Худшее во мне

      Кровь. Звуки выстрелов. Отчаянный крик боли. Ее крик. Картинки перед глазами сменяются одна за другой. Потасовка. Большая толпа дерущихся друг с другом людей. Звуки ударов и падающих на пол тел. Взгляд мечется по лицам, выискивая одно единственное, но так и не находит.       Громкий хлопок где-то позади. Сара оборачивается и замирает в немом оцепенении. Два льдисто-голубых глаза смотрят на нее сначала с сожалением, которое вскоре сменяется лютой ненавистью, а после закатываются, и тело мужчины медленно, словно в замедленной съемке, опускается на колени, заваливаясь на бок, и безжизненно замирает в неестественной позе после предсмертной судороги. На его груди разрастается алое пятно, которое постепенно распространяется и на пол, заливая поверхность возле тела красной густой жидкостью. Она порывается к нему подбежать, но перед ней возникает силуэт. Лица не видно, но подсознательно она понимает, кто именно стоит перед ней. Сознание начинает вырисовывать выученные наизусть черты, и вот на безликом силуэте появляются пшеничные светлые волосы, зачесанные назад, ровный подбородок с длинной щетиной такого же светло-пшеничного цвета, губы, изогнутые в зловещей ухмылке, нос, глаза, цвета серебристого турмалина… Джон смотрит на нее с явным превосходством и торжеством в глазах. В его правой руке зажат пистолет. Несомненно тот самый, из которого был застрелен Вишня… Он умер. Эта мысль разбивает ее изнутри. Боль, дикая, жгучая, нестерпимая пронзает все тело, глубоко запуская свои корни в сердце и выворачивая наизнанку душу.       Она истошно кричит и набрасывается на Холла с кулаками, колотя его с бешеной силой, неведомо откуда проснувшейся в ней. Из глаз льются слезы, она кричит, проклинает его, пытается ударить по голове, но он ловко перехватывает ее руку, заламывает ее и разворачивает О’Нил к себе спиной, отрывая взору кровавую картину развернувшегося хаоса. Драконы по большей части бездвижными телами лежат на полу, с разбитыми в кровь лицами и простреленными конечностями. Кто-то еще пытается оказывать сопротивление, но перевес сил однозначно не на их стороне. Она видит Аарона, на последнем издыхании дерущегося с тремя противниками, окружившими его со всех сторон и по очереди наносящими мужчине болезненные удары. Последний пришелся лидеру в голову, и он с грохотом повалился на пол, более не подавая признаков жизни.       Упавшее тело Хилла открыло Саре взор на сражающегося Майкла, и именно в этот момент один из людей Холла вгоняет ему нож в живот. Изо рта Тернера хлещет кровь. Он держится за рукоять торчащего из него оружия и медленно сползает по стене на пол, оставляя за собой длинную багровую полосу. Его глаза закрываются, а тело полностью обмякает, заваливаясь на бок.       — Ну как? Нравится? — над ее ухом раздается тихий сладкий шепот. — Это все благодаря тебе. Они все умерли из-за тебя.       — Нет. Нет. НЕЕЕТ!!! — она истошно кричит, а ее виска касается что-то холодное. Щелчок взведенного курка и оглушительный хлопок, после чего наступает непроглядная тьма.       Сара резко открывает глаза и принимает вертикальное положение в кровати. Она смотрит прямо перед собой, но словно ничего не видит, быстро и нервно моргая, прогоняя морок только что увиденного сна. Ее пробивает дрожь, а на глазах чувствуется влага. Она быстро дышит и резко вздрагивает, когда ее пальцев что-то касается. Взгляд встречается с обеспокоенными глазами Вишни, на корточках сидящим возле нее и осторожно оглаживающим тыльную сторону ее правой руки.       — Опять кошмар приснился? — спросил он, протягивая стакан с прохладной водой, все также нежно поглаживая другую руку своими пальцами.       Картинки из сна моментально всплывают в голове, навивая леденящий душу ужас. Это был сон, всего лишь сон. Это было не по-настоящему, но ощущения такие, будто бы она пережила весь этот кошмар наяву. Она тянется к спасительному источнику с водой и замирает в десятках сантиметров от него, ошарашенно глядя на то, как сильно трясется ее собственная рука. Вишня тоже это замечает и перехватывает ее ладонь, крепко сжимая в своей. Отставляет посуду обратно на прикроватную тумбочку и укладывается рядом с Сарой, приобнимая и прижимая ее тело к себе.       — Ну что ты, маленькая. Это был всего лишь сон. Очередной кошмар. Что-то часто они стали тебе сниться. Уже пятую ночь подряд. — Он заботливо убрал взъерошенные волосы с ее лица и оставил нежный поцелуй на лбу. — Расскажи мне, что тебе приснилось, и тогда этот сон перестанет тебя преследовать.       Она крепко к нему прижимается, лицом утыкаясь в шею и вдыхая такой любимый и родной пряный запах его парфюма. Он здесь, он рядом, живой и невредимый. Осознание этого живительной силой разливается по ее телу, успокаивая и приводя в чувство. Она заводит руку в его шевелюру и с наслаждением пропускает мягкие кудряшки сквозь пальцы, полностью расслабляясь в его объятиях. Его рука медленно гладит ее плечо, а вторая покоится на талии, слегка сжимая, словно бы боясь, что в любой момент она может ускользнуть от него.       — Неужели тебе приснилось, что я умер? — шутливым тоном спросил он, как обычно переводя все в шутку и тем самым разряжая напряженную обстановку, но тут же стал серьезным, почувствовав, как все тело О’Нил моментально напряглось, а дыхание и вовсе словно прекратилось. Он заглянул в ее глаза и с удивлением разглядел в них вновь проскользнувшие страх и тревогу. — Да ладно, правда что ли?       — Да. — Сара приподнялась и потянулась ко все еще полному стакану с водой. Поняв ее желание, Ви протянул руку и подал его ей. Он выжидательно смотрел, как девушка стремительно осушает всю жидкость залпом и, судя по всему, собирается с духом, чтобы поведать ему о своем кошмаре. Закончив с водой, Сара продолжила, естественно, опуская некоторые детали: — Мне приснилось, что тебя, Аарона и Майкла убили в какой-то разборке.       — Принцесса, — протянул он, выждав театральную полуминутную паузу для эффекта и ласково улыбнувшись, — мне, конечно, ужасно льстит, что ты так переживаешь за меня и друзей, но в то же время сильно оскорбляет, что ты искренне считаешь, что нас так легко можно замочить во время какой-то потасовки. Ты себе даже не представляешь, в каких заварушках мы с Аароном успели побывать за свою не очень долгую, но крайне насыщенную жизнь. Мы ведь стояли у истоков банды и прошли с ним через огонь и воду. Да и Майкл тоже не так прост, уже не раз отлично показал себя в деле. Поэтому прекращай эти беспочвенные переживания и запомни: Дракона не так просто убить. — На последнем слове он игриво подмигнул и оставил на губах девушки нежный поцелуй, постепенно становившийся более настойчивым и распаляющим желание обоих, превращающийся в страстную прелюдию, которая в итоге завершилась не менее страстным сексом.              Стоя под горячими струями воды в душе, она снова и снова мыслями возвращается к беспокоившему ее на протяжении последних дней сну. Ее страх не такой уж и безосновательный, как считает ее любимый. У нее есть причины волноваться за него и остальных Драконов, о которых поведать ему или кому-либо еще она не может.       Переговоры Драконов с синдикатом закончились оглушительным успехом для первых. Так сказал сам Аарон, человек, привыкший скорее преуменьшать, нежели что-то преувеличивать, а потому она охотно поверила его словам. В тот самый вечер они пришли к первоначальному согласию с главами синдиката и каждый последующий из вечеров проходил за переговорами относительно их нового статуса членов синдиката, дальнейших действий и сулящими их положением выгодах. У руля этого глобального преступного образования оказались люди предприимчивые и не лишенные здравого рассудка, а потому они быстро смекнули, что убирать Драконов со своего пути невыгодно: слишком долго придется вновь налаживать действующий донельзя идеально механизм их оборота оружием. Ведь проще договориться и взять готовый работающий сегмент этого бизнеса под свое крыло, чем все разрушить и на развалинах пытаться отстроить то же самое.       Но Сару интересовало вовсе не это. Нет, конечно, она была безумно рада, что над Драконами больше не висит угроза истребления и поглощения. Тот факт, что руководители синдиката безоговорочно приняли их банду к себе и собираются сделать их полноценными членами этого замкнутого преступного мира. Именно последний аспект и представлял для нее настоящую ценность и дар свыше. Ведь именно благодаря этому теперь Драконы становились по-простому сказать «своими» и трогать их другим группировкам, входящим в синдикат, строго запрещалось. В случае нарушения этого правила такое поведение будет расценено как недопустимое и будет судиться по их собственным законам. Нетрудно догадаться, каким именно. Смерть, смерть и еще раз смерть. В их кругах по-другому, видимо, не умеют.       И это то немногое, что греет душу О’Нил и не дает ей окончательно впасть в отчаяние. Утром после бала она не находила себе места. Решение остаться и жить дальше, невзирая на нарастающее волнение и приближающиеся события оказалось крайне неудачным. Хотя не так. Абсолютно бредовым и невыполнимым. И она хотела все рассказать любимому. Уже практически решилась, когда он рассказал ей, как прошел их вечер и насколько радужные у них теперь перспективы. Она не успокоилась, пока не выпытала из него абсолютно всю информацию, получив, наконец, заветную надежду на счастливый финал всей этой истории.       Вот только было одно но. Официально статус членов синдиката они получат только после проведения определенных операций, а пока что за ними закрепляется положение вступающих в синдикат. Тоже вполне себе неплохо, но все же разница есть. Никто не посмеет тронуть будущих партнеров, но все же если решится на этакую глупость, то кара за такое вероломное неподчинение будет значительно мягче.       И вновь в голове Сары эхом проносятся слова Джона. Он слишком увлечен в своем желании убрать Драконов. Ослушается ли он глав синдиката? Едва ли, ведь так он рискует своим положением. Но что-то подсказывает Саре, что просто так этот псих не отступит. Хотя, что он может сделать им? Сорвать поставку? Ограбить склад? Тогда она ненавязчиво подскажет Драконам, кто это сделал и они смогут разобраться с ним раз и навсегда. Да, этот план ее более чем устраивает. А Вишню, Аарона и Майкла она туда не пустит в тот день. Придумает что-нибудь, упадет в обморок, подожжет сарай, запрет их в чулане — что угодно, но Холл им не навредит.       И брата ее он не тронет. В том, что события приняли такой поворот и синдикат оказался заинтересован в Драконах, нет ее вины. Также как и в том, что на складе не будет главных Драконов. Она говорила ему, что не знает этой информации и он охотно ей поверил.       Она продолжает ежедневно звонить Чаку и узнавать о его делах. Он вернулся в студенческий городок и продолжает учебу как ни в чем не бывало, хотя поначалу настойчиво хотел обратиться в полицию. Она несколько раз подолгу убеждала его этого не делать и в итоге парень все-таки сдался. Не потому, что был согласен с ней, а потому, что по голосу сестры чувствовал, что таким образом может навредить ей, а не помочь.       Дверь в душевую кабину неожиданно отъехала в сторону, пропуская в затуманенное паром пространство черную кучерявую голову. От неожиданности Сара вздрогнула, выходя из состояния задумчивости.       — Принцесса, твои длительные водные процедуры это немое приглашение присоединиться? — Ехидные нотки в голосе мужчины неизменно вызывают у О’Нил улыбку и легкий смех.       — Вот еще, размечтался. Закрой дверь, мне холодно. — Она легонько надавила ему на лоб, выталкивая его любопытную часть тела за пределы ее водно-туманного царства.       — Неа, тебя долго не было и мне стало скучно. Я уже завтрак даже приготовил. Так что либо ты выходишь ко мне, либо я сейчас залезу к тебе. И, кстати, для меня предпочтительнее второй вариант.       — Я выйду через пять минут. Дай мне домыться.       Она продолжила настойчиво выталкивать голову Вишни из дверного проема, и к ее удивлению он без возражений поддался ее напору и отступил. Подозрительно слишком быстро. И чутье ее не подвело. Спустя минуту дверь вновь распахнулась, впуская внутрь кабины абсолютно голого мужчину.       — Вишня, ты что делаешь? — попыталась возразить она, но в глазах блондинки уже вовсю отбивали чечетку похотливые чертята. Взгляд быстро скользнул по подтянутому торсу вниз и зацепился за уже начавший подниматься вверх член. Она нервно закусила нижнюю губу и с трудом подняла помутневшие от похоти глаза к его лицу, где ее уже ожидала самодовольная улыбка.       — Как что, ты ведь хотела домыться. Я пришел тебе помочь.       Он взял ее за талию и развернул спиной к себе, крепко прижимаясь к ней и упираясь разгоряченным органом ей в поясницу. Руки мужчины ласково огладили животик, медленно поднимаясь вверх и несильно сжимая упругую грудь ладонями. Он нагнулся головой к ее ушку и, холодя кожу дыханием, томно прошептал:       — Могу спинку тебе потереть.       Его правая рука потянулась к мочалке, левая взяла с полочки гель для душа. Он медленно, чертовски медленно выдавил тягучую жидкость на поролончатую поверхность, высоко держа руку с бутылочкой, позволяя гелю неспешно стекать каплями. Обычное действие, но до безумия возбуждающее сейчас, о чем Ви несомненно осведомлен и потому целенаправленно проделывает все это прямо у нее перед глазами. Желание щекочущим ощущением разливается по низу живота, заставляя Сару крепко свести ноги вместе. Ее напряжение не остается не замеченным мужчиной, что отражается на его лице довольной ухмылкой. Как мало им обоим нужно, чтобы заводить друг друга с пол-оборота. Но он не собирается так просто сдаваться. Он намерен еще чуток ее помучить.       Плавными движениями верх-низ он проходится мочалкой по спинке девушки, что так охотно и податливо прогибается под его прикосновениями, оттопыривая попку и маняще потираясь ей о его возбужденный пах. Вступила в игру, чертовка. Что ж, посмотрим, кого из них на дольше хватит. Он переводит руки вперед, круговыми движениями очерчивая грудь, сквозь пальцы пропуская вздыбленные соски, оставляя за собой неровные белые следы мыльной пены. Опускается ниже, вдоль живота, приближаясь к уже полыхающему от возбуждения заветному треугольнику. Специально проходится вокруг него, не задевая разгоряченной плоти, и перемещает руки к ягодицам, чем вызывает стон недовольства у девушки. Он хмыкает; первая трещина в ее броне. Оглаживает бедра, спуская по икрам к самым ступням. И это движение настолько для нее интимное, что она готова сейчас же наброситься на него с чувственным поцелуем, но из последних сил сдерживает себя; хочет посмотреть, насколько хватит его.       Оставляя мочалку на полу душевой кабины, Вишня вновь поднимается во весь рост, оказываясь со спины девушки, и сладко целует ее в открытую область шеи. Сара откидывает голову ему на плечо и проваливается в неге блаженства. Ловкие пальцы брюнета проворно подбираются к заветному бугорку и круговыми движениями начинают его массировать, срывая с губ блондинки первый сладостный стон. Она полностью растворяется в его руках, теряясь в пространстве и времени, целиком отдаваясь этому мужчине.       — Скажи мне, чего ты хочешь сейчас, — шепчет он ей, в то время как движения руки становятся быстрее, а дыхание девушки отрывистей.       Сара не произносит ни слова, только лишь тихо стонет и плавится в его руках. Он видит, что она уже на грани, и резко все прекращает, выводя ее из состояния приятного забытья и возвращая в суровую реальность. Недовольно фыркнув, она разворачивается к нему лицом.       — Ты невыносим. — И крепко целует его, беря в ладонь его стоящий колом член и делая поступательные движения, наглядно показывая ему, чего она хочет. Но она слишком хорошо его знает и понимает, что этого ему будет недостаточно. Он должен услышать от нее это. — Я хочу тебя, Ви. Безумно. Возьми меня.       И этих несколько слов, произнесенных ею, достаточно, чтобы у него снесло крышу, замутнился рассудок и животное желание обладать ее взяло вверх. Подхватив ее под бедра, он подбросил тело девушки, позволяя ей обхватить его торс ногами. Сильно, с треском, сильнее, чем хотелось бы, он припечатал ее спиной к стене, отчего блондинка недовольно зашипела, но этот звук быстро потонул в громком вскрике наслаждения, когда он, не церемонясь, вошел в ее податливое тело до упора, подрагивая внутри, и с рыком выдохнул ей прямо в губы. Сначала медленные, мучительно медленные движения. Чувство наполненности сменяется опустошением, чтобы вновь смениться до безумия приятным теплом. Затем постепенное ускорение, учащение дыхания, проступившие капельки пота на теле, мгновенно смываемые теплыми струями воды. Звонкие шлепки и сладкие стоны заполнили собой все помещение, мелодично сливаясь с постукиванием потоков воды, льющихся на разгоряченные тела. Она крепко держит его за шею, пальчиками зарываясь в непослушные прядки и в забытье оттягивая их. Он быстро дышит ей в шею, то нежно целуя, то покусывая тонкую кожу. Чувствует, как она сжимается внутри, приближаясь к разрядке. Поднимает голову вверх, встречаясь с затуманенными синими омутами. Кайф, настоящий, чистый, без примесей и послевкусия. Она его наркотик и он никогда ей не насытится, также как и она им. Целует, пылко, страстно, на грани безумия и чувствует, как огненная волна блаженства накрывает его с головой в тот самый момент, когда она содрогается всем телом, вскрикивая ему прямо в губы и расслабляясь. Он делает еще несколько рьяных толчков и выскальзывает из нее, кончая с ее именем на его губах. Переводит дыхание и заглядывает ей в глаза, счастливо улыбаясь.       — Не собираешься возвращать меня на землю? — спрашивается она, теребя ножками в воздухе.       — Нет. Не хочу отпускать тебя от себя ни на миг, — сладко шепчет он, целуя ее в губы. Она отвечает на его поцелуй, проходясь ладошкой по щеке и ласково одергивая мочку уха.       — Но я есть хочу. — Она обиженно надула губки.       — Какая же ты ненасытная. — Он вновь прильнул губами к ее шее, покрывая ее жаркими поцелуями, вызывая у девушки смех.       — Дурак, я говорю о еде. — Заливистый смех разносится по ванной комнате, пока Вишня пальцами щекочет талию девушки, при этом продолжая осыпать ее шею поцелуями.       С явным нежеланием он все-таки выпустил девушку из оков своих сильных рук, и они с горем пополам закончили принимать душ, постоянно подкалывая и мешая друг другу, кидаясь мочалкой и раз за разом пачкая мыльной пеной уже чистую кожу.       Когда они, наконец, пришли на кухню, завтрак уже безнадежно остыл и пришлось греть его заново. Пока Ви вновь занимался любимой готовкой, Сара пошла приводить себя в порядок и собираться на работу. Как никак, невзирая на все обстоятельства, у нее есть работа и определенные обязанности.       Вернувшись на кухню, она, довольно прикрыв глаза, повела носом и жадно облизнула губы. Мало того, что ей достался самый заботливый, веселый, умный и конечно же, красивый мужчина, он еще и потрясающе готовит. Так не бывает. Наверное, она все-таки умерла и он ее маленький личный рай. Но если это так, то она не против.       — Ви, пахнет безумно вкусно. Что ты там такое приготовил?       — Это всего лишь шакшука. Ничего особенного, но очень вкусно.       Перед девушкой материализовалась широкая тарелка, от края до края покрытая вроде как яичницей в томатно-овощном соусе.       — Шакчто? — переспросила она, не отрывая взгляда от необычного для нее блюда и беря на кончик вилки причудливый соус.       — Шакшука, — он поставил рядом еще одну тарелку, но побольше, две кружки с кофе и сам устроился на соседнем стуле, — это арабское блюдо из яиц, овощей, чили перца и множества специй и зелени. Типо нашей яичницы, но на восточный лад.       — И откуда у тебя такие познания в восточной кухне? — Она с опаской посмотрела на Ви, ожидая, когда он первым съест кусочек. Ей конечно нравились кухни мира и она не прочь попробовать что-то новое, но восточная кухня почему-то не вызывала у нее доверия.       — Знакомый из Туниса научил. Араб. Я как-то помог ему, когда был в Лос-Анджелесе и он в благодарность пригласил меня к себе на родину. Так началось мое знакомство с восточной культурой.       Он увидел ее замешательство и нерешительность и погрузил огромный кусочек блюда себе в рот.       — Ого. Значит, ты успел попутешествовать?       — Ага, — он отпил из чашки, — так, хватит болтать, давай ешь. Третий раз разогревать не буду. И так уже не настолько вкусно, как было сразу после приготовления. У тебя еще будет уйма времени на этих выходных, что спросить меня обо всем на свете.       Она закусила губу, но все же отправила в рот вилку с соусом. Ее глаза мгновенно округлились, а щеки ритмично заработали.       — Ви, это безумно вкусно. Вот как ты это делаешь? — Она начала быстро уплетать содержимое тарелки, вызывая у мужчины тщательно скрываемую довольную улыбку.       — Руками, солнышко, и с любовью, — самодовольно произнес он, посмеиваясь. Вишня уверен — лучше готовки у него получаются только две вещи: стрелять и заниматься сексом, причем эти два умения у него стоят на одном уровне. И никто не спорил с этим.       — Ниче-ниче, смейся, пока можешь. Я как-нибудь приготовлю тебе мою фирменную лазанью и посмотрим, кто из нас круче, — обиженно произнесла она, доедая последний кусочек и сдерживая себя, чтобы не начать вылизывать тарелку.       — О, ты бросаешь мне вызов? — В его глазах блеснул озорной огонек. — А что, мне нравится. Устроим кулинарный поединок. И позовем кого-нибудь в качестве не предвзятого судьи, например Стеф. Она жесткая, но справедливая, и не упустит шанса пройтись по кому-нибудь танком заслуженной критики.       — Ого, как разошелся. Я вообще-то просто предложила покормить тебя. — Она поспешно встала из-за стола, собирая грязную посуду и складывая ее в раковину. Ну вот кто ее за язык тянул? Готовит она неплохо, можно сказать даже хорошо, но просто и до изысков кулинарного мастерства вишневого ей явно далеко.       — Просто признайся, что ты струсила соревноваться с таким профи, как я. — Подойдя к ней, он сложил руки на груди и в упор уставился на нее, лишая всякого шанса уйти от ответа.       — Ви, отстань. Я на работу опаздываю. — Она легонько оттолкнула его со своего пути и хотела пройти мимо, уходя от набирающего опасные для нее оборота разговора, но он притянул ее за руку к себе, подхватил за талию и усадил на кухонную тумбу, облокотившись руками по бокам ее бедер, тем самым отрезая возможные пути для отступления.       — Мне все равно умеешь ты готовить или нет. В конце концов, я могу тебя многому научить, если захочешь. — Его ладонь скользнула по бедру вверх, задевая край юбки, и он шёпотом добавил: — И это касается не только готовки.       Его взгляд не оставлял сомнений; мысленно он уже отымел ее прямо на этой тумбе. Возможно не один раз и не в одной позе. Щечки Сары мгновенно залила краска, и она потупила взгляд в сторону. Взрослая девушка, такие вещи с ним вытворяет в постели, но стоит ему застать ее врасплох, и она смущается как самая невинная в мире школьница.       — Я...я....я умею готовить, — последние слова буквально вылетают из ее рта и она судорожно одергивает задранную до предела вверх юбку, — просто делаю это не так хорошо, как ты.       — А что насчет всего остального? Мое предложение об обучении остается в силе. Можем начать прямо сейчас. — Он призывно водит бровями и рывком притягивает ее ближе к себе, опаляя губы девушки своим дыханием. Глаза Сары округляются, и она неловко старается выиграть себе хотя бы пару миллиметров расстояния, чтобы окончательно не потерять оставшиеся крохи самообладания. Она бессознательно закусывает нижнюю губу, а глаза прикрывает в немом удовольствии. Сопротивляться этому вишневому искусителю нет ни желания, ни сил, но каким-то неведомым усилием она все же отстраняется от него буквально на пару сантиметров и тихо, но уверенно произносит:       — Мне правда уже пора на работу, Ви.       — Неа, — он ласково чмокает ее в нос, — у тебя сегодня и на все выходные мини отпуск. Я уже предупредил Аарона. А еще тебе нужно собраться в течение получаса, потому что нам уже пора выезжать, если хотим успеть приехать на место до полуночи. Так что поторапливайся, красота моя, — Вновь легкий поцелуй в нос и он одним движением снял девушку с тумбы и опустил на пол, развернув в сторону выхода из комнаты, и хлопком по заднице подтолкнул ее в нужном направлении.       Однако уходить и молча выполнять то, что он ей сказал, О’Нил конечно же не собиралась. Застыв на месте, она развернулась лицом к мужчине, сложив руки на груди и вперившись в него недоумевающим взглядом, требуя пояснений.       — Не смотри на меня так. Это сюрприз. — Он отзеркалил ее позу, давая понять, что никаких объяснений давать не будет. — Детка, просто сделай, как я прошу. Поверь, тебе понравится то, что я приготовил.       Девушка не двигалась с места. Эта их обоюдная упёртость когда-нибудь сыграет с ними злую шутку. Закатив глаза, он подхватил Сару и перекинул через плечо, относя в спальню.       — Если ты не соберешься, то ближайшие три дня будешь ходить в этой одежде. У тебя есть двадцать минут.       Он поставил девушку посреди комнаты, достал из шкафа ее чемодан и молча удалился, жестом указав на часы.       Так до конца и не понимая, что же все-таки происходит, она начала собирать вещи. Черт возьми, а что именно ей собирать? Теплую одежду для похода в горы или купальник для плавания в бассейне? Хоть бы намекнул немного. Быстро покидав в чемодан и то и другое, и еще кучу всего, она выкатила заметно отяжелевшую ношу в коридор, где ее уже ждал отчего-то веселый и преисполненный энтузиазма Вишня.       Подняв ее чемодан, он комично скривился, скептически оглядывая девушку.       — Ты решила взять с собой…все?       — Сам виноват. Не говоришь, куда мы едем, вот и мучайся. Я не знала, что брать и поэтому да, я взяла все, — довольно произнесла она, в мыслях ехидно потирая ладошки.       Мужчина ничего не ответил, лишь хмыкнул и ухмыльнулся, выходя из квартиры. Если это была такая ее попытка заставить его рассказать о своих планах, то у нее ничего не вышло.       Дорога была долгой. Очень долгой. Выехав в середине дня, они действительно добрались до места назначения почти к полуночи. По пути успели обсудить все, начиная от причин и последствий распада группы LedZeppelin, и заканчивая неудовлетворительным качеством местных дорог, из-за которого пришлось ехать в объезд и потерять ни больше ни меньше еще один час драгоценного времени. Зато по пути Вишня остановился у одного маленького, но очень уютненького придорожного кафе, где готовят по-настоящему потрясающе вкусные бургеры и, к большому удивлению О’Нил, просто умопомрачительные молочные коктейли. Она реально не поверила, когда этот взрослый мужчина в кожанке напротив нее на полном серьезе заказал им два самых больших фирменных клубничных коктейля. А когда их принесли и Ви, не раздумывая, с поистине детской радостью набросился на свой напиток, в удовольствии и с широчайшей улыбкой растягивая губы и блаженно прикрывая глаза, у нее и вовсе челюсть отвалилась и укатилась куда-то под стол. Удивленно выпучив глаза, она с интересом наблюдала эту картину, в сотый, нет, наверное, уже в тысячный раз поражаясь его способности за секунду превращаться в маленького ребенка и радоваться мелочам. Это именно то, чего обычно так не хватает взрослым серьезным людям, в том числе и ей самой.       Дальше были перебрасывания картошкой фри, украденные куски бургеров друг у друга и спор не на жизнь, а на смерть, у кого все-таки коктейль вкуснее. Плотно перекусив, они снова отправились в дорогу, и Сара не заметила, как уснула, грея ножки о печку и слушая мелодичный блюз, ненавязчиво льющийся по салону.       Разбудил ее хлопок соседней двери. Сонно потянувшись на сиденье, она осмотрелась вокруг и перед ее глазами предстала картина из лучших романтических фильмов. Небольшой красивый дом из деревянных брусьев и каменной кладки, черепичная крыша буквой Л, как в лучших традициях уютных загородных домиков, большие панорамные окна, аккуратная веранда для ранних завтраков с видом на восходящее солнце и подсвеченная подъездная дорожка, придающая всему этому великолепию поистине сказочный вид.       Сара спешно выбирается из теплого салона автомобиля и делает глубокий вдох, наполняя легкие прохладным чистым лесным воздухом, выдыхая легкое облачко пара. Вокруг сплошной полосой простилается густой лес. Он кажется бескрайним, а этот маленький оазис, на котором разместилось их временное пристанище, словно создан для уединения и умиротворения. Вокруг ни души, лишь шорох деревьев и легкий шум воды, где-то недалеко разбивающейся о мягкий берег.       Заботливые руки нежно обнимают девушку за талию и притягивают к себе, окутывая теплом, и она чувствует приятное щекотание от дыхания на макушке.       — Ну как, нравится?       — Это великолепно, — с придыханием отвечает О’Нил, не в силах отвернуться от созерцания окружающей их природной красоты. — У меня даже дух перехватило. Ви, спасибо. — Она поворачивается к стоящему сзади мужчине и оставляет на его губах нежный, полный благодарности поцелуй.       — Это ты еще самое главное в этом месте не видела. — Вопросительный взгляд О’Нил. — Пойдем. –Он хватает девушку за руку и утягивает в сторону дома, но не заводит внутрь, а уводит куда-то в сторону.       Перед глазами Сары мельтешат деревья и кусты, а вдалеке виднеются только горы, освещаемые полной луной. Они идут в течение нескольких минут, пробираясь по маленькой, слегка заросшей тропинке. Выйдя, конец, из плотных растительных зарослей, блондинка резко останавливается на месте, в удивлении приоткрывая рот и невольно выпуская ладонь мужчины из своей. Перед расширившимися синими глазами предстал действительно фантастический вид: водная гладь бескрайнего озера, на поверхности которого, словно в зеркале, отражается ночное звездное небо с множеством сверкающих звезд и лунной дорожкой, протянувшейся далеко вдоль. С подъездной дорожки его не видно, но теперь Сара понимает, что это был за шум воды, который она слышала, выйдя из машины. Красиво, непередаваемо красиво и так спокойно и хорошо на душе, что хочется прирасти к этому месту и никогда больше не покидать его.       Восхищенный взгляд встречается с сияющими счастьем голубыми льдами. Им не нужно слов, чтобы понять друг друга в этот момент. Она в восторге от его сюрприза, хотя это еще далеко не все, что он приготовил для нее на эти выходные, а он просто счастлив, что смог подарить ей эти эмоции и отвлечь от всех переживаний и стрессов, что в последнее время слишком сильно отразились на ее внутреннем самочувствии. Вишня подходит к девушке вплотную, берет ее ладошки в свои и заискивающе смотрит в глаза, ожидая услышать ее восторг. На ее лице проскальзывает непонятная ему эмоция, а губы растягиваются в хитрой улыбке.       — Добей меня, — довольно произносит она, полностью сбивая его с толку, — скажи, что мы здесь совершенно одни и на ближайшие десять миль вокруг нет ни единой души.       Непонимание сменяется удовлетворением, и он крепче прижимает Сару к себе, ласково поглаживая волосы рукой.       — Почти так и есть. Здесь мы совершенно одни, а ближайшая деревня в шести с половиной миль отсюда. Но нас точно никто не потревожит. Это заповедная зона, а озеро является местным водохранилищем, так что проход сюда запрещен.       — Но мы же здесь. — О’Нил бросила на Вишню скептический взгляд. — И этот дом явно не смахивает на жилище местного лесничего.       — А ты смышленая и любопытная. — Он игриво щелкнул ее по носу. — Если завтра тебя все еще будут интересовать ответы на эти вопросы, я на них отвечу. Но сейчас я очень, очень сильно, нестерпимо, до умопомрачения хочу… — Он наклонился максимально близко к ее губам, крепко прижал ее тело к своему, властно сжимая ягодицы в ладонях. И в тот самый момент, когда блондинка подалась к нему вперед, приоткрывая губки для сладкого поцелуя под луной, он выдохнул ей в них: — Спать.       Она распахивает глаза и встречается с откровенно потешавшимся над ней мужчиной, который заливается низким смехом.       — Смешно тебе, да? — недовольно произносит она, высвобождаясь из его объятий.       — Прости, но я так люблю твое выражение лица в такие моменты. — Продолжает смеяться он, за что немедленно получается легкий удар женским кулачком в плечо. — Ауч, — потирает он место удара, — но это того стоило.       — Посмотрим, кто будет смеяться завтра, — деловито произносит Сара, бросая на него дьявольски коварный взгляд, не сулящий для мужчины ничего хорошего, отчего он перестает смеяться и принимает серьезный вид.       — Принцесса, что ты задумала?       — Ну, не знаю, — задумчиво произносит она, — на природе меня постоянно тянет в сон, и я моментально вырубаюсь, стоит мне коснуться головой подушки. Так что особо ни на что не рассчитывай.       Он смотрит на нее недоверчиво и кривит губы.       — Не смешно.       — Думаешь?       — Уверен. — Он снова притягивает ее к себе. — И вообще-то я полдня провел за рулем, пока кое-кто дрых на соседнем сидении. — Он целует ее в висок, вдыхая сладкий запах светлых волос, и томно добавляет: — Я помогу тебе побороть тягу твоего организма ко сну. Есть у меня пара приемов для этого.       И, подхватив смеющуюся девушку на руки, уносит ее в сторону дома.       Утро встретило Вишню запахом свежего кофе и ароматных блинчиков — маленький жест ее благодарности за его постоянную заботу о ней.       Большую часть дня они провели, гуляя по окрестностям и наслаждаясь нетронутой красотой здешней природы, а вечером устроили ужин в походном стиле с костром, жаренным на огне мясом и бутылочкой красного вина, уютно разместившись на веранде. Вечерний воздух, треск сухих поленьев в огне, один плед на двоих и полная луна, ярко освещающая звездный небосвод. Рай для двоих. Вино приятно расслабляет тело и позволяет мыслям унестись далеко за горизонт, оставляя лишь легкость и чувство свободы в голове.       Взгляд Сары приковывается к новому предмету, неожиданно появившемуся в руках Вишни.       — Будешь петь мне серенады?       — Удивлена? — Лукавый взгляд и обворожительная улыбка. Удивлена ли она? И да, и нет. За прошедший месяц она успела понять, что этот мужчина целый кладезь талантов и неожиданностей, и он действительно не перестает ее удивлять. Такой несерьезный на первый взгляд, но очень глубокий внутри. Просто раскрывается он не перед всеми, и чтобы узнать его настоящего, нужно заслужить особое место в его на самом деле очень большом и добром сердце.       — Не без этого.       — Ты ведь знаешь, как я люблю классический рок. Это меня и сподвигло в детстве взять гитару в руки.       — А кто тебя учил играть?       — Дедушка.       На лице Вишни на несколько секунд проскользнула тень грусти, чего раньше никогда не случалось. Тему семьи они с Ви как-то не особо затрагивали в своих разговорах. У Сары были на то свои причины, видимо, как и у него. Но дедушка явно сыграл немаловажную роль в его жизни, раз одно упоминание о нем вызывает у мужчины такие эмоции.       — Расскажи мне о нем, — произносит она, кладя руку поверх ее и заглядывая ему в глаза.       — О ком?       — О твоем дедушке.       Он ухмыляется, перебирая струны и настраивая инструмент. Несколько минут молчит, задумчиво подкручивая колки и проверяя звучание.       — Ты спрашивала, почему мы можем здесь находиться и чей это дом. Все еще хочешь знать?       Уходит от ответа на вопрос о своем дедушке? Значит, не готов еще поделиться с ней. Что ж, она не будет настаивать. Скрыв погрустневшую улыбку, она кивает головой и складывает ручки в замок, укладывая на них подбородок и приготавливаясь слушать явно интересную историю. Не совсем ту, на которую рассчитывала сейчас, но все равно очень интересующую ее.       — Эта территория не всегда была заповедной. В начале двадцатого века об этом месте вообще никто не знал. Властям тогда было пофиг на такие места, для них они не представляли никакой ценности. Были другие приоритеты в общем. Но для местных это озеро было бесценным богатством, потому что другого источника пресной воды на ближайшие двадцать миль попросту нет. В середине сороковых местные предприниматели решили построить вблизи этого места завод по переработке токсичных отходов. Типо далеко от больших населенных пунктов, а потому безвредно для людей. И да, маленькая деревушка рядом их не смущала. Но такой завод, как ты сама понимаешь, это большой урон местной природе. А сбрасывать отходы от своей деятельности завод должен был прямо в озеро. Для местных это было смерти подобно. Ну они и возмутились. Сначала пытались жаловаться властям, но там все было давно проплачено и поделено, так что официальный ответ был, что строительство и функционирование завода безопасны и волноваться не о чем. Тогда местные затеяли партизанскую войну со строителями. Короче строительство свернули еще на начальном этапе. Не выдержали такого сопротивления, которого от простых земледельцев никто не ожидал.