Истинные чувства

      За последние десятилетия на улицах Лондона стало очень много камер наблюдения. Как подсчитали маглы, именно в столице Британии на душу населения их приходится больше всего в мире. Найти в городе улицу, где бы не было видеокамер, теперь просто невозможно. Когда в Аврорате об этом узнали, они, по договорённости с магловскими полицейскими, заколдовали в разных частях Лондона четыре переулка в тупиках, куда волшебники могут трансгрессировать, и камеры этого не зафиксируют. Маглов они в этом месте видят, а магов — нет.       Многие волшебники не раз жаловались в Министерство магии, что надо бы увеличить количество таких заколдованных мест, но в Аврорате и “Отделе охраны маглов” пришли к выводу, что это может привлечь излишнее внимание, а этого не нужно, надо всеми силами сохранять “Статут о секретности”. За последние годы сделали подсчёт, и выяснилось, что уже тридцати пяти процентам жителей Лондона изменяли память после того, как они видели колдовство. Надо сделать всё возможное, чтобы эти цифры не повышались.       Обо всём этом подумала Гермиона, когда оказалась с мужем в одном из заколдованных переулков. Они спокойно вышли оттуда, дошли до сквера, женщина достала сотовый телефон и стала звонить дочери. Роза быстро взяла трубку, она очень обрадовалась, услышав голос матери, и сразу начала рассказывать, как проходит её конференция. Миссис Уизли переглянулась с мужем и улыбнулась, десять минут они выслушивали восторженную Розу, и только потом она смогла поведать ей о своём разговоре с Асторией Малфой. — Дочка, ты меня слышишь? — Гермиона уже испугалась, что связь оборвалась. — Да, мама, я тебя слушаю, — не своим голосом ответила Роза. Миссис Уизли не сомневалась, что на дочери лица нет, она явно пребывает в глубоком шоке. — Ты не отвечай сразу, подумай хорошенько, — посоветовала мать. — Я встречусь с Асторией завтра во второй половине дня, так что времени принять решение у тебя достаточно. — Понятия не имею, что мне делать, — прошептала девушка. — Давай так, — деловым тоном предложила миссис Уизли, — сейчас у тебя в Японии поздний вечер, у нас ещё день. Созвонимся завтра, когда у нас будет утро, а у тебя обед, хорошо? — Да, договорились, — согласилась Роза. — Мама, как ты считаешь, что я должна сделать? — в её тоне слышалось сомнение, может даже паника. — Милая, только ты должна принять решение, — ответила Гермиона. — Знай, что бы ты ни выбрала, мы с отцом тебя поддержим. — Папа уже в курсе? — удивилась девушка. — Да, но, кроме Рона, никто больше не знает, — сразу заверила дочь миссис Уизли. — Завтра скажешь, что ты решила, то я и передам Астории.       Перед тем, как мать и дочь попрощались, Гермиона передала ей привет от отца, Рональд не стал говорить с Розой, чтобы вдруг не оказать никакого давления на неё. — Мне пора на встречу с осведомителями, — глядя на часы, сказал аврор. — А мне надо вернуться в Министерство, — встала со скамейки начальница “Отдела Международного сотрудничества”. — Увидимся вечером и ещё раз всё обсудим.       Гермиона быстро дошло до переулка и вернулась на работу. Хорошо, что там её ждала секретарша с кучей папок, можно было заняться делами и на время забыть о проблемах дочери. Сев за свой стол, она погрузилась в работу.       Во второй половине дня миссис Уизли дважды связывалась через камин со своими коллегами из Европы, что ещё больше отвлекло её от мыслей о Скорпиусе Малфое и Розе. День получился тяжёлым, уставшая Гермиона вернулась домой.

* * *

      Дома её ждала эльфийка, которой хозяева платили за работу. После того, как родилась Роза, Джинни и Анжелина убедили Гермиону завести эльфа, чтобы она помогала с ребёнком, хорошо подумав, героиня войны согласилась и никогда не жалела об этом, но заводить второго эльфа не пожелала, готовила часто сама. С тех пор как дети выросли и уехали из дома, дел стало куда меньше, теперь эльфийка всегда готовила ужин для хозяев.       Через пятнадцать минут пришёл Рон, но только чтобы поесть, а потом вместе с Гарри он отправлялся выслеживать бандитов по наводке, которую они получили от осведомителей. — Наш осведомитель сказал, что преступники на самом деле не наркотики продают, а ищут какую-то картину, — поведал Рональд, отрезав кусок мяса, он положил его в рот. — Если им нужна картина, то зачем бандиты устраивают погромы в магазинах зелий? — недоумевала миссис Уизли, сделав глоток красного вина. — Так во всех магазинах, где были погромы, на стенах висели картины, — объяснил аврор. — Надо будет сегодня подежурить около трёх лавок, где могут совершиться нападения, нам на них указал осведомитель. Мы с Гарри везде побывали, и что ты думаешь? — У них там тоже на стенах висят картины, — догадалась героиня войны. — Точно, — кивнул Рональд. — Причём самые обычные, пейзажи. Особенно один, который был в последнем магазине, такой неприятный, — он поморщился, — там нарисован мрачный лес, чем-то напоминает кладбище, на ветках сидят вороны и у них очень печальные глаза. — Если бандиты ищут картину, то наверняка они уверены, что она очень дорогая, и её можно выгодно продать, — быстро пришла к такому выводу Гермиона. — Не вижу смысла, зачем ещё её искать? Разве что… это какая-то семейная реликвия, которую кто-то из бандитов хочет вернуть себе? Считает, что имеет на это все права. — Всё может быть, — пожал плечами Уизли. — Надеюсь, скоро узнаем подробности.       На несколько минут за столом стало тихо. Миссис Уизли так увлеклась раздумьями о бандитах и их странном поведении, что не заметила, как закончился ужин. — Всё, мне пора на дежурство, — сказал Рональд, он не успел встать из-за стола, как зазвонил телефон, это был Гарри Поттер. — Да, я уже выхожу, — доложил он лучшему другу. — Хорошо, встретимся там, буду через две минуты. — Рон, если что-то выяснится ночью, ты потом обязательно расскажи мне, — попросила Гермиона. — Можешь разбудить меня в любое время, я не обижусь. — Хорошо, дорогая, — пообещал аврор. — А ты не думай всё время о Розе, если почувствуешь, что не сможешь заснуть, то лучше прими сонное зелье, не мучай себя. — Ладно, — нехотя кивнула героиня войны.       Поцеловав жену на прощанье, Рональд вышел из дома. Гермиона пошла в кабинет, спать пока не хотелось, она решила немного поработать. На удивление, быстро закончив с бумагами, миссис Уизли взяла книгу, но почитать так и не смогла, как и предупреждал муж, в голову лезли не самые приятные мысли и воспоминания.       “Если я правильно поняла со слов Астории, то её муж давно знает, что Скорпиус влюблён в Розу, и он с этим уже смирился, — подумала миссис Уизли. — А ведь Астория сказала, что сам Малфой хотел прийти и поговорить со мной, — она усмехнулась, а затем вздрогнула, — хорошо, что жена отговорила его от этого. Малфой не смог бы нормально всё объяснить, не вставляя едкие комментарии, я просто не представляю, какой бы у нас получился разговор, ясно одно: ничего хорошего. Думаю, Хорёк так спокоен, потому что уверен, что Роза не питает никакой симпатии к его сыну, если он узнает, что это не так, вдруг Малфой ещё передумает? Вряд ли это изменит настрой его жены или сына, они, кажется, всё для себя уже решили.       Ох, если бы Скорпиус больше проявлял свои чувства или просто был более настойчивым, он бы уже давно был бы счастлив с Розой, наверное, они могли бы быть женаты. Интересно, если он узнает, как вела себя его подруга, что он будет делать?”.       Гермиона откинулась на спинку кресла и закрыла книгу, сначала она вспоминала, как стала получать от дочери письма, где Роза ей признавалась, что ей понравился Скорпиус Малфой, что он оказался совсем не похож на своего отца, о котором ей часто рассказывал Рональд. Будучи старостами, на пятом курсе они стали чаще общаться и неплохо поладили. Оба они не играли в квиддич: Скорпиус даже признался своей коллеге, что хотел быть вратарём или загонщиком, но его отец видел в нём только ловца, из-за этого он ушёл из команды, хотя летать всё равно любил и часто просто так играл с друзьями. Роза поведала, что её отец хотел бы, чтобы его любимая дочка была в команде на любой позиции, но беда в том, что мисс Уизли унаследовала от матери боязнь высоты. Со временем Розе удалось перебороть свой страх, и летать она научилась, но вот для игры в квиддич этого было явно мало. За всеми этими разговорами незаметно прошёл год. Девушке тогда стало казаться, что она тоже нравится Малфою.       