Как правильно забивать трёхочковые

      Лилит нервно дёргается ещё с добрых два часа после близкого общения с Хути: она то начинает бессвязно бормотать себе под нос несуразицы, то закрывает ладонями лицо, то в истерике бьётся об стены головой. Кинг, Луз и Эмити, которую та позвала в гости, наблюдали за происходящим с нездоровым интересом, и в иное время это вызвало бы у Иды подозрения.       Сейчас она больше занята отталкиванием плачущей сестры от бутылочки с ядом. Наверно, их отношения можно охарактеризовать, как любовь/ненависть? Ида никогда об этом не задумывалась.       Лилит вздыхает пару раз поглубже и мученически осматривает плоды своего погрома. Безразличным взглядом смотрит на Идалин в упор.       — Я вдруг вспомнила, что твоя комната — настоящая помойка.       — Извиняюсь, никак не могу протереть глаза, — ехидно парирует Ида. — Кажется, в них попал твой мерзкий характер.       Есть вот эта тонкая грань между оскорблением сестры и подтруниванием над ней: Ида балансирует на ней, как канатоходец, пытаясь чаще падать на вторую сторону, не на первую. Кажется, сейчас она эту грань снова выдержала, потому что Лилит хихикнула, очаровательно прикрыв рот ладошкой. Блестяще, Ида.       — Новый отряд — отстой.       — Я знаю.       — Им до тебя, как тебе до меня. Возможно, я даже буду скучать по твоим бесплодным попыткам поймать меня.       — Мы всегда можем разорвать печать, — Лилит тянет фальшиво-слащавую улыбку на лицо.       — Нет уж.       Лилит фыркает в ответ и крепче сжимает свою кружку с успокаивающим чаем; Ида невольно вспоминает, как та краснела после шутки про ухаживания. Эта пакостная шутка наверняка ещё не исчерпала себя.       — Ты никогда не злилась на мои попытки затащить тебя в Ковен, — тихо произносит Лилит, украдкой посмотрев на их учениц, сидящих в противоположном углу и увлечённо обсуждающих книгу.       «Ну вот, — с досадой думает Ида, — теперь мне за это снова оправдываться».       — Спасибо, — робко улыбается Лилит. Её щёки при этом слегка розовеют. Не так сильно, как в прошлый раз: это просто попадание, а Ида любит трёхочковые и бессильно злится на себя за то, что никак не может понять, почему она не забивает, когда хочет, и забивает, когда даже не подозревает.       Сейчас ей следует сказать что-то вроде «Потому что ты моя сестра» или «Как злиться на такую правильную паиньку», но выбирает почему-то третий вариант:       — Может, тебе просто стоит выйти из Ко…       — Нет.       Категоричненько.              

***

      — Эмити, ты не понимаешь, мы должны помочь им стать ближе, — со всей серьёзностью заявляет Луз.       Эмити воображает себя командиром отряда Имперского Ковена особого назначения. Луз никогда не приходила в голову идея помочь Иде и Лилит подружиться. На Кипящих островах всегда царит мир и порядок.       Прекрасная иллюзия. И такая недолговечная.       — И что ты предлагаешь?       — Помочь им, конечно же!       В прекрасном воображаемом мире Эмити — глава Имперского Ковена, самая уважаемая ведьма среди живущих. Луз никогда не знакомилась ни с Уиллоу, ни с Эмити. Ей не приходила в голову идея поступить в школу и скрепить всех вокруг всеобъемлющей силой дружбы.       Волшебная иллюзия остаётся всего лишь иллюзией.       — Как?       — Не знаю… мне кажется, что Ида не прочь поговорить с Лилит по душам, но та явно не хочет…       Эмити представляет, что она — дочь Императора Белоса, самая великая ведьма из когда-либо родившихся, ей на роду написано возглавить Имперский Ковен, а позже и всю империю. Луз никогда не училась магии и не завоёвывала её сердечка. Всё так прекрасно.       И так не по-настоящему.       Самая настоящая Луз приближается к её лицу так стремительно, что Эмити едва не падает назад. Луз держит её — уже привыкла. Эмити постоянно падает, что с ней поделаешь?       — Мы можем приготовить зелье правды, — Блайт говорит это, не подумав. — Если ты не прогуливала уроки зельеварения, конечно же.              

