоню.