Первая

Напряжение витающее в ставке командования можно было потрогать руками. Несколько сильных взволнованных магов предпочитающих разные школы, в замкнутом пространстве вызывали напряжение ощутимое даже для обычных людей. Новости и вправду были весьма неприятными, настолько, что даже у далекой от того к чему приводит скверна в крови Атиши пошли статическими зарядами волосы. Нормальная реакция сильного мага на волнение – а она была сильна, не достаточно опытна и умела, но сильна. Этого не отнять. А в ставке она такая не одна. И слава всем ушедшим богам, что предпочитаемые ими школы – разные. Приглушает последствия. И хорошо – трех сродственных выбросов ставка бы не выдержала. Сейчас же все было достаточно мирно. Только плясало пламя по коже и волосам Амелл, чьи эмоции и так яркие словно рассвет, сейчас почти обжигали. Атиша ее понимала. Как понимала и то, что Амелл связана обязательствами, да и проблема, пусть не была решена, но купирована и не требовала немедленного решения. За нее это уже сделал сидящий в соседнем от Амелл кресле – ее брат. Вот уж кто из них всех здесь собравшихся, казался совершенно спокойным, даже скучающим, обойдя по бесстрастности выражения лица Лелиану. Атиша бы поверила в эту бесстрастность, если бы не тонкая пленка измороси ползущей от его пальцев по подлокотникам кресла и ниже на ковер, заставляя его хрустеть. Какие все-таки разные. Огонь и лед. Этакое отражение друг друга в Тени. По вискам снова стукнуло, сдавило на секунду и отпустило под виноватую улыбку Мага Энтропии. Генерал Амелл представил его, как Максвелла Травелиана – мага, без которого до Убежища бы добралась в лучшем случае половина тех стражей, что шли под командованием Генерала Амелла. - Проблема решена, не идеально, но решена. И никаких оснований считать, что она не связана с разрывом в небе. Следовательно первоочередная задача – закрыть Брешь, потом, если подобное будет повторяться, придется проводить дальнейшее расследование причин. Но искренне надеюсь, что этого не будет. – Травелиан поморщился будто переживая вспышку головной боли и Атиша прониклась к нему огромным уважением. К этому человеческому магу. Он, такой хрупкий по меркам людей, почти эльфийского телосложения, с нее саму ростом – два дня без сна, отдыха, не прерываясь даже на глоток воды держал ментальные щиты над разумами более трехсот Серых Стражей. Нечто настолько невероятное. Особенно для человеческого мага. - Ладно. С насущными проблемами закончили. – Вздохнула леди Монтилье. Все же позволяя себе устало сжать переносицу. Среди них всех, она, однако, выглядела самой бодрой. Положение обязывало. - Леди Вестница, вы, спешно, по понятным причинам, покинули Вал Руайо, поэтому с оставшимися делами разбирались наши агенты. Легкий кивок в сторону невозмутимо стоящей Лелианы и та, сделав шаг вперед, легко приняла эстафету. - Со стрелой и запиской все просто – это приглашение для Вестницы, на встречу с Друзьями Рыжей Дженни. - И в чем подвох? Лелиана усмехнулась, внимательно вгляделась в нее, оценив общее состояние и сделав какие-то свои выводы, но не обозначив их результаты – продолжила. - Это не совсем организация и даже не банда. Просто… те кто не на виду, но сами видят очень многое. Полезное знакомство, если… будет того стоить. - Интересно. Те кого не замечают, это выгодно, но вы правы Лелиана, того может не стоить. Посмотрим по ситуации, в конце концов, это просто встреча. - И ни к чему не обязывает Инквизицию. Мои агенты ответят положительно, Леди Вестница. – Подтвердила решение Лелиана, сделав какую-то пометку на карте стола. - Так же в столице с нами связался представитель Круга Магов и передал приглашение от Мадам де Фер. – Жозефина передала ей письмо. - Это… важно? - Да. – Кивнула Жозефина. – Мадам весьма влиятельная особа. В самых разных кругах. Получить ее расположение, значит получить расположение и поддержку многих политических деятелей. И, что на данный момент важнее, лояльность оставшихся Кругов. Вроде Оствикского. – Глаза Леди Монтилье горели, как у гончей почуявшей след желанной добычи. Жозефина нравилась Атише больше всех остальных вместе