В начале июня состоялась финальная игра сезона за кубок школы между Слизерином и Гриффиндором. Матч выиграли львы, причём с разгромным счётом. Но почти сразу после матча пошли слухи, что вся команда приняла “Зелье удачи”. Игроки отрицали это и согласились выпить “Сыворотку правды”, чтобы подтвердить свою невиновность — они были правы. “Зелье удачи” им всем подлили, причём как сказал профессор Слизнорт, игрокам львов дали другую версию зелья, в странах Азии их появилось много разновидностей. В Британии такое зелье можно было купить только в Лютном переулке. Игроки Гриффиндора заявили, что зелье им подлили слизеринцы. Змеи в свою очередь обвинили факультет Когтевран: они не сомневались, что те их подставили. Факультету умников это было выгодно, если снимутся две первые команды, то кубок получат они. Так студенты стали сваливать вину друг на друга. В итоге директор МакГонагалл решила не проверять всех учеников “Сывороткой правда”, а просто аннулировать сыгранные матчи — в том году кубок школы не вручали.       Вечером после ужина между учениками всех факультетов начался спор, а затем он перерос в драку, когда старосты вмешались, пытаясь её прекратить, им досталось больше всего. В итоге несколько учеников отправились в больничное крыло, а сильнее всех пострадал Скорпиус Малфой. Роза так сильно переживала за своего коллегу, что всю ночь просидела у его постели, отвлекая разговорами — она рассказывала ему о мире маглов. Тогда мисс Уизли решила, что это была лучшая ночь в её жизни, она соединила её и Скорпиуса, открыла их друг для друга. Вот только их романтические отношения не успели толком начаться, как тут же закончились из-за одной ревнивой девицы.       Весь следующий учебный год Розе пришлось делать вид, что она ничего не чувствует к Малфою, и при этом наблюдать, как он сначала встречался с одной девушкой, а потом стал менять их быстрее, чем перчатки. Роза попыталась забыть Малфоя, но у неё ничего не получилось. Она приезжала домой на каникулы, сначала рождественские, потом пасхальные — совершенно разбитой. Тогда Гермионе пришла в голову идея отправить дочь доучиваться в США. Рональд поддержал жену — видеть, как страдает его единственная и любимая дочь, ему было очень тяжело.       Мисс Уизли закончила магическую школу в Штатах, осталась там работать, а потом получила приглашение попробовать свои силы в Японии. Последние четыре года она жила в стране восходящего солнца. У Розы два раза были серьёзные отношения: её последний парень, даже сделал ей предложение, но девушка отказалась, поняв, что не испытывает сильных чувств к мужчине. Лучше расстаться сейчас, а не сбегать перед церемонией и ставить жениха в неловкое положение перед друзьями и родственниками.       Гермионе очень сильно захотелось, чтобы её дочь вернулась домой. Она блестящий специалист в ядах и сейчас работает в лаборатории, которая изучает шкуры и кровь магических животных, из которых делают опасные яды, и самих животных, чей укус смертелен. До сих пор к целителям попадают больные, у которых не могут быстро определить, что именно с ними произошло, анализ крови не показывает наличия токсина. Роза как раз занимается тем, что разрабатывает химический состав для анализа по редким и опасным ядам, который сможет дать результат в течение трёх минут. По самым скромным подсчётам, это увеличит вероятность спасения жизни на пятьдесят процентов.       Министр Бруствер последние два года не раз задумывался, что у них в Британии тоже нужно в “Отделе тайн” сделать такой подотдел, только специалистов такого профиля у них нет. Кингсли прямо говорил, что если бы дочь Рональда и Гермионы вернулась домой, он бы сразу поставил её во главе научной группы, и она могла бы сама подобрать себе команду. Сейчас эта идея стала ещё более заманчивой для миссис Уизли.       “Если Роза захочет увидеться с Малфоем, ей придётся поговорить с ним откровенно и рассказать всё, что случилось тогда, — подумала героиня войны. — Интересно, какая будет реакция у юного лорда? Интуиция мне подсказывает, что он будет в бешенстве. Если они поймут, что до сих пор любят друг друга, и дочь вернётся домой, я буду очень рада. Рон тоже, я точно это знаю”.       Решив пока не терзать себя ненужными мечтами, Гермиона приняла сонное зелье и быстро ушла в страну Морфея. Во сне ей привиделось, что Роза вернулась домой.