Худшее во мне

      Доброе утро. Какое оно? Когда ты просыпаешься в мягкой теплой кровати, не слишком рано и не слишком поздно, от прикосновения теплых лучей восходящего солнца, мягко скользящих по твоему сонному лицу, сладко тянешься, приоткрываешь глаза и блаженно улыбаешься, предвкушая новый день, в котором ждет много ярких моментов и событий. Неторопливо встаешь с кровати, бредешь в ванную, чтобы принять бодрящий душ, затем идешь на кухню и варишь себе любимый ароматный кофе, который заряжает позитивным настроем и энергией на весь этот чудесный долгий день. И весь такой окрыленный ты вылетаешь из своего уютного жилища навстречу новому и прекрасному. Здорово, правда?       Так вот, это точно не про Сару Кэтрин О’Нил. Она давным-давно уже уяснила одну простую истину: утро добрым не бывает. По крайней мере, у нее так точно. С тех самых пор, как ей открылось истинное лицо Джона Холла, утро О’Нил можно было называть как угодно, но только не добрым.Теперь ее утро не имело привязки к конкретному отрезку времени. По первому же звонку Сара срывалась с места и неслась, куда скажут, даже если была глубокая ночь. И плевать, что она делала в этот момент.       Кроме того, ее утро потеряло привязку и к конкретному месту. Выполняя различного рода поручения своего «хозяина», она частенько ночевала, где придется, и дай Бог, чтобы это был хотя бы номер хоть в самом затхлом придорожном мотеле и, желательно, без соседей по комнате.       А еще у ее утра появилось лицо. Точнее сказать, множество различных лиц — злые, пьяные, смотрящие с пренебрежением и отвращением шавки ее бывшего, которые часто наведывались к ней с важными посланиями и заданиями от босса, чуть ли не вынося дверь в ее квартиру, без звонка и разрешения врывавшиеся в ее жилище, наплевав на все общепринятые нормы поведения и абсолютно не считаясь с ее мнением по этому поводу, пропуская все ее гневные тирады на этот счет мимо ушей.       Таким было утро Сары последние несколько месяцев. И сегодняшнее не стало исключением. Она проснулась в чужой квартире, в чужой кровати, с гудящей от боли головой. И пусть это была самая мягкая кровать, на которой ей доводилось спать, пусть этот дом не нес в себе никаких тайн и опасностей для нее, пусть ей не предстояло сегодня выполнять очередную грязную работу Холла, это утро тоже не было для нее добрым. Пережитый накануне стресс снова сделал свое дело, и после долгой истерики Сара уснула тяжелым и неспокойным сном. Всю ночь ее мучили кошмары, от которых она просыпалась, дрожа всем телом, а после вновь проваливалась в некрепкий сон, который больше напоминал состояние бреда.       Преодолев слабость в теле и головную боль, она побрела в ванную. Теплые капли воды потоком лились на нее, постепенно забирая с собой ее тревожные мысли, являвшиеся отголосками прошедшей ночи, а также унося и физическую усталость во всем теле. После принятия душа ей стало значительно легче. Чашка бодрящего кофе должна окончательно вырвать ее из сонного состояния и привести мысли в порядок.       Однако даже столько малому ее желанию не суждено было осуществиться, так как кто-то требовательно постучался в дверь.       — Да ну нафиг, — вырвалось у девушки вслух. Она заметно напряглась всем телом, ожидая очередной подарок судьбы. Сара почувствовала знакомое чувство дежавю и мозг лихорадочно принялся перебирать всевозможные варианты дальнейших событий.       «Как будто и не уезжала никуда. Хотя, может, это к Вишне кто-то пришел, квартира же его. Забавно будет, если это окажется девушка», — подумала она, ухмыляясь собственной мысли, но тут же осеклась. — «Или не забавно».       Сара даже не удосужилась поинтересоваться, кто пришел. Привычка, выработанная за долгие месяцы «службы» у Джона, ведь его подручные были не самыми разговорчивыми ребятами, лишние вопросы и промедления их раздражали и выводили из себя и, в лучшем случае, что можно было от них ожидать в такие моменты, это гробовая тишина.       Резко распахнув дверь, она встретилась взглядом с тревожными изумрудными глазами, которые смотрели на нее со смесью недоверия и тревоги.       — Даже не спрашиваешь, кто пришел? Самонадеянно. — Майкл переступил порог и продолжил неодобрительно смотреть на нее сверху вниз, сверля взглядом.       — И тебе доброе утро. — Она улыбнулась ему, но улыбка получилась какой-то неуверенной.       — Ага, доброе, — недовольно проворчал парень. — Вот скажи мне, Сара, зачем люди придумали телефон? — Он продолжил прожигать ее недовольным взглядом, под которым девушка окончательно растерялась, сбитая с толку его неожиданным визитом, явным недовольством в голосе и резким вопросом в лоб, который, на первый взгляд не имел смысла. Она непонимающе вскинула брови, всем своим видом показывая, что понятия не имеет, к чему он клонит, но память услужливо напомнила события вчерашнего вечера, когда она в порыве неконтролируемого гнева на Дерека и неудержимой истерики метнула ни в чем не повинный телефон в стену, разнеся его на куски. Понимание промелькнуло в голубых глазах, но Майкл этого не заметил и принялся пояснять сказанное. — Я все утро пытаюсь до тебя дозвониться. Что у тебя с телефоном?       Секундная пауза и на глаза Сары снова наворачиваются непрошеные слезы, которые она ловко успевает спрятать от пытливого взгляда рыжеволосого, опуская глаза в пол. Боль от предательства близкого и дорогого ей человека вновь разрывает ей сердце. Дерек был ее маяком, ее надеждой на долгожданное избавление от дьявола, превратившего жизнь молодой девушки в ад, а саму ее в жалкое подобие прежней Сары О’Нил, слабую и безвольную. И он же стал ее личным Иудой, растоптав и развеяв по ветру эту скромную, хрупкую, только зародившуюся надежду, и похоронив ее, казалось, вместе с самой Сарой.       — Он…сломался, — неуверенно произнесла она, вновь обращая свой взгляд на гостя.       — Блять, гребаный Вишня, — выругался Тернер.       — Что? При чем тут он?       — Ну, это же его телефон не работает. Тоже мне гостеприимный хозяин, оставил тебя без связи, чтоб его.       — Ах, это. Да нет, это я его сломала, случайно уронив на пол, — она с легкой улыбкой посмотрела на лицо Майкла, который, казалось, в эту самую секунду мысленно устраивал Ви самую изощренную экзекуцию.Сара коснулась рукой его плеча, отвлекая от темных мыслей. Парень немного смягчился, но снова тревожно вгляделся в ее лицо.       — Ты очень бледная и выглядишь так, как будто не спала всю ночь. Хорошо себя чувствуешь? — Он приблизился и приложил тыльную сторону ладони к ее лбу. Это было очень неожиданно и приятно. Даже слишком. Слишком много заботы к ней проявляли практически незнакомые люди, в то время как старым друзьям на нее было наплевать.       — Плохо спала, часто просыпалась, вот и не выспалась, — будничным тоном произнесла она, аккуратно высвобождаясь из-под его руки.       — Тогда может, приляжешь и еще немного поспишь?       — Чашка кофе вполне справится с этой задачей. Я как раз собиралась сделать себе. Будешь?       — Только если готовить его буду я. Уверен, такого вкусного ты еще не пробовала. Уж что-что, а кофе у Вишни отменный. — Майкл повесил куртку на вешалку и уверенным шагом прошел на кухню, не оставив Саре ничего другого, кроме как послушно поплестись за ним следом.       — А ты, я смотрю, ориентируешься тут, как у себя дома, — подметила О’Нил, располагаясь за барной стойкой и с интересом наблюдая, как парень без каких-либо сложностей находит в многочисленных шкафчиках все необходимое и как мастерски он справляется со сложной кофемашиной. Сама бы она долго пыталась разобраться, как работает этот совершенно неизвестный ей агрегат, и, честно признаться, у нее вряд ли что-нибудь получилось бы. — И с этой страшной машиной общаешься явно на ты.       — А то. Мы частенько собираемся здесь, чтобы обсудить дела банды, и эти деловые встречи нередко перерастают в дикие попойки, так что уметь сварить крепкий кофе с утра — стало необходимым умением. Кроме того, Ви принципиально хранит у себя только кофе в зернах. Когда однажды Бурый припер к нему банку растворимого со словами «Пусть лежит для меня, я не умею пользоваться твоей шайтан-машиной», Вишня метнул эту банку через всю комнату прямо в открытое окно, пригрозив, что следующего, кто принесет в его дом эту гадость, ждет такая же участь. К слову, проверять его слова никто не стал.       