взятых, но иногда и пугала настолько же сильно. - Хорошо. Тогда это первоочередно. Жозефина довольно сощурилась. - Вы кое что забыли. – Тихий голос Солоны Амелл прозвучал неожиданно веско. Весче, чем Атише приходилось слышать даже от собственной наставницы. – Еще одно приглашение. - Да, конечно, леди Командор. Так же к агентам Инквизиции, почти сразу как Вестница покинула площадь, подошли посланники магов, что поселились в Замке Редклифф. Великая Чародейка Фиона, некогда приносившая мне присягу, просит о встрече и предлагает помощь в закрытии бреши. – Проговорила Амелл. – Ее слова – мои слова. - Маги предлагают нам помощь? Сами? – Атиша была удивлена и даже обрадована. Это бы решило многие проблемы. Хотя бы в плане силы. - Нет. – Внезапно резко вскочила Кассандра. – Это опасно. Слишком много силы. Да и что же попросят маги за свою помощь? Мне кажется слишком многого. - И что тогда вы предлагаете, леди Искательница? – Голос Амелл заледенел, внезапно показав насколько они с братом все же похожи. – Обратиться к Храмовничьему ордену, что отказался от Инквизиции не далее чем трое суток назад. Уже, отказав нам в помощи, ради собственных амбиций. - Все не настолько… - Вы говорите это мне, Искательница? Я прекрасно знаю, что представляет собой этот конфликт, и вы, сколько бы не притворялись, обманывая себя, знаете это тоже. Маги не просят ничего сверхъестественного. Это нормально желать, чтобы в тебе видели человека. Не животное, не монстра не куклу, как это происходит во многих Кругах, кроме разве что Оствикского из которого и происходит, между прочим так уважаемая всеми вами Вивьен де Фер. Так что нет ничего плохого в том, что они ищут к этому пути. Между прочим более мирные, чем те маги, что бегают по полям убивая без разбора ни в чем не уступая слетевшим с катушек лириумным наркоманам, в которых в погоне за силой превратилось большинство Храмовников, и цепляющихся за свое такое гордое звание Воинов Андрасте, Архидемона им в душу! От ее злых, но столь правдивых в своей злости слов Кассандра уже приготовившаяся к долгому спору, отстаивая честь родного ордена, как то потухла, отвела взгляд. Крыть было нечем. Амелл не обеляла магов, нет, но говорила о том что заставляло истинных Воинов Андрасте испытывать стыд. За собственное попустительское бездействие. - Солона. – Генерал Каллен положил ладонь на плечо супруги. – Хватит. Ты устала. - Да. Еще и эти новости. Орлейский орден молчит на все послания, Логейн тоже не отвечает. В связи с последними событиями – это пугает. Но… я все еще на правах союзника, прошу Инквизицию обдумать просьбу и предложение Великой Чародейки Фионы. Нам нужна сила. Нам нужны маги. Без силы не закрыть брешь, а я… мы… Маги Стражей, мы слишком близки к Тени, наша сила скорее укрепит разрыв. Внезапно лицо ее исказила гримаса боли. Героиня Ферелдена покачнулась, тут же утонув в руках подхватившего ее супруга. Генерал Каллен извернувшись стащил с плеч меховую накидку, укутал в нее жену, а Максвелл Травелиан быстрым шагом подлетел к ней с другого конца комнаты и что-то зашептал, сжимая руку Амелл. Так они и покинули комнату – странноватым кривым треугольником. Атиша проводила их взглядом и изумленно выдохнула. Поняв. Если Максвелл отражал ментальную атаку там, в переходе до Убежища, то кто же отразил ее здесь, и кто отражает сейчас. Пока Маги готовят амулеты. Амелл. Сначала защищала всех тех, кто прибыл с ней, потом к ним присоединились Стражи под командованием Генерала Амелла. И теперь она и этот мальчик делили нагрузку… Невероятная женщина. Так похожая на ее Наставницу. И к ней стоит прислушаться. И хотя бы встретиться с магами Редклиффа. В конце концов, что-то ей подсказывало. Так будет правильно. Амелл сидела на краю крыши с задней части Храма, болтала ногами и щурилась на скрытое плотными облаками утреннее солнце. Перекидывала из ладони в ладонь маленький огненный шарик. Тот искрил, периодически меняя цвет – от светло оранжевого, которым, Кассандра знала, обычно поджигают костры, до плотного гудящего на грани слуха почти белого шара, которым можно было прожечь стену - каменную кладку шириной метра в