Край изумрудной долины

      "Что это?" — вмиг пролетело у меня в голове, и я стал оглядываться по сторонам, но все в диспетчерской были в недоумении.       Свет в нашем помещение то и дело моргал, видимо, от перепадов энергии. В воздух поднялась давно осевшая пыль. Испытатели были в недоумении: кто-то прочищал пальцами свои уши, кто-то стряхивал с себя побелку от стены, а кто-то прочищал линзы очков. Сам же Анатолий Анисимов стоял в середине комнаты и наблюдал за парящей в воздухе пыли. По его взгляду можно было понять, что такого исхода событий он точно не ожидал.       Скоро нас всех начало отпускать, и слух вернулся на круги своя. Мне же сразу въелся звук тревоги, исходивший откуда-то из коридора.       — Подожди, сына, — хрипло сказал мне отец, внезапно появившись у меня за спиной и тут же куда-то убегая.       — Хорошо... — пробормотал ему вслед я, продолжая недоумевать, а ко мне подошёл один из работников, который стоял чуть в стороне и тоже наблюдал за экспериментом:       — Послушай. Пожалуйста, отойди вон туда, ко стулу и посиди там. Похоже сейчас будут тотальные разборки со стороны Анисимова, — чуть тише сказал парень, на бэджике которого было написано имя "Илья". Сам парень был ничем непримечательный: светлые и кудрявые волосы, голубые глаза. Типичный такой, исконно русский парень.       — Хорошо, я присяду, а он сильно орёт? — я попытался улыбнуться.       — Да я толком и не знаю ... — смутился Илья, почёсывая свой затылок. — Я как-то пропускал все эти события: то в туалет отойду, то смена не моя ... Думаю, мы все сейчас увидим, как орёт Анисимов, а кричит он, говорят, ну уж очень сильно и громко. К слову ещё, он у нас самый ещё самый адекватный , в первом и третьем энергоблоке станции, вообще уроды руководители.       Во время нашего общения Илья периодически посматривал на щит управления, около которого уже собралось человек пять. — Так что , нам ещё очень повезло с руководством.       — Илья! — вдруг прозвучало со стороны блока управления. — Сюда!       — Так, работа зовёт, а ты садись посиди здесь... — мой собеседник убежал на зов своего руководителя, а я послушно сел на старенький стул рядом с таким же столиком, начав осторожно рассматривать стопку журналов. Так как раз помещение было не такое и большое, я мог прекрасно слышать все разговоры сотрудников энергоблока, которых становилось всё больше и вскоре к ним присоединился отец.       — Анатолий Борисович, все показатели крайне нестабильны, — настаивал один из рабочих, сжимая в руках какую-то непонятную штуку.       — Миша я всё понимаю, — крайне спокойно ответил ему Анатолий Анисимов и тут же повысил голос. — Но нам нужно закрыть эти чёртовы испытания!       — Анатолий Борисович, — обратился к нему мой отец. — Может быть, с моими показателями всё-таки что-то не так?       — Нет, Андрей, с твоими показателями всё хорошо, это тебе я точно заявляю! Я их проверял несколько раз... — настаивал на своём Анатолий, а тем временем с того самого "хлопка" прошло уже две минуты , и всё это время персонал был на взводе.       — Давай врубай BFg-134! — вдруг махнул рукой Анисимов в сторону одного из своих подчинённых.       — Есть ... — увлечённо ответил подчинённый, смотря на экран щита управления. — Анатолий Борисович , BFg зашкалило! Он неисправен!       — Господи, да что творится-то! — мне показалось, что Анисимов заметно нервничает. — Если это не работает, давай другое, отключи BFg-134 и вруби АМ-5, всё понял? Вперёд!       Спустя несколько секунд сотрудник, отвечающий за пульт управления, снова прокричал:       — АМ-5 отказало! Твою... БМЗ сработала , приборы неисправны! — синхронно прокричали два исследователя, наблюдающие за тем, как все датчики и приборы постепенно выходят из строя.       — Я никогда такого не видел... — Анисимов в недоумении бросился к пульту управления, чтобы лично убедиться в неисправности.       — Я хотел включить АЗ-9 , но она тоже не работает! — обернулся к нему один из сотрудников.       — Тут, похоже, ничего неисправно, но есть у меня одна догадка ... — выкрикнул Анатолий, но ему не дали её озвучит, потому что в помещение влетел странный человек, одетый в чем-то заляпанный халат. Сам он тяжело дышал, а на его щеке я заметил порез, из которого сочилась кровь. "И откуда этот Вася Пупкин свалился," — подумал я, разглядывая этого "пришельца с другой галактики".       — Щит остывает! — прохрипел он, держась за сердце. — Реактор вскрыт!       В комнате повисло мертвое молчание. Мне показалось, что все рабочие превратились в древнегреческие статуи времён Юлия Цезаря. Особенно это было видно по Анатолию Борисовичу.       — Да ты что, Громов! — внезапно вскричал один из исследователей. — Вскрытие реактора невозможно!       — Ещё как возможно! Я был там! — Громов подбежал ближе. — Крышку реактора сорвало к чертям собачьим! Я был там, когда несущая плита обвалилась...       Словно в ответ на его слова произошел второй хлопок, который был сильнее предыдущего в несколько раз.       — Ё-моё! — я вздрогнул. Да, тогда этот хлопок очень сильно испугал меня, да и не только меня одного, чего уж тут говорить.       На несколько секунд наша комната погрязла в кромешной темноте, потом зажглось аварийное освещение.       В том хлопке я услышал очень и очень знакомый звук... "Треск бетонных плит?!" — раздалось у меня в голове. "Это определённо был тот звук , я такой слышал , когда на стройке плиты ломались," — думал я, попутно оглядывая сотрудников. Но похоже, этот зловещий звук слышал только я.       Вдруг ко мне подбежал отец, выглядевший чем-то сильно напуганным:       — Игорь, все нормально ?       — Да всё хорошо, пап, ты чего? — невпопад ответил я. — Что тут происходит вообще? Испытания провалились?       — Похоже что да, испытания оказались неудачными... Посиди пока тут и никуда не уходи, ясно ?       — Хорошо, хорошо, пап, я останусь тут, — послушно согласился с ним я. — У тебя шапочка набекрень, поправь ...       — А, окей, да ... Спасибо, — рассеяно поблагодарил он, бегом возвращаясь к остальным исследователям.       "Ну и бардак," — прозвучало у меня в голове.       — Анатолий Борисович! — раздалось со стороны двери. В дверном проёме стоял тот самый Илья. На его лице отражался испуг и беспокойство, как и у всех сотрудников в целом. — Доза радиации в пределах блока превышена в двадцать раз!       — Нихрена себе! — ругнулся Анатолий Борисович. — Ты где эти показатели взял, чайник ты без ручки!       — Дозиметры не врут! У меня есть выписка прибора! — Илья потряс в воздухе листочком, похожим на чек, что выдают в магазине. — Вот, посмотрите, Анатолий Борисович!       Анисимов схватил листок и, как-то странно посмотрев на Илью, принялся изучать эту странную для меня "писанину". Закончив, он с сожалением опустил листок и уставился в одну точку. Тем временем все работники не спускали с него глаз.       — Мда... Андрей, Илья, Боря, Вася и ты, Громов - за мной! Идём в блок #14 разбираться. Игорь, — обратился он ко мне. — Посиди пока тут, потом папу за тобой пришлю. Всё, по машинам !       И вся "бригада" вышла из помещения, оставив меня в гордом одиночестве. Встав со стула, которому по его скрипу и виду оставалось недолго, я направился к щитку управления. Все лампочки и кнопки мигали красным, а некоторые и вообще не работали.       — Вот это номер ... — процедил я. — Видимо реально что-то серьёзное произошло ...       Тут моё внимание привлёк другой столик, на котором стоял небольшой прибор, по названию вверху небольшого монитора я понял, что это прибор, измеряющий радиацию.       "Дозиметр," — решил я и заметил чуть левее этого незамысловатого приборчика небольшие зелёные часики.       — Время уже десять ... — вздохнул я, взяв в руки на мой взгляд симпатичные часы с лягушкой. — Вот всё-таки зря я с собой телефон не взял ... Скукотища ещё та...       По пути к своему первому месту я услышал, как за дверью, которая отделяла меня от коридора, пробежали, судя по голосам и шагам, несколько человек. Один кричал, что в реакторном отделении пожар и весь тридцатиметровый зал взорван. Тогда я ещё не понимал , НАСКОЛЬКО всё серьёзно.       "Пожар в зале с реактором?" — я скривился, вновь садясь на стул, который противно заскрипел. - "Этого не может быть! Что они могли такого сделать, от чего произошел взрыв, и реакторный зал уничтожен?"       — Время уже десять, а меня всё ещё нет дома... — вздохнул я, вновь листая очередной журнал, в котором были какие-то временные пометки и записи про реактор и его особенности. — Мама была бы недовольна ... если бы жива была ... — с сожалением протянул я, вдруг вспомнив о ней. Пятого июня будет пять лет со дня смерти.       — А вот это интересно ... — заинтересованно прошептал я, ведя пальцем на строке, где было написано "особенности реактора БЖЭД-6780": ' Реактор БЖЭД-6780 не выводить на проектную мощность вместе с HJI-67 ОДНОВРЕМЕННО. ЭТО ДЕЛАТЬ КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩЕНО! Могут произойти необратимые последствия с ТВЭЛ-ами, серии WTR-98657. '       "Хм, возможно что-то произошло с этими ТВЭЛ-ами , а не пожар?" — продолжал размышлять я, как вдруг дверь легонько приоткрылась. Оторвав взгляд от журнала, я обернулся к ней в ожидании, что это вернулся мой отец, Но это был не он. Сам я, к слову, не издавал совершенно никаких звуков, так что меня можно было только увидеть глазами, услышать - никак.       Далее послышались разговоры и непонятные звуки. "Антон, пошли, тут никого нету, я проверила, "— послышался нежный звук женского голоса, затем послышались шаги и звуки причмокивания и поцелуев. "Лер, у тебя есть, ну мммм... "они"? " — прозвучал грубый мужской голос, а затем опять эти же "странные" звуки. "Нету, но надеюсь, ты успеешь себя сдержать, мммм... — ехидно ответила девушка: " Я ещё разок проверю, а ты стой тут, Антоша... " — как-то странно выделила она последнее слово и наткнулась на меня.       — Ой... — неловко произнесла девушка и покраснела. К слову, это была шикарная длинноногая брюнетка с голубыми, как небо глазами, аккуратным носиком и небольшим румянцем на ее щёчках. К тому же от нее тянуло шикарными духами, запах которых я до сих пор помню. — А что ты тут делаешь?       Когда она подошла ближе, я увидел, что на её бэджике написано: "работник зала #1 Смолова Валерия"       — Что ты тут делаешь? — мило улыбнувшись, прошептала Валерия, чуть нагнувшись ко мне, так как я сидел на стуле и был ниже "комфортного уровня общения".       "Ха, она ещё и дурака валяет, типо я ничего не заметил! Ха, хорошая попытка, девочка с большими сиськами!" — подумал я и все таки решился ответить: — Мой папа , главный инженер! Его зовут Андрей Евгеньевич Усачев , он был тут вместе с остальными, но когда произошли эти таинственные "хлопки" они все вместе ушли куда-то, я забыл куда.       Я произнес это, стараясь не встречаться с её большими "глазами", если вы понимаете, о чём я. После моих слов Лерочка поджала свои аккуратненькие губки и, отойдя чуть-чуть назад, посмотрела на своего, как я понял, парня.       — Хорошо, — нежно протянула она, посмотрев в сторону пульта управления. — Давай, я отведу тебя на вахту, ты там пока посидишь, а я твоего папу найду. Там тебе заварят вкусный чай, и ты сможешь пообщаться там с ... — она сделала короткую паузу, вероятно на ходу соображая, с кем может пообщаться такой подросток, как я. — С сотрудниками. — хихикнула она и сделав свою фирменную улыбку, проговорила мне на ушко. — Вставай , я тебя отведу.       