Сара словно завороженная смотрела на то, как ловко Майкл проделывал все действия, безуспешно пытаясь запомнить их, а потому довольно быстро бросила это занятие и просто наслаждалась самим процессом и общением с драконом.       — Спасибо, что предупредил. — Глаза девушки приобрели игривый блеск.       — О чем?       — О растворимом кофе и нетерпимости Вишни к данному продукту. Не хотелось бы полететь в окно. — Она заливисто засмеялась, заражая весельем и парня.       — Думаю, тебе было бы простительно. — Он посмотрел на нее как-то странно, потом кивнул каким-то своим мыслям и резко сменил тему. — Кстати, пока я здесь, покажи, что там случилось с телефоном. Может, починить получится.       — Ты и телефоны ремонтировать умеешь? — удивленно спросила Сара.       — Я просто разбираюсь в технике, — с ноткой гордости произнес он.       — Вот это мужчину ко мне сегодня на кухню занесло. И вкусным кофе напоит и в быту поможет.– восхищенно резюмировала она и сверкнула в него глазками, лукаво улыбаясь. — Интересно, какие же еще таланты ты в себе скрываешь, Майкл Тернер?       Майкл ответил ее лукавым взглядом, задорно поиграв бровями, и загадочно улыбнулся. Девушка встала со стула и вышла из комнаты.Через минуту вернулась, держа в руках что-то отдаленно напоминающее телефон.       — Ого. Уронила, говоришь? Да ты им гвозди забивала, не иначе. — На это высказывание Сара лишь пожала плечами и отвела в сторону взгляд. И ежу понятно, что от простого падения на пол с метровой высоты телефон не может выглядеть так, словно по нему катком проехались. Но кто-то наверху сегодня был необычайно благосклонен к ней, ведь Майкл не стал выпытывать у нее, что же на самом деле случилось с несчастным средством связи. Он скептически осмотрел груду металла, лежащую перед ним, и помотал головой из стороны в сторону. — Нет, его уже не спасти. Помянем.       Секундная пауза и парень, без лишних колебаний, выбросил испорченную вещь в мусорное ведро.       — Надо будет сказать Вишне, чтобы купил тебе новый.       — Не стоит, я сама. В конце концов, я же его сломала, — возразила О’Нил.       — Он тебя сюда притащил, вот пусть и обеспечивает всем необходимым. Скажем, что телефон сам перегорел. — Тернер заговорчески подмигнул. По его тону было ясно, что спорить с ним в данном случае бесполезно, и Сара решила не настаивать на своем.       Горячий, вкусный напиток был готов, о чем свидетельствовал фантастический аромат, разносившейся по всей комнате.       Майкл поставил дымящиеся кружки на стойку, а сам примостился на соседний от Сары стул, протягивая ей одну из чашек. Девушка глубоко вдохнула терпкий аромат и блаженно улыбнулась. Потом сделала небольшой глоток, довольно промурчав себе что-то под нос. Это было именно то, что ей сейчас нужно.       — Спасибо, — произнесла она, поворачиваясь к рыжику. — Ты варишь очень вкусный кофе. Повезет же той девушке, которой ты будешь делать кофе каждое утро.       — Одной уже повезло. — Он дерзко улыбнулся. Сара лишь засмеялась, притворно закатывая глаза.       Майкл был очень хорошим парнем. Возможно, даже чересчур хорошим для нее. Она была безумно благодарна ему за все, что он для нее делал, и за столь короткое время успела проникнуться к нему определенными теплыми чувствами, но явно не теми, на которые он рассчитывал. Ей он напоминал старшего брата, которого у нее никогда не было, но в котором она так отчаянно нуждалась. Умный, заботливый, участливый. С ним она чувствовала, что не одна, что ей есть на кого опереться и есть тот, кто придет ей на помощь в любой ситуации. Он был открытым и добрым по отношению к ней, и Сара поймала себя на мысли, что ей не хочется обманывать его и делать ему больно, а больно будет в любом случае, когда всем откроется правда о ее мотивах и действиях.И даже если каким-то чудом ее участие во всем этом дерьме останется незамеченным, на что она, в общем-то, особо не рассчитывала, ей все равно придется покинуть этот город и всех тех, кто стал ей дорог за время, проведенное здесь.       От этих мыслей сердце защемило и глаза стало пощипывать. Она быстро перевела взгляд на кружку перед собой и продолжила, сделав над собой усилие и вернув в голосе прежние веселые нотки, однако прозвучало все равно немного грустно.       — Значит Адель счастливица.       — Ты опять за старое, — раздраженно произнес Тернер, отпивая из кружки. — Я тебе уже говорил, что между нами все кончено. Это окончательно и бесповоротно.       — Ладно-ладно, как скажешь, — с улыбкой произнесла Сара, поднимая руки в знак капитуляции. — Тогда, может, расскажешь, каким ветром тебя занесло ко мне с утра пораньше? Неужели так сильно соскучился?       Майкл ответил не сразу¸ словно подбирал правильные слова.       — Как я и сказал, ты не отвечала на телефон, и я решил удостовериться, что с тобой все в порядке. А то мало ли, может, Вишня расчленил тебя тут уже.       — Не замечала у него наклонностей Джека Потрошителя. — Смешок вырвался у нее на последних словах. Кровожадный мостр-убийца — последнее, с чем ассоциировался у нее веселый брюнет.       — Я тоже.       — Тогда откуда такие мысли? — не скрывая веселья, спросила девушка.       — Не знаю. — Майкл нахмурился. — Блин, Сара, просто решил проведать тебя, узнать, как устроилась на новом месте. Разве нельзя?       — Можно, конечно. — Девушка неожиданно обняла парня и тихо шепнула на ухо. — Спасибо за все.       Майкл ответил на ее порыв, обвив руками ее спину и крепко обняв, спустя несколько секунд все же нехотя выпустив ее из своих объятий. Несмотря на всю теплоту их отношений, Сара провела четкую границу, строго удерживая их отношения в ее пределах. Эта граница называлась дружбой. В первый раз в жизни Майкл Тернер, некогда первый красавчик старшей школы, а сейчас один из главных сердцеедов Черных Драконов, попал в гребаную френд-зону, да еще и в отношениях с девушкой, к которой его по-настоящему тянуло. Но он не был бы самим собой, если бы сдался так быстро и без боя.       — Сегодня вечером мы собираемся посидеть в казино. Выпьем, пообщаемся, поиграем немного.Будут только свои, и с большинством из них ты уже знакома. Приходи, познакомишься поближе с теми, с кем предстоит работать в дальнейшем, почувствуешь атмосферу, так сказать, да и просто развеешься. — Видя в глазах девушки сомнения, быстро добавил. — Обещаю, как в прошлый раз в баре не будет.       — Если это вечер только для своих, не буду ли я там лишней?       — Не будешь. — Майкл загадочно улыбнулся и направился в сторону выхода.              Впервые Сара самостоятельно добиралась до казино. Квартира Вишни располагалась в паре кварталов от него, поэтому она решительно отказалась от предложения Майкла забрать ее и поехать вместе, сославшись на желание осмотреть район, в котором теперь располагалось ее очередное временное пристанище.       Это было не самое живописное и облагороженное место, но все равно на несколько порядков лучше чем то, где она жила до этого. Вокруг все выглядело чистенько и аккуратненько, но бедновато. Казино располагалось на окраине города, поэтому ожидать многого не приходилось.       Бодрящий осенний ветер прошелся по волосам и оголенной шее О’Нил. Солнышко еще грело, но воздух был свежим и прохладным, отчего по телу девушки пробежали мурашки, и она ускорила шаг, разгоняя кровь по холодным конечностям в попытке таким образом согреться.       Весь путь от дома до неприметного серого здания составил чуть больше пятнадцати минут. Проделав серию замысловатых стуков по металлической двери — секретный шифр, предназначенный только для драконов, о котором ей поведал Майкл, она услышала по ту сторону шебуршание и чье-то ворчливое брюзжание. Голос из-за двери прозвучал резко и грубо.       — Кто?       — Сара О’Нил. Меня пригласил Ма…       Она не успела договорить, как дверь со скрипом отворилась, пахнув в нее приятным теплом помещения.       — Проходи, — сказал, словно отдал приказ, тот же самый громила, что в прошлый раз так упорно не хотел ее пропускать вовнутрь.       Гордо вздернув подбородок, она прошла мимо него с таким величественным видом, словно шла по красной ковровой дорожке, а весь мир вокруг принадлежал ей одной. Эта напускная внешняя уверенность была полной противоположностью ее внутреннего состояния, которое выдавало с бешеной скоростью бьющееся сердце, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди.Сара прекрасно понимала, что он не представляет для нее никакой опасности и его грозный вид обусловлен и соответствует выполняемой им функции, но, несмотря на все это от его огромной фигуры и взгляда питекантропа, которым он смотрел на нее из-под мощных бровей, ей становилось не по себе.       Проскочив громилу, она направилась по уже известному ей пути. Лифт, комбинация из шести цифр, которую Майкл не дал ей записать на бумажке, а заставил зазубрить во избежание случайной утечки информации, кнопка вниз, едва ощутимое плавное движение кабины, легкий толчок от остановки. Двери лифта открылись и в глаза Саре ударили уже знакомый блеск и роскошь заведения. Все выглядело точно так же, как и в тот раз, когда она пришла сюда впервые, но ощущения были другими. Вокруг всего этого азарта и шика она почему-то чувствовала себя легко и комфортно, будто бывала здесь уже сотни раз.       Осмотревшись вокруг, она не заметила ни одного знакомого лица. Взглянув на наручные часы, убедилась, что пришла вовремя. Пройдясь выискивающим взглядом по залу, она, наконец, наткнулась на знакомую картинку — озабоченное лицо менеджера этого заведения Марка.Ее взгляд зацепился за него, как за спасительную соломинку и она быстрым шагом подошла к нему, мило улыбаясь.       — Привет, Марк.       — А? Ох, привет, эм…       — Сара.       — Да, точно, Сара. — Он натянул на лицо приторную улыбку, но вид был крайне скучающим. Отчего-то общество О’Нил ему не было по душе. — Какими судьбами? Я слышал, что тебе нездоровится. Не ожидал, что выйдешь на работу так скоро. Кстати, поздравляю с назначением, коллега. — Он протянул ей руку для рукопожатия. Сара подала свою в ответ. — Хотя, может, стоит тебе посочувствовать. Работа сложная, а начальство нервное. Поверь моему опыту.       — Я приму эту информацию к сведению, — с улыбкой ответила она. — Но сегодня я здесь не по работе. Меня позвал Майкл на какой-то их местный движ, но я почему-то не вижу его здесь. Не знаешь, где они собираются?       Взгляд Марка изменился с притворно-дружелюбного сначала на оценивающий, а затем и вовсе стал пренебрежительным. Его удивила и задела новость о том, что новенькую позвали на приватную игру, в то время как он, работая на Драконов уже не первый год, ни разу не удостоился такой чести. Эта привилегированная кучка, так называемая «элита» банды не допускала к участию в своих играх посторонних лиц. В какой момент это золотое правило перестало действовать, и туда начали пускать всяких пигалиц?       Его губы искривились в неприятной ухмылке, а в голосе зазвучали стальные нотки.       — Посмотри в приватной комнате. Она в конце вон того коридора. Проводить не смогу, извини, неотложные дела. — И он, не дожидаясь ответа О’Нил, вылетел из игрального зала.       Недоумевающе хлопнув глазами вслед стремительно удаляющемуся Марку, Сара пошла в указанном ей направлении. Пройдя до конца коридора, она уперлась в несколько одинаковых дверей.       «Вот же гавнюк. Мог бы и поточнее сказать. Вот в какую дверь мне ломиться? А вдруг в этих приват комнатах не только играют в карты», — раздраженно подумала девушка, с опаской дергая ручку одной из дверей. Закрыто.Повернула ручку второй. Дверь легко поддалась и Сара очутилась в просторной комнате с приглушенным светом. Посередине стоял круглый стол с зеленым тканевым покрытием, как и десятки тех, что были в общем зале, за которым расслабленно сидели пятеро человек и о чем-то негромко переговаривались между собой.       Войдя в комнату, Сара поймала на себе три пары удивленных глаз, одну пару довольных и одну пару безразличных, которые первыми перестали глазеть на нее. Ее появление было ознаменовано резко повисшей в комнате тишиной, которую неожиданно прервал незнакомец.       — Я буду бурбон, чистый, и лед отдельно, — сказал парень, первый отведя взгляд от О’Нил, и продолжил тасовать в руках колоду карт. Раньше она его не встречала и не была с ним знакома, соответственно, тоже ее не знал, поэтому, видимо, принял за официантку.       — Принцесса, ты что здесь делаешь? — удивленно спросил Вишня, при этом на губах его заиграла радостная улыбка.       — Ага, мне вот тоже интересно, что она здесь делает, Майки. Забыл, что это игра только для своих? — возмутилась Стефани, бросая на рыжего гневный взгляд. Сомнений в том, кто именно пригласил сюда эту блондиночку не было, ведь лица остальных Драконов, имевших такую возможность, выражали искреннее удивление.       