***

      Хути вьётся вокруг Лилит как возбуждённый самец вокруг незаинтересованной самки. За подобное мерзкое сравнение Ида ставит себе десять баллов из десяти. Она редко оценивает себя ниже.       — Угадай, что у меня сейчас во рту, я собираюсь это выплюнуть, — восторженно оповещает Хути. Лилит отмахивается от него всеми возможными способами, включая поджог, который Ида успешно успевает затушить.       — Ты не в ту сторону воюешь.       — Убери его от меня!!!       Кинг наблюдает за происходящим с выражением крайней беспомощности и некоторого отвращения на своей морде. Хути не сдерживается в порывах, отказываясь отпускать единственное создание на всём белом свете, выдержавшем чаепитие с ним чуть более десяти минут.       — Я сожгу этот дом дотла!!!       — Хути, ну-ка прочь!       Удар посоха приходится как нельзя кстати: Хути выплёвывает почту ровно в тот момент, когда Лилит прячется за спиной спасшей её сестры. Среди макулатуры виднеются тёмно-синие конверты со знаком Имперского Ковена, которые его глава берёт в руки.       — Почему моя почта оказалась здесь?!       — Хути посчитал, что стоит перенаправить её сюда, — с энтузиазмом поясняет Луз.       — И что тебе стоит переехать! — дополняет сам Хути.       — Ни в коем случае.       — Ида, сегодня будет ночной фестиваль! — Луз радостно размахивает перед лицом наставницы красочным листком с приглашением. — Мы пойдём ведь? Пойдём?!       — Не держи эту дрянь долго, на ней порча, — безразлично отзывается Ида, забирая у девчонки листок и выбрасывая его в урну. Лилит морщится, глядя на муки отплёвывающейся урны, наколдовывает огонёк и бросает туда же. Урна благодарно рыгает пеплом.       — В следующий раз попрошу прислать кого-нибудь поспособнее, — произносит она, вырвав оставшиеся письма от Имперского Ковена из рук любопытной сестрицы. — И в жизни больше не полезу к Хути с чаепитием. А сейчас мне нужно разобраться с делами.       Хути среагировал мгновенно:       — Кто-то сказал «Хути» и «чаепитие» в одном предложении?!       — Нет, — хором отозвались все присутствующие.              

***

      Эмити разрешалось подтягивать другие понравившиеся магические дисциплины в последний год своего обучения в школе. Имперскому Ковену требовались хорошо обученные ведьмы, и чем больше они знали — тем лучше.       Ученица стоит перед Лилит с выражением глубокой скорби, будто задавила недавно всех отпрысков Королевы летучих мышей и теперь просит спасти её от неминуемой гибели. Глава самого могущественного Ковена пытается хотя бы прикинуть, о чём пойдёт речь.       — Можно привести сюда Луз? Мы бы хотели попрактиковаться в зельеварении вместе…       Лилит старается представить все плюсы и минусы данного предложения. К её счастью, плюсы описывает сама Эмити:       — Возможно, увидев Ковен изнутри хотя бы немного, она решит в него вступить! И мне будут полезны её знания в зельеварении.       Из минусов есть только один. У него даже есть имя и родственные связи с Лилит.       — Если ты приведёшь сюда Луз, то не должно быть никакой Идалин в радиусе нескольких километров от этого места.       Эмити виновато потирает затылок, и в этот момент распахивается дверь за её спиной, являя взору прыгающую от восторга Луз, которую даже не нужно приводить, потому что она здесь уже была, и Иду, надувшую губы бантиком:       — Я буду вести себя тихо.       — Где ты — там и весь твой гастролирующий зоопарк, — раздражённо парирует Лилит, откидывая Луз за шкирку в сторону и захлопывая дверь прямо перед носом у сестры.       — Да ладно тебе, меня никто не видел! — широко улыбается Ида, расширив замочную скважину до своих размеров.       — Достаточно того, что я тебя вижу.       — Не могу же я отпустить свою ученицу в столь опасное место в одиночку, — Ида пожимает плечами, проходит внутрь и уменьшает замочную скважину обратно. Чтобы успокоить зарождающееся внутри раздражение, понадобилось всего два глубоких вдоха. Уже неплохо. Обычно нужно три.       — Только ты можешь назвать Имперский Ковен опасным местом, — вздыхает Лилит и обращается к Эмити: — В следующий раз без подобных сюрпризов. Можете воспользоваться лабораторией.       Девочки радостно переглядываются, наперебой лепечут благодарности и убегают восвояси. Лилит смотрит им вслед с плохо скрываемой нежностью в глазах: ей нравится обучать студентов, и она действительно ловит удовольствие, видя их успехи.       — Ха, так всё-таки слова про взращивание нового сильного поколения были не пустым звуком, — голос Иды заставляет вздрогнуть и взять себя в руки.       — Ты обещала вести себя тихо. У меня полно документов, и если я не разберусь с ними сегодня…       — Ты всё такая же зануда. Давай сыграем в «Проклятый холдем»? Ты мне всегда в нём проигрывала.       — Вообще-то, — Лилит хмыкает и в привычной манере складывает руки перед собой, — последние две игры были за мной.       — То была нелепая случайность, это ясно, как Божий день, Лили! Но я смотрю, — Ида поигрывает бровями, усаживаясь на диван и раскладывая карты на журнальном столике, — ты в деле.       — Только пару партий, если тебя это успокоит.       Играть с Идой сложно: она сама по себе хорошо играет, но ещё постоянно норовит смухлевать. Скинув очередную карту, едва не укусившую её за палец, Лилит вспоминает, что не спросила у своей ученицы о справочнике грифоньих яиц, который та недавно одолжила, но вовремя не вернула. Это маленькое воспоминание стоило ей победы: у Иды неожиданно и из неоткуда (кто бы мог подумать?) взялись нужные карты для нужной комбинации.       Справочник всё ещё не даёт покоя. Он нужен сейчас для отчёта. Лилит на автомате уклоняется от струи пламени, запущенной победившими картами.       — Выиграла! — вскидывает руки Ида. — Выиграла, выиграла! Зазевалась ты, малышка Лили, — увидев, что сестра её игнорирует, сидя в некой прострации, Ида щёлкает перед ней пальцами.       — О-о-о нет, только не говори, что ты опять вспомнила о работе.       — Я постоянно о ней думаю. Сейчас вернусь. Прошу тебя, не громи мой кабинет.       Мысль о том, что в её минутное отсутствие сестра сотворит непоправимое с её кабинетом, да ещё и распихает по углам свои приколы, на мгновение ужаснула. Идалин с самым невинным выражением лица ковыряется в ухе, осматривая поле действий.       — Ты идёшь со мной, — произносит Лилит.       — Не бойся, я уверена, что ты без меня не заблудишься, — усмехается Ида. Из её волос торчит уголок какой-то коробки; Лилит, вздохнув, подходит ближе и вынимает коробку полностью.       Цветастая надпись гласит «Неповторимые приколы Совиной леди». Она выбрасывает коробку в окно, даже не заглядывая внутрь.       — Всё веселье обламываешь, — неодобрительно цокает Ида.              