полтора. Страшное оружие – если в стене оно прожигало дыру, то попадая в живое существо оставляло после себя аккуратное обугленное отверстие и пролетев еще пару метров, взрывалось – уничтожая вокруг себя метров десять. Или же будь на то желание мага – от живого существа, в лучшем случае, оставалась горстка белого пепла с кусочками обугленных костей в худшем, труп истаивал синеватым дымком, исчезая, будто никогда и не существовал. Такая сила – разве можно оставлять ее без должного контроля? - Не стой столбом, Искательница, шея затечет. – Прервала ее размышления героиня с легким, необидным смешком. – Полезай сюда. Но ведь Амелл сидела там, на верху, живое опровержение – героиня и спасительница. И маленькая смерть в ее руках еще не улетела ни в кого, просто мерцала переливаясь и похоже играла роль медитативных четок, с которыми сама Кассандра не расставалась никогда. Хотя после рассказов Лелианы, Кассандра была уверена, что уж героиня то Ферелдена, может запустить такой шарик в кого угодно, если тот будет угрожать ее людям. И рука не дрогнет. Амелл перекинула белый шар с ладони на ладонь, будто поддразнивая. М-м-маги… Вот же… И если Искательница до этого жеста еще подумывала о том, чтобы отступить, то теперь… нет – это было дело чести. Ее личной решимости, как Искательницы, воина Андрасте. Показать, что не все храмовники, как… что в чем-то Амелл тоже ошибается. Искательница подпрыгнула, хватаясь за балку и таки полезла вверх. Демонова Амелл, умела убеждать. Когда она забралась и с тихим вздохом растянулась рядом с Амелл, смертоносный шар в ладонях той уже был схлопнут и Героиня сидела сцепив пальцы на подтянутых к подбородку коленях. Вот… снова. Кассандра подавила желание проморгаться. Она снова была… другой. Не той веселой улыбчивой женщиной, что Варрик метко прозвал Искоркой, с которой она впервые познакомилась при входе в Убежище, и не та… что обнажила зубы в оскале недавно, там в ставке командования, и укусила. Больно и впрыснув яд сомнений. Та Амелл видела насквозь. Сейчас же она походила на ребенка. Пусть Стражи почти застывали на возрасте посвящения, но так… все равно не должно было быть. Не после всего. Но она, такая маленькая, грустная, сжавшаяся в компактный комочек… Искательница села, выпрямив спину. - Примите мои извинения, Страж-Командор. На собрании я была… излишне резка. Амелл хмыкнула, склонила голову вбок, взгляд у нее был усталый. Пустой. Нет, не пустой, ледяной. Так смотрел на собрании Генерал Амелл. Холодно, сосредоточенно. Как в битве. Нет, как на войне. Когда нет ни секунды на расслабление. - Если вам действительно нужно мое прощение, Леди Искательница, в чем я сомневаюсь, но на что надеюсь, то посмотрите-ка вон туда. Маленькая ладошка, почти в половину меньше ее собственной, указала вниз – там с задней части Храма устроили Стражи свой временный лагерь. Кассандра приказала себе сосредоточиться. В Амелл было что-то неправильное. Об этом стоило подумать, но не сейчас. И не вестись на кажущуюся хрупкость и вспомнить рассказы Лелианы. Уж сестра Соловей то если говорила, то только правду, а если говорить не могла, то молчала. Но как то они разоткровенничались, после очередного кровавого расследования, и Лелиана рассказала, отчего так спокойно смотрит на стены в крови и горы трупов, сожженных, резаных, обнаженных. Фанатики в средствах и инструментах методах не стеснялись. Они тогда только начинали вместе работать и Кассандра, тогда еще такая молодая, впервые коснувшаяся такой неприкрытой грязи, с изумлением смотрела на Лелиану. Что была почти одного с ней возраста, но спокойно смотрела на… это. И Соловей рассказала, о том, с кем путешествовала недавно, и сколько черной крови там было пролито. О том, как эта маленькая похожая на ребенка женщина, стояла перед поверженным, распластавшим крылья, еле живым Архидемоном и в ярости выхватив меч из рук своего супруга, огромный тяжеленный двуручник, поднырнула тому под шею и вонзила этот самый меч тому прямо в сердце, по самую рукоять. И в этом не было ничего красивого, такого что потом придумали люди, чтобы приукрасить чужую победу. Сделать ее