Любопытные взгляды переместились на Тернера. Аарон устало вздохнул, предчувствуя второй акт выяснения отношений между Майклом и Вишней, в который теперь рвалась вклиниться еще и бойкая Стефани. В воздухе повисло осязаемое тяжелое напряжение. Казалось, только одному человеку было пофиг на происходящее сейчас.       — Я один буду пить сегодня? — поинтересовался незнакомый парень, снова прерывая неловкую паузу.       — Блядь, Бурый, заткнись. Она не официантка, — рыкнула в его сторону Стеф.       — А кто?       Не выдержав, девушка стукнула себя ладонью по лбу. Бурый был нормальным адекватным парнем, очень исполнительным, и в общем и целом даже смекалистым, но иногда дико тормозил, чем жестко выбешивал окружающих.       — Сара ведь будет с нами работать. Я подумал, что ей будет полезно пообщаться с нами в непринужденной обстановке, познакомиться поближе, привыкнуть, чтобы чувствовать себя комфортнее. А то первое знакомство с Драконами, сами знаете, у нее прошло не очень гладко. Не хотелось бы, чтобы она нас боялась.       Лицо Вишни резко вытянулось, улыбка спала с лица, а брови Аарона изогнулись в отвращении. Они понимали, о чем говорил Тернер, в отличие от Стефани, которая в недоумении блуждала взглядом от одного к другому.       Несколько секунд в комнате висело молчание, которое прервал Ви.       — Согласен с малышом Майки. Думаю, это будет полезный опыт, да, принцесса? — Он лукаво подмигнул Саре. Она в ответ послала ему благодарную улыбку. Плюс один человек в этой комнате, играющий с ней в одной команде. Дышать стало чуть легче.       — А я все равно против, — стояла на своем Стефани. — Она даже не Дракон. Ей здесь не место.       — Кудряшка, не будь такой сукой, — протянул Ви.       — Пошел нахуй. — Она показала ему средний палец, на что он послал ей воздушный поцелуй.       Эта словесная перепалка вызвала у Сары тихий смешок. Ее удивляло и одновременно забавляло поведение этих двоих, ведь брошенные ими друг другу только что слова, несмотря на их грубый смысл, звучали очень тепло и были произнесены с какой-то родственной любовью.       — Я нихера не понял. Мы играть и бухать-то будем уже или как? — встрял Бурый, как обычно, не вовремя и в то же время очень кстати, переключив внимание спорящих на себя.       Аарон ухмыльнулся.       — Пусть играет, — повелительным тоном сказал он и посмотрел на Стефани, взглядом показывая, что это больше не обсуждается.       Градус в комнате снова опустился до допустимых значений, и все расслаблено выдохнули. Аарон продолжил цедить алкоголь из своего стакана, Вишня озорно потер ладони в предвкушении интересного вечера, Стефани сверлила Сару недовольным взглядом, Бурый раздавал карты, а Майкл довольно улыбался девушке, глазами показывая на свободное место возле себя.       Она направилась было к нему, но ее остановил возглас Вишни.       — Э, нет. Принцесса будет сидеть со мной. — Он встал со своего места и поставил свободный стул рядом с собой.       — С какого это перепуга вдруг? — возмутился Тернер, в пол-оборота поворачиваясь к Ви и прожигая того испепеляющим взглядом.       — А ты имеешь что-то против, малыш? — язвительно спросил брюнет, разворачиваясь к Майклу и явно готовясь в любой момент перейти в активное наступление.       — Представь себе, имею, — сжав кулаки, ответствовал рыжий, начиная подниматься со своего места.       — Так, мальчики, брейк. — Сара встала между ними, прерывая их зрительную битву. — Я сяду между вами. Так всех все устроит?       Они молча отвернулись друг от друга. Аарон устало потер переносицу двумя пальцами.       — Как дети малые, — пробурчала себе под нос Стефани.       Далее Бурый рассказал Саре правила игры, которая носила интригующее название «Битва за власть». Как оказалось, это их авторская игра, которая была придумана Драконами и игралась она исключительно в принадлежащих им заведениях — негласное правило этой игры. Непосвященные не знали правил и сути игры, а потому играли в нее только члены банды. Суть была проста: выиграть в финальной битве. В игре было несколько раундов, исходя из количества игроков. В каждом раунде игроки выбывали по одному, и в финале сталкивались двое, где определялся победитель и проигравший. На первый взгляд все просто и понятно.       