***

      Варево, которое им приходилось непрерывно помешивать вдвоём, было густым, как смола, и вонючим, как Кинг после пребывания в желудке мусорного слизня. Добавление экстракта мяты (строго по рецепту!) положение не улучшило: теперь воняло говном вперемешку с мятой. Эмити чуть не вырвало прямо в котёл, чего Луз решительно не позволила: иначе все их труды пошли бы насмарку.       Спасение они нашли за открытым окном, в которое высунулись, пытаясь наглотаться свежего воздуха.       — Не думала, что может быть что-то хуже…       — Уже ненавижу себя за свою же идею…       Окно было узким, они, к счастью, тоже, но всё равно было тесновато. Когда организм получил столь необходимый ему кислород, Эмити мимолётно задумалась о том, что сейчас они прижимаются вплотную друг к другу, и кислорода снова стало не хватать. Луз пытается хоть как-то разбавить атмосферу:       — Хорошо, что хотя бы мешать больше не нужно.       — Да уж… но будет очень неловко, если мы здесь застрянем.       — Не застря-я-янем, — безмятежно посмеивается Луз и осторожно дёргается обратно в комнату. Попытка засчитана, как крайне неудачная. Эмити дёргается уже сильнее, но также безрезультатно. Паника разрастается в её голове со скоростью цветения растений под магическим кругом чуткой Уиллоу.       — И как нам теперь выбраться?!       — Для начала — успоко-о-оиться, — Луз медленно вдыхает и выдыхает. Хмурится, повторяет свой действие. «Успоко-о-оиться» у Эмити в таких условиях не выходит.       — Я могу сказать тебе самую странную вещь на свете? — бормочет Луз, аккуратно приблизившись к подруге, и снова вдыхает.       — Т-ты меня обнюхиваешь?.. — неверяще спрашивает Эмити, надеясь на отрицательный ответ.       — Оу, ну знаешь!.. Я заметила, что… ох, ну… не то чтобы я вообще нюхала людей, но… но нюхала, и понимаешь… у ведьм и людей запах… он, ну… он разный, ха-ха…       — Я плохо пахну?!       — Наоборот, очень хорошо!       Они застряли в узком окне, высунувшись вдвоём наружу, как полные идиотки, затем Луз её обнюхала и сказала, что как ведьма она неплохо пахнет. Эмити ничего не понимает и понимать не хочет. От столь неожиданной информации она краснеет до кончиков ушей и вылетает из их общего плена, как пробка от шампанского, бормоча что-то про то, что ей срочно понадобилась какая-то важная штука, которую она оставила в своей комнате.              