притягательной, облагородить, чтобы можно было вывесить, как стяг. Величественная воительница в броне. Ее друзья в сияющих доспехах. Но так не было, нет, были они все – покрытие кровью и потом, усталые и израненные, и были две ведьмы. Амелл, выдернувшая меч и еще раз искупавшаяся в хлынувшей из раны черной крови, что засмеялась, хватая ртом воздух и облизывая губы, и некая Морриган присевшая с ней рядом, оперевшись о жесткую чешую драконова бока. - Давай, Морри, твое право, так что дерзай, я действительно хочу познакомиться с ним снова, когда-нибудь. Лелиана говорила о многом, но об этом сказала в последнюю очередь – ничто, почти никакая мерзость на свете, ни один труп или горы их, не затмят в ее памяти ведьму, с урчанием поедающую сердце Архидемона. К женщине способной такое сотворить и такое разрешить, нужно относиться с уважением и осторожностью. Уважение, да почти благоговение у Кассандры было, а вот с осторожностью, как у истинной Пентагаст, всегда были проблемы. И решать их стоило начать прямо сейчас. Немедленно. Поэтому Кассандра послушно проследила взглядом в указанном направлении. Там, среди палаток, у костра сидела группа Стажей. Завтракали, успевшей подстыть кашей, смеялись, перепихиваясь локтями. Мирная идиллия. Тут из палатки, что рядом с костром, почти что выползла заспанная девушка. Народ до этого вяло ковырявшийся в тарелках радостно загомонил. До Искательницы донеслись слова. - Когда вернулась? - Знали бы… - Ждали… - Есть эту дрянь… что Лекс готовит… - Невозможно… И звонкий голосок в ответ. - Сейчас все будет, только умоюсь. Кассандра продолжила наблюдать за возней Стражей. Те споро освободили проход, притащили откуда-то пару освежеванных нажьих тушек. Когда девчонка вернулась от колодца, посвежевшая и уже одетая в форму и с посохом за спиной – они уже ждали. Смеясь, девчонка стукнула посохом по земле, запаляя костер. Стражи зашевелились, чуть ли не с благоговением глядя, как та возится у котла - завтрак, у нее в руках, благодаря магии готовился едва ли не втрое быстрее. И уже через десять минут, все получили по горячей порции. И благодарили девчонку-мага. Та смущенно и благодарно краснела. - Скажи, Искательница, сколько ей по-твоему лет? Голос Командора вырвал Кассандру из состояния мирной созерцательности. - По Стражам не понять, Командор, но… выглядит молодо. - Ленте – семнадцать. - Что? – Кассандра чуть не свалилась с крыши от изумления. – Как же… - Валенте Ло из Кирквольских Казематов было пятнадцать, когда там объявили право уничтожения. Когда кузен решил, что хватит, и прав все-таки в чем то Андерс. Молчи, Искательница, он и его друзья собрали Круг, в котором, что бы там не мерещилось Мередит Станнард, и вправду не оказалось ни одного мага крови и Хоук вывел их через порталы в наш лагерь. Мы не могли их не принять, и эти без малого почти сотня магов разных возрастов жили там, с нами, среди нас, пока я решала вопросы с готовым принять их Оствикском и Каленхадским Кругами, связывалась с их родными, теми, что поддерживали связь… Три месяца, Искательница, и перед тем днем, когда они должны были отправиться в Оствик, больше половины из них, от самых старших, до тринадцатилетних юнцов – пришли ко мне. И попросили Посвящения. Дети, Искательница, дети… - Они ведь не могли знать, что это значит! – Ошеломленно воскликнула Кассандра, почти испугавшись, того какие эмоции это всколыхнуло. – Или они… - Да, знали. – Кивнула Амелл, отчего-то протянув руку и погладив ее по плечу, выражая поддержку? – За три месяца они еще и не то вытрясут при совместном то проживании. Да и не такая уж это тайна в библиотеках Кругов еще и не о таком есть. - Но все равно пришли? - Именно. – Амелл кивнула, улыбнулась, мягко, как ребенку. – И эта девочка впереди них всех. Зажатая, все еще испуганная, изнасилованная в свои недавние тринадцать Храмовником в Казематах, увидевшая, что можно жить по-другому, ухватилась за единственный, по ее мнению, шанс остаться с теми, кто вел себя с ней по-человечески. И ей им всем… было плевать на цену, которую придется заплатить. – Амелл как-то очень грустно усмехнулась. – Это, по их мнению, стоило чего