Я же, как будто под гипнозом, поднялся со своего места, и вышел вслед за ней в коридор, где стоял непонятный запах непонятно чего...       "Запах смерти, ха-ха, вот это шутка," — подумал я, увидев молодого человека.       — Антош, я сейчас, подожди тут, — строго проговорила Валерия по отношению к "Антошке". "Вот это ключи шифрования, блин. Ребята, мне неловко вам говорить, но я все знаю про вас и ваши занятия," — представлял я варианты разговора с этой горячей дамочкой. Внезапно для меня Лера начала разговор сама:       — Слушай, а ты случайно не знаешь, что тут произошло?       — Насколько я понял, в блоке номер четыре начался пожар или что-то типо того. Я слышал хлопки, похожие на взрывы, — всё-таки я решил не говорить ей про треск бетонных плит, вдруг ещё подумает, что я на молодую голову придумал ерунду.       — Ну, спасибо, — улыбнулась она. Я не устану повторять то, что её улыбка была просто шикарная, нет, идеальная. — А то мы с Антоном Павловичем проверяли насосы и ... — неловко протянула она, отведя от меня взгляд. — Как-то пропустили всю эту движуху. — идя по коридорам, болтала она. В какой-то момент мы вышли с лестницы и направились по коридору, который в свою очередь, выходил на большой панорамный переход от здания к зданию. Посмотрев налево, я сильно удивился. Даже не так, я представить себе не мог, что такое в жизни возможно. Огромное здание, судя по всему - энергоблок #4 , весь был охвачен огнём.       — Пи#дец... — не выдержав эмоциональных переживаний, ругнулся я. Лера тоже стояла около меня с открытым от удивления ртом.       — Господи... — протянула она. — Что же там произошло...       Внезапно из-под перехода, в котором мы стояли, стали выезжать пожарные машины.       " Ещё и ещё и ещё..." — я мысленно вёл счёт машин. Десять. Их вид со включенными мигалками на фоне полыхающего семидесяти-метрового в высоту здания был особенно прекрасен.       — Так, л-л-ладно... — нервно проговорила Валерия. — Пошли, у нас мало времени, — не дожидаясь меня, она отправилась дальше по переходу. Меня переполняли эмоции: "Так там сейчас, как в Чернобыле" Боюсь представить то, что сейчас думала бедная Лера, ведь наверняка, увидев эту картину своим знающим взглядом, она поняла чуточку больше, чем я.       Когда мы дошли до самой вахты, сотрудница приобрела уже знакомую для меня улыбку:       — Вот, пришли, — позитивно произнесла она, как будто бы уже забыв о том зрелище. — Иди вон в ту будочку, к тому милому дедушке. Там посиди, подожди своего папу, я думаю, он тебя заберёт ... — тут она еле слышно добавила. — Если ещё жив.       На это я не обратил никакого внимания, мало ли, стресс или ещё что-то другое.       — Хорошо, Валерия. Спасибо, что довели меня, всего вам хорошего, — пожелал ей я, направляясь к будке. Обернувшись, чтобы посмотреть ей вслед, я увидел, что ей было, мягко скажем - не сладко. На моих глазах её вырвало два раза, затем, держась за живот,она побрела в сторону туалета.       "Мда. Бедная девушка," — посочувствовал я и зашел в будку охранника:       — Странная хрень происходит вокруг.       Вахтером оказался милый дедушка, лет так шестидесяти с симпатичной старческой улыбкой и очками, которые, как я неоднократно замечал, всегда были на нём. Он вспомнил меня, и мы стали беседовать с ним на разные темы: в основном, он спрашивал про учебу, молодежные тренды и тому подобное. Один раз речь даже зашла о женщинах...       — Ой , ой ... — вдруг запричитал дедушка, глядя на улицу через большое панорамное окно. — Смотри! Опять, опять едут... Сколько ещё ? Сколько ... — и я тоже увидел ещё один конвой пожарных машин.