Выслушав все правила и оговорки и задав несколько уточняющих вопросов, Сара подобралась к самому главному.       — Что-то мне подсказывает, что вы здесь не на интерес играете, — подытожила Сара.       — А ты догадливая, красотка, — отпустила реплику Стефани, в интонации которой смешались издевка с чем-то наподобие восхищения.       — И вряд ли на деньги, — снова высказала догадку О’Нил.       — Фу, на деньги, как это вульгарно, — фыркнула девушка.       — Только не говорите мне, что вы играете на раздевание. — Сара округлила глаза.       По комнате прокатились сдавленные смешки парней и цоканье Стефани.       — А что, неплохая идея, — с задором подхватил Вишня. Стеф бросила на него уничтожающий взгляд и проговорила:       — Все может быть. — Взгляд снова вернулся к Саре. — На самом деле, все намного прозаичнее, куколка. Мы играем на желания. Но не всякие там детские шалости, типа поцеловать бармена или позвонить на незнакомый номер и наговорить какой-нибудь хрени. Это должно быть что-то реально крутое. — Она игриво прикусила губу, словно мысленно уже представляла, какое именно желание загадает этой блондиночке.       — Например? — поинтересовалась О’Нил. О том, какие желания ей могут загадать члены банды, она могла только догадываться. Конечно, она не отступит и сыграет в эту их игру, но она должна хотя бы примерно представлять, насколько высоки в ней будут ставки.       — Сыграешь и узнаешь, — с лукавой улыбкой произнесла Стеф.       Сара бросила вопросительный взгляд на Вишню. Тот лишь пожал плечами. Посмотрела на Майкла. Тот шумно выдохнул и выдал:       — В прошлый раз мне загадали угнать машину. — Сара выпучила глаза и недоверчиво посмотрела на него. Парень быстро попытался исправить положение. — Но тебе, скорее всего, загадают что-нибудь попроще.       — Отвечай за себя, — едко бросила Стефани, но потом смягчилась, вновь обращаясь к Саре. — Да ладно тебе, всего одна партия. Один победитель и один проигравший. Остальные за бортом. Главное не остаться в дураках. Шанс всего один к шести. — Ее глаза блестели озорством и азартом.       — А кто будет загадывать желание?       — Выигравший, конечно. В этом и суть. Иначе зачем желать победы? Тогда все просто будут стремиться не проиграть. А это скучно, — заключила Стеф.       Последние слова шатенки пролетели уже мимо ушей О’Нил, которая была полностью погружена в свои мысли. «Можно загадать любое желание. Это определенно можно будет использовать. Надо только победить», — вертелось у Сары в голове.       — Ну что ж, если всем все понятно и все согласны, предлагаю начать, — протараторил Бурый, раздавая игрокам карты.       Игра оказалась необычной, интересной и очень затягивающей. Иногда приходилось спорить, обманывать и даже подставлять друг друга. Сара быстро вникла в механику игры и спустя всего лишь один раунд разбиралась в ней не хуже остальных играющих.       Один за другим игроки покидали игру. Спустя два часа в игре остались двое: Сара и Стефани. Две стихии сошлись в финальной битве. Это поистине захватывающее противостояние. Чувствовалось, что девушки состязаются не на жизнь, а на смерть. Сара понимала, что Стеф не упустит возможности поизголяться над ней и в случае победы загадает ей что-нибудь из ряда вон выходящее. Стефани же просто не могла уступить победу какой-то новенькой неизвестной девушке, которая не вызывала у нее доверия.       Последний решающий игру раунд. Карты на руках, карты на столе. Разрыв между девушками каких-то несколько жалких очков. Снова тянут по карте. Взгляды скрещиваются, температура в комнате поднимается, градус алкоголя в крови подогревает и без того разгоряченное напряжением тело, но ум трезв и холоден. Остальные выбывшие игроки с интересом наблюдают за поединком, делая ставки на победителя. Секунда — карты ложатся на стол. Снова взгляды: ликующий победителя и отчаявшийся проигравшего.       — Готова к выполнению моего желания, Сара? — Губы Стефани растянулись в довольной ухмылке, а глаза полыхнули каким-то недобрым огоньком, который не предвещал ничего хорошего.       «Мне конец».