Тогда эту территорию признали водоохранной, а после и заповедной, так как здесь обитает редкий вид оленей, занесенных в красную книгу. А в любой такой зоне есть свой сторож, который следит за порядком. Поэтому был построен этот дом. — Взгляд девушки скептически прошелся по явно современному сооружению. Мужчина улыбнулся. — Конечно, не в таком виде. Я его перестроил пару лет назад. По документам здесь находится одноэтажный домик с двумя спальнями, кухней и залом и без водопровода. Мы с Аароном пока занимаемся этим вопросом, но теперь, с учетом наших новых связей, я думаю, мне, наконец, удастся зарегистрировать его по всем правилам.       — Ты перестроил чей-то дом? — Как бы ни старалась Сара скрыть слишком удивленные нотки в своем голосе, у нее это не вышло.       — Не чей-то, а свой. Я получил его по наследству. Точнее мы с моим братом Итаном получили, но я отдал ему квартиру родителей в обмен на этот дом. Он смотрел на меня как на идиота в тот момент, и я его понимаю. Дом был старый, обветшалый, с документами все сложно. Но мне было важно его сохранить для себя. — И с улыбкой добавил: — Ну, и я над ним немного поколдовал, переделав под себя.       — Здесь жил твой дедушка. — Не вопрос, а констатация факта. Первоначальный дом был построен для местного лесничего, скорее всего им самим. Это было в сороковых-пятидесятых годах, а значит, его отец не походит по возрасту. Упоминание о дедушке вызывает у него сильные эмоции, значит, он дорог ему. И это место дорого ему. Все сходится.       — Я же говорил, что ты у меня смышленая. — Он ласково погладил ее по руке и переплел их пальцы. — Мой дед был одним из тех местных, что силой и хитростью выбивали свое право жить здесь в чистой среде, как до этого делали его предки. И это он остался следить за порядком в этом месте. Он сам построил дом и даже смог получить на него право собственности, но потом была добавлена оговорка о запрете какой-либо его перестройки. Мы с братом каждое лето приезжали сюда. Итану здесь не нравилось, он был слишком городским. А я здесь кайфовал. Мы постоянно что-то делали с дедом: ходили на рыбалку, охотились, пилили, рубили, стругали, строили, готовили. Он научил меня очень многому, гораздо больше, чем отец. Я безумно благодарен ему за все. И его уход из жизни стал самым болезненным испытанием для меня.       Сара придвинулась ближе и крепко обняла брюнета, смотрящего куда-то в сторону и явно борющегося с нахлынувшими воспоминаниями. Он ответил на объятия, прижимая девушку к себе и зарываясь лицом в ее шею.       — Спасибо, что рассказал, — шепчет она ему в ухо, нежно перебирая кудряшки пальцами. Именно в такие моменты и происходит настоящее обнажение человеческой души, а потому они по-настоящему бесценны и значат намного больше, чем все громкие слова и красивые поступки. Они показывают нас настоящих, показывают, что каждый имеет в своей жизни что-то важное и ценное, и показывают, насколько уязвимы мы в такие моменты.       Вишня отстраняется, но лишь на мгновение, и пылко целует девушку в губы, страстно, но как-то по-новому, с особенной глубиной и чувством. Что-то изменилось в этот миг между ними, словно они еще больше проникли друг в друга, незримо соединяясь не только телом, но и душами.       — Я люблю тебя, — с придыханием произносит он ей прямо в губы, не отстраняясь, не открывая глаз, глубоко дыша, и припадает лбом к ее лбу. Признание само срывается с его губ, но осознанно и совершенно без сожаления. Впервые в своей жизни он уверен в этом чувстве, он готов, он хочет говорить ей это, чтобы она знала, насколько сильно она ему дорога. Вишня, никогда не веривший в любовь, смеявшийся над этим чувством, считавший его чем-то из ряда фантастики и байками для маленьких наивных девочек, довольствовавшийся легкими необременительными отношениями, и также легко заканчивавший их, когда становилось скучно. Тот самый Вишня, влюбившийся с первого взгляда в странную, промокшую насквозь, незаслуженно накричавшую на него девушку, с трясущимися руками и невероятно синими глазами, со своей историей и своими страхами, не красотку с обложки журнала, но такую притягательную, навсегда засевшую ему в голову и, как говорят те самые наивные девочки, в сердце, в самую родную и любимую девушку, за которую он готов порвать любого, ради которой он поставит это мир на колени и бросит к ее ногам. Самому смешно, но это правда. И он признает это и в этот самый момент отдает свое сердце этой самой девушке.       Глаза Сары недвусмысленно начинают блестеть и еще больше сиять, отражая в себе оранжевое пламя их сегодняшнего очага. Они вместе не так долго, но она чувствовала и знала, что он ее любит. Но услышать это признание вслух — совершенно другое. Словно сопротивление подавлено и такой желанный и значимый противник сам пришел сдаваться в плен, но на самом-то деле они оба сложили оружие и полностью отдают себя друг другу во власть. Нет победителя и побежденного. Это обоюдная схватка с общим призом. И приз взят.       — Я тебя тоже, Ви. Я тебя очень сильно люблю.       Снова поцелуй, снова жаркий и несдержанный, крышесносящий, уносящий далеко от реальности, полностью растворяющий в себе. Вишня подхватывает Сару на руки, не размыкая губ, и заносит в дом, поднимаясь на второй этаж. Дверь в спальню распахивается, приветливо встречая влюбленных укромным полумраком. Спины девушки касается прохлада постельного белья, а кровать издает привычный полустон-полускрип, когда мужчина нависает над ней своим телом, перемещая губы с таких желанных и любимых пухлых губ девушки на ее шею и оставляя на ней неторопливые поцелуи, руками любовно оглаживая изгибы ее тела. Апогей нежности и желания, сдерживаемого лишь еще большим желанием продлить сладостный момент, а потому они не торопятся отдаться друг другу, наслаждаясь каждой частичкой, каждым миллиметром, каждым вздохом, взглядом, прикосновением. Кажется, сам воздух вокруг них меняется, становится более тяжелым и более осязаемым. Руки сами находят все необходимые застежки и пуговички, беспрепятственно освобождая разгоряченные тела от мешающей сейчас ткани одежды и открывая доступ к бархатной коже, поглаживая ее, сжимая, щипая, оттягивая в неистовой истоме чувств.       