***

      Сначала была вполне справедливая идея просто воспользоваться посохом и наделать дыр в стене, чтобы лишний раз не высовываться в коридор. Комната, выделенная Эмити, находилась как раз неподалёку, но Лилит пресекла все попытки Иды колдовать на корню, оправдывая это тем, что её магию вполне могут засечь. Почему не засекали раньше — загадка. Наверно, потому что Ида — мастер конспирации, но Лилит этот ответ не устроил.       — Цивильно, Идалин, знаешь такое слово? Веди себя, как подобает, и прекрати нарушать чужое личное пространство.       — Кто бы говорил, — морщится Ида в ответ, вспоминая всех преступников, к которым Ковен сестрицы врывается без суда и следствия посреди ночи. — А ты всегда заходишь в комнату своей ученицы без стука?       — Членам Ковена нечего скрывать друг от друга, — произносит Лилит с толикой гордости. — К тому же, — она указывает на маленький магический круг, показывающий, что в комнате никого не было. — Девочки заняты зельеварением.       — Крайне не одобряю твои методы обучения.       — Да кто бы говорил вообще.       На столе книги не оказалось; на видном месте на книжной полке — тоже. Лилит окидывает всю комнату изучающим взглядом и наколдовывает заклинание поиска. Идалин ведёт себя спокойно, что уже подозрительно, а затем резко хватает сестру и запихивает их обеих в шкаф.       Лилит мысленно ругает саму себя за невнимательность.       — Ч-что ты делаешь!.. — шипит она, пытаясь пошевелиться так, чтобы как можно меньше задевать прижавшую её Иду.       — Эмити идёт, — задорно, но тихо поясняет Ида. Будто в подтверждение её слов раздаётся дверной скрип и торопливые короткие шаги.       — Я не понимаю, зачем нам прятаться! — уже тише возмущается Лилит. — Мы не делали ничего противо…       — Если вылезешь сейчас, она так явно не подумает, — насмехается Совиная леди. В темноте мелькает жёлтый магический круг, запирая двери шкафа.       — Шуметь всё равно не советую.       — Просто поставь звукоизоляцию, — Лилит закатывает глаза, с досадой замечая, что даже пальцем в нужную сторону двинуть не способна. — И пусти меня, наконец!       — А как мы узнаем, когда Эмити уйдёт? — огрызается в ответ Ида. — Звукоизоляция действует в обе стороны.       — Я не собираюсь быть запертой с тобой в столь узком ме… ах!..       Ида удивленно вскидывает брови, обращая, наконец, внимание на положение, в котором они оказались. В которое она их втянула. Некоторую пользу от своего проклятия она всё-таки сумела извлечь: зрение быстро адаптировалось к темноте и позволило разглядеть Лилит не хуже, чем при свете.       Зрелище было на все одиннадцать из десяти. Ида на пробу шевельнула коленом меж ног сестры, отчего та закусила губу и хныкнула.       — Вау, — поражённо выдыхает Ида. Самый отчётливый критерий, чтобы понять, лжёт Лилит или нет, — это её щёки; если быть точнее, то наличие на оных красного цвета. Важно лишь задавать правильные вопросы.       — Ты что, больна?       — Прекрати это, — очевидный промах. Ида цокает. Вариант с болезнью был бы хорош для них обоих, хоть и кажется самым неправдоподобным.       — Тебе нравится? — более правильный вопрос. Щёки порозовели чуть сильнее.       — Нет!.. — лепечет Лилит, поворачивая голову.       — Эмити? — раздаётся голос Луз, из-за которого Лилит ощутимо вздрагивает. Ида едва удерживает её на месте.       — Что-то стряслось? Эй, Эмити…       — Я-я просто кое-что забыла.       — Вы даже заикаетесь с ней одинаково, — шепчет Ида прямо в ухо Лилит, хотя даже её нынешнее положение перестало устраивать. Разворачивающаяся в комнате подростковая драма в планы Иды явно не входила, а сестра слишком нервничает из-за присутствия Луз. Впрочем, Луз не дурочка и может заподозрить неладное.       «Да кого ты обманываешь, Ида, Эмити тоже не дурочка так-то, но ничего не заподозрила», — усмехается Совиная леди про себя.       — Лили…       — Не зови меня так.       — Ты краснеешь всё сильнее.       — Прошу тебя, там же дети!..       — А тебя только это смущает? — снова чёткое попадание: краски на щеках прибавилось. Ида очень хочет забить трёхочковый, поэтому набирается смелости и опускает руки с талии сестры на её бёдра.       Лилит порывается что-то сказать, но то и дело открывает и закрывает рот, бегает взглядом вокруг, не зная, за что зацепиться, но и не желая смотреть на Идалин. Это всё ещё не трёхочковый, но очень близко к нему.       — Ты возбудилась?       Хлопает дверь за пределами шкафа, что несколько отвлекает Иду. Дети довольно шустро покинули комнату, а Лилит столь же шустро отперла двери шкафа. Они вдвоём падают на пол, и весь основной удар принимает на себя Ида: Лилит приземляется на неё, как на мягкий матрасик.       — Э-эй, мы не договорили! — хрипит Совиная леди, пытаясь справиться с головной болью от удара о не самый дружелюбный пол. Лилит её не слушает и быстро поднимается на ноги, покидая комнату. Потом наверняка сделает вид, что ничего не произошло.       Ида ей такой привилегией воспользоваться не позволит.              