угодно, даже скверны в крови и жизни в бесконечной войне. Конечно, мы не благотворительная организация, да и большинство все-таки принимали решение излишне поспешно, но оставшиеся из них двадцать человек от пятидесяти до четырнадцати таки испили крови из чаши посвящения. - И сколько из них выжило? - Пятнадцать. Больше чем обычно, у Магов вообще больше шансов, Тень хорошая тренировка. - Наверное. - Кассандра поежилась, перевела взгляд вниз, на девочку Стража. Та смеялась, пихая босой ногой в бедро соседа по лавке, тот пытаясь одной рукой удержать чашку, второй ловил ее лодыжку. - Наверное, потому что хотели этой жизни больше чем избавления? Кассандра и сама поняла что именно сказала только когда слова уже вылетели изо рта. - Вот видишь, Искательница, ты сама все прекрасно поняла. Вот только путь Стражей не для всех. И остальным нужно решать проблему по-другому, искать иные пути. Амелл легко соскользнула с крыши вниз, подхватив себя мощным потоком воздуха, оставляя Кассандру одну. - Эй, оставьте мне немного этого замечательного рагу! - Есть, Командор! Они еще не говорили об этом на собрании прямо, но к тому все шло, неозвученное так и висело в воздухе. После Вал Руайо – это стало для нее очевидней некуда. Что произошло и кто она теперь и что изначальный план должен быть подвергнут изменениям. Для нее самой – это означало, что закрыть Брешь мало, нужно еще и выжить при этом. Ведь Брешь проблема насущная, наглядная опасность, которая требует немедленного решения, но ведь есть еще и то, что ее породило. Кто-то все-таки устроил этот взрыв, кто-то был ответственен за то, что противостояние вышло на новый еще более кровавый виток. За смерть Верховной Жрицы, единственной на тот момент женщины, что могла, как поняла Атиша, слабо знакомая с Андрастианством, если не прекратить, то хотя бы чуть сгладить конфликт. Ее саму вправду мало волновала смерть земной наместницы, но этот кто-то взрывом погубил ее людей. Пятерых воинов – ее личную маленькую гвардию. Сувель и остальные были преданы лично ей. Их воспитывали заботиться о ней, защищать ее, исполнять приказы, подчиняться только ей и никому более, включая наставницу. Ее верные волки. Всегда рядом, ненавязчивые, предупредительные, ее дополнительные глаза и руки… Если бы ей пришлось уйти в другой Клан – они бы стали там ее опорой. Они до сих пор ее опора в этом новом Клане под названием Инквизиция. Но без их физического присутствия тяжело. Очень. Идя по тропинкам Убежища, все время хочется оглянуться, из-за чувства пустоты за спиной. Там где всегда находился кто-нибудь из пятерки. Сейчас стараясь уснуть, она с недоумением вспоминала, что еще несколько лет назад она пыталась бежать от их присутствия, раздражалась, когда не получалось. Сейчас она бы дорого дала, чтобы снова слышать рядом знакомое дыхание и не чувствовать за спиной пустоты, говоря, озвучивая мысли, знать, что их слышат, что слова не улетают в пустоту. Привыкай к пустоте, Первая, и плати благодарностью за то, что они посвятили тебе свои жизни и отдали их за тебя. Сделай их путь по тропам легче, отомсти за них, чтобы как можно скорее они почувствовали себя свободными. Атиша свернулась в клубок, на до сих пор непривычно широкой кровати. Обняла руками колени, как в детстве в грозу или болезнь. Тонкие мозолистые пальцы лучника ласково прошлись по волосам, успокаивая, заполняя пустоту. Атиша вздрогнула, резко села на кровати, озираясь по сторонам, но по стенам разве что плясали тени от свечи. Пряди на голове зашевелились, самостоятельно сплетаясь, косой вокруг, той самой, что ей с детства заплетал Сувель. Сначала неумело, как и любой мальчишка – подросток, дергая за пряди, путаясь в очередности и с годами… умело, ровно, красиво. Лучше нее самой. Дрожащим взмахом руки Атиша погасила светильник и неверяще коснулась собственной щеки. На пальцах осталась влага. Соленая, горькая. Грудь конвульсивно содрогнулась, воздух толчками прошел в легкие и с рыданиями прорвался обратно. Атиша ревела, впервые в осознанной жизни, почти беззвучно, прижимая к лицу подушку. В волосах все еще ощущалось тепло, знакомых прикосновений Сувеля.