Движение вперед, и Сара ощущает, как чувство наполненности приятным теплом обволакивает низ живота, проходясь импульсами по всему телу. Медленный темп, постепенно набирающий обороты, сбитое дыхание, рваные стоны, заглушаемые нежными поцелуями, красные следы на ее шее от несдержанных поцелуев и ответные красные полосы на его спине, оставленные ею в момент пика наслаждения. Вспышка, и электрический разряд проносится по женскому телу, заставляя ее выгнуться в спине, прижимаясь к нему максимально близко, содрагаясь всем телом в его крепких руках, а после она обессиленно падает в объятия мягкой постели, ловя губами тихий стон любимого мужчины, чувствуя, как он содрогается в ней от разрядки и припадает головой к ее груди, любовно целуя вздыбленное полушарие и крепко прижимая ее к себе, не желая покидать любимое тело своей женщины.       Словно оголодавшие, они не могут насытиться друг другом, раз за разом даря себя друг другу. Сон настигает их глубоко за полночь, обессиливших, но абсолютно счастливых.       Сара просыпается от прикосновения холодного осеннего воздуха к оголенной коже спины, с которой по неизвестной причине уползло одело. Она догадывается об истоках этой причины, но с огорчением обнаруживает, что ошиблась. Соседняя часть кровати оказывается совершенно пустой и неприятно холодной, когда девушка, не открывая глаз, наощупь пытается найти сонного Вишню. Его нет. Нехотя открывает один глаз, удостоверяясь в отсутствии ягодного. Следующая мысль, забирающаяся в голову девушки, не заставляет себя долго ждать. Опять он ее опередил и проснулся первым, чтобы приготовить завтрак. А ведь это она собиралась баловать его завтраками в постель в этот уикенд.       Приняв душ и одевшись, девушка спустилась на первый этаж и, как и предполагала, обнаружила на столе приготовленный завтрак в виде омлета и тостов, маленький букетик из фиолетовых цветов, что они видели накануне близ озера, и записку. Улыбнувшись неожиданному презенту, она развернула лист бумаги, хватая с тарелки тост и забегала глазами по синим строчкам, но не успела откусить и кусочек, как поджаренный хлеб выпал из ее руки, а с лица мгновенно схлынула краска.       «Принцесса, прости, что не разбудил и не сказал лично. Ты так сладко спала, а вспоминая прошедшую ночь, решил, что тебе следует дать хорошенько отдохнуть. Мне позвонил Аарон и попросил приехать сегодня. Ему нужна помощь в сегодняшнем деле. Ребята должны были справиться сами, но в свете последних событий кое-что изменилось и нужно наше с ним участие. Это дико скучно и неинтересно, поэтому не буду вдаваться в подробности, просто знай, что я очень расстроен, что пришлось тебя покинуть, но я обещаю, что к завтрашнему утру уже вернусь, и мы продлим наш маленький отпуск на всю неделю. Мне слишком понравилось быть здесь с тобой. Люблю тебя. Не скучай без меня, я скоро».       Взгляд девушки устремляется на календарь, висящий на стене. 29 октября. Сегодня. Тот самый день. Это не может быть простым совпадением. Неужели поставка оружия, куда может заявиться Джон, и есть то самое дело, из-за которого он уехал? Нет, нет, нет. А даже если и так, их новые связи не позволят Джону напасть на Драконов. Но если он все-таки решится на это? И Вишня с Аароном будут там…       Сара резко срывается с места, взлетая по лестнице и в бегая в спальню. Достает из шкафа свой увесистый чемодан, вываливая все содержимое на пол и нервно перебирая вещи руками, пока не отыскивает маленькую черную сумочку, из которой тут же выпадает мобильный телефон, оставленный ей Холлом. Она взяла его с собой на всякий случай, даже не рассчитывая воспользоваться, ведь если бы Ви увидел его у нее, несомненно возникло бы множество вопросов, ответы на которые она дать не смогла бы. Но сейчас этот маленький девайс, чудо современной техники представлялся ей спасительным мостом, по которому она передаст предупреждение и тем самым предотвратит возможные фатальные последствия. И плевать на последствия, плевать на угрозы Джона, плевать на последующую после такого признания череду объяснений, косых взглядов, осуждений. Возможно, они даже выгонят ее из банды. Плевать.Если таким образом она спасет жизни дорогих ее сердцу людей, она готова пойти на все это и стойко выдержать все последствия. Только бы получилось…       Она дрожащими пальцами набирает номер телефона казино, но раздавшийся в трубке женский голос выбивает землю у нее из-под ног и она обессиленно падает на пол, отшвыривая в сторону такой умный и нужный, но оказавшийся абсолютно бесполезным аппарат.       «На вашем счете не достаточно средств. Для возобновления связи необходимо пополнить счет», — обычные слова, продиктованные самым доброжелательным тоном, на самом же деле являющиеся смертным приговором.       Мысли роем кружатся в голове, судорожно выискивая выход из этой тошнотворной ситуации. На вопрос «Что делать? приходит один единственный ответ: «Идти, бежать, плыть, ехать в Сентфор». Не важно, как и на чем, но она обязана добраться сегодня туда к полуночи. Они ехали сюда около шести часов, но им пришлось ехать в объезд из-за временно перекрытой основной дороги и сделать пару остановок. Если ей повезет и дорогу открыли, то она сможет сэкономить где-то час. До ближайшего населенного пункта около четырех часов ходьбы пешком. Если получится, нет, не так, она добьется, чтобы кто-нибудь из местных отвез ее в город. Будет давить на жалость, на алчность, на все, что угодно. Или пойдет ловить попутку. А если ей несказанно повезет и у кого-нибудь в деревне окажется телефон, на что она не особо надеется, то вообще будет прекрасно.       Взгляд на часы. Половина первого. К уже имеющемуся самобичеванию добавляется еще и укор совести за ее любовь к поздним пробуждениям. Столько времени упущено зря. Больше не задерживаясь ни на чем, она за считанные минуты одевается в удобную для долгой прогулки одежду, берет с собой лишь рюкзак с самым необходимым и покидает этот уютный гостеприимный дом, чтобы спасти его владельца от последствий ее собственных глупости и слабости.