***

      Следующий раз настигает у визажиста. Ида распахивает дверь в салон и сразу же принимается говорить, вгоняя личных фей-визажисток Лилит в ступор, а саму Лилит — в стыд.       — Если ты думала, что мы избежим этого разговора, то…       Маленькие феи, до этого парящие над волосами главы Имперского Ковена наперевес с баллончиками тёмно-синей краски, испуганно прячутся на люстре. Очевидно, узнали в Иде Совиную леди, а феи её на дух не переносят.       — Почему именно здесь, Ида? Давай перенесём этот разговор в другое место и время.       — Нет, тогда у тебя будет шанс убежать. А мы этого обе не хотим.       — В данный момент всё, чего хочу я — это чтобы ты дала мне привести себя в порядок.       — Мы будем говорить сейчас.       — Я не буду сейчас ни о чём говорить.       — Хорошо, тогда как ты смотришь на то, чтобы я рассказала всем Кипящим островам, что глава Имперского Ковена, мисс Лилит Клоторн, обжималась с преступницей и…       Визгливые феи моментально вылетают за дверь с пронзительным криком, но Ида не успевает этому порадоваться: сама оказывается связана по рукам и ногам очаровательной голубой магией сестрицы.       У которой сейчас не менее очаровательно горят щёки.       — Ты умеешь добиваться своего, да, хорошо, согласна! Что ты хочешь от меня услышать?! Что… что вообще можно обсуждать из-за того… случая?!       — Воу-воу, поумерь свой пыл, мне просто интересно, что это было.       — Физиологическая… реакция… это… — запинается Лилит, будто зачитывая ответ на впервые увиденный билет со шпаргалки перед учителем на экзамене. Ни капли не правдоподобно. Даже её сковывающая магия слабеет, чем Ида немедля пользуется, вырываясь из захвата.       — Ага-а-а… — тянет она гласные, внимательно разглядывая сестру. Это подготовка к броску. У Лилит уже розовеют щёки.       — Да ты просто ссыкло!       — Что?!       — Трусишка, трусишка! — дразнится Ида, прыгая вокруг сестры и указывая на неё пальцем. — Ты зассала!       — О чём ты, демоны б тебя побрали, говоришь?! И прекрати вести себя… вести себя, как ребёнок! Идалин!!! — Лилит забавно топает ножкой; усмехнувшись, Ида действительно прекращает, но только ради того, чтобы приблизиться к сестре практически вплотную и прошептать:       — У тебя просто недотрах, потому что Ковен запрещает отношения вне брака, да? — отстраняется и продолжает давить дальше, внимательно следя за реакцией Лилит. По-прежнему не сбавляет градус веселья в своём голосе:       — А я говорила, что ваш Ковен — полный отстой. Отношения с работой никого до добра не доводили, Лили.       Реакция Лилит удовлетворения не проносит вообще. Бросок впустую, она даже близко не попала, хотя по всем параметрам должна была. Глава Имперского Ковена, выведенная из себя пять минут назад, плохо скрывает эмоции, но в её глазах не стыд, а печаль и разочарование.       — Да, — слабо улыбается Лилит. Отвечает она удивительно спокойно, с толикой насмешки и облегчения.       — Когда будешь уходить, верни фей. В отличие от тебя, мне необходимо поддерживать свой внешний вид в порядке.